Сломанный Свет

Глава 20. План

— Да, Кирилл, всё хорошо! Я с ребятами на машине, — Ева сжала в руке телефон, смущённо улыбаясь. — Скоро будем на месте...

На том конце провода голос Кира звучал тревожно… слишком тревожно. А еще, конечно же, моментально последовал вопрос:

— Ева, кто с тобой в машине?

— Эм... — Ева нервно закусила губу, сдерживая улыбку, и бросила взгляд в зеркало заднего вида. — С Серафимой и... эм… с Денисом.

— Опа, — протянул Денис, усмехаясь. — Кто-то ревнует. Я ж говорю — берегите своих девчонок, пока я рядом!

— Мачомен ты наш, — хихикнула Сима, ткнув его в плечо. — Руль держи, герой-любовник.

— До встречи… И я тебя люблю, — прошептала Ева в трубку и сбросила вызов. Щёки пылали, сердце билось чаще обычного. — Спасибо, ребят, что вы рядом, — кивнула она. — Денис, извини, что отвлекла от дел…

— Да ну, пустяки. — Он махнул рукой. — Пока твоего Ромео дождёмся, успеем ещё десяток мимимишных извращенцев встретить.

— Вот тут, сверни, — сказала Серафима, глядя на навигатор. — Дом 32.

Машина остановилась у калитки. Ева сразу заметила знакомую машину Кира и внутренне засияла.

Схватила рюкзак, быстро попрощалась и, не дожидаясь ответов, выскочила наружу. Через секунду была уже в сильных объятиях.

— Привет, — Кир прижал её к себе, жадно вдыхая её запах

Как же он переживал. Он только поговорил с куратором, занимался оформлением нужных бумаг, как Ева написала ему, что Сергей приезжал к ее универу, что говорил с ней, и что вел себя явно возбужденно. Кир тогда моментально озверел. А еще проклял красную полосу в навигаторе, подтверждающую часовую пробку из-за аварии.

Но теперь он рядом. Ева с ним. Ни за что больше он ее не отпустит, пока тот ублюдок на свободе.

— Ты как, малыш? — произнес хрипло.

— Стало лучше, — прошептала Ева, уютно устроившись у него на груди. Парфюм Кира смешанный с запахом автомобиля и его родным запахом... всё это было ее домом.

Кир махнул в знак благодарности Денису и Серафиме и взял Еву за руку.

— Идем, я хочу познакомить тебя с отцом.

Отец Кирилла жил почти на окраине города, в небогатом районе, в частном секторе. Дом был простой, без изысков, без показного ремонта, но с тем редким ощущением, что здесь по-настоящему живут. Снаружи стоял старый, но добротный деревянный забор, многочисленные деревья, тянущие ветви к окнам, и дорожка из старых плит. Дом будто прятался в зелени, немного смущался своей простоты.

Когда Ева ступила на крыльцо, и Кир толкнул перед ней скрипучую дверь, на неё мягко накатила волна тепла, что была не от батарей или камина, а от самой атмосферы. Внутри пахло… домом, настоящей жизнью: смесью дерева, сушеных трав со шкафчика в коридоре, а главное — еды. Такой еды, что желудок тут же напомнил о себе.

С кухни доносился аромат свежей пиццы, томатов, запечённого сладкого перца и расплавленного сыра. Тонкий аромат пряностей, что-то вроде орегано или базилика. Это был не просто запах, а почти объятие: тёплое, вкусное, родное.

— Приехали, дети? — На пороге появился Александр Петрович, высокий, крепкий, с добрыми глазами и лёгкой щетиной.

— Папа, это Ева, — Кир немного смутился, но взгляд его светился гордостью. — Ева, это Александр Петрович, мой отец.

— Здравствуй, Ева! Наслышан о тебе от Кира, — мужчина обнял Еву одной рукой, а после похлопал сына по плечу. — Рад познакомиться. Проходи, чувствуй себя как дома. Не обращай внимания на беспорядок, он здесь стратегический.

— У вас... так уютно, — Ева улыбнулась. — И пахнет восхитительно.

— Моя фирменная пицца, — хмыкнул Александр Петрович. — Куриный фарш, перчик, помидорки Черри и пряности. Всё своё. С теплицы, Кир потом покажет

— Отец её готовит только для особенных гостей, — прошептал Кир на ухо Еве, когда снимал ее куртку, и поцеловал её в висок. — А ты у нас очень важный гость.

Кухня была просторной и залитой тёплым светом, будто всё здесь предназначалось для неторопливых разговоров и семейных вечеров. Почти вся мебель была из дерева, не новенькая из салона, а с характером: где-то с потёртостями, где-то с царапинами, но всё дышало теплом ручной работы. Полки были открытые, на них стояли баночки с крупами, специями и домашними заготовками, как из уютных подборок «доброго Pinterest», только без постановки, по-настоящему. У окна стоял старенький стол с чайником, скатерть с вышивкой и деревянные стулья с мягкими подушками. На подоконнике стояли ровным рядом керамические горшочки с зеленью.

— Вот это да... — восхищённо сказала Ева. — Очень антуражно. Почти как в кино.

— А я думал, что просто старьё, — усмехнулся хозяин.

— В этом и вся суть, — улыбнулась Ева.

— Раз кухню оценивает молодой и талантливый дизайнер, то я очень рад.

Ева с Киром сели за небольшой круглый стол, а Александр Петрович, надев на руки прихватки, достал из духовки два противня с ароматной дымящейся пиццей. Пока ели, Александр Петрович расспрашивал Еву о её учёбе, о семье, увлечениях, но делал это настолько деликатно, и ни в коем мере не упоминал тяжелое прошлое Евы, и то, что Кирилл долгое время пытался оттолкнуть ее от себя. Поэтому Ева быстро почувствовала себя комфортно и расслабилась.

Кирилл же… был просто счастлив, у него в душе была тихая радость. Он любовался Евой, ее улыбкой, живому разговору с его отцом, с которым они быстро нашли общий язык. А еще Кирилл видел радость в глазах своего отца, которому понравилась Ева. Да что уж говорить! Ева нравилась отцу всегда. Видимо житейская мудрость подсказывала ему о том, что Ева — истинная любовь его сына.

Вскоре Александру Петровичу позвонили с СТО.

— Машину привезли. Поеду, починю, пока есть время. Наверное до двух ночи. Кир, ты сам знаешь где котёл?! Включи, а то к вечеру стынет, не морозь Еву.

Когда за отцом закрылась дверь и вдали послышался мягкий рёв заведённого двигателя, Кирилл задержался у окна, провожая взглядом старую «Ниву».

Ева тем временем осматривала дом. Она прошла в просторный зал, с двумя диванами у окна. И окно это было такое большое, широкое, с уютными занавесками, с фикусами на подоконнике… наверное здесь всегда ставят елку на Рождество.

— Мы с ребятами часто тут собираемся. Дом отца на вроде штаб-квартиры, или места силы, — улыбнулся Кирилл, обнимая свою девушку со спины.

— Мне нравится, — кивнула Ева, нежась в объятьях.

— Моя спальня наверху. Хочешь, можешь пока там устроиться. Я схожу, включу котёл в подвале. А потом ребята приедут.

Кир заметил, как Ева, услышав про его друзей напряглась, нервно поправила волосы. Он развернул ее к себе, посмотрел в глаза…

— Не переживай, малыш. Они тебя обожают. Жалеют, что я тебя не «забрал» раньше. Знала бы ты, как они меня разносили, когда ты сбежала от меня…

Кир притянул свою Еву к себе и поцеловал в лоб.

— Всё будет хорошо, обещаю.

Пока Ева убежала на второй этаж. Кир спустился в подвал, включил котёл, как просил отец.

Но уже на полпути к кухне Кир усмехнулся про себя и покачал головой, вспоминая слова отца, что дом стынет:

Конечно, стынет. Особенно когда дома — девушка сына. Отец, ты хитрец…

Его улыбка стала шире, почти детской.

Он понял, что отец специально оставил его с Евой… наедине… Кир не стал делиться этой мыслью вслух, просто запомнил.

Спустя час хлопнула входная дверь, и в зал, как к себе домой, ворвались друзья Кира: Глеб, Артём, Саша… и… Серафима.

Сима стояла напряжённая, руки скрещены на груди, и недоброжелательно сверлила взглядом Глеба, который, между прочим, выглядел до неприличия довольным, и подталкивал Симу подальше от выхода.

— Вот, — объявил Глеб. — Подруга твоей Евы захотела помочь нам с делом. Добровольно, почти.

— Неправда, — спокойно сказала Сима. — Этот кроманьонец остановил машину Дениса, подрезав его, а потом вытащил меня, и только потом отпустил моего друга.

— Зато ты приехала, — подмигнул Глеб. — Значит, не зря… Плюс впечатлил тебя своей техникой вождения.

— Ладно… Я и правда хочу помочь Еве, чем смогу.

— Проходите давайте, — Кир сдержал улыбку и пригласил всех внутрь.

А Глеб между делом, по ходу, склонился к Симе:

— Серафима, а ты знала, что кроманьонцы были весьма привлекательны? — протянул Глеб, следуя за ней. — Могла бы назвать меня австралопитеком, было бы обиднее. Ты ведь специально сделала мне комплемент. Кроманьонцы… ммм… подсознательное, Сим?

— Не льсти себе, ты максимум… доисторическая заноза, — буркнула Сима и устроилась в кресле, скрестив руки на груди.

В это время друзья Кира, бурно обсуждая что-то важное, уже растаскивали треугольные куски пиццы, блаженно жуя, кто-то ставил на стол напитки и чипсы.

Сима оглядела стол, и особенно коробочки с напитками.

— Морс? — удивилась она, когда ей протянули стакан.

— Мы не пьём алкоголь, принцесса, — подмигнул Глеб, облокачиваясь на спинку её кресла. — У нас всё по-серьёзке. Это принцип настоящих мужчин.

И в этот момент с лестницы спустилась Ева.

В платье-рубашке до колен, в махровых носках и с собранными волосами она выглядела… домашней. Слишком милой, чтобы быть частью плана с маньяком.

Кир тут же подошёл, взял её за руку, притянул к себе. Ева обняла его.

— Привет, Ева. Отличные носки. Сама связала? — усмехнулся Артем.

— Нет. Сама стащила у Кира, — парировала она.

Все рассмеялись, атмосфера сразу потеплела.

— В общем, Кир, — начал Саша. — Мы кое-что нарыли.

Пока раздавали пиццу и морс, ребята делились свежей информацией о Сергее. Подтвердилось: у него есть связи в городе, но держаться эти связи на пресловутом шантаже… Да и то, все это по слухам... А вот легальных рычагов у него почти никаких. Но было ясно, что он мутный тип. Хитер. Профессиональный манипулятор. И явно обеспокоен тем, что Ева теперь с Киром.

— Ясно, — хмуро сказал Кир. — У него, видимо, компромат на каждого своего «друга». С его-то пристрастием к скрытым камерам и прослушке… Вуайерист хренов.

— Именно, — подхватил Глеб. — И знаешь, как его поймать? Такого прошаренного, стоумового мудака? — Глеб подкинул орешек и поймал его на лету ртом. — На живца. Вернее, на Еву.

— Нет! — ответил Кир резко. — Даже не думай, — вмиг его охватила ярость.

— Я вот что думаю… — задумчиво вступила Сима, — по взгляду этого Сергея, с которым он сегодня смотрел на Еву, было видно, что он в отчаянии, и как-то нестабилен. Это значит, что он будет ошибаться и проколется где-нибудь… Но все же… Он опасен! Вдруг ему теперь нечего терять и он пойдет до конца… Он же неадекватный, а значит, мы не сможем просчитать его шаги и проследить логику.

— Мы ведь подстрахуем Еву, Кир! Да ты сам будешь рядом, — серьезным тоном сказал Глеб

— Он может навредить Еве, — пробормотал Кир, сжав кулаки.

— Именно поэтому мы все рядом. Всегда, — добавил Артём. — Я поговорю с отцом, достанем прослушку.

— Будем следить за его машиной, — подхватил Саша. — Он не просечет.

Кир качал головой. Но тут...

Ева подняла глаза. Сердце в ее груди стучало громко и ровно.

— Я… согласна, — уверенно сказала она. Комната будто сжалась вокруг нее. — Если Сергей тот, кто меня похищал, возможно, он где-то не сдержится, когда увидит меня, и проговорится. Может, я что-то вспомню. Может, он выдаст себя жестами, интонацией… Может удастся что-то аккуратно вытащить из него…

— Ева, нет! Слишком рискованно, — Кир сказал строго, лицо его потемнело, и то, куда их завел этот разговор, ему не нравилось. — Мы придумаем другой план.

— Я понимаю, — не отступала Ева и взяла Кира за руку. Все остальные замерли. — Я знаю, что это риск. Но если не сейчас — то когда? И если я могу помочь поймать его и защитить других… Мне нужно попробовать. Я не боюсь так сильно, как раньше. Теперь со мной ты.

— Мы выманим его, Кир, — серьезно добавил Глеб, присев на край кресла, где располагалась Сима. — Все будет натурально. Ева скажет, например маме, что поедет в какое-нибудь кафе с подружкой, в торговый центр или к врачу. Мама непременно скажет Сергею, или тот уж поставил ее на прослушку. И, если он и есть тот маньяк, то объявится, и дело за малым. А мы будем рядом, на чеку.

— Глеб прав, — вступил Артем. — Сергей слишком осторожен. Нужно его выманить.

— План интересный, — ухмыльнулся Кир. — Только вы не учитываете то, что он может зайти в маниакал, и просто убить Еву, как только будет рядом… Я ожидаю от этого человека всего…

— Тогда нам нужен новый план, действительно… — задумчиво констатировал Саша.

— Я могу дать ему ложную надежду… — неожиданный и бодрый голос Евы заставил всех выйти из уныния. — Сергей не зря пригласил меня и маму в Париж… Именно там будет некий апофеоз его плана… А до этого момента Сергей будет сдерживать свои порывы, если такие и имеются. Он хочет что-то сделать… Но именно там, где будет чувствовать себя комфортно… — Ева говорила почти с улыбкой, словно она героиня фильма из детективного сериала. — На самом деле, маньяк переживает не менее, чем его жертва! — Ева оглядела ребят вокруг, которые слушали ее, словно лектора психфака. — И самое нужное и правильное, что должна делать его жертва — это создать ему комфортные спокойные условия, возможно оказать поддержку! Чтобы притупить его бдительность...

Кир ухмыльнулся, он и забыл, что его девушка, по совместительству, прошаренный знаток психологии…

— Откуда ты это все знаешь, Ева? — спросил Артем с восхищением, глядя на Еву. И тут же заслужил прожигающий взгляда Кира.

— Ну, я же не первый год в психотерапии… — улыбнулась Ева, но как-то грустно. А Кир притянул ее к себе, обнял, прямо при всех.

— Кир, не переживай… Я знаю, что справлюсь… Я буду осторожна. Ты будешь рядом.

Ребята еще немного посидели, разговор перешел и на другие темы, но главное — план потихоньку начинал складываться в целостную картину. От Евы лишь требовалось подкинуть жучок Сергею, и попытаться разговорить его… Но при этом, Кир и ребята должны быть рядом.

Когда друзья расходились, прощались, ещё шутили и обсуждали места для засад, Кир провожал всех ломкой. Он чувствовал себя предателем по отношению к безопасности Евы, и при этом злился на себя, что не может отговорить её.

Ева убежала наверх быстро.

Кир поднялся вслед за ней, сердцем полным страха и гнева. В комнате был полумрак: на окне висели тонкие тюли, свет уличного фонаря мягко просачивался внутрь.

Она стояла у окна, профиль в свете, волосы собраны теперь в высокий хвост, босая. Он подошёл, и голос его был уже другим... без приказов, с нежностью.

— Малыш, я не хочу тебя терять. Это опасно. Я не смогу…

— Я знаю, — ответила она, не оборачиваясь. — Но я хочу победить «монстра». Хочу освободиться…

Ева обернулась к Киру, и тут ее взгляд стал лисьим, а улыбка хитрой.

— Мне не страшно, Кирилл… — Ева положила ладони ему на грудь, заглядывая в глаза.

— Ты ведь мучаешь меня, знаешь? — Кир все понял... понял, что любит ее безгранично, и она это знает.

Ева лишь кивнула, закусывая губу, заглядывая в потемневшие радужки Кира…

— Ты знаешь теперь, что люблю тебя, что не смогу без тебя, — Кир зажмурил глаза, ухмыляясь.

— Знаю, — прошептала Ева. — Знаю… И поэтому не боюсь…

Кир чувствовал касания нежных ладоней, но был все еще зол на их план.

— С ума меня сводишь…

Ева замерла, и хрипло добавила:

— Кир, я хочу сделать для тебя... кое-что... приятное…