Каэльгорн
Я нашел ее в Саду Сердца, там, где и предполагал. Она стояла на коленях перед увядающими Лилиями, ее поза выражала такую концентрацию, что казалось, она и не дышит. Солнечный луч, пробившийся сквозь закопченный купол, выхватывал из полумрака ее профиль и изумрудные складки платья. На мгновение я застыл, наблюдая. В ее сосредоточенности была тихая сила, так не похожая на надменную мощь моих придворных волшебниц.
Отметив про себя, что рыжий стражник занял правильную позицию у входа, я шагнул из тени. Ее плечи вздрогнули, почувствовав мое приближение, но она не обернулась.
— Нашли общий язык с пациентами? — спросил я, останавливаясь в паре шагов.
Она медленно открыла глаза и подняла на меня взгляд. В ее зеленых глазах не было страха, только усталая решимость.
— Они умирают от истощения, Ваше Высочество. Кто-то… высасывает из них жизнь. Системно.
— Это я понял и без дара, — сухо парировал я. — Вопрос в том, что мы будем с этим делать. Нам нужен союз, Флорен. Официальный и четкий.
Она поднялась, отряхивая колени. В ее движении была естественная грация, которую не могло дать ни одно придворное воспитание.
— У нас уже есть договоренность.
— Та была между тюремщиком и пленницей. Я предлагаю нечто иное. — Я скрестил руки на груди, глядя на нее сверху вниз. — Союз двух правителей. Я даю тебе официальный статус Хранительницы Сада, место в Малом совете, ресурсы и мою личную защиту. Ты, в ответ, используешь свой дар для исцеления Пиков и помогаешь мне выкорчевать этот заговор. Без упрямства и этих… «научных» проволочек.
Я старался, чтобы мой голос звучал как холодная сталь, лишенная всякого намека на мягкость. Это была сделка. Прагматичный обмен. Ничего более.
И в этот момент между нами пролетело синее пятно. Нимбус, решивший, что моя тень на земле — это новая диковинная бабочка, принялся яростно на нее охотиться. Он пикировал, кувыркался и тыкался носом в камень именно тогда, когда я собирался изречь очередную вескую фразу.
— Вы отвлекаетесь, — заметила Флорен, и я уловил в ее голосе легкую улыбку.
— Это существо… — я попытался отогнать его плавным движением руки, но кот лишь весело увернулся и с новым азартом продолжил атаку на мою тень. — Оно всегда такое… навязчивое? И что оно, в сущности, из себя представляет? Кроме летающей помехи. Его способности простираются дальше досаждения мне и ловли моей тени?
Вопрос вырвался сам собой, прагматичный и прямой. После инцидента с лордом Элриком мне нужно было понимать весь спектр возможностей этого «духа».
Флорен на мгновение задумалась.
— Он… чувствует то, что скрыто. Настроения. Намерения. И да, — она добавила, снова улыбаясь, — он проходит сквозь стены. И, кажется, находит то, что все забыли.
— Полезно, — резюмировал я, мысленно отмечая, что эту способность нужно будет изучить и, возможно, использовать. — Только пусть учится различать, когда его присутствие уместно.
Этот дурацкий кот не давал мне сохранить нужную дистанцию, постоянно внося абсурд в наши серьезные переговоры. В конце концов, я сделал более резкое отмахивающее движение.
И это было ошибкой.
Нимбус, уворачиваясь, резко рванул в сторону и на полной скорости врезался в ноги Флорен. Она вскрикнула от неожиданности, потеряла равновесие и рухнула прямо вперед. Я инстинктивно шагнул навстречу, и ее тело мягко ударилось о мою грудь. Мои руки сами схватили ее за плечи, чтобы удержать.
В ту же секунду по моему запястью, точно по нерву, ударила ослепительная волна жара. Я взглянул вниз. Из-под моей манжеты и из-под рукава ее платья пробивалось яркое золотисто-синее сияние. Наши метки, вихревой узор Истинной Пары, пылали, словно раскаленные добела. Воздух затрещал от напряжения, а по коже пробежали тысячи иголок. В глазах у нее вспыхнул шок, смешанный с тем же странным узнаванием, что было и у меня.
Мы замерли, и это мгновение показалось вечностью.
Затем сияние погасло так же внезапно, как и вспыхнуло. Она отпрянула, словно обожженная, ее щеки залил яркий румянец. Я тоже разжал руки, чувствуя, как под кожей все еще бегут мурашки.
— Надо… — мой голос прозвучал хрипло, и я прочистил горло. — Надо и в этом разобраться. Поискать информацию.
Она лишь молча кивнула, глядя куда-то мимо меня, и с силой отряхнула свое платье, хотя пыли на нем не было.
Атмосфера была безнадежно испорчена. Серьезные переговоры о союзе утонули в кошачьих проделках и этом… этом проклятом, обжигающем контакте.
— Итак, договор? — вернулся я к сути, стараясь вернуть себе ледяной тон. — Статус, защита, ресурсы — в обмен на твою помощь и лояльность.
— Договор, — тихо, но твердо согласилась она.
— Хорошо. Тогда приготовься. Сегодня на ужине я представлю тебя ко двору. Официально. — Я видел, как по ее лицу проскользнула тень страха, но она снова кивнула. — Отныне ты не пленница. Ты моя союзница. И я не потерплю, чтобы тебя унижали.
Сказав это, я развернулся и ушел, оставив ее в саду одну — с ее мыслями, с котом и с рыжим тенью, что неотступно следовала за ней.
По дороге в замок я чувствовал на своем запястье призрачное тепло. Это уже была не просто метка. Это была печать. И наша сделка внезапно оказалась куда сложнее и опаснее, чем простой обмен услугами.