Любовница твоего мужа

ГЛАВА 17

— Никогда не думала, что ты, Васнецов, плохой мальчик, — рассмеялась я, откидываясь на сиденье. — У меня прямо разрыв шаблона, Ром.

Друг не спешил смеяться, отчего и я неловко замолчала. Мужчина буравил меня таким внимательным серьезным взглядом, что мне стало не по себе.

— Ты не шутил, что ли? — не поверила я. — Да ладно!

— Неужели я настолько хорош для дружбы и настолько плох для развлечений? — спросил Васнецов.

Мы как раз вырулили на трассу, что вела за город. Свадебная вечеринка Давыдовых должна была проходить в одном элитном поселке, буквально рядышком со столицей.

— С чего ты решил? — недоумевала я.

— С того, что ты не воспринимаешь меня как мужчину, Марго, — без обиняков спокойно выдал Васнецов.

— Заметь, это ты так сказал.

— Я врач, Селезнева, но никак не слепой.

— Хороший врач, — согласилась я, а остальное решила игнорировать.

Правда, долго продержаться все равно не удалось.

Роман уверенно вел машину, внимательно следил за дорогой, но это не мешало ему то и дело поглядывать на меня.

— Перестань, Ром, — поморщилась я, не выдержав. — Мне казалось, что мы с тобой все сразу решили.

— А если я не хочу просто дружить? Если ты мне нравишься, как женщина? Если я хочу…

— Будь это так, ты бы заметил меня еще в первую встречу. Помнишь? — Раз уж Васнецов сам решил залезть в это болото, то я не собиралась отсиживаться и позволять вешать мне лапшу на уши.

— У меня принцип — не заводить отношений с пациентками, — поджал губы он.

— Хорошая отговорка, правильная, — похвалила его я. — Но сути дела это не меняет. Мы оба с тобой прекрасно знаем, что будь между нами химия, и она проявилась бы сразу. Еще тогда.

Я заметила, как напряглась линия подбородка Васнецова, как заходили желваки на скулах. Мои слова ему явно не нравились.

Впрочем, редко кому вообще нравится правда.

Мы часто выбираем ложь: во спасение, щадящую, лукавую. Думаем, что так легче, а на самом деле только усложняем себе жизнь.

— А вот так, Ром, клин клином из-за того, что у тебя сейчас тяжелый период после развода, — поморщилась я. Специально задеть его я не старалась, но и подстраиваться, щадить не собиралась. Мужик он или где? Должен уметь держать удар. — Не надо так. Ничего из этого не получится. Разве я не достойна большего, чем стать заменителем бывшей?

К тому же Васнецов был прав. Я действительно не воспринимала его как мужчину. Не было той тяги, искры, влечения…

Даже тело не покрывалось у меня мурашками от близости Романа. А ведь я давно не позволяла себе сбросить напряжение таким образом, пора бы.

То, что работало с Грачом, самым неподходящим для меня мужчиной, ломалось рядом с Васнецовым. Закон подлости в действии.

— Прости, — глухо пробормотал Рома. Похоже, мне все же удалось подобрать правильные слова, чтобы достучаться. — Конечно, достойна, Марго.

— И ты, Васнецов. Ведь обязательно встретишь еще свою женщину, — улыбнулась я. — Так давай же позволим друг другу совершать ошибки, нарушать правила, а не разрушать то, что не вернешь после того, как только переступишь черту. Дружба для меня дороже, чем пара минут удовольствия.

— Пара минут? Ну ты, Селезнева, совсем меня опустила, — хмыкнул Рома, но как-то совершенно незлобно, и поза его была расслабленной.

— А это тебе за сегодняшнюю подставу, друг, — ехидно выдала я. — Кушайте, не обляпайтесь.

— Да, я внял уже, что не туда свернул, — согласился Рома. — Надеюсь, это не испортит наш вечер?

— Не испортит.

— Сам не понимаю, почему меня понесло, — поморщился Васнецов. — Просто ты сегодня особенно красивая, и меня заело, что такая девушка рядом, а я в роли подружки. Аня вон на хахаля семью променяла…

— Дура твоя Аня, — выпалила я, отчего на лицо Ромы вернулась улыбка. Спорить в этом вопросе со мной он не стал.

К особняку, где уже началась вечеринка, я подъехала в смешанных чувствах. С одной стороны, радовалась, что Васнецов согласился меня сопровождать, а с другой — даже немного жалела, что не могу закрутить с ним роман.

Почему от правильных мужчин не заходится сердце? Почему трепыхание бабочек в животе чаще вызывает настоящий мерзавец, а не нормальный среднестатистический мужик? Ответа на эти вопросы я пока не получила, да и вряд ли вообще когда-то познаю дзен.

Видимо, Глеб все же что-то непоправимо сломал во мне той больной первой любовью. Иначе я не могла объяснить свою тягу к откровенно плохим парням.

Ведь стоило мне переступить порог особняка и столкнуться взглядом с Грачом, как внутри вспыхнул пожар. И сердце быстрее забилось, и во рту пересохло, и ноги стали ватными…

— Марго! — кинулась ко мне Манюня. — Я так рада, что ты пришла!

— Думала, свидетельница способна на такую пакость, чтобы испортить тебе свадьбу? — хитро прищурилась я.

— Нет, конечно же, нет, — тут же отмахнулась девушка. — Но я та-а-ак нервничаю, ты просто не представляешь. Ладошки потные, ноги подкашиваются, сердце колотится так, что даже музыку заглушает.

Я не представляла, да. Ведь свадьбы по любви у меня никогда не было. С Александром мы просто расписались, он все решил по-деловому, подстраховал мои тылы.

Несмотря на волнение глаза Манюни сияли счастьем, отчего я поддалась необъяснимому порыву и обняла девушку.

— Все будет хорошо, — пообещала ей я. — Познакомься, Маша, это Роман Васнецов, мой…

— Ой, я так рада познакомиться с мужчиной Марго! — всплеснула руками блондинка, не дослушав меня до конца.

В этот самый момент подошел Грач.

— Мужчиной? — зло прищурился он. И во мне тут же проснулся дух противоборства.

— А что?

— Не знал, что свидетелям разрешается быть в паре, так бы и я подсуетился, — процедил Дмитрий, прожигая Васнецова злым взглядом.

— Оргии на свадьбе не предусмотрены, — ляпнула я.

— Марго! — вспыхнула румянцем Манюня.

Надо отдать должное Роману, он быстро сориентировался, просек ситуацию и приобнял меня, изображая гораздо больше, чем просто друга. Грача вдруг перекосило так, что я едва не расхохоталась, настолько мне его ревность оказалась приятной.

Глупость несусветная же, танцы на граблях, а внутри прямо все ожило и запело…

— Ну что, Князева? — лукаво глянула на блондинку я. — Уже и пошутить нельзя?

— Недолго ей Князевой быть осталось, скоро станет Давыдовой, — подошел к нам Иван. — Готова, принцесса, сделать наш союз официальным перед законом?

— Давно готова, — улыбнулась Маша, прижавшись к будущему мужу.

Тот жарко поцеловал ее в губы.

— Ну, тогда пошли, сейчас начнется церемония.

— Надеюсь, вы друг друга не поубиваете, — сказала почти Давыдова, глядя на нас с Грачом.

— Не волнуйся, принцесса, все военные действия только после вашей свадьбы, — отрапортовал Дмитрий. — Ты можешь быть спокойна, никто не испортит вам праздник.

— Подтверждаю, — сказала я. За свой язык уже даже стало немного стыдно.

Все же этот вечер посвящен Давыдовым, а не нашему противостоянию с Грачом. Не стоит перетягивать одеяло на себя.

— Головой отвечаешь, — предупредил друга Иван.

— Заметано, — изобразил шутовской поклон Грач.

Васнецов усмехнулся.

— Надеюсь, Роман, вам здесь понравится и не будет скучно, — вежливо улыбнулась моему другу Маша. — Искренне рада с вами познакомиться, правда.

Она потянулась, чтобы пожать руку Васнецову, но Давыдов перехватил ладошку невесты и поцеловал внутреннюю сторону кисти.

— Пойдем, сейчас будешь так безгранично радоваться мужу, — выдал этот ревнивец, чем вызвал счастливый смех будущей жены.

— Роману не будет скучно, Маша, — заверил блондинку Грач. — Я прослежу.

Он прожигал Васнецова таким взглядом, что я удивлялась, как у того еще не появилась дыра промеж глаз. Впрочем, Роман был самим спокойствием, нес себя очень уверенно. Чем, подозреваю, еще сильнее бесил Грача.

— Мне с Марго никогда не бывает скучно, — заявил Рома.

Дмитрий так крепко стиснул зубы, что я уже стала подумывать дать ему рекомендацию хорошего стоматолога.

— Охотно верю, — процедил Грач. — А вот ей так же или это у вас игра в одни ворота?

Я даже рта не успела раскрыть, как этот хам вдруг дернул меня к себе и прошептал на ухо.

— Язва ты, Марго. Но мне нравится. Заводишь. Все еще не хочешь увидеть небо в алмазах? Я для тебя всегда готов.

От его хриплого баритона активизировались те самые предательские бабочки у меня в животе. Пока я соображала с остроумным ответом, Грач уже растворился в толпе.

— Занятный экземпляр, — протянул Васнецов. — Любовник?

— Только если в его мечтах, — фыркнула я.

— Между вами так искрит, что всем, кто рядом, сразу становится жарко.

— Тебе показалось, — поджала губы я. — Ему просто нравится меня дразнить и выводить из себя.

— Похоже, здесь как раз все с точностью до наоборот.

— В смысле? — заставил он меня нахмуриться.

— Тебе нравится дергать тигра за усы и строить из себя неприступную гордячку. Не быстро ли я бегу, так?

— Васнецов, а не кажется ли тебе, разлюбезный друг, что ты перегибаешь? — Во мне всколыхнулось раздражение.

— В моем характере есть одна особо примечательная черта — прямолинейность. Мне казалось, Марго, ты также ценишь правду, а раз уж выбрала меня в друзья, то придется ее терпеть, — ответил Рома, забирая с подноса подошедшего официанта два бокала с вином. — Или ты из тех, с кем такие номера работают только в одностороннем порядке?

Я вспомнила, как недавно вывалила на Васнецова собственные соображения, совершенно не страшась его задеть.

— Уел, — хмыкнула я. — Но справедливо.

— Всегда пожалуйста, — отсалютовал бокалом Рома.

— Дорогие Мария и Иван, — торжественно начал церемониймейстер. — Мы сегодня здесь собрались, чтобы соединить два любящих сердца…

Давыдовы и ведущий стояли на специальной мини-сцене под цветочной аркой.

Мы с Грачом пристроились недалеко от сцены, как свидетели.

Зал был украшен белыми розами и цветными лентами. Картинка оказалась потрясающей, да и сама церемония интересной, я даже заслушалась. Особенно когда очередь дошла до брачных клятв.

— Манюня, моя любимая принцесса, — первым взял слово Иван. — Я влюбился в тебя с первой нашей встречи. Помнишь, у твоего подъезда? И до сих пор сгораю от этого чувства. Клянусь пронести его до конца своих дней, беречь и защищать тебя и наших детей, быть тебе опорой и гарантом счастья.

Послышались всхлипы. Это особенно чувствительные гостьи в зале уже прослезились. Я же держалась, хотя глаза вдруг стали на мокром месте.

— И я приложу все возможные усилия, чтобы оправдать тот шанс, который ты мне подарила, — закончил Давыдов. — Ты не пожалеешь, любимая.

— Я жалею только об одном: что из-за собственной глупости мы потеряли десять лет в разлуке, — призналась Манюня. — Я обещаю стать для тебя домом, надежным тылом, куда всегда будет приятно возвращаться, поддерживать и заботиться о тебе и наших детях. Я люблю тебя, Чемпион. И этого уже не изменить.

И хоть я считала Давыдова чудаком на букву «м», но в этот момент посмотрела на происходящее другими глазами. Этот мужчина делал Машу по-настоящему счастливой, она просто сияла любовью и радостью. Я даже успела почувствовать укол какой-то обыкновенной бабской зависти, ведь со мной никто и никогда не носился как с драгоценностью…

— Ну что ж, — откашлялся ведущий, — властью, данной мне…

— Горько! Горько! — заголосила толпа, едва уже официально Давыдовы обменялись кольцами.

А дальше начался банкет, танцы, конкурсы… Ведущий не на шутку разошелся. В некоторые моменты мне откровенно хотелось его пристукнуть, но приходилось вымучивать из себя улыбку и участвовать в свадебных авантюрах. Еще и с Грачом на пару. Тот прилип ко мне банным листом, прикрываясь официальным поводом, мол, он свидетель со стороны жениха. А свидетель и свидетельница порознь быть не могут. И потрогать, вроде бы ненароком, этот гад меня не забывал.

— Хватит меня лапать, — в очередном из бесконечных конкурсов зашипела я Грачу.

— Я тебя поддерживаю, Марго. Чтобы не упала на этих ходулях, что ты нацепила, — ничуть не проникся Дмитрий. — И куда ты все время косишь? Не сбежит твой Васнецов, его Лампа пользует.

Бабушка Манюни действительно развлекала Романа. Я то и дело поглядывала на них, но не видела и тени недовольства на лице друга. Впрочем, неудивительно. Рядом с этой актрисой у всех неизменно поднималось настроение. Ее новоиспеченный муж, похоже, Васнецова за конкурента не считал, но держался рядом.

Мальчишки Ивана и Маши веселились вместе с другими детьми гостей. Богдана я не взяла в силу юного возраста. Как ни крути, а такие празднества здорово утомляют.

Широкий с невестой, Вавилов с женой и детьми тоже развлекались неподалеку. Давыдовы пригласили только самых близких, родственников, друзей, но их все равно набралось не меньше сотни.

Несмотря на то, что я выбрала танцы призванием, а они предполагают собой публичность, все равно быстро уставала от толпы. В какой-то момент меня словно выключило, захотелось сбежать от бесконечных вспышек фотокамеры, шума и людей.

Я не придумала ничего лучше, чем подняться на второй этаж и выбрать одну из гостевых комнат с выходом на балкон.

Там-то меня и поймал Грач.

— Сбежала? — улыбнулся Дмитрий.

— Мне просто нужно перевести дух и привести мысли в порядок. Уходи, пожалуйста, — по-человечески попросила я мужчину.

В его присутствии я не доверяла самой себе. Во мне пробуждались опасные желания…

— Конечно, Марго, — ответил Грач, запирая за собой дверь на ключ.

— Эй! Ты что это удумал? — нахмурилась я, сразу оказавшись рядом. — А ну, открой быстро и выпусти меня.

Приказ никак не подействовал. Дмитрий лишь улыбнулся краешком губ.

— Как раз этим я и собираюсь заняться, — загадочно пообещал он. — Выпущу тебя, Марго. Подарю свободу. Ты же давно этого хочешь, правда?

— Ты обкурился? — не стала миндальничать я.

— Нет.

— Значит, алкоголь вштырил, вот ты и напридумывал себе бог знает чего, — хмыкнула я. — Открывай давай. Там свадьба.

— Без нас как-нибудь обойдутся, — ухмыльнулся Грач. — Меня не от алкоголя вштырило, хоть и пригубил две капли, а ты случилась.

— Так зацепила, что ли? — прищурилась я.

Отступить Дмитрий мне не дал. Прижал к стене, поставил руки по бокам и навис надо мной, заключив в клетку из своего тела. От запаха его духов у меня кружилась голова.

Или это от количества выпитого. Я особо не злоупотребляла, но пузырьки шампанского всегда сильно в голову ударяют.

— А если и так, то что? — с вызовом глянул на меня Грач.

Я его приняла, взгляда не отвела.

— Да от отказа тебя в дугу скрутило, вот что, — ухмыльнулась я. — Не каждый день от такого прынца девки бегают, правда?

— Вообще не бегают, — подтвердил он мою правоту.

— Вот видишь. Эго твое пострадало, да? — я специально пыталась задеть его, нагрубить, отвадить, но Грач, наоборот, будто лишь ближе становился. Словно эту нашу тягу друг к другу ничем было не перешибить. — Ну так и утешь его с какой-нибудь доступной горячей девочкой.

Дмитрий наклонился, взял мой подбородок двумя пальцами, пристально заглянул в глаза. Не знаю, что он в них увидел, кроме своего отражения.

— Все дело в том, Марго, что, как только ты со мной случилась, — загадочно прошептал мужчина, — я не хочу никакую другую.

Вот такой вот сомнительный комплимент я получила перед тем, как Грач впился в мои губы жадным диким поцелуем.

Все мысли тут же вылетели из моей головы.

Я должна была сжать зубы, не пустить его язык хозяйничать в моем рту. Должна была воспротивиться наглым действиям Грача, оттолкнуть мужчину… Убежать хотя бы!

Только вместо этого из глубин моего нутра прорвался хриплый стон. Нужда.

Как я ни пыталась скрыть правду, а хотела Дмитрия так же, как и он меня. Может, даже сильнее.

Резкая, сбивающая с ног волна страсти захлестнула нас с головой. Какие там разговоры и разборки?

Не до слов нам было. Сейчас говорили тела.

Поцелуи перемежались с жалящими укусами. Ни о какой нежности и речи не шло. Мы словно соревновались друг с другом в беге за удовольствием и тут же сыпали наказанием за долгое ожидание.

Все случилось тут же. У стены.

Мы и не разделись толком.

От взрыва сверхновой перед глазами у меня подкосились ноги. Грач не дал упасть, поддержал и сам догнался с хриплым стоном.

Мы перекусили наслаждением, но не насытились.

Немногим позже все повторилось на кровати. Уже с чувством, расстановкой. Как Дмитрий не порвал мое платье, обнажая мое тело, до которого так жаждал добраться, ума не приложу. Но у него это получилось. И обнажить, и добраться.

— Такая тоненькая, — выдал Грач, с восхищением сжимая мою талию руками. Контраст его загорелой кожи и моей молочно-белой завораживал. Как и то, что ладони мужчины почти соприкасались друг с другом в обхвате моей талии. — И горячая. Идеальная.

Я не особо прислушивалась к его болтовне, опять взлетала к желанной вершине.

Потом был душ. В комнате очень удачно обнаружился отдельный санузел.

И опять мы гнались за удовольствием, захлебывались эмоциями, что били через край. Я даже и не представляла, что бывает такая гонка, по итогу которой ты уже хлебнул наслаждения, но все равно хочешь еще. И еще. И еще. И… Нельзя.

Я сама себя остановила, став тщательно приводить себя в порядок после совместного душа. Следы страсти скрыть удалось, а вот глаза все равно выдавали. Сияли каким-то шальным блеском, отчего мне хотелось смеяться и материться одновременно.

— Ты куда? — лениво поинтересовался Грач, наблюдая за моими сборами. Он даже полотенце на бедрах не обернул, предпочел не стесняться.

А у меня то и дело глаза останавливались на отлично проработанных мышцах пресса или витиеватых узорах тату…

Наверное, именно на это Дмитрий и рассчитывал. Видимо, кайфовал оттого, что я залипала на его теле. Поэтому я стиснула зубы и пообещала себе не тешить мужское эго. Хватит, и так уже щедро отсыпала всего, что зареклась делать.

— Вниз. Там праздник наверняка уже к концу подходит. Надо бы домой собираться.

— Я подвезу, — тут же предложил мне мужчина.

— Не стоит.

Я не лукавила, действительно не хотела сейчас общаться с Грачом.

По-хорошему, мне нужно было время и пространство, чтобы осмыслить то, что между нами здесь произошло. Это оказалось слишком мощно, слишком приятно, да и просто… слишком.

Но с другой стороны, я могла заставить себя отнестись к сексу с Дмитрием проще. Ну было и было, чего ж тут заморачиваться, да? Хотела же для здоровья, вот и получила, что заказывала.

— А, я и забыл, что ты приехала с «плюс один», — ухмыльнулся Грач. — Только сейчас он уже выбыл из игры, не так ли?

И столько самодовольства было на его лице, что мне очень захотелось стереть это выражение хлесткими оплеухами.

— Не так, — спокойно ответила я, погасив несвоевременную жажду «крови». — Ничего не изменилось. Между нами с Ромой так точно.

— Что значит не изменилось? — нахмурился Грач.

Теперь он выглядел как хищник перед прыжком. Напрягся, впился в меня требовательным цепким взглядом, словно душу препарировать собрался.

Но до нее добраться я никому больше не позволю.

— Марго! — возмущенно догнал меня его крик на пороге комнаты.

— Спасибо за секс, Грач. Было… — здесь я специально запнулась, чтобы подобрать подходящий эпитет, и сделала вид, будто задумалась.

Мужчина нахмурился, сжал кулаки.

«Ждал одобрения? Обломится», — решила я.

— Было и было, — завершила свою мысль вслух. — Хорошей ночи.

Хлопок дверью должен был поставить точку в этом странном разговоре после основного действия. Но получилось многоточие.