Ненависть со вкусом омелы

Глава семнадцатая. Кристиан в теле Виолетты

— Ты хочешь моей смерти? — произнес я, смотря на себя в бальном платье. Виолетта держала ладони у рта, чтобы не выдать свой смех, но это ей не помогало. — За-мол-чи…

— Прости, просто, зная, что я – это ты…, — Эшфорд хихикнула. — Это слишком забавно!

Я закатил глаза. Следующий час девушка то и делала, что таскала меня по магазинам в поисках подходящего платья. Я не понимал, как можно так долго выбирать что-то, что, по сути, будет надето всего один раз. Каждое новое платье, которое она заставляла меня примерять, вызывало у меня лишь одно желание – поскорее выбраться отсюда. Сначала Смурфетта была полна энтузиазма, но вскоре я заметил, как ее терпение начинает иссякать. Она смотрела на меня через зеркало, поворачивала то в одну, то в другую сторону, и я не мог не заметить, как ее лицо отражает разочарование, а затем негодование.

— Ты что, лопаешь по ночам кексы? — выпалила она, щупая мои (свои) бока. — Ты точно набрал мне лишние килограммы!

В этот момент мимо нас проходили две девушки: одна из них покупательница, а другая консультант, которая с широкой улыбкой несла в руках несколько нарядов. Я заметил их заинтересованные взгляды. Я улыбнулся, а затем топнул ногой.

— Почему ты так со мной? — закричал я. — Тебе обязательно нужно было называть меня толстой?

— Что ты делаешь…, — шикнула Виолетта, хватая меня за локоть.

— Скажи мне правду, ты хочешь меня бросить? Джейкоб, не делай этого!

— У вас все в порядке? — поинтересовалась консультант. Эшфорд явно не понимала, что делать, а вот я продолжил играть спектакль. Поймав ее взгляд, я продолжил.

— Хватит на нее пялиться!

— Да, у нас все в порядке. Извините, у нее не все дома, — произнесла Виолетта, заталкивая меня в примерочную.

Через несколько секунд две девушки скрылись среди других посетителей, и девушка гневно отдернула шторку.

— Ты с ума сошел?! — выпалила она.

— Ты назвала меня толстым. Это ранило мое муже-женское достоинство!

Я вздохнул и посмотрел на часы. Время тянулось медленно, и я начал размышлять о том, как же мне удастся выжить в этом шопинг-эксперименте. Через десять минут девушка нашла платье, которое по ее мнению смотрится на ней (мне) идеально. Оно было нежно-розового цвета, словно утренний рассвет, и мягко обвивало мою фигуру, подчеркивая все достоинства. Ткань платья была легкой и воздушной, как будто сотканной из облаков, а тонкие бретельки делали его еще более изящным. Длина платья едва касалась колен, открывая стройные ноги и позволяя свободно двигаться. Внизу, по краям, ткань была украшена изящной кружевной отделкой, а вырез на спине был достаточно глубоким, чтобы привлекать внимание, но не слишком откровенным, что делало образ элегантным и утонченным. На талии платье было слегка затянуто, создавая эффект «песочных часов». Виолетта была счастлива, что нашла эту вещицу, а я был счастлив, что мы наконец-то уйдем отсюда.

В концертном зале школы царила атмосфера настоящего праздника. Теплый свет мягко освещал просторное помещение, создавая уютную обстановку. Стены были украшены яркими гирляндами и бумажными шарами, которые слегка колыхались за счет приоткрытых окон, принося с собой запах свежести. На сцене, обрамленной блестящими драпировками, уже установили платформу диджея, а рядом горели разноцветные огни. Под потолком свисали солнышки из бликов и страз. Пол был застелен большим блестящим паркетом, идеально подходящим для танцев. На танцполе уже были собраны группы школьников, которые не только танцевали, но и болтали друг с другом, смеясь и обмениваясь впечатлениями и шутками. На стенах подвешены фотографии с предыдущих школьных мероприятий – улыбки, яркие наряды и счастливые лица создавали ощущение единства, которое тронуло даже меня. В углу зала находился небольшой уголок, наполненный закусками и напитками. Цветные коктейли в стаканах с соломинками пестрели на столе, обещая освежить всех танцующих. С каждым новым аккордом музыка становилась все громче, а танцующие ребята все смелее выражали свои эмоции. Они кружились и подпрыгивали, забывая о повседневных заботах.

Виолетта сразу подбежала к Молли и обняла ее. Я подтянулся чуть позже. После того как взял один коктейль со стола.

— …да, это очень круто! — говорила Эшфорд, когда я подошел.

— Спасибо. Цветы так и не привезли, но менеджер обещал вернуть деньги. Я рада, что вы пришли! И спасибо за помощь! — Молли улыбнулась.

— Не за что. Это было проще, чем выбирать платье…, — Смурфетта в недовольством взглянула на меня, на что я лишь усмехнулся.

— Дамы и господа, белый танец! — произнес ведущий, а затем заиграла медленная музыка.

— Стэнли, — Молли заправила рыжую прядь волос за ухо. — Потанцуешь со мной?

— С удовольствием, — на лице парня засияла улыбка.

Пара удалилась, оставив нас с Виолеттой вдвоем. Девушка несколько секунд старалась не встречаться со мной взглядом, а после выхватила мой коктейль из рук, сделала глоток и посмотрела на меня в упор.

— Кристиан…

— Нет! Даже не думай, Виолетта! Я ненавижу танцы.

— Ну Кристиан! Будь человеком!

Я закатил глаза. Мимо нас проходила Кассандра, когда я нехотя взял Виолетту за руку и повел в сторону Молли и Стэна. Брюнетка пару раз удивленно моргнула глазам, а затем фыркнула и пошла дальше. Танец, как мне кажется, длился вечно. Эшфорд сотню раз пожалела, что пригласила меня, потому что я, должно быть, оттоптал ей все ноги.

— Гаргамель, осторожнее! — прошептала она мне на ухо, скривив гримасу.

— Я же говорил, что не умею танцевать, — пробурчал я.

— Ты говорил, что не любишь, а не умеешь!

— Для меня это одно и то же.

— Значит, тебе придется полюбить, потому что на рождественском балу будет официальная часть с вальсом.

Я остановился и с ужасом взглянул на Виолетту (в моем теле). Девушка поправила пиджак, а затем убрала белую челку с лица, смотря на меня своими (моими) серыми глазами.

— Шутишь?

— Вовсе нет.

Я выругался.

— Вот именно! Я не хочу, чтобы все выглядело так, будто это я нелепая курица на роликах.

— Ха-ха-ха, очень смешно.

Следующие три часа зал был наполнен только радостью. Мы с Виолеттой больше вместе не танцевали. Я старался держаться от танцпола подальше, а вот девушка хорошо проводила время в компании друзей, сияя в потоке света и музыки. Она была в своей стихии, окруженная смехом и веселыми разговорами, а я чувствовал себя немного лишним. Я решил выйти во внутренний двор, где снег полностью засыпал все лавочки. Холодный воздух резанул лицо, но ощущения свежести приятно освежали мысли. Двор был пуст, как будто все веселье осталось внутри, а здесь царил святой покой, прерываемый только звуками моих собственных шагов по снежному покрову.

Я поднял голову и посмотрел на звезды, которые пробивались сквозь облака. Они были яркими и как будто тоже отмечали этот вечер, отражая мое внутреннее состояние. Мне не хотелось возвращаться в зал, но и впервые не хотелось оставаться здесь одному.

— Забавно, правда? — позади послышался тихий голос. Мне даже не нужно было поворачиваться, чтобы понять, кто это. — Когда-то мы вместе пакостили ему назло, а сейчас он в центре нашей компании, а мы здесь. Стоим на улице и смотрим на общую пустоту.

Аманда преподнесла холодный бокал с коктейлем в губам, а затем усмехнулась.

— Знаешь, после того что случилось на вечеринке Кассандры я решила больше не пить алкоголь.

— Для чего ты мне говоришь все это? — я взглянул на блондинку. Рид словно не услышала моего раздражения в голосе, и продолжила о своем.

— Когда-то мы были подругами.

— Да, и это было худшее время в моей жизни, — я уверен, что после всей открывшейся правды, Виолетта сказала бы именно так.

— Ты говоришь это, чтобы задеть меня, но на самом деле я знаю, что это ложь, — девушка улыбнулась и взглянула на меня. — Просто тебе не нравится, что мы слишком похожи.

— О чем ты?

— Да ладно, брось, — она рассмеялась. — Я знаю, что ты из кожи вон лезешь, чтобы везде быть первой. Записываешься на все кружки, лезешь ко всем преподавателем. С самого детства тебе было мало внимания. Конечно, а откуда же его брать, если родители то и делали, что старались выбраться из нищеты, в которой погрязли из-за собственной дурости? Смешно, как ты продолжаешь пытаться компенсировать это, обвивая себя иллюзиями, что кто-то когда-то оценит твои усилия. В глазах твоих друзей ты кажешься такой яркой, но на самом деле ты просто мрачная тень своей самой большой страсти – быть замеченной. Ты просто ненавидишь, что не можешь создать свою историю, как в романах, о которых ты так много мечтаешь. Все, к чему ты стремишься, — это внимание, которое тебе не доставалось, — Аманда сделала небольшую паузу. — Если бы твоя мама не была дурой, как моя, то не стала бы выходить замуж за человека, у которого за спиной нет ничего, кроме крошек заплесневелого хлеба. Ты бедная. Просто нищенка, но все равно стараешься делать вид, что это не так.

Несколько минут я переварил то, что сказала девушка. Я лишь в очередной раз убедился, насколько Аманда Рид жалкая. И, кажется, я впервые рад, что сейчас в теле Эшфорд торчу я, потому что, несомненно, вся эта речь сильно задела бы девушку.

— Бедная тут только ты. У тебя нет ни сердца, ни души.

У меня больше не было желания оставаться здесь, поэтому я развернулся и, написав Виолетте сообщение, ушел домой.

Ночью я так и не смог уснуть, поэтому утром выглядел хуже чучела. Если бы это увидела Эшфорд, она бы точно сказала мне пару ласковых слов о том, что я не слежу за ее внешностью. Но, честно говоря, сейчас мне абсолютно все равно. Зеркало лишь подтверждало, что я потерял борьбу с усталостью: мешки под глазами, растрепанные волосы, и этот бесконечный зевок, который не покидает меня.

Я устал. Чертовски устал. Каждое движение казалось тяжелым, как будто я вытаскивал себя из трясины. Снова и снова я прокручивал в голове бессонные ночи, когда мысли мятежно бродили, не давая покоя. И каждый раз, когда я ловил себя на мысли о том, как бы хотелось просто отключиться, мне становилось только хуже.

Сегодня у нас с Виолеттой запланировано мероприятие, которое пришло мне в голову весьма неожиданно. Ночь в школе у нас практически не устраивают, потому что обычно она заканчивается весьма плачевно. Однако я поклялся мистер Грею, что у нас все пройдет идеально. Проблема заключалась в том, что Молли и Стэнли после себя в концертном зале ничего не убрали, поэтому перед уроками я заранее пришел в школу, чтобы прибраться. Зайдя в концертный зал, меня встретила унылая картина: на полу валялись остатки конфет и пустые упаковки от закусок. Столы были завалены случайными бумажками и оставленными в спешке вещами. Сначала с думал позвонить Виолетте и организаторам, однако, когда взглянул на время, понял, что сейчас они видят десятый сон.

Я начал с подметания, затем перешел к вытирании столов. Пыль мешала дышать, как будто эта атмосфера пыталась подавить меня своей тяжестью. Но я не мог настроиться на подобные мысли. Я заставил себя сосредоточиться на предстоящем мероприятии. Час за часом я наводил порядок. Время шло, и с каждым предметом, который я убирал, шла прочь и моя усталость. В конце концов, зал стал выглядеть более презентабельно.

Ближе к девяти часам школа встретила меня привычными звуками – гудками, смехом и голосами одноклассников, пересекающихся в коридорах. На первом уроке нас ждал мистер Энерсби, учитель по биологии. Перед предстоящими экзаменами он решил повторить телу строения нашего тела. Я делал вид, что слушал, но мои мысли были заняты совсем другим. Перемена принесла долгожданное облегчение. Виолетта написала мне сообщение, что на обеденном перерыве нужно еще раз все обсудить насчет ночи в школе. На уроке истории, как всегда, приходилось слушать длинные лекции о событиях давнего прошлого. Мне было сложно сосредоточиться – мысли снова возвращались к предстоящему мероприятию.

— Я поговорила с мистером Греем. Он сказал, что выделит троих преподавателей, а еще закроет школу после двух часов, чтобы мы успели все подготовить, — произнесла Виолетта, садясь около меня в библиотеке.

— Хорошо. Я созвонился с менеджером по декору, они скоро приедут. Я их встречу.

— Ты предупредил мою маму, что сегодня ночью меня не будет дома?

— Да. Не могу сказать, что она была рада, если учесть, что твоя бабушка приезжает сегодня.

— Уже? Эти два дня так быстро пролетели…

— Расскажешь мне о ней? Я же должен понимать, с кем буду жить ближайшую неделю.

— Когда я думаю о своей бабушке, перед глазами встает образ женщины, обладающей невероятной силой и авторитетом. Она всегда была центром нашего семейного мира – властная, уверенная в себе и богатая. Ее богатство не только в материальных вещах, но и в том влиянии, которое она оказывает на всех вокруг. Бабушка могла одним взглядом подчинить себе комнату, полную людей, и заставить каждого чувствовать себя неловко, если он не соответствовал ее ожиданиям. Несмотря на все ее достижения, в ее сердце живет обида. Я помню, как бабушка с горечью говорила о мамином выборе. Она не могла простить маму за то, что та выбрала в мужья мужчину, который не соответствовал ее представлениям о достойном партнере. Папа всегда был добрым и заботливым человеком, но его финансовое положение никогда не удовлетворяло бабушку. Она считала, что для счастья женщины нужен не только характер, но и статус, — Виолетта нахмурилась. — Годами я наблюдала, как эта обида формировала отношения в нашей семье. Бабушка продолжала оставаться властной фигурой, а мама все больше замыкалась в себе. Мне хотелось, чтобы бабушка увидела в папе не только недостатки, но и достоинства. Я мечтала о том, чтобы они смогли найти общий язык, но увы, ее гордость и непримиримость были сильнее. Всегда, когда они с дедушкой приезжают, в нашем доме царит хаос. А если она увидит то, в каком ужасе мы живем… Боюсь представить, что тогда будет.

— Я что-нибудь придумаю, не переживай, — произнес я.

— Кристиан, ты… Тебе не нужно строить из себя благодетеля, — это было сказано без злобы. — Нас с Луизой она обожает, поэтому постарайся просто не встревать в их ссоры ладно?

Я молча кивнул, хотя про себя отметил, что все равно сделаю так, как задумал, хотя уверен, это будет шоком не только для Виолетты, но и для ее родителей.

Ближе к девяти часам вечера мы наконец закончили украшать здание. Преподаватели, которых к нам приставили в качестве смотрящих, отказались нам помогать, поэтому на помощь пришли Молли, Стэнли, Сара и Дилан, которого мне видеть не хотелось. Сначала я даже не понял, кто их позвал, но потом Молли во всем созналась. Я думал, что Виолетта снова будет смотреть на него, как на какое-то божество, но она на удивление вела себя спокойно. Ее радовало то, что несмотря на то, что мы все участвуем в одном конкурсе и по идее боремся за один приз, большинство все равно помогают друг другу.

После нашей работы, здание школы, окутанное зимней прохладой и большими сугробами, смотрелось весьма величественно. Высокие окна второго этажа отражали мутное зимнее небо, создавая преломления лунного света. Снаружи белоснежный снег, покрывающий крыши и дорожки, придавал всему особое, праздничное настроение, словно ожидая волшебства, которое скоро произойдет через несколько дней. Когда я первым делом вошел в главный холл, меня мгновенно окутала теплая атмосфера. Мягкое освещение ламп создавало уютное пространство, а праздничные гирлянды, свисающие с потолка, напоминали о приближающемся Рождестве. Все здесь дышало жизнью и ожиданием, как будто само здание понимало, что мы готовимся к чему-то особому.

Концертный зал располагался прямо в центре. Двери, обрамленные богатой резьбой, открывали вид на помещения, исполненные ожидания. Заходя внутрь, каждый попадал в мир, который моментально захватывал внимание: темные стены, обитые красным бархатом, создавали атмосферу уюта и праздника. На сцене ярко сверкают софиты и цветные огни, готовые в любой момент оживить ночь. Зал был полон стульев, аккуратно расставленных в ряд, что придавало ему вид готовности к приему гостей. Спортивный зал находился на первом этаже, и его паркетный пол еще знал следы игр и соревнований, словно каждый из этих моментов впитался в стены. Пластиковые кресла, стоящие вдоль одной из стен, были выдвинуты, ожидая зрителей, а высокие окна пропускали свет, добавляя живости в это пространство. На стенах висели спортивные трофеи и фотографии команд, что напоминало о том, что спортивный дух всегда находился здесь. Тренажерный зал, немного в стороне, сохранил свою строгость. Холодные металлические конструкции и яркое освещение создавали атмосферу напряженной работы. Хотя сейчас зал оказался пустым, я вспоминал, как он наполнялся звуками усилий и мотивации. Лунные лучи пробивались сквозь жалюзи, создавая узоры на полу, а свежий запах резины подчеркивал каждую деталь. Бассейн, находящийся чуть ниже, стал скрытым уголком школы. Синяя вода в его глубинах мерцала, отражая мягкое освещение. Плитка блестела, как зеркало, а волнующие волны еще хранили в себе десятки воспоминаний. Столовая и кафетерий, находящиеся рядом, освещались мягким светом. Сытные запахи блюд уже ждали гостей. В каждой детали чувствовалась забота о том, чтобы мы чувствовали себя как дома, и чтобы здесь можно было встретить как утро, так и вечер.

Все это здание на фоне зимней сказки представляло собой целый мир. Каждый уголок заполнял атмосферу ожидания и необычных событий. Все должно было произойти именно здесь, где территория, которую мы так хорошо знали, вдруг стала волшебной, готовой раскрыть свои тайны на ночь в школе.