Слишком хорошая

97

Наташа

Утром перед уходом на работу её взгляд случайно упал на билеты в театр, лежавшие в спальне на столе — и Наташа, чертыхнувшись, что едва не забыла их, взяла две разноцветные бумажки в руки.

Она всегда считала, что её нельзя подкупить — и не зря, потому что сейчас в ней ничего не колыхнулось. Несмотря на то, что сходить в Большой на «Щелкунчик», разумеется, хотелось, но не настолько, чтобы переступать через себя и принимать приглашение Влада. Так что Наташа всерьёз намеревалась вернуть парню билеты — пусть найдёт себе другую компанию, вон хоть Диану пригласит, она точно будет счастлива.

А потом Наташа подумала о Максе. С ним всё-таки надо что-то решать, причём в ближайшее время, хватит качаться, будто маятник — если нет, то нет, если да, то да. Но как это сделать? Как заставить себя перестать сомневаться во всём?

А может, и не надо заставлять? Вот же он — выход. Лежит на ладони.

Если Наташа начнёт встречаться с Владом, Макс отстанет сам. Ни один мужик не перенесёт такого оскорбления, когда его предпочитают какому-то молодчику. И Карелин быстренько вспомнит, что вокруг множество других женщин, с которыми можно попробовать построить отношения. Гораздо моложе! А ведь молодость — это существенное достоинство, особенно когда речь о детях.

Не должна она быть эгоисткой. Не должна!

Билеты дрожали в руках, губы поджимались, глаза непроизвольно зажмуривались — поступать так с Максом всё же не хотелось. Хотелось быть честной, но разве он отступит, если она честно признается, что хочет как лучше? Хочет, чтобы у Макса появился ребёнок, а лучше два или даже три. Конечно, нет!

Фыркнув, Наташа покачала головой.

А ведь ещё неделю назад она искренне считала, что Карелин к ней равнодушен! Сейчас же стоит и думает, что предпринять, чтобы отвернуть его от себя. Ну не дура ли?

Дура. Конечно, дура. Надо хвататься и хватать мужика, а то, что Наташа не решится забеременеть в третий раз в сорок с хвостиком — мелочи. И вообще проблемы Макса, разве нет?

Господи, что же решить? Как правильно-то?

Пойти на поводу у собственного желания и сказать Максу, что готова на свидание с ним?

Или сообщить Владу, что согласна на Большой театр?

Так ничего и не решив, Наташа пошла в прихожую, сунула билеты в сумку и вздохнула. Она, конечно, не Скарлетт, подумать завтра не сможет — но сможет подумать позже.

До вечера ещё есть время. Немного, но есть.

98

Наташа

Утром Наташа с Максом не столкнулась, хотя и знала, что он приходил к Эдуарду на совещание ещё до начала её рабочего дня — всё потому что Акопяну-младшему нужно было уехать по делам после полудня. Это значило, что у Наташи, скорее всего, получится вырваться на обед — но не факт, что получится у Карелина. И что вообще стоит соглашаться.

Однако отказаться она не смогла — не вышло, и всё. И когда почти сразу после ухода Эдуарда Арамовича из офиса Наташе написал Макс и поинтересовался, не собирается ли она на обед, она ответила, даже не задумавшись: «Собираюсь».

Вот и что ей делать с собой? С одной стороны — сомнения, а с другой — в гостях он накануне побывал, а теперь вот обед. И за обедом наверняка напомнит про своё приглашение на свидание.

Значит, надо решаться. Отринуть в сторону все сомнения, отдать Владу его билеты и отправиться с Максом вечером на свидание. Наташа даже знала, чем оно закончится — всё-таки они слишком долго исполняли свои ритуальные танцы, чтобы сдерживаться.

В общем, она на самом деле решила: хватить переливать из пустого в порожнее, раз их тянет друг к другу — надо попробовать. И всерьёз думала, что это решение — окончательное.

Но Максу приспичило повести её во время обеда не в столовую, а в кафе в соседнем бизнес-центре, куда они дошли по подземному переходу. Кафе называлось «Аист» и было семейным, с игровой зоной для детей.

— Сюда тоже любит ходить Ольга Тимофеевна, — пояснил Карелин, как будто даже немного смутившись после удивлённого взгляда Наташи. — Она говорила, что здесь самая вкусная пицца, которую она когда-либо пробовала.

— А ты хочешь пиццу?

— Да, что-то вот тянет сегодня на вредную еду, — улыбнулся Макс, и Наташа пошутила:

— Я так с тобой превращусь в колобка. То мы картошку фри едим, то пиццу…

— Обещаю исправиться, на следующей неделе будем есть на обед лобстера, — подмигнул ей Карелин. — Но вообще, Наташ, всё это ерунда. Я тебя любой буду любить.

— Уверен? — она пыталась подначить его, подразнить, но Макс не поддался.

— Уверен, Наташ. Одиннадцать лет — достаточный срок для того, чтобы всё понять. Даже для такого тугодума, как я.

С ответом она не нашлась, да и поддразнивать больше не хотелось — Наташа чувствовала, что Карелин говорит правду.

И наверное, всё бы закончилось её полной и безоговорочной капитуляцией, но… кафе ведь было семейным. И сели они недалеко от игровой зоны. Поначалу там никого не было, а после пришли три семьи, сели на соседние диванчики, и их дети разного возраста — трое мальчиков и две девочки, — пошли в бассейн с шариками и принялись прыгать там, хохоча и швыряясь разноцветными маленькими мячами.

И в какой-то момент Наташа, подняв глаза от своей куриной лапши, поймала взгляд Макса, направленный на играющих детей. И столько в нём было эмоций, что Наташа едва не упала, почти не узнавая Карелина. Она и не подозревала раньше, что он может так смотреть…

Это был взгляд человека, который очень хочет семью, но знает, что его чаяния не сбудутся. Что он так и будет смотреть на чужих детей со стороны… без шансов завести своих. Потому что между возможностью родить детей и Наташей он выбрал Наташу — но это не умаляло его тоски.

«Чёртова эгоистка!» — подумала Касаткина о себе с неожиданной злостью и опустила глаза.

Билеты в театр, несмотря на то, что находились в её сумке, которая лежала в офисе, словно обожгли ладонь…