Заклятый враг на праздники (ЛП)

5

Стелла

Когда Джаспер свернул на подъездную дорожку к дому моих родителей, я остолбенела. Даже перепроверила адрес, чтобы убедиться, что это действительно мой дом. Тот же белый кирпич, те же колонны, та же красная дверь с полукруглым окном наверху. Ели на своих местах, обрамляют крыльцо, как всегда. Но чего-то явно не хватает… рождественских украшений.

Если есть хоть один урок, который я усвоила за годы противостояния с Джаспером, так это то, что ему нельзя показывать слабость.

Этот план рухнул сегодня, когда меня стошнило в самолете, а потом я лежала у него на коленях, как беспомощный ребенок. Ах да, и когда я попросила его притворяться моим парнем из-за ситуации с Даниелом. Вот это было круто.

Я до сих пор не верю, что предложила такое. И что Джаспер согласился. Или это он предложил? Я уже не помню, как пошел разговор. Но это и не важно. Я сыграю роль его фиктивной девушки идеально, хотя бы назло ему.

Потому что так мы и живем.

Мы стараемся переплюнуть друг друга и никогда, ни за что не показываем, что нас что-то задевает.

Вот почему я ни за что не могла позволить Джасперу увидеть, как меня расстроило отсутствие украшений на родительском доме.

Я надеюсь, что если до уличной иллюминации руки не дошли, то внутри все как всегда: мамины вязаные Санты стоят на каминной полке над носками. Пахнет имбирными свечами, в каждой комнате играет рождественская музыка. Елка наряжена гирляндами из попкорна и нашими с Сейди игрушками из девяностых, которые мы клеили раз десять.

Но когда я прохожу по коридору и заглядываю в гостиную, меня накрывает настоящий ужас.

Ни имбиря. Ни музыки. И там, где всегда стояла елка, пусто — хотя до Рождества осталось всего шесть дней.

Папа первый выходит из своего кабинета мне навстречу.

— А вот и она. Наша Стел-Бел дома, — напевает он, такой же добродушный, как всегда.

— Хорошо быть дома, — я утопаю в его объятиях. Когда он отпускает, замечаю: седых волос стало больше, а морщинки в уголках глаз глубже, чем даже несколько месяцев назад.

— Где елка? И все украшения? — спрашиваю я.

— Прости, Стел-Бел, в этом году мы не успели. Сейди готовила свадьбу, а мы с мамой уже не такие быстрые, как раньше. До чего-то руки не дошли.

До чего-то? До чего-то?

Ничего не сделано. Волна разочарования накрывает меня.

Это не задержка. Рождественских украшений не будет вовсе.

Я бросаю взгляд в окно на дом напротив.

У Дженсенов все сияет теплым светом. Их ель высотой метров шесть способна соперничать с той, что ставят в Рокфеллер-центре: огромные разноцветные лампочки, ровный блеск. На заснеженном газоне — все восемь оленей Санты, и Рудольф с красным носом ведет упряжку, таща санки в натуральную величину. В них все фотографируются на рождественской вечеринке Дженсенов. Эти санки — место нашей с Джаспером ожесточенной дискуссии о том, что лучше: живая елка или искусственная.

Я навсегда в команде живых елок.

И тайком люблю смотреть это олене-совиное великолепие.

Их дом всегда выглядел как открытка. Еще один повод для соперничества, и в этом году он явно впереди.

Папа ведет меня на кухню, но нас перехватывает Сейди.

— Ни фига себе! — восклицает она вместо приветствия. — Мы уже слышали новости!

— Выражения, — пытается одернуть ее папа, но выходит скорее вопрос.

Мы с Сейди родились с разницей в один год. Мама была уверена, что раз кормит грудью и у нее нет месячных, то забеременеть не сможет. Пару месяцев спустя миф рухнул и родилась Сейди. В детстве нас часто принимали за близняшек.

— Пап, мне двадцать семь. Я могу сказать «ни фига», — она отмахивается. — Но такие новости требуют крепкого словца.

— Что еще за новости? — встревоженно спрашивает папа.

— Стелла встречается с Джаспером! — взвизгивает Сейди, будто сама не верит в это. И я ее прекрасно понимаю.

Папа морщит лоб.

— Джаспер?

— Джаспер Дженсен! — взрывается Сейди. — А какой еще Джаспер бывает?

— Я думал, вы с ним не ладили, — удивляется папа.

— Не ладили! Именно! Но теперь встречаются! — торжественно кричит Сейди. — Боже, Стелли, рассказывай все.

— Дайте ей хотя бы войти, — говорит папа, ведя нас на кухню, где мы видим маму.

— Стелла! — Мама отрывается от теста, вытирает руки о полотенце и бросается меня обнимать. И, стоило ее рукам сомкнуться вокруг меня, глаза жжет от чувства «дома».

— Ты имбирное печенье делаешь? — спрашиваю, пытаясь уловить привычный запах.

— Нет, я решила испечь свадебный торт для Сейди и Тома. Работаю над разными вариантами крема. Хочешь попробовать? — Она указывает на миски на островке.

Одна мысль о сладком заставляет мой и так капризный желудок сжаться.

— Потом.

Даниел сидит рядом с Томом, женихом Сейди, и листает телефон. Он поднимает глаза и я на секунду чувствую себя виноватой за ложь. Но альтернатива — две недели неловкого флирта — гораздо хуже.

— Мы уже слышали про Джаспера, — мама смотрит на меня хитро, будто знала всегда. Она уверена, что наше соперничество — это маска для настоящих чувств. Не понимает, что соперничество живо и здорово.

Но мне нужно, чтобы Даниел думал иначе.

— Верно, — громко объявляю. — Мы с Джаспером встречаемся. Он мужчина моей мечты.

Сейди давится смешком. Она знает меня слишком хорошо, чтобы поверить такой интонации.

— Ладно, Стелли, пошли распаковываться.

Она уводит меня с чемоданом, проходя мимо удрученного Даниела. Том кладет ему руку на плечо и предлагает сыграть в приставку.

Уже в моей комнате Сейди срывается в атаку.

— Как это произошло с Джаспером? Это началось с секса на почве ненависти? Ты в него влюбилась?

— Секс на почве ненависти? — повторяю, потому что никогда не думала, что можно ненавидеть человека и при этом хотеть заняться с ним сексом.

— Ну да, когда тебя так злит человек, что вы занимаетесь этим злыми. Мы с Томом пару раз… ладно, один раз так делали. Потом пытались повторить, потому что вышло очень горячо, но это трудно — такое напряжение само не возникнет.

— Я не знаю, — пожимаю плечами. — Все как-то само вышло.

— Невозможно. Между вами столько напряжения. Там точно должен быть фейерверк. Взрыв какой-нибудь.

На самолете у меня был взрыв. Желудочного содержимого.

Думать об этом противно, но Джаспер справился блестяще. А если бы он был на моем месте… я бы точно не позволила ему класть голову ко мне на колени.

— Я заболела, и он заботился обо мне. Я решила, что он больше не самый худший человек на свете.

— Ох, как мило.

Я не выдерживаю ее влюбленного взгляда — под ним правда сама выскакивает наружу.

— Я вру. Он мне не парень. Не всерьез. Мы притворяемся, чтобы Даниел не решил, будто между нами что-то есть. А Джасперу нужна спутница на семейную вечеринку.

— Я так и знала. — Сейди разочарованно вздыхает.

— Только никому. Особенно Тому. Он расскажет Даниелу, и все рухнет.

— Да, извини, что Даниел здесь. Том не мог провести Рождество без него, а я не могла — без Тома. Все как-то само закрутилось.

— Ничего. Я буду притворяться девушкой Джаспера и переживу эти две недели.

— И как вы собираетесь это провернуть?

Я пожимаю плечами.

— Пару раз побудем вместе. Я пойду на семейную вечеринку к его родителям, он придет на твою свадьбу как мой спутник, а потом разойдемся.

— Звучит до смешного просто, — она протягивает мне очередной органайзер из моего чемодана. — Но ты в курсе, что речь идет о тебе и Джаспере? У вас никогда ничего простого не было.

— Да, я знаю.

Позже, после ужина, я собираюсь ко сну и на мгновение замираю у окна, глядя на дом Джаспера.

Я позволяю себе секунду просто любоваться его праздничной иллюминацией, забыв, что это дом моего вечного противника и теперь еще и фиктивного парня.

Потом решительно задергиваю шторы и забираюсь в постель.

— Тут ужас, Пип. Приезжай и спаси меня, — ною я, глядя в экран телефона, где на меня смотрит моя лучшая подруга Пиппа.

— Это совсем не похоже на волшебный Сидар Холлоу, который ты мне описывала.

— Прости, у меня настроение такое. И город тут ни при чем, — я поднимаю глаза на горы и глубоко вдыхаю. Люди со всего мира приезжают в Сидар Холлоу и окрестности покататься на лыжах и насладиться зимой, и мне повезло вырасти здесь. Я люблю Нью-Йорк со всей его суетой, но стоит вернуться домой, в уютный городок в сердце Скалистых гор, и я сразу чувствую покой. Но последние сутки были всем, чем угодно, только не спокойными.

— Это неудивительно, учитывая, что теперь ты встречаешься со своим заклятым врагом, — она поднимает бровь.

Я уже рассказала ей все: полет, мою внезапную болезнь, то, что Джаспер видел это от начала до конца, появление Даниела в аэропорту и мой гениальный план сделать Джаспера своим парнем, чтобы избавиться от его ухаживаний. Тогда идея казалась блестящей, но теперь, когда мне приходится проживать ее на деле, всё по-другому.

Сейчас я иду к елочному хозяйству выбирать елку. Раз семья занята подготовкой к свадьбе, я решила сама заняться украшением дома, начиная с самого важного. С живой рождественской елки.

Стоит ли идти пешком до фермы? Возможно, нет. Но я рассчитываю, что там есть услуга доставки.

Я перехватываю в руке топор. Тот самый, который прихватила в гараже, когда тайком выскальзывала из дома, чтобы не столкнуться с Даниелом.

— Знаешь, что меня бы спасло? Если бы ты приехала.

— Не могу. У меня дедлайн.

— У тебя всегда дедлайн.

— У большинства авторов так. Так устроена работа.

Пиппа пишет откровенные любовные романы. Это она подсадила меня на горячие аудиокниги. Иногда, когда слушаю ее книги, мне приходится делать вид, что она их не писала, чтобы не чувствовать себя неловко от того, насколько возбуждающе она описывает сцены. Ее карьера взлетела, она ездит на встречи с читателями по всему миру. Я жутко горжусь ею.

— Сейчас Рождество. Тебе стоит взять выходной, — уговариваю я.

— Может, в следующем году.

— Я напомню.

— Передай привет Джассу, — поддразнивает она.

— Фу, нет. Он и так знает все о моей подростковой жизни. Я не позволю ему вторгнуться в мою взрослую.

Хотя… он уже вторгся. Он теперь мой фиктивный парень.

Я завершаю видеозвонок и продолжаю путь к елочной ферме.

Телефон вдруг вибрирует. Я надеюсь, что это Пиппа пишет, что уже купила билет. Но нет. Это сам дьявол.

Джаспер: Привет, Искра. Как ты себя чувствуешь?

Я: Лучше не бывает

Джаспер: Рад слышать. Видимо, я выходил тебя

Я: Это неправда

Джаспер: Наверное, дело в моем неприлично красивом носе

Я: Удались из моих контактов

Джаспер: А как мы будем договариваться о наших фиктивных свиданиях?

Я: Я сейчас передумаю насчет всей этой затеи

Джаспер: Зайду к тебе позже

Я: Пожалуйста, не надо

Джаспер: 😘

Я убираю телефон в карман и иду дальше.

Я не думала, что пойду выбирать рождественскую елку одна, но это не беда. Я привыкла сама всё решать. Так что выберу дерево, попрошу доставить. Всё будет хорошо.

Только дело не в самой елке, а в том, чтобы выбрать ее вместе, отвезти домой, нарядить. В смехе и разговорах о старых игрушках, которые мы достаем каждый год.

Вот чего будет не хватать.

Но я не собираюсь пропускать эту традицию. Даже если придется делать всё самой. Поэтому я шагаю дальше по тротуару, сворачиваю на Пайнкоун Вей и продолжаю путь к елочному рынку «Морозная ель».