Бесчувственный наследник

ГЛАВА 17

КАРЛА

Стоя под душем, я смотрю на свой плоский живот.

В голове роится миллион мыслей.

Папа будет в ярости.

Мама, может, поймет. В конце концов, ей было девятнадцать, когда родился Джейс.

Боже. Мой.

Я беременна.

Внутри меня растет ребенок.

Но я совсем не чувствую себя беременной.

Как Ноа может быть таким спокойным?

Через восемь месяцев я буду похожа на выброшенного на берег кита.

Интересно, мальчик или девочка?

С ума сойти.

Я беременна.

Что подумают друзья и семья?

А родители Ноа?

Стук в дверь вырывает меня из этого хаоса.

— Карла? Ты в порядке? — спрашивает Ноа. Он открывает дверь и заходит в ванную, а я могу только кивнуть в ответ.

Нервы на пределе, а в животе такое чувство, будто его включили на режим отжима.

Должно быть, Ноа видит панику на моем лице: он берет полотенце, выключает воду и оборачивает меня пушистой тканью. Затем он подхватывает меня под колени и спину, прижимая к груди так легко, будто я ничего не вешу. Ощущение его силы дает мне чувство комфорта. Ноа сильный. Он практичный и чертовски умный. Он найдет способ, как нам через все это пройти.

Он садится на кровать, оставив меня у себя на коленях, и обнимает, касаясь губами моего лба.

— Давай поговорим о том, что тебя беспокоит.

— Наши родители, — бормочу я.

— Я с ними разберусь, — заверяет он.

— Мы такие молодые, — озвучиваю я следующий страх.

— Мы адаптируемся. У нас есть время.

— Наши друзья?

— Они нас поддержат. Ты сама это знаешь, — шепчет Ноа.

— Мы останемся здесь? — Я обнимаю его за шею и смотрю прямо в глаза, пытаясь черпать в нем силы.

— Точно нет. — Любящая улыбка трогает его губы. — Мы снимем свое жилье.

В груди вскипают эмоции, я подаюсь вперед, пряча лицо у него на шее.

— Ты хочешь жить со мной?

— Конечно, — бормочет он. — Я ни за что не позволю тебе проходить через эту беременность или первые дни после рождения нашего ребенка в одиночку. Я буду рядом на каждом шагу.

Я снова отстраняюсь, и не могу сдержать слезу, скатившуюся по щеке.

— Ты правда не против всего этого?

Взгляд Ноа, ласкающий мое лицо, наполняет меня теплом и успокаивает нервы.

— Как я уже сказал, это случилось раньше, чем мне хотелось бы, но это случилось. Сейчас или через десять лет — я счастлив любой жизни, которую смогу создать с тобой.

Обнимая его, я ворчу:

— Я стану толстой.

Он усмехается: — Ты все равно будешь красавицей.

— А что, если мне захочется чего-то нелепого... например, земли?

Ноа начинает смеяться: — Тогда я увеличу твою дозу железа и закажу тебе салат.

Я резко откидываю голову, чтобы видеть его лицо.

— Ты уже прочитал все о беременности, не так ли?

Он кивает. — Да. Так что одевайся, пора принимать витамины для беременных. — Ноа помогает мне встать и добавляет: — Будем держать их в твоей ванной, чтобы остальные случайно на них не наткнулись.

— Хорошо.

Я наблюдаю, как он забирает пакет, оставленный на другой стороне кровати, и уходит в ванную, а сама иду в гардеробную. Натягиваю джинсы и хватаю белую блузку.

Когда я заканчиваю, я подхожу к Ноа и невольно улыбаюсь, видя витамины, которые он приготовил. Без лишних споров я проглатываю их и целую его в щеку.

— Спасибо, что заботишься о мне.

Ноа касается моей щеки, нежно проводя костяшками пальцев по коже.

— Я серьезно отношусь к своим обязанностям.

— Поверь, я заметила, — поддразниваю я его. — И я очень это ценю.

— Всегда пожалуйста. — Ноа наклоняется для поцелуя и шепчет: — Пойду оденусь, чтобы мы успели позавтракать до начала занятий.

Когда мы оба готовы и выходим из общежития, я ни на секунду не забываю о том, что беременна. Будто это написано у меня на лбу — я постоянно поглядываю на проходящих мимо студентов, ожидая, что кто-то из них это заметит.

Сев за наш столик, Ноа спрашивает:

— Чего бы тебе хотелось?

— Просто бейгл с творожным сыром и кофе, — отвечаю я.

— Помни: с этого момента только без кофеина, — напоминает Ноа.

Я забавно морщу нос: — Прощай, мой кофеин.

Ноа берет мою руку и сжимает ее. Когда подходит официант, он заказывает два бейгла и два кофе без кофеина. Широкая улыбка расплывается на моем лице. Как только официант уходит, я подаюсь вперед, чтобы поцеловать Ноа. Он всегда был мужчиной моей мечты, но я и представить не могла, насколько надежной опорой он станет. Несмотря на все, в глубине души я знаю, что со мной все будет хорошо, пока Ноа рядом.

НОА

Закончив с парами, я беру Карлу за руку и веду к парковке.

— Куда мы едем? — спрашивает она, когда я открываю перед ней пассажирскую дверь.

— Сюрприз.

Я пристегиваю ее ремнем безопасности, следя за тем, чтобы нижняя часть ремня лежала на бедрах, а не на животе. Уложив плечевой ремень между ее грудей, я наклоняюсь за поцелуем.

Я закрываю дверь и сажусь за руль. Карла поворачивает голову ко мне, и ее лицо смягчается от нежности.

— Черт, а у меня отличный вкус.

Я усмехаюсь: — Ты о чем?

— О моем вкусе на мужчин. Я знала, что ты лучший, но даже мое буйное воображение не сравнится с тем, насколько ты потрясающий.

Я откидываюсь на сиденье и смотрю на нее.

— Надеюсь, я никогда не сделаю ничего, что тебя разочарует.

— Не сделаешь, — шепчет она. Когда я завожу двигатель, она снова спрашивает: — Та-а-ак... и куда мы все-таки едем?

— Все еще сюрприз, — поддразниваю я ее, выезжая за пределы кампуса.

Когда мы въезжаем в город, и я паркуюсь у магазина детских товаров, глаза Карлы расширяются.

— Серьезно? Тебе не кажется, что еще рановато?

— Нет. — Я выхожу из машины, обхожу ее и открываю дверь Карлы. — Выходи.

Она бросает на меня недовольный взгляд, но все же берет мою руку и выходит.

Заперев машину, я переплетаю наши пальцы и завожу ее внутрь. Мы мгновенно погружаемся в мир детских вещей.

— О боже, Ноа! Смотри! — вскрикивает Карла, и вот я уже стою у стеллажа с пинетками. — Они такие милые!

Я посмеиваюсь, пока Карла таскает меня по всему магазину, и позволяю ей умиляться крошечной одежде.

Когда мы доходим до отдела для будущих мам, я заставляю ее остановиться.

— Вот зачем мы здесь. — Я выбираю крем от растяжек и изучаю этикетку. Удовлетворившись результатом, протягиваю его Карле.

Она останавливается перед чем-то и наклоняет голову: — На что это я смотрю?

Я читаю надпись на коробке и начинаю смеяться: — Тренажер для мышц тазового дна. Тебе он не понадобится. Я позабочусь о том, чтобы твой таз получал всю необходимую тренировку.

Она громко фыркает и прикрывает рот рукой.

Я беру для нее еще добавки, и мы продолжаем прогулку. Карла застревает в ряду с мягкими игрушками, и когда она долго смотрит на слоника, я забираю его.

Когда мы идем к кассе, она спрашивает:

— Ты покупаешь слоника?

— Да. — Я выкладываю покупки на прилавок и обнимаю ее за плечи.

Оплатив товар, я забираю пакет и, взяв Карлу за руку, веду к машине. Уже в салоне я говорю:

— Я подумал, мы могли бы приходить сюда раз в неделю. Вроде как «детское свидание»?

Карла сияет, ее глаза искрятся от нахлынувших чувств.

— Думаю, ты никогда не узнаешь, как сильно я тебя люблю.

Я перевешиваюсь через консоль и целую ее, а затем пристегиваю ремнем.

— Должен же я беречь своего малыша и свою женщину.

Поход в магазин сработал именно так, как я и надеялся. Карла выглядит более расслабленной на обратном пути в Тринити. Вернувшись в апартаменты, я отношу пакет в ее комнату. Ставлю добавки к остальным витаминам, а мягкую игрушку сажаю на подушки.

Положив крем от растяжек на прикроватную тумбочку, я говорю:

— Это на потом. А сейчас я в душ, прежде чем пойдем ужинать.

— Можем заказать еду сюда? — спрашивает она.

Я замечаю тень нервозности на ее лице и, подойдя ближе, наклоняю голову.

— Есть причина, почему ты не хочешь идти в ресторан?

Она поживает плечами и начинает теребить край моей рубашки.

— Такое чувство, будто другие студенты видят слово «беременность», написанное у меня на лице.

Я осторожно приподнимаю ее лицо за подбородок, заставляя посмотреть на меня.

— Даже если бы и видели, и когда все об этом узнают — это не имеет значения. Значение имеем только ты, я и наш малыш. Больше ничего.

С таким выражением лица Карла кажется прекраснее, чем когда-либо.

— Ноа... — выдыхает она. — «Мы втроем» — это звучит как настоящая семья.

Я улыбаюсь: — Так и есть.

У нее начинает дрожать подбородок. — Я никогда не думала, что у меня будет семья с тобой.

Я нежно целую ее дрожащие губы и, положив руку ей на живот, шепчу:

— Мои.