Рионада

Глава 29 Эпилог

В палате было тихо.

На интерактивной стене менялись красивые пейзажи, на столе ваза с черными розами, Андрей сам их вырастил. Настя любит цветы, ей понравится. Не эггеры, конечно, зато гораздо лучше и безопаснее.

Он сел на свободный стул, взял за руку спящую девушку. Теплые пальцы легли в его ладонь совершенно естественно, будто всю жизнь так было.

Андрей впервые использовал ресурсы корпорации «Навь» в личных целях и распробовал возможности. Лучшая клиника корпорации, лучшие врачи, служба охраны — все безупречно работали на него. Практически бездонный банковский счет обеспечил Насте приватность и восстановление. Новое сердце было идеальным, сенсорная кожа рук работала, организм пришел в норму и скоро ее разбудят.

Он выплатил весь долг за протезы и не заметил трат. Надеялся, что она примет столь щедрые подарки.

Это были бесконечные несколько недель.

Исчезновение Рионады прошло мимо основной массы человечества. Беспокоились только причастные к исследованиям: Научный корпус, правительства разных стран и верхушка ствелларов. Вот последние хуже президентов, не давали расслабиться до вчерашнего дня. Андрей поначалу вежливо принимал вопрошающих, потом ему надоело. Вспомнил, как вел себя отец в подобные моменты, все тонкие инструменты воздействия на оппонентов — и пустил их в дело. Кто-то просто отстал, испугавшись прекращения финансирования, как Научный корпус, кто-то был вынужден принять подправленную версию произошедшего.

Рионада исчезла — да, этому было видео-доказательство. Почему это произошло? Нет данных. Как такое возможно? Нет гипотез. Почему экспедицию свернули? Сезон дождей, улетели, а за спиной произошло вот такое. Что случилось с помощницей? Острая сердечная недостаточность ввиду ее анамнеза.

Дело пошло быстрее, когда на встречу просящим ствелларам стал выходить Морок, возведенный в штат корпорации личным секретарем.

Андроида не продавить. Господин Кощеев все сказал, отчеты предоставил, изучайте.

И совет директоров притих, в их переписках начало сквозить уважение. Все же некоторые понимают только силу.

А вчера Солнечная система опустела.

Ствеллары засекли какие-то сигналы из космоса, все собрались и улетели, не прощаясь. Стало тихо. Научный корпус и правительства теперь бились над расшифровкой, пусть занимаются новой загадкой. Андрей точно знал, кто увел рогатых — чертова мать.

Он чуть повернул голову в сторону второго стула:

— Генерал, вы подумали над предложением?

— Андрей, давай уж Михаил Юрьевич, раз мы почти родня, и ты отец моего внука, — вздохнул седовласый генерал.

Они синхронно посмотрели на прикроватную полку, где стоял контейнер с будущим ребенком.

— Не хочу быть свидетелем семейных сантиментов, позвольте выйти, — раздался из угла ехидный голос.

Морок днями не отходил от Насти, охраняя и контролируя все анализы, процедуры и врачей. Андрей не знал, как бы без него обходился. Только ему мог доверить жизнь любимой на сто процентов. Ну и ее отцу.

— Стой, железяка, без тебя никуда. Терпи, — хмыкнул генерал, по достоинству оценивший андроида вместе с бортовым ИИ, и добавил уже Андрею: — Подумал, согласен, собираю людей.

Ствеллары улетели, но могли вернуться. Принести с собой уже не мирное сосуществование, а порабощение и истребление, к этому стоило быть готовыми, и Андрей собирался на базе корпорации создать нечто новое — сеть защиты для Солнечной системы, разморозить проект «Навья кровь», строить корабли класса «Морок». По плану они должны были оснастить земной флот, но разработку свернули, очень дорого. Артемий Кощеев не желал тратить деньги, а его сын готов. Флот, способный дать отпор и разработки вооружения. Чего только не было в закромах у отца. Вакцины терпения только не было.

Андрей соскучился по улыбке и ямочкам на щеках. Ожидание жгло изнутри. Он так долго сидел возле любимой: весь полет к Земле, и здесь. Там, рассказывал ей все-все, последний раз читал экспедиционные заметки перед уничтожением. Никакая информация о разумных формах жизни, тем более о богах не должна была выйти за борт корабля. Здесь рассказывал о местах, где им стоит побывать, комментировал новости. Включал ее любимую музыку.

— Знаешь, почему у нас разные фамилии? — генерал встал, одернул синий форменный пиджак, прошелся, разминая ноги.

— Нет, расскажите.

Андрей в очередной раз поразился стати и осанке военного, великолепная выправка. Черномор казался давним знакомым, настолько рассказы о нем въелись в мозг. При первой встрече, правда, ожидал, что генерал ему лицо разобьет за состояние дочери, но нервы у Черномора оказались стальные. Он долго и внимательно слушал о том, что действительно произошло на Рионаде, а затем сказал спасибо, и больницу почти не покидал. Так, долгими вечерами, они и договорились о сотрудничестве. Опасность ствелларов генерал понимал как никто другой.

— Дарья, ее мама, работала в моем штабе, связи с общественностью. Дочку растила одна, — Черномор с нежностью взглянул на Настю, задержал взгляд на ее руке в руке Андрея. — Мы любили друг друга, но я не успел предложить ей союз. Они разбились, Настенька осталась одна. Я удочерил, но оставил ей фамилию мамы, чтобы помнила.

Черномор достал из внутреннего кармана маленькую красную коробочку:

— Это древний обычай, но мне нравится. Предложить регистрацию не словами, а с символом. Раньше женщинам покупали кольца. Это должно было принадлежать ее маме.

Андрей взял коробочку, открыл. Камни голубые, как Настины глаза, на тонком золотом ободке.

— Если захочешь… — тихо добавил генерал. — Каждый день может быть последним, их нужно жить на полную.

— Хочу. Спасибо! — Андрей спрятал коробочку.

— Сейчас схемы закоротит, — жалобно сказал Морок.

— Захлопнись, железяка, — беззлобно хмыкнул генерал. — Чтоб ты понимал.

— Пора просыпаться, идет врач с препаратом, — совсем другим тоном сообщил андроид и встал в изголовье кровати. Безопасность и контроль на каждом этапе.

— Сначала вы, — сказал Андрей Черномору и выскользнул из палаты.

Настя открыла глаза, плавно возвращаясь в реальность.

Тепло, спокойно, не больно.

Воспоминания обрушились лавиной, она резко села.

— Тише, детка, тише, — раздался знакомый голос.

— Папа? — Настя нашла его справа и тут же утонула в объятиях. Давилась слезами счастья и словами, рассказывала, прыгая с одного на другое.

— Я так скучала, пап! — вдыхала такой родной аромат, перебирала руками жесткие густые волосы.

Жесткие?

Настя оторвалась от отца, уставилась на руки.

— Пап?

— Я лучше позову Андрея, — улыбнулся он. — Пойдем, железяка, не будем подсматривать.

— Ой, Морок! — обрадовалась она.

Невероятный андроид, в своем репертуаре: весь в черном, только волосы теперь стянуты в хвост. Подмигнул ей уходя.

Настя так и сидела, рассматривая руки, когда зашел Андрей.

— Привет, — тихо сказал он. — Я соскучился.

— Привет, — пискнула Настя, горло сжало. Она не надеялась выбраться.

Легкое объятие, невесомый поцелуй, под пальцами шероховатая ткань костюма… Ошеломляющие ощущения.

Но…

— Где мы?

— Земля, одна из клиник корпорации, — просто ответил Андрей. — Ты все помнишь?

— Я отключилась не вовремя.

— Рионады больше нет, Трехликая перенеслась куда-то…

…и короткими фразами обрисовал ситуацию. Настя смотрела на него и не могла поверить — они выжили!

— Почему ты держишь руки на весу? — озадаченно спросил Андрей.

— Откуда у меня сенсорная кожа?

— Мой подарок, — получила в ответ улыбку. — И вот смотри, что я вырастил.

Андрей протянул ей черный цветок, красивый и благородный.

— Ай! — она укололась, но только крепче сжала пальцы, приветствуя ощущения.

— Кожа восстановится сама. Прости, что без спроса, но раз уж мы меняли сердце…

— Я мечтала об этом.

Настя закрыла глаза, осязая бархатные лепестки, такие нежные; иголки, такие острые; листья и стебель. Но мечтала она не только об этом. Не открывая глаза нащупала лицо Андрея.

Эта сводящая с ума ямочка, которую хотелось потрогать всю экспедицию, гладкое лицо, она чувствовала все!

— Ты плачешь, — растерялся Андрей.

— Это от счастья!

— Подумал, что тебе это будет нужно, чтобы обнимать ребенка.

— Чьего?

— Нашего, — Андрей чмокнул ее в нос и подал контейнер. В нем, в безопасной среде стазиса, находился будущий человек.

— Если захочешь, — несмело продолжил Андрей.

Хотела ли она? Ошалев от новостей и ощущений она пока не понимала, но обязательно разберется в себе. Завтра. Сегодня ей нужен был весь лучащийся самодовольством Кощеев. Теперь у нее были все чувства, чтобы узнать его лучше.

Несколько лет спустя:

Обычно тихий пляж, где Настя работала, сегодня звенел от голосов. Андрей с ее отцом играли в какую-то древнюю игру в мяч, их выкрики слегка уносило ветром и плеском волн. Она спасала элезагов на Леваде, как и было обещано, но семейный отдых нарушил рабочую рутину. Кольцо на пальце красиво ловило солнечные блики, Настя залюбовалась.

— Госпожа Кощеева, ваш сын тянет в рот всякую гадость, — ворчливо пожаловался Морок.

— Ему полтора года, он исследует мир, как его папа, — отмахнулась Настя.

— Александр Андреевич, не годится наследнику есть песок, — не унимался Морок.

Она обернулась, в который раз поражаясь виду грозного андроида с белокурым сорванцом на руках. На личике серьезные серые глаза и такая же ямочка на подбородке, как у Андрея. Теперь Алекс сосредоточенно жевал прядь черно-красных волос.

Исследователей Кощеевых прибавлялось.

Когда-то Настя взялась за плевую работенку, кто бы мог подумать, чем это обернется…

Конец книги.