Требуется ходячее бедствие (СИ)

Глава 20

В полутьме чужих покоев мерцали пять свечей, разгоняющих серость утренних сумерек. Мистер Эшфорт с трудом оторвал голову от ладони и первым делом попросил:

– Мисс Фрол, молчите о том, что узнали.

– О чувствах Элианны к вам?

– О ее удовлетворительном здоровье, – поправил он и тут же нахмурился. – О чувствах?

– Бросьте, товарищ Императив, – я отмахнулась, занимая мягкий пуфик у окна. – Вы не сумеете убедительно солгать, а слушать неуверенное бормотание мне неинтересно.

Винсент стоически молчал о том, что его невестка дурит окружающих, изображая ужасную подавленность. Сначала он искренне за нее переживал, но каково же было его удивление, когда графиня пришла в ночи и впервые потребовала занять место младшего брата. Мистер Эшфорт не смог даже рассердиться как следует, мягко увещевая девушку вернуться в постель и принять лекарства. Но следующей ночью Эла вернулась снова, испытывая терпение Винсента и заведя старую шарманку.

– Почему бы вам не обличить ее вранье?

– Это бесчестно, – вздохнул мужчина. – Молодую графиню начнут осаждать королевские военачальники, требуя предоставить им рыцарей; потом рыцари, требуя предоставить им новое вооружение; кузнецы, требуя урезонить дерзких рыцарей; и, наконец, рудокопы, требуя осадить нетерпеливых кузнецов. Все это до завтрака, после которого начнется сущий кошмар.

– Значит, вы продолжите спорить друг с другом, кому тащить воз проблем, вместо консолидации и грамотного управления?

Ученый бросил на меня недовольный взгляд, будто я грубо вспорола ножом его защитный кокон, и принялся болезненно массировать лоб. Глядя на его закрытую позу, кричащую мне провалить к черту, я отчетливо поняла – никакие уговоры не подействуют. Тогда попробуем по-другому.

– Мисс… – Винсент остолбенел от неожиданности, почувствовав крепкие объятия.

Я бережно обняла его за плечи, позволив уткнуться в свое плечо, и тихо погладила мужской затылок. Мягкие темные волосы приятны на ощупь, и моя рука незатейливо зарылась в пряди, успокаивая господина Эшфорта. Казалось, Винсент вытесан из камня – до того скованной была его поза, но спустя несколько долгих минут напряжение отпустило.

– Вам хочется остаться здесь, под защитой одиночества и тишины. Делать то, что вы умеете лучше всего, – изучать злополучный портал, найти в нем поломку и, возможно, починить его. Но это уже не поможет ни Францу, ни маркграфству.

Услышав правду, мужчина сам отчаянно вцепился в меня, обвив талию руками. Я наяву почувствовала, как рухнуло его сердце, и единственное, что спасает мистера прямо сейчас – осторожные поглаживания по макушке.

– Поздно махать кулаками после драки. Совершенную ошибку не исправить, особенно чужую ошибку.

Наверное, так женщины утешают своих мужей, когда те ищут силы бороться с внешним миром. Против воли мое сердце забилось часто-часто, отдаваясь шумом в ушах. На Земле мне не доводилось испытать это странное чувство – быть нужной мужчине не как красивая девушка, а как его эмоциональный оплот и тыл.

– Я обещал себе не прикасаться к медальону маркграфа, – глухо сказал Винсент, не поднимая глаз.

– И избегать ответственности?

– Нет, – вскинулся он.

– Тогда оставьте титул брату, помогите ему сохранить власть и людей. Не хотите быть главным – не будьте. Но обязанности феодала, повисшие мертвым грузом, станут камнем на шее утопающего народа.

– Вы правы, – в голосе Винсента послышалась неимоверная тоска.

Ученый одновременно испытывал отвращение к идее принять власть и страх за людей, растерянных и паникующих без руководства. Мысленно упрашивая его не расцеплять объятий, я заговорила о приятном.

– Итак, сэр, ваше мнение о портале?

– Он поврежден нарочно, по чьему-то злому умыслу, – ожил ученый.

Ожил и резко убрал руки. Вот досада! Пришлось нехотя отстраниться.

– Есть подозреваемые?

– С одной стороны, полон двор. С другой, у Франца нет открытых врагов, а обычных недоброжелателей отправляют прочь еще на границе льняных плантаций, чтобы не пожгли и не запустили вредоносных жуков.

– На самом деле, нам не нужно подозревать всех. Только тех, кто имел доступ к порталу и знал, как с ним обращаться.

Портал можно повредить физически, оставив трещину в камне, или нематериально, изменив его настройки. Сравнимо с компьютером: хочешь – запусти вирус, не хочешь – разбей корпус. Путем педантичного анализа Винсент узнал, что кусочек каменного угля повредили изнутри, опустив в концентрированную Тьму и продержав его там не меньше получаса.

– Ой-ёй.

– Согласен, скверно.

– Вы даже не представляете, насколько! – я вздрогнула, быстро покосившись на закрытую дверь. – Никому не сообщайте эту информацию.

– Почему? – удивился мужчина.

– В замке есть только один человек, имеющий под рукой банку концентрированной Тьмы.

Уговоры Элианны занять трон, безвыходное положение, при котором мистер Эшфорт просто обязан взять власть в свои руки, беспечность леди невесты во время визитов к деверю, порча портала с помощью Тьмы…

– Чисто теоретически, кто обладает достаточной властью, чтобы выдвинуть вам обвинение в покушении на жизнь брата?

– Перестаньте, это глупо, – недоверчиво произнес Винсент. – У меня не было конфликтов с Францем.

– Зато мотив налицо.

– Поскольку я простолюдин, любой полицейский чин способен меня арестовать, – медленно признался он.

– Например, тот констебль, который прибыл сюда за одну ночь по ложному доносу? Он будет ликовать как ребенок, если найдется более серьезный повод возбудить уголовное дело.

Мы погрузились в тягостное молчание, прерываемое треском свечей. Умничка Кедра постучалась в двери, принеся на подносе завтрак для двоих. Как ни крути, поспать мне не удастся, хоть поем от души.

– Да простят господа эту дерзость, – решительно сказала она, разливая кофе по чашкам. – Но у меня имеются кое-какие мыслишки.

– Говори, – заинтересовалась я.

– Кто угодно мог выкрасть камень, сбегать с ним до леса и кинуть его в овраг. Вы сами, господа, попали в лапы Тьмы недалеко от безопасной дороги. Если обвешаться амулетами, можно спокойно переждать темную вспышку на опушке, а потом вернуться, подобрать портал и снова положить его в шкатулку лорда.

Для этого надо знать наверняка, что Тьма испортит портал, иметь доступ к шкатулке и желать смерти лорду Эшфорту. В любом случае список подозреваемых очень мал, это радует.

– Мал, но хлопотен, – заметил Винсент. – Шкатулка хранилась в кабинете Франца – месте более людном, чем площадь Собрания. Неприятно говорить, но подозрения падают на двадцать-тридцать человек, близких к лорду.

– Не считая нас, слуг, и гостей-приятелей, способных забежать к его сиятельству с пустяковой беседой, отвлечь его внимание под благовидным предлогом и умыкнуть уголек, – добавила Кедра.

Вообще-то я имела в виду наших леди и рыцарей, с которыми Франц шушукался последние дни в своем канцелярском логове... Двадцать-тридцать человек?!

От масштаба предстоящего следствия закружилась голова. Проводить дознание обязаны компетентные лица, но они – эти самые лица – первым делом начнут подозревать Винсента. Чего на самом деле хотел убийца: избавиться от лорда Эшфорта или подставить его старшего брата?

– Черт возьми, у нас связаны руки. Нельзя позволить, чтобы расследованием занимался этот подозрительный констебль. А он, как назло, осел в Тенебрисе, если верить сплетням.

– Кто-то идет! – вздрогнула Кедра.

Мы насторожились, услышав бухающие шаги за дверью. Некто мчался по коридору, пугая сонных слуг и издавая гневные звуки.

– Винсент, храц тебя раздери, почему ты мне не сказал?! – заорал мужчина, дернув на себя дверь.

Его высокий конский хвост яростно качался от быстрого бега, кованые набойки на сапогах громко звенели, сам гость задыхался от негодования и быстрого бега. Где-то я уже видела этот острый подбородок и привычку шумно злиться на мистера ученого.

– Лорд Янг, – взгляд Винсента потяжелел. – Кто разрешал вам вторгаться в мои покои?

– Хватит, у меня в зубах завяз этот официальный тон, – еще сильнее разозлился лорд Дарен. – Почему ты не послал котомо с письмом, что твой брат пострадал из-за сломанного портала?

– Это внутренние дела рода Эшфорт.

– То-то я обогнал старика Вереска, трюхающего в доисторической карете, чтобы выразить тебе соболезнования, – процедил гость. – Ты хоть понимаешь, что первым попадаешь под подозрение?

Мы с Кедрой переглянулись. Служанка согласно смежила веки, одобряя идею узнать побольше о конфликте двух упрямцев. Кажется, лорд Янг искренне переживает за мистера Эшфорта, но тот отвергает его.

– Последний раз повторяю, это не ваше дело, лорд, – еще суше ответил Винсент.

– Я могу помочь! – взорвался Дарен.

От него разило бескомпромиссностью и жаждой рубить с плеча. Лорд Янг буквально горел изнутри желанием действовать немедля и, судя по решительно нахмуренным бровям, первым пунктом в его списке дел значилось спрятать Винсента подальше от полисменов.

Но и ученого уже начало трясти от неуемной энергии воина.

– Последнее, что я сделаю, – это обращусь к тебе за помощью! – рявкнул он, вскакивая с места в каком-то неуправляемом порыве. – Выметайся, пока я сам не спустил тебя с лестницы!

– Идиот!

– Сделай так, чтобы я больше тебя не видел, – мистер Эшфорт угрожающе сжал кулаки, окончательно поддавшись гневу.

Громко цокнув языком, лорд Янг стремительно вылетел в коридор, изо всех сил хлопнув дверью. Из Винсента будто испарились все силы – мужчина резко сгорбился, с трудом удерживаясь на ногах, и подарил мне мучительный извиняющийся взгляд.

Пошатываясь от усталости, мистер Эшфорт медленно побрел на выход, остановившись на пороге.

– Если вы дошли до ручки – откройте дверь, – мягко намекнула я. – Хуже не будет, остается только идти вперед.