Вторая жизнь Тейлы Айрвуд (СИ)

Глава 20: Первый день

С утра всё казалось чуть-чуть нереальным.

Лена проснулась за десять минут до того, как прозвенел колокольчик — тонкий, едва слышный, словно приглушённый. Его звук пробежал по зданию общежития, как магический ветерок, который знал своё дело: не тревожил, но будил.

Она лежала на кровати, не двигаясь, и глядела на потолок. Сердце билось чаще обычного от осознания, что сегодня её первый учебный день в Академии, как настоящая адептка.

Встала, умылась, надела форму — простое синее платье с ремнём, накинула на плечи лёгкую накидку. Всё это было по размеру, удобно и непривычно приятно.

В столовой пахло сливочной кашей и травяным чаем. За соседними столами новички ели, переговаривались. Кто-то повторял конспекты, кто-то рассматривал карты Академии. К ней подошли Селеста и Жереми. Кай уже ждал у выхода с хмурым видом, как будто с рассветом кто-то поцарапал его любимую карту.

— Готовы? — спросил он, когда все трое подошли.

— Скорее — напуганы, — честно сказала Селеста.

— Я уже принёс с собой вторую ручку, а это значит, я настроен серьёзно, — добавил Жереми и показал перо с запасной насадкой.

Первый учебный день пролетел стремительно. Аудитории были светлыми, стены — украшены гобеленами, которые едва заметно шевелились от магии. Преподаватели — разные: строгие, рассеянные, харизматичные. Один напоминал ворона, другой — горную вершину, но все были внимательны и требовательны.

Лена ловила каждое слово. Делала записи. Задавала вопросы. Она чувствовала: то, о чём раньше мечтала — учиться, понимать, чувствовать магию — теперь стало её реальностью.

На переменах они собирались все вместе. Селеста завела список преподавателей «по степени суровости». Жереми — собирал сплетни и уже знал, в какой аудитории, когда отключается свет. Кай чаще молчал, но внимательно слушал.

Вечером, вернувшись с занятий чуть раньше остальных, Лена отперла дверь своей комнаты и замерла.

Посреди комнаты стоял… кто-то. Маленький, лохматый, в переднике и с пером за ухом. Домовой.

Он парил над полом и в этот момент вытягивал простыню, отчего кровать буквально вздрагивала от резких движений.

— Ой! — вырвалось у нее.

Домовой взвизгнул, уронил подушку, подлетел под потолок, сверкая глазами.

— Ты чего тут встала?! — пискнул он. — На двери что написано? «Не входить до завершения уборки»!

— Там вообще ничего не было, — пробормотала она. — Ни слова.

— Потому что я табличку снял! Проветрить хотел!

Лена моргнула.

— И… как я должна была догадаться об этом? — спросила она с самым вежливым из возможных выражений «что за бред?».

Он начал метаться по комнате, собирая с пола разбросанные вещи, и всё бормотал: «Да как будто мне больше заняться нечем. Прерывают, удивляются, таращатся…»

Лена наблюдала пару секунд, а потом — не сдержалась и рассмеялась.

Домовой остановился, подозрительно уставившись на неё.

— Чего хихикаешь? Совсем стыда нет?

— Просто ты забавный и спасибо тебе. Здесь очень чисто.

Он моргнул, а потом смущённо фыркнул:

— Ну, я старался.

— Я вижу. Прости, что вошла. В следующий раз постучу трижды, договорились?

Он посмотрел на неё, чуть склонил голову, потом кивнул:

— Ладно. С тобой жить можно. Только шмотки не разбрасывай и чай не проливай на учебники. — Я тебя буду помнить.

Домовой коротко кивнул, метнулся к стене и исчез — словно втянуло его в щель между шкафом и воздухом. Только едва слышное фырканье повисло в воздухе.

Когда дверь за ним захлопнулась, Лена ещё немного постояла посреди комнаты и улыбалась. Академия — это не только магия, но еще и домовые, и новые друзья, и странные, волшебные встречи.

На следующий день она направилась в южное крыло Академии — в светлую аудиторию для практики магии воздуха с высокими окнами и струящимся сквозняком, будто сама стихия поддерживала порядок. На полу — очерченные круги, где шла отработка. Сегодня был практический урок по управлению потоками — один из профильных для её факультета.

Селеста уже была там, слегка нервничая у дальнего круга. У неё тоже обнаружился дар к воздуху — тонкий, чувствительный, чуть рассеянный, как и она сама.

— Давай в пару? — предложила Селеста, улыбаясь. — Ты ведь не сильно будешь меня сдувать?

— Постараюсь, — отозвалась Лена, отвечая на улыбку.

Как только они заняли круг, преподаватель — строгая женщина в серебристо-голубой мантии — взмахнула жезлом.

— Начнём с направленных потоков, — громко произнесла она. — Затем — удержание баланса в противоветре. Работаете в парах, внимательно следите за реакцией воздуха и не пытайтесь форсировать силу. Особенно новички.

Лена с Селестой обменялись взглядами — и приступили. Воздух дрожал, подчиняясь их жестам. Пока — едва заметно, словно разминался вместе с ними.

В какой-то момент Лена развернулась к кругу и заметила, что кто-то наблюдает. В тени арки, ведущей на тренировочную площадку, стоял Винсент. Он явно шёл мимо, возможно, с пары — но остановился. Чёрная мантия, небрежно накинутая сумка через плечо, тот самый взгляд, от которого на мгновение дыхание сбивается.

Когда занятие подошло к концу, Селеста задержалась, прибирая перчатки, а Лена направилась к выходу. Винсент оказался рядом, будто только и ждал момента.

— Айрвуд, — раздалось из-за плеча.

Она обернулась — и вздрогнула, увидев Винсента почти вплотную. Он стоял так близко, что тонкий запах свежей хвои и старой кожи от его мантии коснулся её, будто воздух между ними исчез.

— Я наблюдал за тобой, — произнёс он медленно, чуть склонив голову. Его голос был глубоким, с мягкой насмешкой. — Ты прекрасно ощущала потоки телом. Это редко встречается среди тех, кто только переступил порог Академии.

Он сделал шаг — слишком уверенный, на грани дозволенного. Лена осталась на месте, как будто ноги вросли в каменный пол.

— Я веду практику. Факультатив по пятницам, ближе к вечеру. Думаю, тебе стоит заглянуть, — продолжил, скользнув взглядом по её лицу. — Или… — он опустил взгляд, медленно провёл пальцами по краю её рукава, — тебе больше по душе индивидуальный подход?

Он снова поднял глаза. В них не было пошлости — только испытующий интерес. Холодный огонь.

— Я мог бы уделить тебе столько времени, сколько потребуется. Помочь раскрыть твой потенциал и научить тонким граням управления ветром. Там, где поток касается кожи, где ты чувствуешь дыхание стихии под пальцами. Это требует… личного контакта.

Он не отрывал взгляда от её глаз, и Лена почувствовала, как сердце предательски ускоряется. В этом взгляде было что-то слишком знакомое — слишком близко к тому, что она уже переживала. Вспышка памяти: чужие руки, непрошеная близость, то мгновение, когда всё внутри кричало.

Страх? Возбуждение? Воспоминания?

— Спасибо, — выдохнула она, наконец, отступив на шаг. — Но я как-нибудь сама.

На его губах появилась едва заметная усмешка. Он не стал настаивать — и именно это пугало сильнее всего.

А она развернулась и почти побежала прочь. Последняя утренняя пара на сегодня закончилась, впереди обед — и ещё лекции, но вместо того чтобы пойти в столовую, Лена свернула к общежитию. Слишком быстро, как ей самой казалось. Сердце колотилось не от пробежки.

На повороте к женскому крылу она врезалась в кого-то — жёсткое плечо, запах коры и чего-то хвойного.

Барс.

Он удержал равновесие, прищурился.

— Следи, куда бежишь, — буркнул он, отступая.

— Это вы из женского крыла только что вышли? — пробормотала она, но он уже ушёл прочь, даже не ответив.

Позже, уже в комнате, сжимая в руках угол подушки, Лена всё ещё не могла понять — что он там делал?

“Ему что, правила не писаны?”

Коменданты ведь чётко сказали: противоположному полу — строго воспрещён вход.