Невеста по собственному желанию

Глава двадцать вторая

Расписание в академии менялось с удивительной скоростью. Бри совсем недавно видела совершенно другие записи, но, по привычке утром придя посмотреть на таблицу, с удивлением воззрилась на изображение зала с музыкальными инструментами. Надо же, у него даже названия не было — каждый раз, когда надо было обозначить урок у Дрогара, сюда вешали магическую картину.

— Музыкальная магия! — обрадовалась Элья. — Ну наконец-то! А то я только на индивидуальных и на индивидуальных, ничего так не выучу…

— А разве на индивидуальных занятиях не положено учиться? — усмехнулась Бри. — Чем же вы ещё там можете заниматься?

— Ой, кто б говорил! Вот вы чем с Тарлайном занимаетесь на ваших дополнительных? — парировала эльфийка. — И вообще, Дрогар такой несерьёзный, такой рассеянный, что постоянно забывает дать мне самые основы. Его всё тянет… невесть куда.

Бри решила не обращать внимания на путанные высказывания своей соседки. Эльфийка могла иметь в виду всё, что угодно. Даже Нерисса не бралась гарантировать, правду Элья говорила или нет. Иногда та умудрялась навести какой-то общеизвестный факт в качестве ответа на вопрос, и тогда магия Нериссы молчала, принимая слова за истину — но они-то не были правдивыми в контексте того, о чём спрашивали девушки!

— Мы с Тарлайном, — уверенно и гордо ответила Бриана, — занимаемся на наших дополнительных магией. И отношения у нас — исключительно дружеские, если тебе так интересно. Больше нас ничего не связывает.

Она взглянула на пометку в расписании — после Дрогара следовало бежать на занятие к куратору, — и не сдержала улыбку. Дружба дружбой, а Бри всё равно хотелось увидеть его. Было ли это влюблённостью или просто интересом, Бриана не знала, и ей не хотелось бы открывать даже для себя такую правду, в чём-то неприглядную. Никаких чувств — она поклялась себе в этом, намереваясь как можно больше узнать, выучить за три года в Академии, и уж точно не покинуть учебное заведение из-за собственной глупости.

Но… Да, их с Тарлайном связывало что-то большее, чем просто статус куратора и адептки, даже если оба это отрицали, и Бри уж точно не собиралась признаваться об этом своим сокурсницам и соседкам. А самому Тарлайну ни за что бы не рассказала, что и для неё требование просто дружбы — это обыкновенные смешные слова, в чём-то даже достаточно жестокие.

— А Дрогар хоть сам знает, что у нас сегодня будет занятие? — Бри оттянула Элью от доски с расписанием и направилась к центральной лестнице. Чтобы успеть на урок, им требовалось преодолеть огромное количество ступенек максимально быстро. — А то придём и будем слушать, как ветер играет на органе.

— Он не настолько рассеянный, чтобы не посмотреть на расписание! — отмахнулась эльфийка. — Лучше поспеши!

И сама помчалась вверх с такой скоростью, словно не видела Дрогара уже невесть сколько времени, а не жалкие несколько дней.

Бри удивлённо вскинула брови. Откуда могло взяться такое желание поскорее добраться до музыкальных инструментов? Она сама после тренировок с Тарлайном колдовать не хотела ещё до самого утра! Всё тело ныло, хотя, казалось, никакого физического напряжения в их занятиях не требовалось, и скорлупа, сдерживающая её магию, то едва не разлеталась на кусочки, то грозилась не открыться и вовсе, блокировала в целях самосохранения всё колдовство, которое только могла.

Элья же всю последнюю неделю провела с Дрогаром — она даже домашние задания не все успевала делать! Девушка приходила очень поздно, уставшая, сонная, говорила, что больше никуда не пойдёт, и почти моментально засыпала. Откуда же в ней столько желания вновь играть?

Бриана, впрочем, тоже поспешила следом за соседкой. Задерживаться означало оказаться в самом хвосте очереди и после очередной талантливой ученицы не получить шанса чему-нибудь научиться. Тарлайн говорил, что элементарное музыкальное колдовство способен воспроизвести каждый, кто более-менее хорошо играет, а долгий и упорный труд преподавателя позволит всем студенткам в той или иной мере овладеть желанными чарами.

Вот только учитель с Дрогара был отвратительный. Ему явно неинтересно было возиться с теми, кто ничего не умел, учить их правильно играть на волшебных музыкальных инструментах. И уже на сотой ступеньке Бри с трудом подавила преждевременное горькое разочарование от этого предмета. Не зря ли она преодолевает этаж за этажом Змеиного Замка, чтобы в результате всё равно остаться ни с чем?

— Ну что ты там плетёшься! — возмутилась Элья, останавливаясь на лестничной площадке. — Если мы будем так медленно идти, то точно не успеем на занятие!

— Ты же должна всё это уметь! Нас будут учить азам! — возмутилась Бриана. — Зачем ты вообще идёшь на эти занятия? Расскажи хотя бы, чем мы будем заниматься…

— Не знаю, — беспечно рассмеялась эльфийка. — Мой персональный курс и ваши занятия никак друг с другом не связаны…

Бри закатила глаза. Тарлайн всегда ей рассказывал о том, какое заклинание они будут проходить следующим, и девушка безропотно делилась всем, что удалось узнать, с подругами. Она не понимала, почему Элья так старательно скрывала и от неё, и от Нериссы подробности своих занятий, но в тот же момент с удивительной настойчивостью пыталась вытащить из Бри ответы на вопросы об их с Таром отношениях…

В тот миг, когда Бри твёрдо вознамерилась остановиться и больше никуда не идти, наконец-то показалась дверь в знакомый по давнему занятию музыкальный зал. Элья, значительно опередившая её, наверное, уже давно была внутри, и Бриана осторожно проскользнула внутрь, стараясь не шуметь, ведь урок уже мог начаться.

Однокурсниц пока что было не так уж и много, и все они казались расстроенными, а не сосредоточенными или готовыми воспринимать новые знания.

Элья же восседала на красивом резном стуле и держала в руках какой-то музыкальный инструмент, название которого оставалось для Бри загадкой. Дрогар остановился рядом и умилённо смотрел на свою лучшую ученицу, так, словно она делала сейчас что-то невероятное.

Ни одна из других адепток не привлекали и капли внимания менестреля.

— Это бесполезно! — воскликнула раздражённо одна из девушек. — О, и ты здесь… Лучше уходи сразу. Зачем только шли на этот этаж!

Она прошла мимо Бри, задев её плечом, и громко хлопнула дверью.

Дрогар, реагируя на резкий звук, вскинул голову и удивлённо осмотрел их всех. Бриана предполагала, что её не было видно за головами других студенток, и почему-то порадовалась, что орк не мог её видеть, до того раздражённым он казался.

— Я ведь сказал вам, что занятие будет только для Эльи! — воскликнул он. — Вы ещё здесь? Не понимаю, на что Тильда надеется? Я не буду растить серую массу, музыку нужно чувствовать сердцем!

Хотя это не предназначалось никому конкретно, Бриана не сомневалась: большинство девушек приняли колкое высказывание на свой счёт и, возможно, даже не особенно ошиблись. Было обидно, ведь если учиться, то можно познать многое.

— Но нам говорили, — не удержалась Бриана, повторяя слова Тарлайна, — что каждый, кто имеет стартовую силу и более-менее хороший слух, способен овладеть заклинаниями музыкальной магии, просто понадобится больше упорства.

Орк презрительно фыркнул и провёл ладонью по неоправданно длинным, как для его расы, волосам.

— Идеалистические выдумки! — отчеканил он. — Никогда не видел, чтобы обыкновенные люди достигали поразительных успехов в музыке. Для этого нужен талант!

Бриана понимала, что правильно было бы развернуться и уйти отсюда прочь… Но уверенность в том, что Дэррэйн не стал бы ей лгать, заставила сделать ещё один шаг вперёд и встать рядом с другими девушками, чтобы не говорить из-за их плеч.

— Если этот предмет стоит в расписании, — твёрдо произнесла она, — значит, и обыкновенные исполнители, не имеющие особенного таланта, тоже нужны. Разве не так?

Дрогар не сразу нашёл контраргументы. Сначала он зло щурил глаза, и зелёная кожа постепенно желтела — это было свидетельство того, что орк чувствовал себя смущённым. Но менестрель быстро взял себя в руки и уверенно заявил:

— Так пусть исполнители и занимаются вами. А я — мастер, и буду воспитывать только талантливых студентов, таких, как Элья.

Он с особой нежностью коснулся её плеч, и девушка гордо вскинула голову, отзываясь на похвалу. Было видно, насколько ей лестно внимание преподавателя, насколько Элья желает, чтобы им перестали мешать перевернуть очередную страницу знаний о магии…

Бри не могла на это смотреть. Она не горела желанием учиться магии мелодий, но не могла избавиться от горького чувства, что её лишили чего-то полагающегося всем без исключения. По какому праву менестрель вообще определяет, кто имеет право на учёбу, а кто нет? Разве это его дело — определять мастеров и подмастерьев?

Девушка, разумеется, не стала хлопать дверью, как сделала её сокурсница, вылетевшая из кабинета минутой ранее, но всё равно чувствовала, как внутри закипал самый настоящий вулкан. Даже того непроизвольного контроля, обычно сдерживающего магию Бри в твёрдой скорлупе внутри, не хватало, и Бриане казалось, что с её глаз вот-вот начнут сыпаться искры, спровоцированные злостью и раздражением. Отчаянное желание проклясть кого-то — Дрогара, например, — так слепило глаза, что Бри едва не врезалась в стену, свернула в сторону и чуть не сбила кого-то с ног.

— Осторожнее надо быть! — воскликнул пострадавший, парень со старших курсов. — Несёшься, как с урока музыкального мастерства!

— А ты-то откуда знаешь? — удивилась Бри.

Ей казалось, что Дрогар только с ними поступил так грубо — ведь предыдущие студенты были сплошь одарённые полукровки, и у них-то точно всё было хорошо с магическим потенциалом.

— Ай! — махнул рукой тот. — Я тут уже третий год, и он постоянно прогоняет всех студентов, оставляет одного или двух. Девушек в основном, между прочим, и нетрудно догадаться, чем он с ними там занимается… — им аж передёрнуло от раздражения. — Надо кому-то из администрации сказать, что этот менестрель опять от своих обязанностей уклоняется… Господин Дэррэйн! — закричал он вдруг громко. — Постойте, пожалуйста! Это ведь из ваших девочка?

— Моя, моя, — рука Тарлайна легла на талию Бри. — А что случилось?

Кажется, старшекурсника такое фамильярное обращение куратора к адептке совершенно не смутило. Он даже не удивился, что представитель преподавательского состава обнимает свою рассерженную подчинённую. Бри сначала поразилась — ведь это было ужасным нарушением местного свода правил, — а потом почувствовала, как по её телу разливается удивительное спокойствие.

Тарлайн колдовал, поняла она, использовал какие-то особенные успокаивающие чары, и её новый знакомый об этом знал.

— Да вот, опять Дрогар их прогнал, — сообщил парень. — Ещё и нахамил, наверное. Может быть, мне всё-таки к Тильде сходить?

— И чем это поможет? Мне прикажут читать ещё и музыкальную магию? — усмехнулся куратор. — Ник, ты же знаешь, что Дрогар неисправим, и его постоянно жалеют, потому что он уникален, и магия её необычайно сильна. Я эту сказку из года в год слушаю. Ладно, спасибо за сигнал, попробую разобраться… Встретишь разъярённых студенток — постарайся обойтись без моего участия.

Ник усмехнулся и вот теперь выразительно покосился на всё ещё покоившуюся на талии Брианы ладонь.

— А у вас что, все такие? — поинтересовался он.

— Да, — рассмеялся Тарлайн. — Одно удовольствие, не то что раньше — поймай полукровку, выживи при этом, а потом успокой, но не упокой…

Парень кивнул напоследок и ушёл куда-то. Бри даже не проводила её взглядом, она и сама посмотрела на Тарлайна, словно пытаясь без слов спросить его, действительно ли такое отношение преподавателя к студентке здесь считается нормальным. Почему-то говорить она совершенно не могла; слова застревали где-то в горле, а на свободу не вырывалось ни звука.

— Это успокаивающее заклинание немедленного действия, — пояснил Тарлайн, убирая руки. — Чтобы молодые маги не воспользовались каким-нибудь запрещённым или стихийным приёмом и не навредили и себе, и людям. Всегда его применяю, когда кто-то злится. Правда Дрогар прогнал?

Бри кивнула.

— Сказал, что только Элья может заниматься, потому что она одарённая, а нам там делать нечего. Мол, посредственность он учить не будет.

Тарлайн аж скривился, когда услышал её ответ, но комментировать ничего не стал. Было видно, что он с трудом сдерживается, чтобы не сказать какую-то гадость, но понимал, что это только спровоцирует студентку и приведёт к новому витку её обиды. Бри подумала вдруг, что и успокаивать может только тот, кто сам отыскал моральное равновесие, и никак иначе.

— Говорить с ним бесполезно. Тебе так важно заниматься именно музыкальной магией?

— Нет, конечно, — ответила Бри. — Просто немного обидно, что он так к нам отнёсся. Вряд ли кто-то добровольно будет взбираться ежедневно на такую высоту, чтобы услышать, что он — посредственность и никогда не достигнет результатов Эльи.

Мужчина в ответ на её предположение улыбнулся, и Бри подумалось, что, может быть, он от своих преподавателей тоже вынужден был терпеть что-то подобное. По крайней мере, эта мысль казалась очень здравой.

— А всё остальное — в порядке? — осторожно уточнил Тарлайн. — Ты ведь помнишь? С любыми проблемами.

— Всё хорошо, — заверила его Бри. — Учимся себе потихоньку, грызём гранит науки. Вот, девочки гадать в полнолуние собрались…

Тарлайн почему-то вздрогнул, когда она вспомнила о полнолуние.

— Гадайте лучше у себя в комнате, — посоветовал мужчина. — Отвратительное время — полная луна, столько заразы по свету лазит… И, кстати, ты не против, если мы наше занятие проведём в субботу до обеда? Хочу показать тебе одно заклинание, а его в темноте лучше не использовать.

— Хорошо, — пожала плечами Бри. — Нет проблем.

Он с облегчением выдохнул.

— У тебя ещё есть сегодня занятия?

— Нет. Нам поставили музыкальную магию на весь день. Может быть, разгребу завал с рефератами, — бодро ответила Бриана. — Спасибо за помощь. Мне уже пора, наверное?

Тарлайн кивнул. На его лице застыла приветливая, ласковая улыбка, и Бри ответила такой же и, воровато оглянувшись, чтобы никто этого не увидел, осторожно поцеловала его в уголок губ — совершенно по-дружески. Мужчина, кажется, приободрился, напоследок обнял её чуть крепче, тоже осмотрелся на предмет присутствия других преподавателей и поспешил удалиться.

Маленькая шалость почему-то заставила Бри почувствовать себя по-настоящему счастливой, словно она была сумасшедшей — эдакое диво, поцеловала мужчину! Но девушка с уверенностью отмела все мысли о влюблённости. Наверное, просто удивительно было чувствовать себя защищённой хотя бы немножечко. Ведь прежде она могла надеяться только на себя…

Бри оглянулась, долго смотрела на ступеньки, по которым куда-то ушёл Тарлайн, а потом бодро зашагала к себе в комнату, надеясь, что сделает как можно больше сегодня и освободит выходные.