Требуется ходячее бедствие (СИ)

Глава 7

Суп в тарелке стремительно кончался, я начинала паниковать. Первый ужин в новом мире принес массу неприятностей, воплощая задумку Франца. Меня пригласили к дворянскому столу, чтобы во всеуслышание представить людям мисс попаданку и сурово приказать не препятствовать ей в выполнении попаданских обязанностей.

Когда охрана захотела скрутить меня калачиком, вперед вышла Кедра, вооруженная безобидной вилкой. Стражники в кирасах и кожаных панцирях озадачились, но мозги не включили и попытались заломить мне руки.

«Уволить негодяев», – цедил мистер Эшфорт, оказавшийся случайным свидетелем безобразной войны двух стражников против двух женщин.

«Мисс Фрол, повторяю инструкцию, проблемы должны решаться без моего участия», – шипел Франц, массирующий виски от крайнего утомления. Его день был очень нелегким.

«Следует лучше обеззараживать столовое серебро», – хмурилась Мио, обрабатывая четыре аккуратные дырки в плече стражника.

Кедра умудрилась за полторы секунды отыскать брешь в защите охранника и коротким движением остановить его столовым прибором. Ни слова оправдания: служанка взглядом заткнула мои попытки объясниться и просто вступила в рукопашную схватку, долбанув мужика по кадыку. К моему великому облегчению, тогда и подоспел господин Эшфорт.

Позже я возмущенно спросила Кедру, почему нельзя было просто поговорить, на что служанка флегматично рассказала о порядках в замке. Исполнительная стража, действуя строго по протоколу, первым делом запирает нарушителя в темнице, расположенной в Фелицианской башне, записывает его данные и передает начальнику охраны. Он принимает решение, стоит ли беспокоить маркграфа или можно разобраться самому, а мисс попаданка – веский повод дойти до лорда. С учетом приближающейся ночи, начальник охраны прождал бы два часа до конца дворянского ужина прежде, чем поговорить с Францем, и то, если очень повезет. Короче, мой шанс провести ночь в тюрьме был очень велик.

«Проще вырубить их и самим пойти нажаловаться», – подытожила служанка.

Но здесь и сейчас рядом не было Кедры, а, значит, не было и спасения.

– Не та вилка, – прошептал одними губами Винсент Эшфорт, сидя почти напротив.

Я его простила. Нет, правда простила. Брат его сиятельства оказался тем самым коварным звездочетом-порталоведом, который высчитал по звездам местоположение наиболее подходящей попаданки. Он не просто знал, что Франц собирается меня похитить, он был его прямым сообщником! Правда, искренне не понимал, почему я злюсь. Наверное, стоило догадаться раньше, но меня ввело в заблуждение его безмятежное лицо с маской легкой доброжелательности.

Ужин обернулся позором сразу по трем причинам. Порядка четырех десятков аристократов высокомерно разглядывали мое простенькое скромное платье, щеголяя в мехах и драгоценностях. Мне было нечем даже собрать волосы, благо, Кедра щедро поделилась белой лентой, велев заплести косу.

Во-вторых, под количество вилок требовался еще один стол. Их было пятнадцать штук! Мясо, рыба, хлеб, овощи, десерты, гарнир, бобы, закуски, икра, фрукты – каждой позиции в меню полагался свой прибор. Я узнала только ложку для супа и вцепилась в нее с надеждой утопающего, разглядевшего соломинку на поверхности реки. На помощь пришел мистер Эшфорт, за что я и подарила ему великодушное прощение – мужчина ел демонстративно медленно, позволяя повторять за ним.

– Из какого вы рода? – осведомился сидящий подле Винсента сэр, закутанный в соболий мех.

«Из ссыльного, батенька, революционного», – я с усмешкой рассказала местным, как мой прапрапрадед вернулся на родину ярым революционером-большевиком, отбыв в заграничной ссылке шесть лет. Правда, через два десятилетия его отправили в лагерь как злостного контрреволюционера, но это детали.

– Ясно, крестьянка, – бросило «доверенное лицо» графини, мисс Падма Коста.

Она сидела справа от меня, вклиневшейся между нею и леди Флорой, заботливо подающей хлеб невесте. Длинный стол был настоящей иерархичной лестницей: на торце сидел лорд Эшфорт, восхитительно симпатичный паразит; слева от него расположились мужчины, начиная с брата, справа – женщины, начиная с невесты.

Стол был длинный, но язык мисс Падмы еще длиннее.

– Верно, я тоже мисс, мисс.

Винсент усмехнулся краешком губ, оценив ироничную тавтологию, а я искренне насладилась красными пятнами, расцветшими на щеках дамочки. Кстати, очень молодой, как и невеста, – обеим едва ли двадцать два года. Возраст леди Флоры выдавали руки, я с уверенностью могу дать ей двадцать пять.

– Надеюсь, больше никому не придет в голову оспаривать полномочия госпожи Фрол, – лорд устало потер лоб, отложив вилку.

Доселе молчавшая, как мышка, Элианна впервые подала голос.

– А какие у этой госпожи полномочия? – в тоне невесты сквозила пассивная агрессия. – Она сорвала декорирование бальной залы.

– Их сорвал лакей. Кстати, мне тоже не нравятся фиолетовые розы, так что найдите компромисс, – непререкаемо ответил маркграф. – Госпожа Фрол имеет доступ к любым помещениям, за исключением личных покоев каждого из присутствующих гостей и казны. Я приказываю не мешать ей делать свою работу, даже если…

– Даже если вам непонятно, что я делаю, – закончила я за мужчину. – Его сиятельство знал, на что шел, вызывая меня в замок и оторвав от очень-очень важной работы в моем мире.

Поедания бутербродов и ленивом набирании очередной статьи о моде для коммерческой рекламы. Нешуточное, между прочим, занятие, одна ошибка – и бутерброды исчезнут в пасти кошки.

От всеобщего отношения я сама начала верить в свой профессионализм. Действительно, прожитые двадцать шесть лет нельзя назвать безоблачными, я стабильно влипала в какие-то мелкие недоразумения, подчас трансформированные в натуральные проблемы.

Мальчик поперхнется воздухом во время поцелуя, на стажировке перепутают мои данные с чужими и оставят без выгодного проекта, подруга ошибется адресатом, отправив мне мое же фото с язвительным комментарием о внешности – стабильно фиговые случайности, портящие жизнь. Надеюсь, это удастся монетизировать.

– Господин Эшфорт, как вы сделали выбор попаданки?

– Не я делал выбор, а звезды, – Винсент отпил воду из бокала. – Пусть мисс Фрол сочла произошедшее ошибкой, Тьма и Небо не ошибаются. Госпожа, вам суждено стать великой попаданкой.

– Вы что, провидец? – буркнула я, ощущая жар смущения на щеках.

– Астроном, – поправил он снисходительно. – Ясновидящими задатками не обладаю. Однако женщина, сумевшая одним присутствием сломать лакею руку, уничтожить трехдневную работу декораторов и подраться с охраной, определенно станет великой.

Аристократы синхронно отодвинулись, вытаращившись на меня с суеверным страхом. От прозвучавших обвинений накатил внезапный стыд. Кажется, братья Эшфорты – сумасшедшие, если всерьез считают наличие попаданки благом.

– Так, может, ее… того? – неуверенно спросил один из дворян, светловолосый юноша с пятнистым лишаем на щеке. – Выгнать?

– Ни в коем случае! – возмутились сиятельные. Даже Элианна, вроде бы, поддакнула. – Только сегодня герцогиня Вальц прислала дорогой подарок в честь будущего торжества, хотя еще вчера демонстративно игнорировала наш союз. Винсент сумел закончить сложнейший эксперимент, потому что отвлекся на мисс Фрол и упустил момент разложения Тьмы, а она внезапно стабилизировалась. Элианна… Скажи, милая.

– Я получила доброе предзнаменование, – леди прелестно порозовела скулами. – Цветы говорят, первенцем будет мальчик.

Обрученные в унисон смутились, обменявшись жаркими и нежными взглядами. Замечательно, здесь существуют говорящие цветы со встроенным аппаратом экстрасенсорного УЗИ.

Взяв в одну руку вилку для хлеба, во вторую – вилку для буженины, я мудро позволила бутербродам соединяться прямо в моем рту. Итак, большинство ужинающих – гости, приглашенные на свадьбу за три месяца до начала оной. Поскольку на дворе грязная весна, многие господа взяли под мышку своих дам, решив выдвигаться заранее, чтобы не увязнуть колесами в размякшей снежно-глиняной каше.

Всего в замке сорок четыре аристократа, не включая рыцарей-баронетов. Из них на постоянной основе проживают около восьми особей, скрещиваются между собой или уже являются друг другу родственниками. Смущает только леди Флора, фамилия которой Торрес, однако ее глаза точь-в-точь медовые с яркими пятнышками, как у Элианны.

Помимо них, здесь ошиваются молодые мещане, наместники городов маркграфства и старосты деревень, семьи слуг, крестьяне-поставщики и куча других людей.

– Я считаю, что неразумно наделять мисс попаданку широким кругом полномочий, – голос невесты ворвался в мои мысли. – Как минимум, запрети ей вмешиваться в подготовку к свадьбе.

Ради бога, мне этот геморрой отродясь не нужен.

– Милая, ты сама вчера рыдала, что праздник получается слишком обычным, – Франц с раздражением отодвинул тарелку. – Воспользуйся иномирным опытом мисс Фрол.

Жующие дворяне автоматически уткнулись в тарелки, принимая абсолютно равнодушный вид. Стоит полагать, милые бранятся на публику не в первый раз, еще не приобретя мудрую привычку закрывать дверь прежде, чем мести сор.

– Кого, девицы в моем старом платье? – возмутилась Элианна.

На моем темном платье сошлись все взгляды, пронзив скромную вышивку на груди и манжетах. Сердце неприятно екнуло от взгляда мистера Эшфорта – он тоже с удивлением приподнял бровь, осмотрев мой наряд. Вот же ядовитая кобра! Эта взбалмошная особь относится к подвиду янтароглазых стерв, особенно наглых в период предстоящего гона.

– У вас был отменный вкус, леди, – я смяла подол, скрывая ноющий стыд. – Повезло, что нынешние платья не перешли в разряд старых.

Лукавлю, конечно, леди невеста была одета в чудесное голубое платье, расшитое серебристыми розами и тончайшим кружевом. На плечах ее светлости лежало легкое песцовое боа, выгодно подчеркивающее огненные локоны, спускавшиеся вдоль тонкой белой шеи. Я бы тоже не отказалась от наряда принцессы вместо мрачного платья, годного лишь для церкви.

Элианна громко фыркнула, пропуская мою слабенькую шпильку мимо ушей. Эта девушка прекрасно осведомлена о своей красоте.

– Как принимающая сторона, мы обязаны обеспечить мисс Фрол любой необходимой мелочью, – Винсент озабочено потер подбородок.

– Я отдал распоряжение! – взвился Франц, уловив в словах старшего брата намек. – Это не делается за вечер.

– Это должно делаться заранее, – мистер осуждающе покачал головой. – Я сразу сказал, что наша мисс попаданка – молодая девушка нормальной комплекции и среднего роста. Могли хотя бы подготовить ей комнату и слуг.

– Так уж и нормальной, – тихо прошептала Падма. Я недоуменно осмотрела ее пышноватую фигуру.

– Госпожа пожелала жить в твоих покоях, – съязвил маркграф. – И мыться в твоей чаше, дорогой брат.

– В моих покоях? – Винсент оторопел. – Почему? Здесь полно гостевых спален с богатой отделкой.

– Она захотела личную купель, – мисс Падма быстренько сдала меня с потрохами, улыбаясь мерзкой двуличной улыбочкой. – Не удивлюсь, господин, если по ее капризу вас заставят жить в каморке, как попрошайку, прибившегося к порогу, а не члена семьи. Ха-ха, это просто шутка, мисс Фрол.

Вот теперь сердце по-настоящему заныло, реагируя на колючий жесткий взгляд звездочета, ножом полоснувший по мне. Наверное, я в самом деле перегнула палку, требуя жить там, где мне показалось выгодным. Но вопреки ожиданиям, настроение Винсента немного смягчилось, будто мужчина взял на себя ответственность за просчет младшего брата, разрешая попаданке быть чуть-чуть наглой.

– В таком случае я переселюсь поближе к мисс и буду просить у нее дозволения воспользоваться купелью, – саркастично выдал мужчина. – Ги, подготовь свободные покои на втором этаже.

Дворецкий, прислуживающий гостям за столом, чинно поклонился. В отличие от известных мне дворецких, являвшихся то убийцами, то циниками в кинолентах, Ги был молод и усат. Тонкие черные усы завивались колечками, так и манящими проверить их на натуральность. Я даже мысленно похлопала себя по рукам, веля не засматриваться на чужие лица, тем более на служебные.

– Разве мне по статусу такая честь?

– Считайте это компенсацией. Многие здесь должны Эшфортам, но вы станете первой, кому должены мы, – загадочно сказал Винсент.

Добрая треть присутствующих слегка побледнела.