Лавка редкостей, или счастье со сковородкой

Глава 20. Где мне приходится рассказать правду, а Алекс совсем не сердится

Алекс вернулся с подушкой и одеялом, уложил Виолу диване и попробовал расспросить. Но девочка слишком обессилела и уснула.

- Оставь ее, - прошептала я. - Утром попробуем поговорить.

– Нужно разжечь огонь в камине и в печи, – попросил он.

Точно! Надо согреть девочку, а заодно и дракошек разморозить. Они так жалобно смотрят из толщи льда.

Я вытянула ладони перед собой и дала волю пламени.

Огонь радостно устремился навстречу фамильярам, загудел, полыхнул в печи, дыхнул жаром. Лед сначала сопротивлялся магии, но вскоре принялся терять объем, оплывать прозрачными каплями, растекаться лужицами на полу. Наконец драконьи головы зашевелились, заморгали. А я счастливо вздохнула. Целы! От радости утратила контроль, и магия во мне полыхнула от души.

– О! - блаженно простонал Кусь. – Еще огоньку, Наташа. Еще! Мы голодны.

– Быка бы съели! - авторитетно подтвердил Хрусь.

– Зачем вам бык? - рассмеялась я и добавила жару.

Две пары глаз жадно проследили за моей рукой, затрепыхали крыльями. Принялись купаться в огне, как два откормленных голубя в теплой весенней луже. На мордочках у них было написано непередаваемое блаженство.

Я поддала еще огоньку, и дракошки радостно подставили под алые струи сначала спинки, а потом и брюшки.

В кухне ощутимо потеплело.

– Что случилось, вы можете рассказать? – не выдержав, спросила я обоих разом.

Они засопели и понурились. Было видно, что фамильярам ужасно неловко. Первым разговорился Хрусь:

– Прости, Наташа, мы не видели того, кто это сделал.

– Напали сзади, как трусы!

– Оглушили заклинанием.

– Стало холодно. Очень холодно.

– Все.

Я выцепила самое важное слово из бестолкового рассказа. Вспомнила, что Виола говорила о том же.

– Они? То есть это был не один человек.

Дракошки неловко переминались с лапки на лапку, искательно заглядывали мне в глаза. Чувствовали себя виноватыми, но ответили без замедления.

– Двое. Мы услышали по шагам.

Та-а-ак, значит, двое. Неужели Режина и Энтони? Вот уж не ожидала, что наберутся наглости. Интересно, что они искали в доме? Не даром же все вокруг так перевернули.

У меня остался еще один вопрос, который тревожил все сильнее.

– А бабуля? С ней-то что? И как она допустила врагов в лавку?

– Мы не знаем.

– Сами удивляемся.

В голове мелькнула тревожная мысль: «Неужели хранителя забрали из лавки? Но зачем?»

С потолка снова капнуло. Раз, два, три… Мне не нужно было пробовать капли на вкус, чтобы понять, что это значит.

– Дом плачет, – подтвердили мои опасения дракошки.

– Значит, с хранителем что-то случилось? - Мне пока не хотелось верить в худшее.

– Да, Наташа, спаси Терезу!

На последних фразах дракоши заволновались, вылетели из печи, закружили над моей головой.

– Но где она? – растерялась я.

Сердце заколотилось от дурного предчувствия. Малышня принюхалась. Вытаращила глаза и вдруг заверещала на два голоса:

– Она наверху. Торопись!

***

- Алекс! - вырвалось у меня почти со слезами.

- Я слышал.

Алекс стремглав бросился к лестнице, я поспешила за ним, хоть и бегать в бальном платье было совсем не просто. В последний момент приостановилась, ткнула в дракончиков пальцем.

- А вы следите за Виолой. Ни на шаг не отходите. Поняли?

Они с полпути развернулись и полетели обратно к спящей девочке.

Маркиз стремительно взлетел наверх, встал на пороге гостиной. Я тоже преодолела ступени, заглянула в щель между его плечом и косяком двери.

Внутри комнаты было все перевернуто. Кто-то методично повыкидывал из шкафов книги и свалил на пол артефакты. Этот кто-то сбросил со стены картину, явно пытаясь открыть сейф, только магия дома оказалась ему неподвластна.

На то, чтобы разглядеть масштабы разрушения, мне не понадобилось и полминуты. А потом я увидела самое важное. Возле камина изломанный, искаженный застыл силуэт Терезы. Призрачное пенсне валялось на паркете. В потухших глазах плескалась боль. Под полуистаявшим телом валялся стеклянный куб размером с ладонь. Вокруг него расползалась тьма.

- Дьявол, - с чувством выругался Алекс.

Остановил меня рукой, рванул вперед и с ходу выбил артефакт из-под духа хранителя. Бабуля вздохнула, совсем как живая, поморщилась и без сил растянулась на полу.

Алекс привалился к стене, стянул с себя за каблук ботинок, оскверненный тьмой, и забросил в камин.

А из меня словно вытащили стержень. Ноги вдруг стали ватными, согнулись в коленях, бессовестно отказавшись удерживать тело. Я плавно сползла по косяку на ковер.

И сразу повсюду вспыхнул свет. Нестерпимо яркий, невероятно желанный. Заставил блаженно щуриться, выцарапал из глаз слезы.

Алекс отлепился от стены, провел рукой над обессиленным духом. Бабуля застонала и сквозь пол провалилась куда-то вниз.

- Ей сейчас надо быть поближе к магическому огню, - ответил маркиз на мой немой вопрос. - Там она быстрее восстановится.

Он сделал шаг ко мне и вдруг остановился, уставясь на что-то под ногами.

На полу в самом центре валялся знакомый лоскут ткани. Он сейчас меньше всего походил на карту, но Алекс сразу угадал потайную суть артефакта.

– Карта?

Маг сделал шаг вперед и поднял лоскуток.

– Любопытно.

Расстелил артефакт на столе, нахмурил брови.

– Интересно, что у тебя спрашивали последним?

Сердце мое ушло в пятки. Если картой не заинтересовались таинственные воры, то последней была именно я. Я, черт меня дери! С неосторожным вопросом про настоящую Наташу Риммель.

***

Захотелось остановить любимого, отобрать у него ткань, отвлечь, подкинуть другую вещицу. Но я ничего такого не сделала. Просто застыла на месте, прикусив от волнения губу.

– Покажи-ка, что у тебя спрашивали последним! – приказал Алекс карте и пристукнул по центру пальцем.

Я сделала вперед шаг, другой, а потом меня точно парализовало от осознания того, что сейчас произойдет. Сердце сжалось от ощущения, что жизнь закончилась. Вот и все. Словно и не было всех этих счастливый дней. Словно и не было любви. Ведь никто не строит счастье на лжи. Так?

По тряпице разбежались линии. Карта написала крупно:

– Где сейчас настоящая Наташа Риммель.

– Видишь, Наташа, – начал Алекс, – а они искали тебя...

И запнулся. Потому что город на рисунке оказался совсем другим. И настоящая Наташа Риммель была там, а не тут. Не в лавке. Не рядом с ним.

Алекс нахмурился. И я осознала, что он все понял.

– Как это понимать, Наташа?

Я бы с удовольствием заревела, но глаза пересохли.

– Как есть.

Голос у меня стал безжизненным.

– Это тело, – я ткнула пальцем себе в грудь, – Наташи Риммель, а внутри него...

Алекс договорил за меня:

– Душа из другого мира. Никогда не думал, что доведется столкнуться с таким.

– Я тоже.

Я без сил опустилась в кресло, задала единственный вопрос:

– Что теперь?

Он вновь мазнул глазами по карте и выключил картинку.

– Сколько лет тебе было там?

Я ощутила в душе ледяную пустоту. Врать не было смысла. И так все кончено.

– Почти тридцать, – увидела в его глазах удивление, добавила, – и да, я самая настоящая дура.

– Почему?

– Потому что тоже не смогла отличить сон от яви. Потому что не захотела. Потому что слишком желала тебя.

– У тебя там остался муж? Дети?

– Нет.

Тут я не соврала. Моя жизнь в старом мире оказалась удивительно бессмысленной. Даже настоящей Наташе Риммель удалось воспользоваться ею куда полнее.

Алекс усмехнулся, посмотрел на свой палец, когда-то проткнутый кинжалом, на мою ладонь, на «противозачаточное» кольцо и повторил почти дословно мои слова:

– Только не вздумай рассказывать мне о тех, кто целовал и любил тебя там.

На душе сразу посветлело. Я фыркнула и ответила его фразой:

– Даже и не собиралась.

Алекс шагнул ко мне, сжал в объятиях и поцеловал так жарко, как никогда до этого.

Потом прошептал:

– Сковородку все это не отменяет. А с ней была именно ты, не она.

***

Я не знаю, сколько мы простояли вот так. В какой-то момент мне показалось, что время оставило ход. Было так хорошо. Я чувствовала себя защищенной и счастливой. Удивительно, но иногда стоит все потерять и перенестись в другой мир, чтобы обрасти то, ради чего стоит жить. А ради Алекса, ради моего нового дома, ради всех, кто рядом со мной, жить стоило. Однозначно, стоило. Жить, любить, дышать…

- Что ты собираешься делать? - спросила я, когда Алекс разжал объятия.

- Для начала вызову Джастина. Он мой друг, он постарается тебе помочь.

- И про карту ему расскажешь? И про меня?

- Нет.

- А как же…

Мне не дали договорить. Взяли за подбородок, как несмышленыша, заглянули в глаза.

- Наташа, пойми наконец, я мужчина. Я отвечаю за тебя. Не знаю, как было там, откуда ты пришла, но здесь я никому не дам тебя в обиду. Я обещал, что всегда буду с тобой, чтобы не случилось? Клялся, что стану защищать тебя? И это правда. Пока я рядом, ты можешь ничего не опасаться.

- Спасибо.

Я вновь посмотрела на карту и вдруг замерла, осененная гениальной идей.

Мой взгляд маркиза насторожил.

- Что? Что еще случилось? Что ты надумала? Когда ты смотришь вот так, у меня сердце останавливается.

Я облизала губы. Начала издалека:

- Знаешь, в моем мире есть нечто наподобие таких карт. Только там не магия, а чистая технология.

Меж бровей Алекса пролегла складка. Он пока не понимал, куда я клоню. Я же пыталась сформулировать мысль.

- Так вот. С помощью этих устройств можно увидеть то, что происходит сейчас в разных местах. Но можно посмотреть и то, что было раньше…

В глазах Алекса зажегся огонек.

- Ты предлагаешь?

- Да, - ответила я твердо, - я предлагаю попробовать. Вдруг у нас выйдет заглянуть в прошлое? Вдруг мы узнаем, - рука моя обвела погром, - кто все это натворил?

***

Сложно было поверить, как легко все оказалось. В этот раз на лице Алекса появились не опасение, не восхищение, а нечто гораздо более ценное – уважение. Именно так. Искреннее уважение перед моим талантом мага.

Мой любимый ничего не стал говорить вслух. Но это было и не нужно. Мы сидели на диване, плотно прижавшись друг к другу. Мои руки прятались в ладонях Алекса, а голова покоилась на его плече. Я слышала удивительно спокойное дыхание. Сквозь плотную ткань сюртука различала удары сердца. И мне было удивительно хорошо. Даже происходящее на магическом экране совсем не пугало. А там действо только начиналось.

Перешагивая в прошлом через каждые десять минут, мы наконец-то нашли тот момент, когда в лавку попали злоумышленники.

Я была готова увидеть изрядно надоевших Режину и Энтони. Но, как оказалось, ошиблась в своих предположениях. Ровно наполовину.

Режина там была. А вместо Энтони в знакомую дверь входил совсем другой мужчина.

– Узнаешь? – хмыкнул Алекс.

А то! Сложно было бы не узнать. Именно этот человек уже однажды похитил меня.

Я вздохнула и не задумываясь выдала вслух:

– Где она умудряется выискивать таких подонков?

Алекс усмехнулся и припечатал:

– Подобное к подобному.

Меж тем действие на экране развивалось стремительно. Наемник прямо от дверей прищелкнул пальцами и громко проговорил:

– Вечный сон.

Алекс тут же пояснил:

– Заклятие завершил. Держал приготовленное заранее. Именно им мадам Терезу и поймали.

Меня вдруг осенило, и я поспешила озвучить догадку:

– Он темный маг?

– Выходит так. Джастин придет, велю проверить. Он должен был записать всех, кто участвовал в твоем похищении.

Следом за первым полетело второе заклятие:

– Лёд! - вслух выкрикнул маг и направил яркую голубую искру через стену на кухню.

Алекс восхищенно кхекнул:

– Вот это силища. Не припомню такого за темными.

– Все? – перебила его с экрана Режина.

Наемник ухмыльнулся:

– А вам мало?

– Я хотела знать, можно ли заходить. Этот дом меня не слишком жалует.

– Идите смело. Милости прошу.

Мужчина преувеличенно вежливо поклонился.

– Паяц, – выдала тетка, – но вглубь лавки прошла. – Так, осталась девчонка. Для нее заклинание есть?

– Мы не договаривались, что бы бить тьмой в детей.

Лицо Режины стало еще злее, чем обычно. Она обернулась и воткнула руки в бока:

– Ты не забыл, сколько я тебе заплатила?

Наемник лишь скрипнул зубами.

– Помню, моя госпожа. Но с девочкой можно справиться и без магии.

– Чистоплюй!

Тетка уже сдалась, но от гадости не удержалась. Маг лишь пожал плечами и довольно заржал.

Сцену с пленением Виолы я предпочла перемотать. Даже сейчас, зная, что с девочкой все в порядке, я не могла смотреть на это действо без содрогания.

Следующий кусок «записи» показал как раз начало обыска. И тут я основательно удивилась.

– Помнишь, что искать?

Режина сама принялась открывать шкафчики, заглядывать на полки.

– Помню.

Маг цепким взглядом обежал комнату.

– Только никак не могу взять в толк, зачем моей госпоже какая-то сковорода. Вам дома утвари не хватает?

Тетка только психанула:

– Не твое дело! – Впрочем, довольно быстро передумала и пояснила: – это родовой артефакт. Если бы не эта голодранка, он бы мне от матери достался.

Я покосилась на шоппер, где все еще покоилась моя незаменимая сковородка. Артефакт? Вот бы никогда не догадалась. Алекс тоже выглядел изрядно озадаченным.

Рука моя сама залезла в сумку и извлекала родовую реликвию на свет божий. Присмотрелась сама, не нашла ничего необычного и передала маркизу. Тот задумчиво огладил медь, посмотрел в упор, принюхался, попытался прострелить искрами и лишь пожал плечами.

– Если все это из-за сковородки, то я решительно ничего не понимаю.

Я тоже не понимала, но все же решила:

– Погоди, смотри, что дальше, а я сейчас принесу снизу каталог.

Когда вернулась, основательно расстроенная парочка громила гостиную.

– А ломают зачем? – спросила я, укладывая книженцию на стол.

– Ничего не нашли. Решили, что у тебя где-то спрятан тайник. Ищут.

– А-а-а-а...

Искали основательно. Как раз добрались до портрета, за которым скрывался сейф. Я не глядя плюхнула сковороду на страницы и услышала изумленный свист.

– Ого! – голос у Алекса стал загадочным. – Кто бы мог подумать?

– Что? Что там?

Я отвлеклась от погрома и уставилась на каталог. От увиденного у меня глаза полезли на лоб. Кто бы мог подумать, что я такой ценной штукой и отмахивалась от жениха!