Глава 3
Брак между мной и Филиппом был основан на взаимоуважении и равенстве, и во многом благодаря мне, моей хватке и умению завоевать доверие жен его бизнес-партнеров он стал тем, кем является сейчас.
Статус лучшего предпринимателя этого года дается не за связи или происхождение, а за настоящий успех. И Фил всегда знал, что половина этого успеха принадлежит мне.
Вот только уважения, как оказалось, в нашей семье нет и не было.
Я опускаю глаза, подмечая, насколько сильно этот мальчик Саша похож на моего мужа. Он не сильно младше моей Леры, а это значит, муж изменял мне практически с самого начала нашего брака.
Я бы могла кричать и истерить, кидаться на него и его любовницу, возомнившую себя невесть кем, раз осмелилась привести своего сына не только в детсад, в который ходит моя дочь, но и прийти самой, показаться мне на глаза и привести следом моего мужа, чтобы ткнуть меня носом в дерьмо. Мол, смотри, как твой неверный муж прибегает ко мне по щелчку пальцев, а от тебя отмахивается, как от грязи на ботинках.
– Давай поговорим, – мечется ко мне муж, не обращая внимания ни на кого вокруг. – Я всё объясню.
Он слишком хорошо меня знает и считывает мой немногословный и четкий посыл. Предательства ему я никогда не прощу.
– Думаешь, у меня остались какие-то вопросы? – спрашиваю насмешливо. – Ты иди с сыном, он же тебе важнее нашей дочери.
– Ты ничего не понимаешь! – вступается он сам за себя. – Давай поговорим, но не здесь.
– А ты что, считаешь, что здесь есть посторонние? – раскидываю руки, заключая в невидимый полукруг всех нас пятерых. – Спасибо, милый, благодаря тебе я узнала, что такое шведская семья. Только я думала, что на это спрашивают разрешения.
– Прекрати! Ты несешь бред!
– Не кричи на маму! – заявляет моя маленькая воительница, не оставаясь в стороне. – Уходи к ним!!! Ты выбрал Сашу! Вот и иди к нему!
– Принцесса… – Филипп сдавленно шепчет, а я мазохистски наслаждаюсь этой сценой.
Пусть предатель поймет, что он потеряет сейчас не только жену, но и маленькую дочку. Хотя, возможно, ему всё равно. Возможно, ему достаточно сына и Инны. Он всегда хотел сына. И он действительно предпочел прийти на его утренник, а на праздник доченьки ему было наплевать.
– Принцесса? – звонко кричит мальчишка, наконец, осознавая, что происходит. – А я тогда кто, папа? Мама?
– Ты нагулянный! А я законная дочка! Нагулянный! Нагулянный!
Дочка никак не может остановиться и вырывает из моей ладони свою руку, кидается на Сашу так быстро, что я не успеваю ее остановить. В ней сейчас говорит ярость обиженного ребенка, чьи надежды обманул родной отец.
– Неправда! Ты врешь! – качает изо всех сил головой Сашка, пока дочка тягает его из стороны в сторону, а затем вдруг приходит в себя и бьет ее кулачком по лицу. Лера начинает плакать, не отпуская при этом Сашу, а тот надрывается ором следом.
Быстрее всех действует Филипп. Он за секунду оказывается около детей и хватает Сашку, подбрасывает его вверх и прижимает к себе, принимая удары кулачков дочери на себя.
Мальчишка брыкается в его руках и что-то кричит, Инна крутится вокруг Филиппа, верещит, а тот вдруг смотрит на меня и резко разворачивается, выбегая из помещения.
Я прижимаю плачущую Леру к себе и вместе с ней наблюдаю за спиной ее отца и моего мужа.
Он не просто изменил мне и завел семью на стороне.
Он предал нас с дочкой и оставил здесь одних, а сам ушел вместе с Инной и их общим сыном. Спасал от пересудов вторую семью, оставив первую на растерзание гиенам.
Финальным аккордом служит щелчок вспышки. Нас сняли на камеру телефона!