Ненависть со вкусом омелы

Глава восемнадцатая. Виолетта в теле Кристиана

— Честно говоря, я не думал, что вы справитесь, — произнес тренер команды по футболу. Мужчина потрогал свою бороду, а затем еще раз оглядел главный холл, где мы уже потихоньку начали встречать пришедших учеников. — Неплохо-неплохо…

— Было бы еще лучше, если бы вы нам помогли…, — недовольно пробурчал Дилан. Ему явно не нравилось находится в одном компании с Кристианом, то есть мной.

— Простите, ребятки, но мне не платят за помощь школьникам.

— Ну вообще-то…, — начала Сара, но мужчина прервал ее резким взглядом.

Я натянула на лицо уверенную улыбку, но внутри меня бурлили чувства. Этот вечер обещал быть особенным, и я не собиралась упустить момент. Друзья собрались вокруг, обсуждая последние детали. Их смех и шутки, сливаясь в единое целое, создавали в моем сердце ощущение тепла. Я еще раз оглядела наши труды. В этот момент мне стало очевидно, что каждое наше усилие окупится с лихвой. Когда я увидела приближающихся учеников, сердце забилось быстрее. Совсем скоро наши коридоры заполнятся смехом, разговорами и хорошими моментами, которые мы оставим в воспоминаниях каждого, кто собрался принять участие в нашем мероприятии. С каждым шагом мне хотелось, чтобы это было началом чего-то волшебного. Я быстренько привела в порядок свою одежду и поправила светлые волосы, стараясь выглядеть на все сто. Несмотря на то, что мы с Кристианом были организаторами, а значит веселиться нам не положено, это и наш вечер тоже, и я собиралась провести его так, чтобы запомнить на всю жизнь.

Первыми на пороге появилась группа десятиклассников, с любопытством разглядывающих оформление. Я подошла к ним, улыбаясь и приветствуя каждого. По лицам мальчиков и девочек сразу стало видно их волнение и нежный трепет.

— Добро пожаловать! Верхнюю одежду можно оставить в гардеробе. Сумки и рюкзаки можно оставить в спортивном зале, напитки и закуски в столовой и кафетерии. Здесь можно угоститься безалкогольным глинтвейном, — я указала на столик напротив гардероба. — Пожалуйста, возьми карту и этот небольшой подарок, — я протянула неоновый браслет, который будет виден другим учащимся ночью. Я старалась передать им тепло и уверенность, рассказывая, что их ждёт.

— Спасибо! — хором произнесли они, а затем двинулись в сторону гардероба, где их ждал мистер Хьюстон, наш тренер. В его задачи входила проверку личных вещей на наличие алкоголя, сигарет или еще чего похуже.

С каждой минутой к нам присоединялись новые лица. Я ощущала прилив энергии, когда коридоры наполнялись знакомыми людьми и нарастающим шумом. Я глянула на Кристиана, который проделывал те же махинации, что и я. Приглашал гостей, ориентировал их по помещению, выдавал карты и так по кругу.

— Добро пожаловать! Верхнюю одежду можно оставить в гардеробе, — произнесла я, встречая каждого, кого видела.

— Виолетта, привет! — около Кристиана остановилась Кассандра. — Обещаешь, что ночь будет интересной?

— Конечно, проходи и сама в этом убедишься, — ответил Холмс, поглядывая на меня. Это не ускользнуло и от девушки.

— Я смотрю вы сблизились.

— Просто работаем в команде. В конце концов, у нас нет выбора, — парень (в моем теле) отвел взгляд в сторону, а я глубоко вдохнула.

— Да, у нас нет выбора.

— Ладно. Когда придет Скотт, скажите, что я жду его в спортивном зале.

Мы молча кивнули и продолжили делать свою работу.

Когда все ученики разложили свои спальные мешки, а кто-то и вовсе небольшие палатки, Виолетта созвала всех в концертный зал. Ему не хотелось, чтобы для всего этого использовали его тело. Как он сказал мне, я и так привлекла к нему слишком много внимания. Мы поднялись на сцену и парень обратился к толпе, звуки прекратились, и все взгляды были на нас. Я почувствовала, как внутри разгорелся огонь.

— Прежде чем мы начнем один человек хочет кое-что сказать, — произнес парень, а затем мы отошли немного в сторону, уступая дорогу мистеру Грею. В зале снова поднялся радостный гул. Кто-то свистел, кто-то хлопал, а кто-то кричал.

— Да-да, я тожеочень радбыть здесь сегодня, — в голосе директора ясно ощущалось недовольство. Он все еще был не в восторге. — Как только что сообщила мисс Эшфорд, мне есть, что сказать. Во-первых, напоминаю, что алкоголь и прочие вещи категорически запрещены. С этой минуты до девяти утра покидать стены школы строго запрещено, потому что в случае чего именно мы несем за вас ответственность, а нам проблемы не нужны. Во-вторых, конкурс продлевается еще на три дня в связи с тяжелым гриппом четырех участников. Ну, и в-третьих, дорогие педагоги… Постарайтесь сегодня выжить среди этого хаоса, — мужчина передал микрофон мне.

Я улыбнулась и громко произнесла:

— Ночь в школе официально открыта! Давайте сделаем этот вечер незабываемым!

В зале снова послышались одобрительные возгласы. Я кивнула диджею, и музыка тут же заиграла. Звуки ритмичного бита заполнили пространство, словно обнимая каждого присутствующего. Световые эффекты начали, как тени, двигаться по стенам. Среди ярких огней и пульсирующих ритмов ребята начали выходить на танцпол, их лица светились от счастья. В воздухе витали ароматы сладостей и напитков, которые мы подготовили для этого особенного вечера. Гирлянды из лампочек мягко освещали зал, создавая уютное свечение, а разноцветные шары, прикреплённые к потолку, словно парили в воздухе. На сцене ребята готовились к своим выступлениям, их взволнованные взгляды отражали азарт и стремление показать всё, на что они способны. Каждый из них был полон энтузиазма, и я знала, что этот вечер станет для них возможностью раскрыться и показать свои таланты. Толпа в зале постепенно разогревалась, и вскоре весь концертный зал заполнился энергией. Кристиан стоял поодаль от меня около фотобудки, которую установили сегодня. Мне снова было неловко, что за все заплатил парень. Я даже попыталась разделить чек пополам, но Холмс наотрез отказался. Чтобы хотя бы как-то облегчить его затраты, почти все украшения я сделала своими руками. Не спала всю ночь, но результат того стоит.

Учительница английского и математики стояли в углу и даже не обращали внимания на учеников. Они медленно что-то потягивали из своих стаканчиков, и судя по широким улыбкам и слегка раскрасневшимся щекам, вряд ли это был чай. Перед тем как уйти, мистер Грей созвал нас с Кристианом и предупредил, что если возникнут какие-то проблемы, то решать их будем мы сами. Холмс с уверенностью заявил, что проблем не будет, но зная, что где-то в школе есть Аманда и Кассандра, которые стремятся занять первое место, меня это насторожило. И хотя Робертс сегодня излучала один позитив, я все равно не доверяла ей.

Выйдя в коридор, я подошла к окну. Прошел всего час, а я уже невероятно устала. Я не думала, что контролировать огромное количество старшеклассников, которые каждый себе на уме, будет настолько сложно. Кажется, только вчера я с энтузиазмом планировала это мероприятие, составляла списки задач и мечтала о том, как все пройдет идеально. Но сейчас, глядя на пеструю толпу, я понимала, что хочу, чтобы все поскорее устали и легли спать. пыталась собраться с мыслями, но в голове всё ещё звучали голоса: кто-то требовал больше напитков, кто-то жаловался на слишком громкую музыку, а кто-то просто искал своего друга, который потерялся в толпе. Я чувствовала себя как дирижер в оркестре, где каждый музыкант играл свою партию, не обращая внимания на остальных. Кристиана достали не меньше. Я видела, что он едва сдерживает себя, чтобы не нагрубить. Каждый раз, когда наши взгляды встречались, я натягивала улыбку и жестами показывала ему, чтобы он делал то же самое, что и я. Я вспомнила о своих собственных мечтах в начальной школе – о том, как мы с Молли и Амандой мечтали о том, чтобы стать взрослыми и проводить такие мероприятия. И вот теперь я здесь, в центре событий, но вместо того чтобы наслаждаться моментом, как это делает Уокер, я застряла в своих переживаниях.

Мой телефон завибрировал. Я достала его из кармана и увидела сообщение от мамы.

Мама: «Бабушка приедет послезавтра, так что не переживай. Удачи сегодня в школе. Целую!».

На глаза навернулись слезы. После того, что произошло на вечеринке Кассандры, когда мы с Кристианом поменялись телами, я практически перестала думать о родителях и Луизе, своей любимой младшей сестре. В моей голове было только то, что мне делать, как вернуться обратно в свое тело. Каждая минута в теле Кристиана для меня настоящее испытание: его мир, его привычки, – всё это настолько чуждо. Я пытаюсь понять, как он видит мир, какие у него страхи и мечты. Но в то же время, я чувствую, как теряю себя.

Я вспоминаю моменты, когда мама читала мне сказки перед сном, как она обнимала меня и шептала слова поддержки в трудные времена. Папа всегда был для меня опорой – его советы и мудрость помогали мне справляться с проблемами. Я вспомнила, как Луиза вечно подбадривала меня, искренне веря в мои способности. Теперь, когда я больше не с ней, я поняла, что очень скучаю по этим простым моментам – ее смеху, веселым шуткам и умению найти свет даже в самых темных днях.

— Ты плачешь? — услышала я сзади свой голос.

— Нет, — всхлипнув, ответила я.

— Тогда будем делать вид, что это снег каким-то магическим образом пролетел сквозь стекло и растаял на коже, — Холмс остановился около меня, положив локти на подоконник.

— Мама прислала сообщение. Бабушка задерживается, поэтому приедет чуть позже.

— Хорошо.

— Я пойду в столовую и проверю, сколько еды еще осталось до утра.

— Мне пойти с тобой?

— Нет, я справлюсь сама.

Краем глаза я заметила, как нахмурился Холмс. Он молча кивнул и зашел обратно в концертный зал. Спускаясь по коридорам, я чувствовала, как тишина зимней ночи окутывает меня, придавая каждому шагу особую важность. Когда я добралась до столовой, её двери открывались, как в сцене из фильма – слегка скрипнув, они открыли доступ к ярко освещенному пространству, полному стола с остатками праздничных угощений. Пахло свежими сладостями и горячими закусками. Я ненадолго остановилась, чтобы взглянуть на всё это богатство, осознать, что даже в этом буйстве вкусов есть что-то пустое. Я проверила все запасы и, убедившись, что всего хватает, направилась в другую часть крыла, чтобы проверить остальные помещения. Его двери тихо открылись, и я с легким трепетом вошла внутрь. Здесь царила особенная атмосфера. Свет оставил лишь мягкое праздничное освещение, отражаясь на поверхности воды, как продолговатые огоньки, трепещущие в темноте. Вода казалось спокойной, но я лишь поморщилась.

И вдруг я увидела девушку. Застывшая, как ледяная статуя, Аманда стояла у края бассейна, пряча руки в карманах черной толстовки. В начале её обманчивый мир казался мне недостижимым, но после одного разговора, который я случайно услышала вчера, когда искала Кристиана, я осознала, что в этом пространстве между нами недостаточно света, чтобы думать, что все так, как прежде.

— Привет, — произнесла я, подходя ближе.

Она обернулась, и я заметила, что её глаза, несмотря на старания, хранили за собой страх и уязвимость. На мгновение время замерло. Я вспомнила все те моменты, когда мы были неразлучны, когда смех прерывался на нашей дружеской волне. А потом пришло разочарование, и дружба, которая хотела вырасти в нечто большее, вдруг развалилась на глазах.

— Разве ты не должен быть с остальными? — уголки губ блондинки слегка приподнялись.

— В мои обязанности входит периодический осмотр всех помещений, чтобы убедиться, что все в порядке.

— А что-то может пойти не так?

— Разные ситуации бывают.

Несколько секунд Рид молча смотрела на меня, а затем усмехнулась.

— Знаешь,Кристиан, я всегда гадала, что с тобой не так…, — она отвела взгляд в сторону и двинулась в мою сторону. Я машинально хотела сделать шаг назад, но в итоге продолжила стоять на одном месте. — Сначала мне было просто интересно, а потом… потом я как будто стала… одержима идеей узнать, кто ты на самом деле. И знаешь, после того, что я узнала, я поняла, почему ты такой одинокий и никому не нужный. Папочка сильно издевался над твоей мамочкой, да? Как грустно. Скажи, насколько тебе было больно, когда он избивал вас до потери сознания? Сколько твоя мама заплатила денег, чтобы такая новость не попала в прессу? Успешный бизнесмен, любящий муж и заботливый отец оказался настоящий тираном.

Девушка оказалась ко мне слишком близко, а я стояла на самом краю бортика. По моей спине пробежался ряд мурашек, будоражащих мою нервную систему. Слова, как яд, вылетали из рта бывшей подруги, а я не понимала, о чем идет речь.

— Скажи, Кристиан, это правдаты? — на ее лице появилась злорадная улыбка, от которой мне стало не по себе. — Если да, то тебе не будет больно.

Секунда.

Руки Аманды касаются моей груди.

Вторая секунда.

Мое сердце замирает от ужаса.

Третья секунда.

Я хватаю ртом воздух.

Четвертая секунда.

Я падаю в холодную воду.

Пятая секунда.

Я не умею плавать…

Тревога охватывает меня мгновенно, словно ледяные щупальца, обвивающиеся вокруг моего сознания. Вокруг, кажется, всё замерло — звуки музыки, доносящейся со второй этажа школы растворяются, остаётся только глухое эхо воды. Холод пробуждает мои чувства, проникая сквозь тонкие слои ткани одежды, оставляя морозные волны по всему телу. Паника поднимается из глубины, словно буря, способная вырваться на поверхность. Я пытаюсь сделать вдох, но вода заливает мне рот. Мои руки машут в безумной попытке выбраться, но вместо этого я только погружаюсь еще глубже. Чувство притяжения, словно что-то невидимое тянет меня к дну, становится слишком сильным. Я чувствую, как ноги ищут опору, но дно скрыто и недостижимо, как уходящая в небытие мечта. Моя голова наполняется хаосом. Грудь начинает сжиматься, и я ощущаю, как кислород уходит. Мои ноги, будто изолированные от реальности, начинают затекать, а звуки становятся тусклыми, как если бы кто-то налил ведро крепкого кофе в уши. Я в панике всхлипываю, и тут же осознаю, что вода проникает в мой нос.

— Я знала…, — единственное, что мне удалось услышать. — Я так и знала…

Я заметила силуэт, который быстро приближался ко мне. Сердце забилось в груди, но я не могла поверить своим глазам. Это был Кристиан. Это он. Парень (в моем теле) прыгнул в воду и стремительно нырнул, как будто знал, насколько я сейчас в нем нуждалась. Я замерла, когда его сильные руки схватили меня, поднимая со дна. Вокруг меня всё расплывалось, и я просто позволила ему тянуть меня на поверхность, понимая, что делать это будучи в хрупком теле девушке не так просто. Свет настенных гирлянд стал ярче, когда мы всплыли на поверхность. Я была полностью охвачена ощущением облегчения. Холмс еле вытащил меня на край бассейна, и я почувствовала, как холодная вода стекает с моих волос, а легкие, наконец, наполняются воздухом. Я кашляла, выбрасывая из себя всю воду, и покусывала губу от волнения и страха.

Кристиан смотрел на меня с такой решимостью и заботой, но внутри меня всё еще оставалась малая часть, которая ощущала странное ощущение. Его глаза сверкали, как будто он пытался сказать мне, что всё будет хорошо. Я попыталась подняться, но усталость одолела меня. Он протянул мне руку, и в тот момент, когда наши взгляды встретились, я увидела нечто большее, чем только спасение. Я увидела человека, с которым мы наконец перешли через порог ненависти.

В то время как парень помогал мне подняться на ноги, из-за спины доносился тихий смех. Аманда стояла на другом краю бассейна, её улыбка была жестокой и безжалостной, а в ее глазах я увидела только насмешку, и это было еще больнее, чем холодная влага, проникающая в мою грудь.

— Ты ненормальная?!?! — закричал Кристиан, подходя ближе к Рид, которая стояла на том же месте.

В этот момент к нам подбежали два охранника. Один из них услышал крики, а второй увидел, что происходит по камерам видеонаблюдения. Несмотря на то, что сейчас было темно, как потом выяснилось, картинка была четкой.

— Мисс, вы должны пройти с нами. Э-э-э, — один из охранников, обратился к Кристиану. — Другая мисс, отпустите девушку.

Холмсу едва удалось разжать пальцы, которые словно дьявольские силки, сжимали кожу Рид до неестественно бледного оттенка. Аманду увели, а парень вновь подошел ко мне и заключил в объятия. Я все еще не пришла в себя после случившегося, поэтому эти объятия показались мне лишь плодом моего больного воображения. Я старалась сосредоточиться на Холмсе, в его объятиях находя хоть какое-то утешение. Его теплая энергия как будто помогала мне отрешиться от жестокой реальности, но память о том, что произошло, не отпускала. Глядя в лицо Холмса, я пыталась найти в нем поддержку. Он был здесь, он понимал, что я переживаю; его глаза говорили больше, чем множество слов. Я чуть слышно выдохнула и положила свою (его) голову на его (свое) плечо.

— Сейчас все хорошо, слышишь? Все хорошо, — его тело дрожало, и я не могла понять от холода ли это или от страха. — Пойдем, тебе надо согреться.

Парень взял меня под руку, и мы покинули бассейн.

В мужской раздевалке я переоделась в более теплые вещи, которые взяла на всякий случай. Выйдя в холл, я заметила, что Кристиан тоже успел привести себя в порядок. Его (мои) шоколадные кудри снова свисали с плеч, а в руках было две кружки чего-то горячего. Когда я преподнесла кружку к губам, я улыбнулась. Горячий шоколад…

— У тебя же аллергия на сладкое, — произнесла я.

— Он гипоаллергенный, не волнуйся. Мама каждый раз привозит его пачками из Канады.

— Из Канады? — я удивилась.

— Ага. Там живут ее родителями. Я что, разве не говорил, что я наполовину канадец? — на лице Кристиана появилась слабая улыбка.

— Нет. Кажется, ты упустил эту маленькую деталь.

Между нами снова повисла пауза.

Я сдалась первая.

— Что теперь будет?

— Не знаю, — Холмс пожал плечами. — Аманда сейчас с охранной. Ее родителям и мистеру Грею уже сообщили о случившемся.

— Она знает, — я поймала непонимающий взгляд парня на себе. — Знает, что я – это ты, а ты – это я.

— И что? Думаешь кто-то ей поверит?

— Я просто…

— Эй, спокойно. Теперь все хорошо. Дальше этим будет заниматься полиция.

— Я никогда не думала, что она может так поступить. Да, она бывала импульсивной, но что бы так…

— Постарайся сейчас об этом не думать.

— Вот вы где… Фух, я вас обыскалась, — произнесла запыхавшаяся Молли.

— Что-то случилось? — спросила я.

— Да, то есть нет… Я помешала? — девушка перевела взгляд на наши сцепленные с Кристианом руки, которые я тут же отбросила от себя.

— Нет.

— Все натанцевались и пришли в столовую. У меня рук не хватает всем все раздать. Помощь бы не помешала…

— Ой, боже, прости! Мы уже идем.

Девушка слегка улыбнулась и завернула за угол. Кристиан встал с небольшого диванчика, а затем направился за рыжеволосой. Я в последний момент успела еще раз схватить его за руку.

— Спасибо, — произнесла я с искренней улыбкой на лице.

— Не за что, — ответил он, наклоняя голову вбок. — Но я все равно тебя ненавижу.

Я улыбнулась еще шире.

— Это взаимно.

Правда заключается в том, что мы оба знаем, что это ложь.