Зеленая ведьма: Сад для дракона

Подглава 38.1

Каэльгорн

Я просматривал последние отчёты о запечатывании разломов, когда в кабинет, не доложась, ворвалось синее безумие.

Нимбус влетел на такой скорости, что врезался в стену над камином, отскочил, кувыркнулся в воздухе и, даже не пытаясь прийти в себя, ринулся ко мне. Его сияние было ослепительным, болезненным для глаз, а из горла вырывались не мяуканья, а пронзительные, визжащие звуки чистого ужаса. Он вцепился когтями в мой камзол, тычась мордой мне в лицо, в грудь, и в его синих глазах-звёздах бушевала немая паника.

И тогда по нашей связи, той самой, что после Ритуала стала прочнее стали, ударила волна. Не её голос. Не образ.Ощущение. Удушающая вата. Глухая стена. Искра страха, мгновенно гаснущая в густом, сладком мраке.

Флорен!

Я вскочил, сбрасывая с колен бумаги. Сердце остановилось, а потом забилось с такой силой, что больно ударило в висках. Нимбус, получив моё внимание, отлетел к двери, снова издал тот душераздирающий вопль и проскочил сквозь дерево, оставив после себя мерцающий след.

Я ринулся за ним, не думая, не отдавая приказов. В коридоре на бегу столкнулся с Алексом, который уже бежал на шум.

— Её покои! Немедленно! — бросил я, и рыжий стражник, не задавая вопросов, развернулся и помчался рядом, обнажая меч.

Мы неслись по коридорам, следуя за синим световым шлейфом Нимбуса. Мой разум лихорадочно работал. Подавитель магии. Профессионально. Без шума. Это не горлумны. Это…

Дверь в её покои была заперта снаружи. Новый, сложный замок, установленный после последних событий. Алекс ударил по нему плечом — не поддалось. Я оттолкнул его, собрал в ладони сгусток драконьего пламени — не для разрушения, а для точечного, хирургического прожигания механизма. Металл зашипел, потек. Ещё удар ногой — и дверь распахнулась.

Комната была пуста. На полу у стола валялся опрокинутый кубок. Пахло её новыми духами… и чем-то ещё. Кисло-сладким, химическим. Снотворное высшей пробы.

Нимбус, мечущийся по комнате, вдруг завис у стены, у той самой, что была смежной с заброшенным крылом. Он начал биться о камень, светясь всё ярче, и через нашу связь, как раскалённую иглу, вонзился в моё сознание образ. Тёмный, узкий служебный ход. Две фигуры, несущие завёрнутое в тёмную ткань тело. Знакомый профиль впереди — леди Марисса. И направление — не к внешним стенам. К старой, замурованной капелле Валеронов, родовой часовне матери.

Ледяная ярость, острее любой стали, хлынула по жилам. Они посмели. Под самым моим носом. Используя её же доверие, её новый статус. Чтобы утащить в логово.

Я развернулся к Алексу, и моё лицо, должно быть, было страшным, потому что даже он, видавший виды, отшатнулся.

— Капелла Валеронов. Оцепить. Никого не выпускать. Живыми. Особенно Мариссу. — Мой голос звучал низко, с металлическим дребезжанием, которое предвещало выход дракона. — Я иду сам.

Алекс кивнул и умчался исполнять приказ. Я же шагнул к стене, на которую указывал Нимбус. Мне не нужен был обходной путь. Чешуя на тыльной стороне ладоней напряглась, и я простоударил. Не кулаком — сконцентрированной волной силы. Камень не рассыпался, а… размягчился, расступился, как вода, образовав проход. Я шагнул в темноту, ведомый яростью и светящимся впереди комочком паники по имени Нимбус.