Ненависть со вкусом омелы

Глава двадцать седьмая. Виолетта

Спустя несколько дней, когда я стала чувствовать себя намного лучше, а тело постепенно стало приходить в норму, врач сообщил мне, что меня выписывают. Все это время я практически не пользовалась телефоном. Хотя бы потому что мне запретили и выдавали его только пару раз в день. Я звонила родителям Кристиана, чтобы они не волновались, а также ему самому, чтобы узнать, как там Луиза. И мое сердце едва не выпрыгнуло из груди, когда во время последнего звонка они вдвоем радостными голосами сообщили мне, что меня ждет сюрприз. От этой мысли мне стало не по себе. Я больше не имела права не доверять Холмсу, однако мне все равно стало немного тревожно.

— Милый, ты готов? — в палату зашла мама Кристиана.

— Да, — ответила я.

— Отлично. Тогда спускайся на первый этаж, а я зайду к врачу за списком лекарств, которые нужно принимать.

Я кивнула, а после пошла к лифту.

Улица встретила меня морозным свежим воздухом. Огромные снежные хлопья сразу начали падать на мои волосы и лицо. Спустя двадцать минут мы оказались в доме Холмсов.

— Я разогрею обед. Через 10 минут можешь спускаться кушать, — произнесла мама Кристиана.

Я кивнула и направилась в его комнату. Там рухнула на кровать, прикрыв веки. Быть дома, даже если не в своем родном, все равно лучше, чем торчать в больнице. Со времен, когда я получила травму, я не могу находится в таких местах, где пахнет болезнями и спиртом.

Я быстро сходила в душ, переоделась в мужскую одежду. Когда натягивала на себя футболку Кристиана, невольно стала вдыхать его аромат.

Как же я по нему соскучилась…

То, что произошло на озере, я помнила смутно. Помню, что мы гуляли; что я собиралась признаться ему в своих чувствах; что провалилась под чертов лед… По телу прошлись мурашки.

Вдруг я услышала стук в дверь.

— Сынок, к тебе гости, — произнесла Лаванда, а за ней я увидела свою темную макушку. — Проходи, Виолетта.

Кристиан (в моем теле) зашел в родную спальню. Его мама мне подмигнула, а после закрыла за собой дверь.

Несколько минут мы просто стояли на одном месте и смотрели друг на друга. Мне было интересно узнать, что он чувствует и о чем думает. Он (в моем теле) был одет в узкие черные джинсы и голубую водолазку, которую я планировала отдать Луизе. Волосы были собраны в высокий конский хвост, а сами локоны были как будто завиты. Я присмотрелась к его лицу и уголки моих губ поползи вверх.

— Это что, стрелки и туш? — я рассмеялась.

Кристиан тут же закатил глаза.

— Скажи спасибо своей сестре. Это ее рук дело, — ответил парень.

Еще пару секунд я смеялась, стоя у окна, а после оказалась в объятиях Холмса. Никто не произнес ни слова. Мы просто стояли, прижавшись друг к другу. Мои руки сцепились в замок на его (в моем теле) спине. Я слышала его неровное дыхание и частое сердцебиение.

— У тебя все хорошо? — спросил он, поглаживая меня по спине.

— Да. Уже да. А у вас как? Я так соскучилась по Лу и Тони.

— У нас тоже все хорошо. Я за этим сюда и пришел, — он сделал маленький шажок назад. — Сегодня вечером возвращаются твои родители и бабушка с дедушкой.

— Нам конец… нам конец… нам… Стоп. А почему нас? Вам конец!

Кристиан снова закатил глаза.

— Они звонили нам несколько минут назад, поэтому, думаю, что через пару часов уже приедут. Я заеду за тобой ближе к шести часам, окей?

— А сейчас куда ты? Я думала…

— Мне надо в школу.

Школа… После того как я провалилась под лед, я совсем забыла, что конкурс уже подошел к концу. Мы не успели подготовить последнее мероприятие. За это нас вполне могли дисквалифицировать из соревнования, а это значит… прощай победа и стипендия…

— Что там с конкурсом? Мы на каком месте? — спросила я, вцепившись в руки Холмса.

— Не знаю. Итоги будут подводить сегодня. Именно поэтому я туда и еду.

— Я с тобой. Только подожди пару минут, мне нужно переодеться.

Кристиан усмехнулся.

— Нет. Ты никуда не поедешь. Ты будешь отдыхать дома.

— Но Кристиан! — я запротестовала.

— Моя мама в любом случае тебя не выпустит из дома, — парень подошел ближе ко мне и приобнял за плечи. — Я напишу тебе сразу, как все узнаю. Все будет хорошо. Не переживай, ладно?

Я выдохнула. После нескольких минут уговоров, я была вынуждена с ним согласится. В конце концов, я действительно все еще чувствовала себя уставшей.

Кристиан уехал. Я пообедала, а затем уснула. Наконец-то нормально за последние несколько дней.

Я проснулась, когда за окном уже было темно, а стрелки на часах показывали половину шестого. Мои глаза округлились. Я сразу схватила телефон и открыла чат с Кристианом.

Гаргамель: «Нас не дисквалифицировали. Наоборот, мы по-прежнему входим в топ-лучших. Однако вместо Молли и Стэнли теперь Кассандра и Скотт. Рождественский бал состоится послезавтра».

Мою голову переполняли разные мысли, но все что я смогла сделать – это расплакаться. За последние полтора месяца моя жизнь превратилась в настоящий ад, в котором я варилась в самом большом котле. Я испытала такое огромное количество стресса, которого не испытывала за все мои 17 лет. И в один из самых важных дней моей жизни, я буду не собой.

Вдруг мой телефон снова завибрировал.

Гаргамель: «Я подъехал».

Я быстро вытерла слезы, а затем подошла к окну. Моя машина стояла у обочины.

Через несколько минут, после того как я привела себя в порядок, я уже сидела в салоне автомобиля. Теперь помимо горя, я еще испытывала чувство стыда.

— Смурфетта, у тебя все хорошо? — спросил Кристиан.

— Если не считать того, что на балу я буду в теле парня, то все прекрасно, — съязвила я, а после опомнилась, закусив губу. — Прости.

— Все нормально. По крайней мере, сейчас это не то, о чем нужно думать. Твоя мама звонила. Они уже в Оушенбруке. Думаю, минут через 15-20 приедут. Так что подотри слезы, Смурфетта. Поехали.

Внутри меня все сжалось. Честно говоря, я даже представить не могла, как отреагируют родители на неожиданный ремонт. Кристиан вывернул руль, и мы направились в сторону моего дома. Во время поездки помимо всех негативных чувств, внутри меня также разыгрался интерес.

Вскоре мы свернули на мою улицу. Около дома стояла Луиза, а рядом с ней крутился Тони. Как же я скучала по ним! Мы припарковались, и я сразу выбежала из машины. Сестра тут же оказалась в моих объятиях.

— Назови мне хотя бы одну причину, чтобы я спасла тебя от гнева родителей, — произнесла я, целуя сестру в щеку.

— Если они меня убьют, то я расскажу им, что это ты, а не Тони сломала телевизор 2 года назад. И тогда на тот свет мы отправимся вместе.

— Коза, — усмехнувшись, я потрепала ее по шапке.

— Девочки, — произнес Кристиан.

Мы с Лу обернулись и увидели машину родителей. Я напряглась. Когда они подъехали, я сразу заметила недовольное лицо бабули Марии. Она вышла из машины первая.

— Ты как не умел водить машину, Нейтан, так и не научился. Лучше бы заказали такси, — ее голос был строгим. Уверена они не раз поругались за всю поездку. — Ну где мои любимые внучки?

Луиза сразу отцепилась от меня (в теле Кристиана) и кинулась к бабушке.

— Бабуля Мария! — хихикая, она крепко обняла ее. — Деда Чарльз!

— Ну какая красавица выросла! Сколько уже женихов у тебя? — бабуля начала тискать ее за щеки.

— Никаких женихов в нашем доме пока не исполнится 18, — произнес дедушка и тоже обнял Лу. — Виолетта, а ты что стоишь, как неродная? Не рада видеть своих стариков?

Я поджала губы от обиды. Конечно рада! Хочется подойти, обнять их, почувствовать запах сигар и дерева от дедушки и аромат дорогих духов бабушки. Но вместо этого я пододвинулась к Холмсу и дернула его за руку.

— Иди к ним. Не стой столбом, — прошептала я.

— Кристиан, и ты тут, — произнесла моя мама, обратившись к парню (в теле которого нахожусь я).

— Здравствуйте, миссис Эшфорд, — я помахала ей рукой.

Она улыбнулась.

— Иди, — повторила я, толкая плечом Кристиана.

Он взглянул на меня. Я слабо улыбнулась, как будто говоря, что все в порядке. Он смотрел на меня еще пару минут, а затем сделал шаг навстречу моей семьей. Если раньше я не особо придавала этому значение, так как верила, что скоро все закончится, то сейчас… К глазам подступили слезы. Я отвернулась, смахивая соленые капельки с лица, а затем почувствовала, как в мою ногу толкается мокрый нос Тони. Я погладила его по голове.

— А у нас для вас сюрприз, — произнесла Лу, обращаясь к бабушке и дедушке.

— Сюрприз подождет. Лучше скажите, кто этот симпатичный молодой человек, — бабуля Мария подошла ко мне. — Неужели наша Виолетта завела себе ухажера?

Я посмотрела на Кристиана (в моем теле). На его щеках появился легкий румянец.

— Да нет, мы просто… одноклассники, — произнесла я, не веря в собственные слова, ведь я давно чувствовала к Холмсу не просто симпатию.

— Ну раз просто одноклассники, тогда может останешься на ужин? — спросила дедушка Чарльз. — Отказы не принимаются.

— В таком случае, у меня нет выбора, — едва улыбнулась я.

— Так что там с сюрпризом? — спросил папа, держа чемоданы в руках.

— Ах да… Итак, всех прошу в дом, — голос Луизы тоже был взволнован.

Я мельком взглянула на маму с папой, но не смогла понять по их эмоциям, что они думают. Осталось только надеяться на чудо.

Как только мы все переступили порог дома… наступила тишина. Я молчала, потому что рассматривала каждый новый элемент интерьера, а родители... На них мне было страшно смотреть. Они явно не поняли, куда попали.

— Наконец-то вы сделали ремонт, — разуваясь, произнесла бабуля Мария. — Здесь больше не пахнет этим отвратительным запахом плесени.

Мне стало неловко. Я люблю бабушку, но иногда никогда не подбирала выражения, не старалась быть мягче. Она всегда все говорила прямо. Я опустила взгляд вниз. Мне не хотелось, чтобы это обсуждалось в присутствии Кристиана.

Однако уже через секунду я почувствовала, как его ладонь накрыла мою. Улыбнулась.

— Мы так и будем в коридоре стоять? — дед начал расхаживать по дому, оценивая каждый уголок. За ним последовала бабуля. А родители сразу же подошли к Лу и Кристиану.

— Что вы сделали с домом?! — спросила мама. Ее тон был мне непонятен. То ли зла, то ли в радостна. Скорее всего она просто в замешательстве.

— Это и наш дом тоже. Мы решили внести небольшой вклад, — произнес Кристиан (в моем теле) от моего лица. — У меня были накопленные деньги, которые я решила вложить сюда.

— Но это не ваша обязанность, Виолетта, — произнес папа. — Вы могли хотя бы посоветоваться с нами.

— Могли бы, но не стали, — влезла Луиза. — Вы и так никогда нас не слушаете! Сколько раз я говорила, что в моей комнате продувает окно? Семь, пап! Уже год прошел!

Родители стушевались. Это было по красным щекам мамы и потерянному взгляду папы.

— Мы хотели как лучше. И ничего сильно не изменили. Просто переклеили обои, поменяли окна и двери, — добавил Холмс.

— Вы и мебель заменили, — подметил папа.

— Нет. Просто покрыли лаком, а то что разваливалось выкинули, — Луиза переминалась с ноги на ногу.

Я все это время молча стояла рядом. Я же должна делать вид, что ничего об этом не знала. Поэтому я натянула улыбку и попробовала разбавить атмосферу.

— Вышло очень хорошо, — произнесла я. — Как будто стало светлее и просторнее. А цветы в горшках вообще воздух очищают.

Мама с папой переглянулись, а после, выдохнув, произнесли:

— Ладно.

— Но все деньги, что вы потратили, мы вернем, — добавил папа.

На лицах моей сестры и Кристиана расцвела улыбка. Он прижал девочку к себе и потрепал ее по волосам там, как это обычно делаю я. Небольшой укол ревности присутствовал. Громкий лай Тони привлек внимание бабушки и дедушки, которые уже где-то раздобыли коньяк.

— Нас кормить-то будут?! — произнес дедушка.

— Да, пап, уже иду, — ответила ему мама, а после подошла к Кристиану (в моем теле) и обняла его. — Я и не заметила, как ты стала взрослой, Вилу.

Вдох. Выдох.

Кристиан посмотрел на меня, я слабо улыбнулась.

Я хочу обратно. Обратно в свое тело. Обратно в свою жизнь…