Глубокие воды (СИ)

Глава 42. Ева

Адам немного отстранился, и по телу тут же пробежала дрожь, когда я почувствовала, как он выходит из меня, а его сперма тёплой волной стекает по внутренней стороне бёдер. Не сдержавшись, он подался бёдрами вперёд, и его член, точно напоследок, коснулся моих складок, размазывая его сперму по коже.

— Боже… — выдохнула я, чувствуя, как головка скользит по клитору, напоминая о случившемся.

— Хочу, чтобы ни капли не пролилось зря… — прошептал он мне на ухо, прикусывая мочку, а затем мучительно медленно скользнул по моим бёдрам, натягивая на меня трусики.

Они мгновенно промокли, но мне было плевать. Сейчас я чувствовала себя так хорошо. На секунду промелькнула мысль о возможных последствиях, но я тут же её отогнала. Мне нравилось всё, что он мне давал, и даже такая перспектива, как беременность, казалась далёкой и нереальной в этот момент.

Он так же медленно одел на меня джинсы, привёл в порядок и, застёгивая молнию, нежно поглаживал мой пах, от чего по телу пробегали короткие разряды удовольствия.

Он быстро привёл себя в порядок, а затем решительно, схватив меня за бёдра, повернул к себе лицом.

— Пора уходить… — прошептал он, развязывая мои руки. На его лице играла самодовольная, полная удовлетворения улыбка, как у кота, объевшегося сметаны.

— А то сейчас выломают дверь! — и будто в подтверждение этому, стали колотить ещё яростнее.

— Мы вызовем полицию! — кричал кто-то снаружи, в то время как Адам быстро заправлял ремень. Он перехватил мои руки и стал разминать затёкшие запястья, при этом продолжая смотреть на меня, будто не желая отрывать от меня взгляда.

Я не выдержала. Освободив руки, приподнялась на цыпочках, зарываясь пальцами в его густые волосы. Притягивая его голову ближе, я подалась вперёд и поцеловала его. Страстно, исступлённо. Мой язык тут же проник в его рот, дразня его. Его вкус ударил мне в голову волной возбуждения, растекающейся по всему телу. Адам издал низкий, утробный рык и притянул меня ещё ближе, так сильно сжимая мою задницу, что я даже почувствовала острую боль. Сквозь ткань я ощутила его твёрдый член, упирающийся мне в живот. Он хотел меня так же безумно, как и я его. Его ответный поцелуй был жадным и диким, он будто поглощал мои губы, выпивая меня до дна.

Наконец, оторвавшись от меня, он взял мою руку в свою, и, подойдя к двери, резким движением распахнул её, приглашая меня выйти.

За дверью стояла толпа девушек, в их глазах читалось явное недовольство.

— Не могли найти место получше? — едко бросила одна из них.

Я почувствовала, как краска заливает мои щёки. Переминаясь с ноги на ногу, каждой клеточкой тела ощущала липкую влажность трусиков, пропитанных спермой Адама.

Адам, не церемонясь, окинул их ледяным взглядом.

— Вас это не касается, — отрезал он, и, не давая мне опомниться, решительно притянул к себе, выводя в шумный зал клуба.

Мы пробирались сквозь толпу в молчании. Мне нужно было переварить произошедшее, и я знала, что он тоже нуждался в этом. Мы зашли слишком далеко, и после такого бурного секса нам нужно было поговорить наедине.

Наконец, мы добрались до нашего столика, где нас ждала Крис. Она уже сидела в компании двух молодых парней, на которых я даже не взглянула. Когда она успела завести эти знакомства?

Подходя ближе, я увидела, как Крис окинув меня взглядом, многозначительно улыбается.

— Ну что, сучка, помирились? — воскликнула она, играя бровями.

Я знала, что она имела в виду, и, быстро кинув на Адама виноватый взгляд, наклонилась к ней, прошептав на ухо:

— Потом тебе всё расскажу… а сейчас мы уходим!

Она тихо рассмеялась, хлопая меня по плечу, отчего краска на моих щеках, я уверена, стала только ярче.

Адам не дал мне больше времени, притянув меня к себе и заключая в объятья. Крис удовлетворенно хмыкнула, явно думая, что в нашей близости есть её заслуга. В какой-то мере так и было, но я не хотела давать ей повод для зазнайства.

— С тобой я ещё поговорю! — процедил Адам сквозь зубы, глядя Крис прямо в глаза и, не церемонясь, рывком поднял меня на руки, выбивая из меня дух, и направился прямиком на выход из душного элитного клуба.

— Я и сама могу ходить, Адам, отпусти меня, какого чёрта?! — завизжала я, озадаченная его порывом.

— Так я буду знать, что ты точно от меня не сбежишь, не нарушишь запрет, не сделаешь ещё какую-то глупость! — ответил Адам, и его глаза опасно блеснули в свете прожекторов. Он всё ещё был зол, но уже… более удовлетворён, это было очевидно.

Я тихо фыркнула, позволяя уносить себя из клуба, прямо в ночную Москву.

Адам наконец донёс меня до своей машины, и щёлкнув ключами в воздухе машина приветливо моргнула фарами. Бережно посадив меня на переднее сиденье, рядом с водительским, он тут же повернулся ко мне, и, схватив за плечи, попросил:

— Посмотри на меня.

Я повиновалась, с готовностью подняв глаза. В его взгляде плескалась буря эмоций – вина, желание, смущение, и что-то ещё, чего я не могла понять.

— Ты же понимаешь, что произошло несколько минут назад? — тихо спросил он.

Я кивнула, прикусив губу. Всё отпечаталось в моей памяти так ярко, словно это случилось только что. Чувство его тела в моём, волна наслаждения, его шепот на ухо… Как я могла это забыть?

— Отлично, — выдохнул он. — Если ты не хочешь стать мамочкой раньше времени, нужно позаботиться об экстренных контрацептивах.

— Конечно, понимаю, — прошептала я в ответ, всё ещё не отводя взгляда.

Он нежно погладил меня по щеке, большим пальцем скользнув по моей скуле.

— Я… я не должен был позволять себе так забыться. Так сильно хотеть тебя…

Его пальцы коснулись моих губ, заставляя меня замереть.

— Ты манишь меня слишком сильно, чтобы сопротивляться этим чувствам. Но я не могу решать за тебя.

— Я ни о чём не жалею, — выпалила я, прежде чем успела подумать.

Сейчас, глядя в его глаза, я действительно так чувствовала. Что бы ни случилось, я не жалела о той минуте, проведённой с ним.

Адам усмехнулся в ответ, но в его улыбке не было радости.

— Именно это меня и пугает, — пробормотал он.

Он провёл руками по своим волосам, отворачиваясь на секунду, словно пытаясь собраться с мыслями. Затем снова повернулся ко мне, впиваясь в меня взглядом.

И словно не сдержавшись, он наклонился, и, перехватывая мою голову, поглотил мои губы в поцелуе. Нежном, но требовательном. В нём чувствовалось раскаяние, и в то же время – отчаянная потребность.

Затем он снова оторвался, всё ещё прижимая меня ближе к себе, лбом касаясь моего лба.

— Именно это меня и пугает, — прошептал он снова. — Что ты готова к чему угодно… К чему угодно, что касается меня.

И в его словах звучала не только тревога, но и… надежда?

Застегнув ремни безопасности, Адам мягко закрыл дверь с моей стороны, а я, всё ещё оглушённая пережитым, просто смотрела перед собой. Он обошёл машину и сел за руль, и мотор тихо взревел, рассекая ночную тишину.

Мы поехали, погруженные в молчание, каждый в своих мыслях. Мои были полны обрывков воспоминаний: его прикосновения, поцелуи, жаркие объятия. Каждой клеточкой чувствовала себя живой, настоящей – и одновременно до смерти напуганной.

Через какое-то время машина плавно остановилась. Я подняла взгляд и увидела ярко освещённое здание круглосуточной аптеки. Пальцы непроизвольно скрутились в плотный узел, и я нервно заёрзала на сиденье.

Не понимала, что со мной происходит. Почему я так волнуюсь? Просто таблетки, и всё… Дальше – как раньше. Но почему-то эта перспектива вызывала не облегчение, а… тревогу.

Адам осторожно перехватил моё лицо ладонями, поворачивая его к себе. Его взгляд был серьезным и каким-то… виноватым?

— Послушай, — тихо начал он. — Ты выпьешь таблетки, потом мы запишемся к врачу, ты всё проверишь… И потом… потом мы сможем не думать ни о каких последствиях, когда будем вместе. Тебе не нужно так волноваться, Ева. Это просто таблетки. Дождёшься месячных. И дальше… жизнь будет такой, какую ты хочешь. А я… я буду рядом, если ты… захочешь продлить эту связь.

Волна ярости, обжигающая и внезапная, затопила меня изнутри. Если я захочу? Так для него всё, что между нами происходит действительно… ничегоне значит? Просто спонтанная похоть, которую можно легко перечеркнуть таблеткой?

— Так для тебя всё, что между нами произошло всего-лишь ошибка? — выдохнула я, и голос дрогнул, предательски выдавая бурю, разыгравшуюся внутри.

Адам пристально посмотрел на меня, его лицо стало непроницаемым. Он шумно выдохнул.

— Ева… для меня это значит больше, чем я бы хотел… Но ты молода, чёрт возьми! Тебе всего восемнадцать, я старше тебя на четырнадцать лет! Да я старик по сравнению с тобой! Неужели ты не понимаешь?

— Это ты ничего не понимаешь! — взорвалась я, чувствуя, как дрожу всем телом.

Неужели он действительно думает, что всё дело в возрасте? Неужели он не верит, что я действительномогу его любить? Ну и что с того, что он… опекун, дядя? Да кем бы он ни был, мне нужен только он, он один.

— Ты что, не понимаешь, что мне нужен только ты? Или ты окончательно убедился в том, что я надоела тебе и решил снова ходить по своим шлюхам?!

— Ева, чёрт тебя дери, я не собираюсь ни с кем спать, пока ты со мной! — выплюнул он, и я увидела, как его глаза мечут молнии.

Он был раздражён, взбешён, а его скулы стали ещё острее. Но мне было плевать. Кажется… ревность, до того момента тлеющая где-то глубоко внутри, разгорелась с новой силой, особенно после того, что между нами произошло. И я ничего не могла с собой поделать. Я ревновала его, как сумасшедшая.

— Да пошёл ты к дьяволу! — с яростью прошипела я, с остервенением дёргая ручку двери. Адам зарычал в ответ, разблокируя замок.

Я вылетела из машины, со всей силы хлопнув дверью, и жадно вдохнула ночной прохладный воздух. Ублюдок. Не будет спать с другими, пока я буду спать с ним? Какая щедрость! Урод… хоть и самый красивый урод, которого я когда-либо встречала.

Я не успела сделать и пары шагов в сторону аптеки, как услышала его голос – этот ужасный, ненавистный и, одновременно, чертовски сексуальный голос.

— Ева… возьми мою чёртову карту, расплатись! — прорычал он, немного приоткрывая окно, чтобы я лучше его слышала.

С раздражением и свирепым выражением лица я вернулась к машине, открывая дверь и испепеляя его взглядом.

Он протянул мне карту, и я вырвала её из его рук с такой яростью, что он невольно откинулся на спинку сиденья. И тут он неожиданно... расхохотался.

Я замерла на мгновение, опешив. Наблюдала, как его зелёные глаза, секунду назад блестевшие от гнева, теперь озорно сверкают. Тёмно-русые, слегка волнистые волосы упали на лоб, частично скрывая выражение глаз. Казалось, свет уличных фонарей играл на его лице, делая его ещё более… неотразимым.

«И зачем ему быть таким красивым?» — с раздражением подумала я, рассматривая его. Он казался довольным. Наслаждается моей ревностью, моей злостью, моей зависимостью от него.

— Кретин! — процедила я сквозь зубы, и снова захлопнула дверь.

На этот раз с ещё большей силой, чувствуя, как машина задрожала. Надеюсь, этот ублюдок тоже подпрыгнул.

Но он продолжал посмеиваться, взглядом провожая меня к аптеке.

Я подошла к двери, и в последний раз бросив на него самый яростный взгляд, на который только была способна, показала средний палец. Пусть знает, как я на него зла. Как он меня бесит. Как сильно я в нём... нуждаюсь…

И, с шумом открыв дверь, зашла внутрь.