Любовница твоего мужа

ГЛАВА 19

Грач

— Ты был… — брюнетка потянулась, словно довольная кошка, и шумно выдохнула. — У-у-ух!

— Вон пошла.

— Что?! — опешила девушка.

— Пошла вон, — с непроницаемым лицом повторил Грач.

Его случайная любовница резко села в постели, совершенно не стесняясь собственной наготы. Дмитрий даже не посмотрел в ее сторону, он хотел снять напряжение, но должного удовлетворения все равно не получил. Натянутая струна, что звенела внутри него уже месяц, даже не ослабла.

Череда девушек, лиц и имен которых он не запоминал, не вытравила из его мыслей Марго. Грач привык к случайным связям, мужчина всегда получал все, что хотел, и уходил первым. Никогда ему еще так тяжело не приходилось заманивать девушку в постель, а уж после все любовницы норовили как можно дольше продержаться в его жизни. Все, но не она.

Марго же сама выгнала его. Сама!

И Дмитрий плюнул на все, отступил. Он мог быть настойчивым, но всему есть предел.

«Если женщина явно дает понять, что ты ее не зацепил, похоже, стоит согласиться, — думал Грач. — И плевать на химию. Нет в Селезневой ничего особенного, только несет себя словно королева. И свет на ней не сошелся, да».

Вот он всячески и принялся себе это доказывать. Не особенная. Не сошелся. Не зациклился.

С головой нырнул в свою прошлую жизнь и всячески избегал случайного напоминания о Селезневой. Дошло до того, что Грач даже старался другими дорогами ездить, только бы не пересечься с Марго. А это было сложно. Для клуба эта зараза выбрала слишком удобное расположение, как бы ни поехал, а все равно через центр мелькнешь…

— Ты меня выгоняешь? — не поверила брюнетка, которую он подцепил этой ночью в каком-то баре.

— Ноги ты раздвигаешь лучше, чем думаешь, — сделал вывод Дмитрий.

— Козел!

Он даже и спорить не собирался, признавая правду. Впрочем, его называли и похуже, не цепляло уже. Привык.

— У тебя десять минут, чтобы собраться. Не успеешь — выставлю голой. — Он блефовал, но надеялся, что эта ложь послужит достаточной мотивацией для девушки, чтобы пошевелиться. Ее присутствие рядом напрягало Грача.

В последнее время его все напрягало. Он срывался на подчиненных, друзьях, знакомых… Грач выпускал пар в зале, но мало кто теперь соглашался сойтись с ним в спарринге. На гонки Дмитрий не совался, а когда Лысый позвонил ему с новостью, что нашел координаты Феникса, просто послал того в пеший тур по известному маршруту.

— Какой же ты мерзавец! — Девушка стукнула в плечо, а потом попыталась усесться сверху и расцарапать ему лицо.

Грач вовремя перехватил ее руки.

— Не делай ничего, о чем потом будешь жалеть. Ты получила то, что хотела. Я ничего тебе не обещал, — строго выговорил он ей. — Я не сплю со случайными любовницами.

Об этой своей особенности Дмитрий узнал еще в юности. Не мог он заснуть рядом с очередной телочкой. Даже если кувыркался до изнеможения. Не отключался мозг, и все тут. Грач не мог расслабиться. Поэтому он предпочитал разграничивать секс и сон.

— Так мы можем пойти на второй заход, а не спать, — вдруг сменила гнев на милость брюнетка. — М-м-м?

Она красноречиво на нем поерзала и…

— Не интересует, — не согласился Грач, ссадив девушку с себя.

Та нехотя встала с кровати и стала одеваться.

— Так бы и сказал, что у тебя проблемы по этой части, — хмыкнула его любовница на эту ночь, поглядывая на него со смесью злого торжества и пренебрежения.

— Портмоне в кармане куртки. Возьми там себе компенсацию за моральный ущерб.

— Я тебе не проститутка! — возмутилась брюнетка, но в кошелек все же… залезла. Еще и выпотрошила оттуда всю наличку.

«Даже элитные ночные бабочки столько не берут за час своего времени», — мимоходом отметил Грач.

Впрочем, вслух ничего не сказал. Сам же предложил компенсацию, а размер не уточнил, вот заодно и проверил аппетиты дамочки.

— Чао, красавчик! — подмигнула ему брюнетка на прощание. Похоже, деньги полностью восстановили ее настроение.

Сразу после ее ухода Грач отправился в душ. Хотелось смыть с тела приторный запах женских духов и… усталость.

Через полчаса он сдал ключ на ресепшен и покинул отель. Где бы Грач ни жил, а его привычки были неизменны. Он никогда не приводил девочек на ночь к себе домой, предпочитая встречи в отелях. Во-первых, не терпел чужих на своей территории, а во-вторых, так легче было избежать преследований, если любовница окажется из непонятливых.

До квартиры, которую мужчина не так давно приобрел в этом городе, оставалось двадцать минут езды. Ночная трасса оказалась не такой переполненной, как днем, но и не пустынной. Жизнь бурлила в любое время суток.

Едва Грач переступил порог жилья, как его усталость стала запредельной. Он еле заставил себя раздеться и дойти до кровати, где и забылся тревожным сном.

— Дима? — донеслось приглушенное до него. Связь была с помехами.

Этот голос Грач уже и не рассчитывал услышать.

— Марго? — рывком сел в кровати он. — Что-то случилось?

— Мне нужна… — начала она, но вдруг замолчала.

— Марго? — Грач засомневался, не снится ли ему этот странный телефонный разговор. — Ты здесь?

— Мне нужна твоя помощь, Дима.

Марго

— Найди другого специалиста, — настаивала я на своем.

Мы с Акуловым спорили уже несколько часов подряд. Все никак не могли сойтись в решении, что делать дальше.

— Другого такого нет. Парни у Грача — лучшие. Да и он сам отлично разбирается в том, что делает, — втолковывал мне Сергей. — Я очень сомневаюсь, что Халявкин будет действовать законно, с его-то связями.

— Богдана не отдам, — поджала губы я.

Даже мысленно у меня не получалось представить Глеба рядом с сыном, сразу накатывала беспричинная тревога, что мужчина как-то навредит моему малышу. Да и вообще все внутри меня противилось общению Бодьки с Халявкиным. Чему тот мог научить сына? Как искусно лгать, выкручиваться и совершать подлости?

Нет, увольте. Пусть Глеб остается для нашей семьи лишь донором биоматериала, такого отца я и врагу бы не пожелала.

— Я очень сомневаюсь, что твой сын этому типу на самом деле нужен, — сказал Сергей, озвучивая и мои мысли тоже. Я ведь тоже догадывалась, что Бодя для Глеба лишь повод и прикрытие. Клуб он хотел, деньги, лазейку для отмывания денег, новый путь сбыта товара и, возможно, любовницу в моем лице. Хотя последнее оставалось под вопросом, я не считала себя неотразимой и незаменимой, чтобы мужик так напрягался только из-за желания залезть ко мне в трусики. — Скорее, он попытается на тебя повлиять через него.

— Ничего у него не получится. И с клубом Глеб обломится. Проверки же мы выдержали? И остальные подлянки переживем.

— Проверки — это одно, — нахмурился Акулов. — Как бы этот мужик не решил провернуть что-то посерьезнее.

— Халявкин — трус, — хмыкнула я, продолжая храбриться. — Он не сможет мне навредить, кишка на самом деле тонка. Я не верю.

— Недооценивать противника — самая большая глупость, которую ты только можешь совершить, Марго, — постановил мужчина. — Поэтому прекращай выпендриваться и звони Грачу. Или, хочешь, я позвоню?

— Он мне откажет.

После того как я качественно потопталась по его мужскому самолюбию, так точно.

— Грач? — выгнул брови Сергей. — Похоже, ты его еще плохо знаешь.

Если быть совсем честной, то я его вообще не знала. Нас тянуло друг к другу, весь контакт происходил на уровне инстинктов, чего-то животного, подсознательного. А вот какой Дима человек на самом деле, я и не пыталась разобраться. Мне было легче думать о нем плохо, чтобы лишить себя соблазнов позволить нам сблизиться.

— А должна? — попыталась скрыться за сарказмом я.

— Марго, ты ведь умная баба, да? А в этом вопросе уперлась, как самая настоящая ослица, и не уступаешь, — откровенно выдал Акулов. — Я тебя не узнаю.

Я насупилась.

В последнее время у меня была такая же проблема с узнаванием. Вот вроде зеркало не кривило отражений, показывало обычную меня, но внутренне… Уже что-то изменилось. И что делать с этим, я пока даже не представляла.

— Не дави на меня, Сережа.

— А ты не глупи, — прищурился Акулов. — Не знаю, какая между вами с Грачом кошка пробежала, но…

— Я обещаю подумать над твоим предложением, — перебила его я, чтобы не лез в эту запутанную историю. Ответов даже у меня пока не было.

— Подумай, Марго, — согласился мужчина, охотно оставив меня наедине с мыслями.

И я действительно сдержала свое обещание: прокручивала ситуацию в голове, искала выход… Очень хотелось обойтись без Грача, хотя я и осознавала глупость такого порыва.

Не то чтобы я собиралась таким образом доказать свою самостоятельность, нет. Просто меня охватывал страх. Я ведь остервенело добивалась, чтобы Дмитрий оставил меня в покое, забыл, не преследовал, а в итоге переживала, что, если теперь столкнусь с тотальным безразличием с его стороны, мне… будет больно.

Так и сидела, гипнотизируя черный экран телефона, не решаясь на что-то. Пока дисплей сам не ожил…

Я даже вздрогнула, услышав рингтон, но быстро взяла себя в руки.

— Алло? — удивилась тишине в трубке. — Вась?

С подругой мы в последние две недели почти не виделись. Рогова взялась за новый проект, решила вложиться в благотворительность. Неожиданным спонсором также выступил… Грабовский. Он все еще оставался для меня темной лошадкой, но подруга больше не отзывалась о нем плохо.

С Дубравиным Вася разъехалась, она вытребовала, прямо-таки выгрызла собственную свободу, даже шантажом не побрезговала.

— Не я ему важна, Маргось, — горько признавалась Рогова мне. — Не я, а репутация. Вот и бесится, что я могу всю малину ему подпортить перед выборами.

Не знаю, оказалась она права в своих догадках или же Дубравин руководствовался иными мотивами в принятии решений, но… В итоге муж дал супруге время, чтобы остыла и перестала дурить.

На развод Васька подавать не спешила, говорила, что сейчас все равно смысла нет, ничего не добьется, а Дубравин не согласится. Только я видела, она сознательно откладывала принятие этого решения. Поставить отношения на паузу легче, чем сжечь мосты. Жаль только, что с жизнью такой финт не прокатит, она все равно несется в привычном темпе. Главное, не упустить момент, когда ты останешься за бортом и все пойдет мимо.

— Вась? Ты меня слышишь? Алло!

Связь была с помехами, что-то трещало, завывал ветер…

— Маргось, я такая дура-а-а, — всхлипнула Рогова и разразилась рыданиями. — И зачем я ему поверила? Развел, как обыкновенную идиотку…

У меня едва сердце не остановилось от страха за подругу.

— Ты толком объяснить можешь, что случилось-то?

— Не могу, — захлебнулась слезами Васька, только сильнее меня испугав. — Дубравин…

— Умер? Заболел?

— Да лучше бы умер, скот такой! — вдруг принялась кричать подруга. — Сообщение от него пришло странное, с приглашением за город. А я, дура, вдруг сорвалась с места и примчалась. Не знаю, что мной двигало. Еще и водителя оставила, а я за рулем как обезьяна с гранатой.

— Ну?

— Что ну? Приехала я в этот пансион за городом, а там он с ней, — сказала она и замолчала.

— Вась?

— Любовницу мой Кеша здесь выгуливает, оказывается. И сын у него есть… — Рогова опять всхлипнула.

— Как сын? — опешила я.

— Вот так. Красивый такой мальчик, лет пяти…

— Так, может, это не его сын, Вась. Если ребенок просто рядом, то мужик же автоматически не становится его отцом, — воззвала к здравому смыслу я.

Рогова ответила не сразу, а когда вновь заговорила, то ее голос звучал так убито, что у меня сердце защемило.

— Он вылитый Кеша, Маргось. Один в один, словно копия в миниатюре, — призналась Васька. — Поверить не могу… Мы так долго пытались, а у него, оказывается, уже есть сын. И почему именно я бракованная? Не зря он к другой под юбку залез, да?

— Даже не смей так думать, не то что говорить, поняла? — страшно разозлилась я. — Что это за синдром жертвы такой, а, Вась? Никогда бы не подумала, что ты чужую вину на собственные плечи перекладывать начнешь.

Подруга всхлипнула.

— От хорошей женщины мужик не загуляет…

Сколько раз я слышала подобное? Сейчас даже и сосчитать не возьмусь. Сильными мира сего принято считать мужчин, но почему-то именно на женщин возлагается слишком многое. И быт, и досуг, и ответственность за мужские измены.

Изменил? Значит, ты недостаточно хороша. Недоглядела. Недолюбила. Себя запустила наверняка. У общества найдется еще сотня таких причин, чтобы обвинить ту, которой по факту уже плюнул в душу самый близкий человек.

«И в горе, и в радости…» — как часики не работает.

— Мне вот даже неинтересно, где ты такого махрового бреда понахваталась, — фыркнула я. — Мужик изменяет, потому что может. Если есть желание, то никакая жена ему не станет помехой, будь она даже трижды идеальной. Это ясно?

К этому выводу я пришла через собственную боль, но зато хорошо усвоила.

— Наверное, это из-за того, что я родить ему не смогла, — будто бы и не слышала меня Васька. — Но ведь пыталась… Господи, Ритка, как же я пыталась! И к врачам, и к бабкам-знахаркам ходила — где только спасения не искала. Правильное питание, витамины, лечение за границей, специальные тренировки, подсчет благоприятных дней цикла… И все равно моя утроба выталкивает из себя плод, не принимает, ты не представляешь… Я ведь ненавидеть себя за это уже начала и завидовать лютой завистью тем, кто смог родить!

— Ох, Вася…

Все нужные слова у меня потерялись. Да и какие они — эти нужные слова в такие моменты? Где универсальный рецепт утешения? Чтобы все горести по мановению волшебной палочки можно было выключить и больше не тонуть, не захлебываться этим отчаянием. Нет его?

Я лишь могла кулаки стискивать да глотать подступившие слезы, боль Роговой чувствовалась слишком остро, словно своя собственная.

— Погоди… — вдруг хрипло выдохнула подруга. — Это получается, пока у меня выкидыш за выкидышем был, у Кеши уже сын на стороне имелся? Пока я по врачам моталась, он другую семью завел и обхаживал? Пять лет водил меня за нос… А может, больше?

— Может, и не его это сын, может, и не пять ему… — цеплялась я за соломинку.

— Хорошо Кеша за мой счет развлекся, — голос Васьки был глухим, жутким каким-то, потусторонним, словно сквозь толщу воды шел. — Они с ней, наверное, долго смеялись над моими попытками забеременеть. Но больше унижать себя я не дам.

— Мне очень жаль…

— Ты сможешь меня забрать? — перебила меня Рогова.

По себе я знала, что чужая жалость иногда только раздражает.

— Диктуй адрес, — с готовностью откликнулась я.

— Я тебе координаты сброшу, не знаю, что за адрес, лес кругом.

— Какой лес? — насторожилась я.

— Хвойный, наверное. Елки, ели, сосны — не знаю, я не разбираюсь в иголках.

— Вась!

— Да я увидела эту картину маслом, сразу хотела Кеше в морду вцепиться, даже навстречу побежала, но на полпути словно в землю вросла. Не смогла я мальчика испугать, он-то в чем виноват? — тяжело вздохнула Рогова. — Вот и повернула обратно, так и оставшись для счастливой семьи Дубравина незамеченной. А там в машину заскочила и…

— И? — поторопила ее я. В свою очередь, уже закрыла кабинет, жестами объяснилась с Сергеем и выбежала из клуба.

— И помчала куда глаза глядят… Дорогу я не разбирала, только выжимала педаль газа до упора. Сколько так ехала? А черт его знает, но потом машину занесло, и скорость я снизила. Конкретно так струхнула, представляешь? Едва в штаны не наложила.

— С тобой все в порядке? — Я уже ехала по центральной трассе.

— Не разбилась, — как-то даже с сожалением выдала Васька. — В дерево врезалась, машину помяла и шишак себе заработала. Только вот руки у меня трясутся, и обратно вырулить к городу я не смогу. Приедешь за мной?

— Уже еду, — тут же заверила ее я. — Только координаты сбрось поскорее и никуда не лезь, слышишь, Вась? Все хорошо будет, веришь?

Она ответила не сразу.

— Ну да, — как-то без особого энтузиазма хмыкнула подруга. — Будет. Когда-то. С кем-то.

— С тобой, Вась. С тобой все будет хорошо. Ты только держись там и не глупи, — приказала я, добавив в голос железобетонной уверенности, в которой подруга сейчас нуждалась почти как в воздухе.

— Не буду. Я уже все глупости натворила, когда разрешила себе поверить, что Кеш… Дубравин любить меня может, что все у нас с ним будет как у нормальных людей, — призналась она. — Только нормальные люди на две семьи не живут.

— Я скоро буду, Вась.

— Спасибо тебе, подруга, — всхлипнула Рогова и сбросила вызов прежде, чем я вновь услышала бы ее рыдания.

Сообщение с координатами действительно быстро пришло. Вскоре я выехала за город и мчала по трассе, пока не свернула на проселочную дорогу, а потом двигатель вдруг затарахтел, стал стучать, фыркнул и… заглох.

Я едва к обочине успела свернуть.

Под капотом ответ на меня не выскочил. В устройстве машины я не разбиралась, просто предпочитала вовремя обращаться на СТО. А теперь вот, в самый неподходящий момент двигатель заглох, молчал, не прокручивался стартером.

Я с десяток раз пыталась завести машину, но ничего не получалось.

— Гадство! — в сердцах стукнула по рулю я и обессиленно опустила голову на руки.

Застряла непонятно где, ночью. Еще и Васька дожидается моей помощи. Спасатель из меня оказался так себе… И что прикажете делать?

— Алло? — тут же ответила я, не посмотрев на дисплей.

— Уже получила мой сюрприз, Мышка? — послышался голос Глеба.

— О чем ты? — насторожилась я.

— Масло тебе слить оказалось проще простого, фигово у тебя охрана работает, Ритуся, — довольно хмыкнул мужчина. — Учти, пока что это масло, а потом могут и с тормозами поковыряться или подарочек к днищу прикрепить…

— Ты мне угрожаешь? — задохнулась я.

— Ну какие угрозы, Мышка? Мы же свои. Я тебе советую, Ритуся, как матери моего сына. Подумай о моем предложении, пока что даже выгодном для тебя, — сказал Глеб и, не дожидаясь моего ответа, завершил разговор.

Мои руки действовали быстрее, чем голова успела подумать.

— Дима? — выдохнула я, когда услышала недовольное «алло».

— Марго? — будто бы и не узнал Грач. — Что-то случилось?

— Мне нужна… — Сердце выбивало настолько дикий ритм, что дышать было сложно.

— Марго? Ты здесь?

— Мне нужна твоя помощь, Дима, — выдохнула я и зажмурилась, словно в пропасть сиганула.

Откажет? Нет?

Грач не медлил с ответом, но даже эти секунды показались мне вечностью.

— Где ты? Что случилось?

Я в двух словах обрисовала ему сложившуюся ситуацию.

— Скоро буду, не волнуйся. Не выходи из машины, Марго.

Я смотрела на погасший экран телефона и думала: а почему, собственно, Грач? Могла ведь позвонить Сергею или Роману, но набрала того, к кому подсознательно тянулась… Отрицать это было глупо, а сопротивляться, похоже, бесполезно.

Я набрала Ваську, но вместо подруги услышала мужской голос, который тут же узнала.

— Евгений Владимирович?

— Доброй ночи, Маргарита, — ответил Грабовский.

— Откуда у вас телефон Васи? — испугалась я. — Что вы с ней сделали?

— Ничего особенного, — спокойно сказал мужчина, чем только сильнее меня растревожил.

— Грабовский!

— Не ори, Марго. Не терплю женских истерик, — тут же осадил меня Евгений. — Я что, так сильно похож на серийного маньяка, раз ты меня сразу во всех смертных грехах подозреваешь?

Я закусила нижнюю губу. И действительно, почему всполошилась? Вместо того чтобы все спокойно выяснить, сразу о самом плохом подумала. А все натянутые до предела нервы виноваты… Из-за них я и выскочила из машины на свежий воздух, не смогла усидеть на месте.

Трасса была пустой. За все время, что мне пришлось здесь проторчать, ни один автомобиль не проехал. Складывалось такое впечатление, будто этой дорогой вообще не пользовались.

Несмотря на мороз, моросил мелкий дождь. За рулем сегодня требовалось предельное внимание. Неудивительно, что машину Васьки занесло и впечатало в дерево. Асфальт успел покрыться скользкой корочкой, я несколько раз поскользнулась, но упрямо продолжала расхаживать туда-сюда. Движение странным образом успокаивало.

Не могла я сидеть сложа руки, когда нервничала, нужно было хоть что-то делать.

— Где Вася?

— На осмотре твоя Вася, проверяют, есть ли сотрясение мозга, — хмыкнул Грабовский. — Хотя если учесть эту глупую аварию, то я лично вообще сомневаюсь в наличии у нее этого органа.

— Я, конечно, всегда предполагала, что вы высокого обо мне мнения, Евгений, но все же не ожидала, что настолько, — послышался недовольный голос Роговой. — Мало того, что следили за мной, так еще и в сумочке моей копаетесь. А ну, отдайте телефон!

— Василиса… — в тоне Грабовского сразу же появились незнакомые мне хрипловатые нотки и теплота. — Я уже говорил вам, у меня поблизости особняк, никто за вами не следил. Я просто возвращался после удачной сделки домой.

— Ну да, ну да, я уже сделала вид, что поверила, Евгений, — фыркнула подруга. — Маргось? Прости, не успела тебя набрать. Господин Грабовский развел такую бурную деятельность, точно я на его глазах помирать собралась. Тут элитный поселок есть неподалеку, прикинь? Даже частная клиника имеется.

— Сотрясение? — уточнила я у Васьки о состоянии здоровья.

— Обошлось, — ответила она.

— Хорошо, — выдохнула я. От затопившего меня облегчения едва ноги не подкосились.

— А ты где?

— Да застряла посреди трассы, двигатель заглох, — не стала вдаваться в подробности произошедшего я.

— Евгений наверняка сможет послать своих людей, чтобы тебя забрали. Правда же? — спросила подруга, и Грабовский тут же перехватил инициативу.

— Где вы, Марго?

— Я свернула на сорок седьмую и…

— Ею никто из местных не пользуется уже, — перебил меня мужчина. — Она аварийная.

— Да? А мне ее состояние показалось ничуть не хуже, чем остальных дорог у нас в стране.

— Шутите? Видимо, вы просто не доехали до того места, где все перекрыто. Пришлось бы поворачивать назад, возвращаться до развилки и выезжать на объездную.

— Но навигатор…

— Марго, — насмешливо протянул мое имя Грабовский.

— Ясно, — буркнула я, осознавая всю глупость своего попадания. — И никаких опознавательных знаков… Закон подлости!

— Видимо, вы их просто не заметили, — объяснил Евгений. — Я пошлю за вами машину, не волнуйтесь.

— Не надо, спасибо. За мной уже едут, — отказалась я.

— Если передумаете, то звоните, — сказал мужчина.

С Васей мы договорились связаться позже. Разбираться, случайно Грабовский помог подруге или совсем нет, совершенно не хотелось. Это уже не моя забота, главное, что Рогова с ним оказалась в безопасности. Пусть Евгений и был моим конкурентом, но он производил впечатление того, на которого можно положиться в сложную минуту.

Я засунула телефон в карман курточки, зябко повела плечами и запрокинула голову к чернильному небу.

Морось оседала на лице и волосах мелкими каплями.

Героя из меня не получилось, сама вляпалась и Грача посреди ночи сорвала! А ведь мужчина вполне мог интересно проводить время в объятьях какой-то красотки…

В то, что этот месяц Дима был монахом, с его-то внешними данными и повышенной возбудимостью, мне совсем не верилось. А мысль о наличии у Грача любовниц почему-то меня задевала…

Довольно скоро темноту разрезал свет фар. Когда внедорожник притормозил недалеко от моей машины, я подошла к нему.

Грач не спешил выходить. В первый момент это меня не насторожило, а во второй было уже поздно.

Из автомобиля показались двое бритоголовых качков.

— Опа, какая цыпа, — заржал один из них. — Замерзла? Иди — согрею.

Меня словно к асфальту приморозило.

— Ну что ты как неродная? — спросил второй, широко улыбаясь. — Заскакивай в машину, покатаем.

— Вы меня с кем-то перепутали, — пробормотала я. — Мой муж…

Незнакомцы стали обходить меня с двух сторон, загоняя в ловушку. Судя по их внешности, манере держаться, мне не повезло нарваться на бандитов.

Я судорожно соображала, как же с ними договориться миром, чтобы завтра не попасть в хронометраж криминальной хроники.

— Давно кормит червей, Ритуля-цыпа, — обрубил меня один из незнакомцев. — Будь послушной девочкой, и не придется с ним встречаться.

«Они знают мое имя! — прошило меня ужасом. — Таких случайностей точно не бывает».

И это явно не сулило мне ничего хорошего…