Слишком хорошая

55

Наташа

— Это получилось случайно. В то утро я вместо туфель на каблуке надела балетки, а ты забыл закрыть дверь. Или не ты, а твой сосед по комнате.

— Ломов? — уточнил Макс, и Наташа кивнула:

— Да. Я подошла к двери с чашкой кофе, которую сделала тебе, и услышала его голос. Ломов спрашивал, зачем ты за мной увиваешься, называл меня страшной серой мышью. Ты засмеялся и ответил, что не бывает красивых женщин, а бывает мало денег и я просто трачусь на детей, а не на себя. И добавил: «Умыть, одеть, причесать — будет конфетка».

С каждой её фразой, которая впивалась в кожу, будто острая игла, Макс становился всё более мрачным. Обычно люди краснеют, бледнеют, зеленеют… А на лицо Карелина словно наползла тень.

— Ломов спросил, — с трудом, но продолжила Наташа, — не собираешься ли ты жениться. И ты сказал, что нет. Просто хочешь. Получишь — расстанешься со временем. И, мол, я разумная женщина, скандалить не стану. — Она кашлянула и улыбнулась, пытаясь скрыть взметнувшуюся внутри боль от рассказанного: — Ошибся ты. Учитывая твой фингал под глазом, из числа разумных меня можно вычёркивать.

Думая о том, как скажет это всё Максу, Наташа никогда не могла представить, что он ответит после. Одним из вариантов, разумеется, было откровенное возмущение и повторение тезиса «сама придумала — сама обиделась».

Тем неожиданнее оказалось то, что она услышала на самом деле.

— Я дурак всё-таки, — поморщился Макс, протянул руку к стакану с компотом и выпил залпом, будто там была водка. — Почему сразу не догадался…

— Предполагаю, что ты вообще забыл этот разговор напрочь. Для тебя он не имел особого значения. Ты просто болтал.

— Да, — вздохнул Карелин и потёр ладонью лоб, будто у него болела голова. — Понимаю, поздно, но всё же — прости. Я должен был отшить Юру, а не разглагольствовать с ним о тебе.

— Это не так важно, на самом деле, — сказала Наташа тихо и, помедлив, призналась: — Даже хорошо, что ты тогда повёл себя именно так, а я услышала. Если бы ты действительно меня в то время «поматросил и бросил», как собирался, это стало бы для меня сильнейшим ударом. А так я отделалась малой кровью.

— Может, я бы не бросил? — резко спросил Макс, и Наташа не удержалась от улыбки.

— Бросил бы. И не надо, не отрицай. Ты сказал Ломову правду — я сразу поняла. Но, знаешь, как ни странно, обидело меня больше всего не твоё стремление меня оставить. В конце концов, ты не обещал мне свадебные колокола. Обидела меня та фраза, которую я тебе процитировала дословно. «Умыть, одеть, причесать — будет конфетка». Как будто я какая-то бомжиха. Особенно это «умыть»… — Наташа покачала головой. — Я, конечно, далека от женщин типа твоей Дианы, но не чумазоид какой-нибудь.

— Повторюсь — я дурак, — пробормотал Карелин, глядя на Наташу с сожалением. И этот его взгляд подтолкнул её к ещё одному признанию.

— А я думала, ты станешь обвинять меня. Скажешь, что не надо так резко реагировать на всякую ерунду и вообще…

— Знаешь, самое ужасное — если бы ты передала мне этот диалог одиннадцать лет назад, я бы так и сказал. — Макс, кажется, тоже решил быть откровенным. — Не принял бы всерьёз, не посчитал бы себя виноватым. Потому что мужики часто несут друг другу всякую чушь. А ты услышала разговор случайно. Думаю, я бы сказал что-то вроде: «Нечего под дверью подслушивать».

— Не сомневаюсь.

— Но сейчас всё иначе.

— Да? А почему?

— Наверное, я просто стал старше и, соответственно, умнее, — хмыкнул Карелин. — И гораздо лучше умею представлять себя на месте других. Если бы я услышал нечто подобное про себя от тебя, тоже обиделся бы. Конечно, драться бы не стал…

Наташа не выдержала и улыбнулась, вспомнив, с каким наслаждением врезала тогда Максу.

— Да, драться бы не стал, — продолжал Карелин, и его губ коснулась ответная улыбка, пусть и печальная. — Но и встречаться больше не захотел бы. Во всём, что я сказал Ломову, не было не то что любви, но даже уважения к тебе. Ни малейшего.

— Ты ко мне ничего не испытывал — поэтому и не было, — спокойно отметила Наташа, но Макс покачал головой.

— Нет, это не так. Всё было, но…

Договорить он не успел — рядом с Наташей на столе завибрировал мобильный телефон.

— Эдуард Арамович вызывает, — сказала она, посмотрев на экран. — Просит поскорее. Давай доедать, и пойдём. Я, в принципе, всё сказала, так что…

— Зато я ещё не всё сказал. Вечером ты наверняка будешь торопиться, поэтому… Завтра?

— Да, — согласилась Наташа. — Хорошо.