Слишком хорошая

47

Наташа

Утром следующего дня она очень надеялась, что Егор больше не станет терять никаких тетрадок, — потому что из-за назначенного на девять утра совещания задерживаться Наташа не могла. Даже более того — из дома нужно было уйти как минимум на сорок минут раньше, а лучше на час, чтобы иметь время в запасе. Поэтому сразу после пробуждения и быстрого умывания она оставила сыновей вдвоём, зная, что они со всем справятся, и побежала на работу, не позавтракав. Решила, что быстренько перекусит в офисе, пока Эдуард Арамович будет заседать в кабинете с Карелиным.

Макс… Вчерашнее решение обсудить с ним ситуацию одиннадцатилетней давности давило на мозг, будто внутри поселилась опухоль, и Наташа, трясясь в переполненном вагоне метро, окончательно осознала, что вряд ли успокоится, пока не поговорит с ним. И пусть её заранее начинало тошнить от волнения при мысли о разговоре с Карелиным. Самое забавное, что она толком не могла осознать, с какой стати её вдруг так переклинило. Жила же без этих объяснений, работала, и всё было нормально. А сейчас прям мечтает поскорее пообщаться. Наверное, всему виной странный вчерашний день и продолжительный диалог с Максом — такого ведь между ними давно не случалось.

Между тем странный вчерашний день, кажется, решил продолжиться и сегодня, поскольку Наташа, подходя к лифтам, возле которых стояло человек двадцать, с обречённостью заметила в этой толпе и Карелина. Оглядела окружающих, ища взглядом Диану… но не обнаружила. И куда он её дел?

Прятаться было бессмысленно, поэтому Наташа просто встала рядом, и Макс, увидев её, тепло улыбнулся и первым сказал:

— Доброе утро.

Он казался собранным и сосредоточенным, а ещё — серьёзным и уставшим, как будто заранее «предвкушал» сложное совещание с Эдуардом. Наверное, так и было.

— Доброе, — ответила Наташа. И неожиданно для самой себя спросила: — А где ты Диану потерял?

Удивительно, но в лице Карелина появилось что-то похожее на досаду.

— Тебе она очень нужна? — спросил он насмешливо, но в глазах всё равно отражалась лишь усталость. — Не могу помочь.

— Мне — вообще нет, просто ты вчера с ней уехал.

— А ты ушла с каким-то незнакомым парнем. Могу я тоже поинтересоваться, куда он подевался?

Наташа улыбнулась. Карелин говорил с лёгким раздражением, и это общение так напомнило ей о том, что творилось между ними последние годы, весь их детский сад… Нет, надо заканчивать.

— Я тебе про этого парня потом расскажу, — произнесла Наташа, и Макс явно удивился, ожидая очередной подколки. — И вообще… хватит противостояний. Сходим вместе на обед? Мне нужно с тобой поговорить.

Карелин смотрел на неё, не моргая и, кажется, даже не дыша. Открыл рот, собираясь ответить… и тут раздался знакомый «дзынь» — приехал лифт.

Толпа моментально ринулась внутрь, увлекая Наташу и Макса за собой, и ему пришлось взять её за руку, чтобы их не разделили, а затем оттеснить к дальней стенке. Ну и правильно — всё равно ехать на самый верх.

— Конечно, сходим, — ответил Карелин, наклоняясь над её ухом, и Наташа почувствовала, как его пальцы скользнули вверх и вниз, поглаживая её ладонь. — Я бы прямо сейчас сбежал, но Эдуард мне голову открутит. Неохота работать.

— Вторник — тяжёлый день, — кивнула Наташа, не отнимая руку. — После понедельника всё надоело, а до выходных далеко.

— Точно, — усмехнулся Карелин, и дальше они поднимались в полном молчании.