Бесчувственный наследник

ГЛАВА 30

НОА

— Ноа! — кричит Карла сверху.

— Да?

— Ноа! Ноа! Ноа! О. Мой. Бог!

Я бросаю чашку в раковину, выбегаю из кухни и взлетаю по лестнице. Карла стоит посреди коридора, уставившись на лужу воды под ногами. Мне требуется секунда, чтобы осознать: у нее отошли воды.

— Черт, Хейли идет! — кричу я.

— Да, — смеется Карла. — Хейли идет.

— Сумка! — Я разворачиваюсь и бегу к входной двери, где мы ее оставили. — Ключи! — Хватаю ключи из вазочки.

Тут я слышу голос Карлы: — Ты ничего не забыл?

— Бля... — Я кидаюсь обратно наверх, хватаю ее за руку и пытаюсь тащить к выходу как можно быстрее.

Когда я усаживаю ее в машину, она усмехается: — Сумка, Ноа.

— Черт. Да. — Бегу обратно в дом, хватаю сумку.

Карла кричит вслед: — Дверь запри!

Я замираю на ступеньках, разворачиваюсь, запираю дверь и делаю глубокий вдох.

Соберись, Ноа. Спокойно.

Когда я сажусь в машину, Карла спрашивает: — А нам точно уже пора в больницу? Схватки ведь еще не начались.

Я не отрываю глаз от дороги, выезжая со двора.

— Ноа, ты меня слышишь? Может, подождем? — спрашивает она.

— Я... я не помню, — бормочу я, понимая, что все, что я учил о родах, вылетело из головы. — В голове просто белый шум.

Карла начинает хохотать, и я бросаю на нее короткий взгляд. — Чего ты смеешься? Что не так? Ты в порядке? — тарахчу я.

— То, что я рожаю, выбило тебя из колеи окончательно. Я тебя таким никогда не видела, — объясняет она.

Я снова смотрю на нее: — А ты разве не нервничаешь?

— Не-а. — Она так забавно выделяет это «а». — Ты нервничаешь за двоих, так что мне незачем.

Когда мы доезжаем до больницы, мне становится чуть легче — помощь рядом. Я выскакиваю, хватаю сумку и обегаю машину, чтобы помочь Карле.

— Успокойся, — она делает глубокий вдох, показывая, чтобы я повторил за ней. — У нас есть время.

— Успокоюсь, когда ты будешь внутри. Пошли, — бурчу я, обнимая ее за плечи.

Как только Карлу устраивают в отдельной палате, я валюсь на диван и выдыхаю. Она качает головой: — Похоже, мне придется успокаивать тебя прямо в процессе родов.

— Прости, — я встаю, подхожу к кровати и сажусь рядом с ней. — Все, я буду спокоен.

В палату заходит мисс Себастьян. — Слышала, моя «внучатая крестница» на подходе.

— Откуда? — я качаю головой. — Мы здесь всего десять минут.

— Моя сияющая задница знает все. — Она кладет руку на почле Карлы. — Как ты себя чувствуешь?

— В предвкушении, — улыбается Карла.

— Схваток еще нет? — спрашивает мисс Себастьян.

Карла поглаживает живот: — Пока нет. Я говорила Ноа, что можно было подождать дома.

— Ну, раз уж вы здесь — располагайтесь. Это может занять время, — говорит мисс Себастьян и направляется к двери. — Дайте знать, если что-то понадобится.

— Ты, скорее всего, узнаешь об этом раньше нас, — ворчу я, но она уже вышла.

Схватки начались четыре часа назад и стремительно набирают силу.

Карла сидит с закрытыми глазами, словно медитируя, пока идет очередная волна. Когда она открывает глаза, я шепчу: — Я люблю тебя. Спасибо, что проходишь через это.

— Тоже тебя люблю. — Она улыбается, делает глоток воды со льдом и пытается сползти с кровати. — Мне нужно подвигаться.

Я тут же вскакиваю и следую за ней по пятам, пока она расхаживает по палате. Карла оглядывается через плечо: — Можешь присесть.

— Хорошо. — Но я продолжаю стоять. Мое тело будто настроено реагировать на каждое ее движение.

Она как раз проходит мимо меня, когда ее рука резко вцепляется в мой локоть. — Черт.

Я придвигаюсь ближе и растираю ей поясницу, мечтая, чтобы я мог сделать что-то большее.

Карла начинает всхлипывать, и это разрывает мне сердце.

— Меня сейчас вырвет, — стонет она. Я кидаюсь за судном. — Быстрее, быстрее!

Успеваю как раз вовремя — Карлу тошнит всем тем, что я пытался в нее впихнуть. Когда она заканчивает, я иду в туалет, ополаскиваю емкость ополаскивателем для рта, который купил в больничной аптеке. Возвращаю судно на место.

— Ты как?

Она кивает и медленно идет в ванную, чтобы прополоскать рот.

Время тянется невыносимо долго, схватки становятся все чаще.

Заходит мисс Себастьян: — Вы не против, если я буду помогать при родах?

— Черт возьми, да! — отвечаю я раньше, чем Карла успевает открыть рот.

— Пожалуйста, — выдыхает Карла сквозь очередную схватку.

— Отлично, посмотрим раскрытие.

Я помогаю Карле вернуться на кровать. Проверив все, мисс Себастьян ухмыляется: — Все готово. Давайте попробуем тренировочные потуги, хорошо?

Карла кивает, и мое сердце начинает стучать быстрее.

Мисс Себастьян помогает ей принять нужную позу: — Сделай глубокий вдох и тужься изо всех сил в течение десяти секунд.

Карла вбирает воздух и начинает тужиться, пока мисс Себастьян считает до десяти. Видеть, какого напряжения ей это стоит — невыносимо. Чувствуя себя беспомощным, я выдавливаю: — Ты молодец, все правильно.

Карла выдыхает с криком.

— Еще раз, — командует мисс Себастьян.

— Нет. Подождите. Мне нужна минута, — качает головой Карла.

Я смачиваю салфетку в ледяной воде и прикладываю к ее лбу.

— На затылок... — шепчет она. Только я перекладываю салфетку, как она стонет: — Опять тошнит. Быстро!

Я подставляю судно, гадая, откуда в ней столько жидкости, если она больше ничего не пила.

Следующий час кажется бесконечным повторением одного и того же, пока наконец не вызывают доктора Уэллс.

— Так, мамочка, пора тужиться изо всех сил, — говорит доктор, устраиваясь перед Карлой.

Не зная, куда себя деть, я сцепляю пальцы на затылке, глядя, как Карла отдает последние силы. Мисс Себастьян хватает меня за руку и тянет к изножью кровати. И в этот момент меня прошибает насквозь. Это смесь изумления, гордости и самой интенсивной любви, которую я когда-либо чувствовал.

Мой взгляд мечется между лицом Карлы и головкой Хейли.

Карла вскрикивает, делает последнюю потугу, и все вокруг расплывается — у меня на глазах выступают слезы. Я кидаюсь к ней, обхватываю ее лицо и целую в полуоткрытые губы. Мне плевать, что она видит мои слезы.

— Я так сильно тебя люблю. Я так тобой горжусь.

Карла переводит дыхание, смотрит вниз и начинает плакать, когда ее взгляд встречается с Хейли.

— У вас здоровая девочка. Поздравляю, — говорит доктор Уэллс. Мисс Себастьян обтирает Хейли, заворачивает в одеяло и кладет ее на руки Карле.

Видеть женщину, которую я люблю, с моей дочкой на руках — это нечто невероятное. Какое-то время я просто смотрю на них, а потом наклоняюсь. Целую Карлу в лоб и шепчу: — Она красавица. Точь-в-точь как мама.

Карла улыбается мне: — Возьми свою дочь, папочка.

Живот сводит от нервов, когда Карла передает мне Хейли.

— Привет, моя Хейли-Баг, — шепчу я. Я стараюсь запомнить каждый миллиметр своей малышки, пока мое сердце буквально раскалывается надвое: одна половина принадлежит Карле, а вторая — Хейли.

КАРЛА

Мы дома уже два дня. Я сижу в кресле-качалке и кормлю Хейли. Ноа устроился на подоконнике среди плюшевых зверей, его взгляд постоянно перемещается с моего лица на дочку.

— О чем ты думаешь? — спрашиваю я.

Уголок его рта приподнимается.

— О том, что хочу на тебе жениться.

Я начинаю хлопать глазами, не уверенная, что правильно расслышала.

Ноа, осознав, что только что сказал, соскакивает с подоконника и опускается на корточки рядом с креслом. Его взгляд прикован к моему.

— Ты выйдешь за меня?

Ком подступает к горлу, и я киваю как сумасшедшая.

— Да. Определенно да!

Он вскакивает, берет мое лицо в ладони и впивается в губы крепким поцелуем, после чего отстраняется.

— Хочешь поехать выбрать кольца? Я не планировал спрашивать вот так, поэтому я не готов.

Я смеюсь.

— Я бы с удовольствием.

— Я исправлюсь, — говорит он, снова целуя меня.

Я качаю головой.

— Все было идеально.

Когда Хейли наелась, я дожидаюсь отрыжки, и она засыпает.

— Иди одевайся, а я проверю сумку Хейли, — говорит Ноа, выпроваживая меня из детской.

Я иду в спальню, скидываю домашнюю одежду и надеваю платье. Поправляю волосы, наношу блеск для губ и ищу сандалии. Найдя их под кроватью, обуваюсь и возвращаюсь в детскую за Хейли.

— Мы ведь только за кольцом, да? — спрашиваю я по пути к машине.

— Да, если только ты не захочешь чего-то еще, пока мы в городе.

Я пристегиваю Хейли в автокресле, а Ноа все перепроверяет за мной.

— Можем взять еду на вынос и провести остаток дня за просмотром фильмов?

— Все, что пожелаешь, — шепчет Ноа, и мы садимся в машину.

Я ожидала, что с рождением Хейли начнется безумие, но все проходит удивительно спокойно. Мы с Ноа по очереди меняем подгузники, а поскольку Хейли спит с одиннадцати вечера до пяти утра, нам обоим удается выспаться.

— Нам так повезло. Я читала ужастики о том, как дети не спят месяцами, — замечаю я.

— Да, она у нас чудо, — соглашается Ноа, ведя машину.

Когда мы подъезжаем к Tiffany & Co, сердце начинает стучать быстрее. Только когда я оказываюсь перед витриной с обручальными кольцами, до меня окончательно доходит.

Ноа предложил мне стать его женой.

Мы выбираем кольцо. Прямо сейчас.

Я прикрываю рот рукой, ахаю и смотрю на него. — О. Мой. Бог.

На его лице тут же проступает беспокойство, он перестает покачивать коляску. — Что случилось?

Мои глаза наполняются слезами, и я шепчу: — Ты позвал меня замуж.

Ноа начинает смеяться и прижимает меня к своей груди. Целуя мои волосы, он бормочет: — А я-то гадал, почему ты такая спокойная.

Я обнимаю его за талию и прячу лицо на его груди, пока эмоции захлестывают меня с головой.

— Все в порядке? — спрашивает подошедшая продавщица.

— Да, — отвечает Ноа, поглаживая меня по спине.

Я отстраняюсь, быстро вытираю слезы и глубоко дышу. Улыбаясь девушке, поясняю: — Он сделал мне предложение меньше часа назад, и до меня только сейчас дошло.

— О-о-о... — умиляется она.

Я снова смотрю на кольца, и чувства вспыхивают с новой силой. Я выбираю классический круглый бриллиант на платиновой дорожке — дизайн покойного Жана Шлюмберже.

Продавщица измеряет мой палец и улыбается: — Размер идеальный, даже подгонять не придется.

Ноа идет оплачивать покупку, а я проверяю, не проснулась ли Хейли.

Как только мы садимся в машину, я выхватываю телефон и набираю маму.

— Привет, милая, — отвечает она.

Я начинаю рыдать в трубку: — Мам, Ноа позвал меня замуж!

На секунду воцаряется тишина, а затем мама визжит: — А-а-а-а! Я так счастлива за вас! Это лучшая новость!

Я пытаюсь отдышаться: — Я просто хотела сказать... мы только что купили кольцо. Я перезвоню позже, поговорим подольше!

— Хорошо, дорогая. Поздравляю! Наслаждайтесь каждой секундой!

Закончив разговор, я бросаюсь на шею Ноа. Покрывая его лицо поцелуями, я твержу: — Я. Тебя. Так. Сильно. Люблю.

Ноа смеется: — Я тоже тебя люблю. Давай поедем домой, потому что я точно не хочу испортить этот момент, надевая тебе кольцо на палец прямо в машине.

Дома я буквально вибрирую от восторга. Стоило Ноа положить Хейли в кроватку, как я заладила: — Покажи! Покажи! Покажи!

Он усмехается, достает коробочку, и когда открывает ее, я издаю странный звук — не то всхлип, не то смешок.

— Карла. — Мой взгляд встречается с его глазами. — Я и подумать не мог, что та маленькая девочка с хвостиками, которая бесила меня до чертиков, станет женщиной, без которой я не смогу жить. Ты подарила мне больше счастья, чем я знал за всю свою жизнь. Ты выйдешь за меня?

Не в силах вымолвить ни слова, я бешено киваю, протягивая ему правую руку.

— Другую руку, — посмеивается Ноа.

Я прыскаю со смеху, быстро меняю руки, и когда Ноа надевает кольцо мне на палец, все внутри замирает. Это момент, о котором я мечтала столько ночей. Это то, чего я хотела больше всего на свете.

Мой подбородок дрожит, я смотрю на Ноа: — Ты всегда был моим миром. — Я перевожу взгляд на Хейли. — А теперь ты подарил мне целую вселенную.

Ноа целует меня, и я, не удержавшись, цитирую Базза Лайтера: — «Бесконечность — не предел!»

Ноа смеется: — Я так и знал, что ты это скажешь. Не смогла удержаться, да?

— Не-а.

КОНЕЦ.