Двойная жизнь мужа. Семья на стороне

Эпилог

Эпилог

Полгода спустя

– Мама, мама, а мы дельфина видели, пока ты спала! – кричит Лера, когда я выхожу утром из душа.

Мы уже второй день плывем на круизном лайнере всей семьей – Мир, Лера и я, но вот я до сих пор не могу привыкнуть к разнице часовых поясов, так что встаю позже всех.

– А чего не разбудили? Это во сколько было? – спрашиваю я и щекочу Леру по ребрам, когда подхожу к кровати.

Она заливисто хохочет и откатывается, а я иду к зеркалу, чтобы высушить волосы и привести себя в порядок к завтраку. Поскольку в средствах мы не стеснены, едим мы на ВИП-этаже, где нет толкотни, но я всё равно стараюсь, чтобы мы выходили пораньше.

– В четыре утра. Ты слишком сладко спала, к тому же тебе нужно побольше отдыхать. Ты уверена, что выспалась?

Мир подходит ко мне со спины и кладет ладони мне на слегка выпирающий животик. Срок у меня небольшой, но он носится со мной, как с писаной торбой. Не позволяет таскать тяжести, контролирует уровень моей усталости, следит за питанием и не дает переборщить ни со сладким, ни с жареным. Приходится строго следовать предписанию врача.

Он даже хотел отменить наш круиз по Средиземноморью, но я настояла, чтобы мы в конце концов поехали. Бронировали ведь сильно заранее, да и мы с Лерой настроились получить новый опыт. Мы уже ездили втроем в отпуск, причем на море, но круиз – это что-то совершенно иное.

– Выспалась я, выспалась, паникер, – отвечаю я Миру и смотрю на него в отражении зеркала. Он и правда выглядит обеспокоенным, так что мои слова о том, что мне нужно личное пространство, чтобы привести себя в порядок, так и застревают в горле.

Не только он с этой беременностью меняется, становясь более заботливым, но и я. Мои гормоны шалят, эмоциональный фон зашкаливает, скачет то вверх, то вниз, но я пока стараюсь держать себя в руках.

– Мам, а кто у меня будет? Братик или сестричка? – спрашивает с интересом Лера, выглядывая при этом на балкон.

Одной ей туда выходить запрещено, но ей так нравится вид на море, что она встает на стульчик и смотрит на него через дверное стекло.

– Мы еще пока не знаем, принцесса, – вместо меня отвечает Мир и отходит, чтобы следить за этой егозой. Чем старше она становится, тем и непоседливей. – А ты бы кого хотела? Братика? Или всё же сестричку?

– М, братика, – выпаливает Лера, – хотя нет, сестричку. Или нет! А обоих нельзя? Мне сложно выбрать.

Дочка задумчиво сдвигает брови на переносице и переводит взгляд на Мира, которого уже несколько месяцев, как называет папа Мир. В первый раз, когда она так к нему обратилась в аквапарке, мы с ним оба застыли от неверия, но к счастью, он правильно отреагировал, не став акцентировать на этом внимания, так что с тех пор Лера осмелела и стала называть его папой.

Конечно, Фил тоже остался ее отцом, который виделся с ней регулярно в дни своего приезда в город, сумев заслужить ее прощение, что, впрочем, было несложно. Лера – ребенок довольно отходчивый, папу любит, так что, когда он перед ней извинился и, как мог, на детский лад объяснил ей, почему так долго отсутствовал по работе, она довольно быстро забыла о прошлом.

Единственное, что я Филу запретила, так это сталкивать Леру с Сашкой. Раньше они дружили, но поселок у нас небольшой, слухи в нем быстро распространяются, поэтому я знала, каким капризным, избалованным и требовательным он стал, как только Инна вышла замуж за Фила. Даже их развод этого не изменил, ведь их поддерживала Анфиса. А уж бывший свекор и вовсе, кажется, хотел начать готовить из Сашки преемника. Прав был Мир, когда предостерегал меня, что под опекой этой семейки оставаться не стоит.

В общем, я боялась, что Сашка будет обижать мою Леру, и рисковать не собиралась. А как подрастет, так сама и решит, хочет ли общаться с единокровным братом.

Фил же, к счастью, вообще не настаивал на этом, а я не интересовалась, какие у него отношения со своей семьей. Возвращаться под отцовское крыло он, судя по всему, не собирался, но это уже не имело такого смысла. С тех пор как мы с Миром крепко встали на ноги, велика вероятность, что вскоре компании бывшего свекра придется подвинуться и освободить место монополиста. Мы с Миром займем это место, и это уже не за горами. Так что, несмотря на то, что поначалу мне казалось, что Инна выиграла, получив то, что хотела, сейчас я придерживаюсь иного мнения.

Каждый сам – хозяин своей судьбы. Инна как была, так и осталась паразиткой, пусть и заняла мое место. Я же управляю своей жизнью грамотно, веду ее к счастью и успеху.

У меня есть успешная карьера, любящий и любимый муж, лапочка-дочка, а в скором времени будет и еще один ребенок. Может, мальчик. Может, девочка. По правде говоря, для нас с Миром это не важно. Главное, чтобы наше дитя родилось здоровым, а уж счастливым мы его сумеем сделать, ведь в нашей семье царит гармония и взаимоуважение. И никакие родственники, какие бы близкие они не были, не смеют лезть к нам и диктовать нам свои условия.

Мир, в отличие от Фила, взрослый самостоятельный мужик, который сразу обозначил границы, оберегая нашу семью от чужих и близких.

Когда я мыслями возвращаюсь в реальность, слышу, как Лера загибает пальцы, перечисляя плюс наличия братика или сестрички, никак не может выбрать, кого хочет больше.

Заканчивая с легким макияжем, я поправляю высушенные волосы и оборачиваюсь, решив вставить свое слово в гадания Мира и Леры, кто же у нас родится.

– Если родится девочка, в следующий раз мы с папой пойдем за мальчиком. А если мальчик, то за девочкой.

Я подмигиваю Лере и подхожу к ним ближе.

Меня распирает от эмоций, и я всхлипываю. Сама не замечаю, как по щекам текут слезы, а затем ощущаю, как Мир зацеловывает каждый сантиметр моего лица. Лера не понимает, почему я плачу, так что я стараюсь улыбнуться и поглаживаю ее по волосам, чтобы успокоить. Но она уже привыкла, что я могу плакать и от счастья, так что просто обнимает меня и прижимается ухом к моему животу.

Вечером, когда мы выходим на палубу полюбоваться розовым закатом, я смотрю на небо и понимаю вдруг, что вот оно. Мое выстраданное долгожданное счастье. Пусть оно оказалась не таким, как я его представляла пару лет назад, но оттого было не менее заветным.