Невеста по собственному желанию

Глава тридцать седьмая

— Живая! — ошарашенно выдохнул Лукиан, вынырнув из горы пепла. — Солнышко моё… Доченька…

Бри невольно попятилась, когда отец бросился к ней, и предупредительно вытянула руки.

— Не стоит, — скривившись, промолвила она. — Я не уверена, что горю желанием сейчас с тобой разговаривать.

Тарлайн потянулся к ней с куда меньшей смелостью, и Бри, не желая больше тратить время на недомолвки, уверенно шагнула к нему навстречу и позволила заключить себя в крепкие объятия. Тар тяжело дышал, явно с трудом стоял на ногах, но Бриана всё равно ощущала себя в кольце его рук удивительно спокойно и тепло. Казалось, он передавал ей свою уверенность в завтрашнем дне, в том, что всё будет хорошо, и любые преграды, которые появятся у них на пути, будут преодолены.

— Ты там была, — прошептал Тар девушке на ухо. — Я был уверен в том, что ты там, за дверью.

— Была, — подтвердила Бриана, обвивая его шею руками.

Что-то ей подсказывало, что следует обернуться: наверняка отец сейчас стоял, удивлённо вытаращив глаза, и пытался что-нибудь ответить. Но портить момент воссоединения не хотелось, к тому же, в своих родственниках девушка окончательно разочаровалась, а вот за Тарлайна переживала, и сильно.

— Там был проход, — промолвила она, — в зал с Антивампиром. Когда магическая завеса упала, я смогла оттуда выйти. Но как ты? — Бри коснулась прохладной ладонью лба Тарлайна, провела рукой по его щеке. — Бледный, как стена. В чём тебя обвиняют?

Она была готова заявить во всеуслышание, что любые обвинения — сущий бред и поклёп, но не успела.

— Ни в чём его не обвиняют, — ответил вместо Тара незнакомый маг, тот самый, что забирал его тогда из вампирского подвала. — Мы уже во всём разобрались. Меня зовут Альберто ди Руаз, и я хотел бы уточнить относительно свидетельских показаний…

Мужчина не договорил. Нерисса — а что здесь вообще делала Нерисса?! — дёрнула его за рукав, оттягивая подальше от Брианы.

— Берти, — возмущённо протянула она, — потом. Ты путаешь последовательность действий. Сначала арестуй Тильду и разберись с этим диким полувампиром, а потом уже будешь брать у неё свидетельские показания. Ну дай людям поговорить по душам, а?

— Он не че…

— Маркиз ди Руаз, — с нажимом повторила Нерисса, отступая. — Помогите, будьте добры, арестовать всё-таки госпожу ректора. Иначе она сейчас сбежит, а потом у вас точно не будет никого, кто вызовется её ловить.

Альберто хотел было возмутиться, но оглянулся, увидел, что Тильда избавилась от пут магии, которой сама себя сковала несколько минут назад, и бросился к ней, на ходу бормоча какие-то заклинания. Бри оставалось только проводить его удивлённым взглядом, а следом за ди Руазом — и Нериссу, тоже поспешившую к ректору.

Бриана собиралась поделиться своими подозрениями с Тарлайном, вдруг он знал что-то новое, но Тар, не отвлекаясь ни на ректора, ни на полувампира, постепенно возвращавшегося в своё нормальное, человеческое тело, склонился к ней и поцеловал. И, хотя это прямо нарушало кодекс академии, могло грозить ему увольнением — если он ещё работает здесь, конечно, — а Бриане отчислением, если папочка не успел подписать какие-то документы относительно её желания покинуть академию, их это сейчас мало волновало.

Кажется, куда-то отступила и усталость, прежде сковывавшая тело, и страх, наполнявший сердце. Бри впервые за долгое время почувствовала себя по-настоящему свободной — и в чувствах, и в принимаемых решениях. Её даже перестали сковывать дурацкие сомнения, прежде останавливающие от радикальных шагов.

В какой-то миг, впрочем, она подумала, что папа должен был их прервать — ведь Лукиан намеревался выдать её замуж за полувампира. Мало ли, вдруг с одним не вышло, так он найдёт какого-то нового? Но, с другой стороны, отец никогда не славился особенной склонностью к тирании, и Бри так и не дождалась от него тех самых возмущений, которые собиралась услышать.

Когда она отодвинулась от Тарлайна на какой-то сантиметр, чтобы хоть посмотреть, что происходило вокруг, испытать наконец-то тот самый шок от осознания, что она выжила и перенесла встречу с полувампиром, Лукиан как раз опёрся о стену и умилённо смотрел на дочь.

— Золотко моё! — воскликнул он, осознав, что удостоился всё-таки чужого внимания. — Я уже и не надеялся увидеть тебя живой… — мужчина сделал несколько неуверенных шагов навстречу Бри и остановился, не зная, что и делать. — Прости меня, Бриана. Нам обязательно надо поговорить.

— Чтобы ты ещё за кого-то выдал меня замуж? — так и не высвободившись из объятий Тарлайна, хмыкнула она. — За очередное богатое чудовище?

— Доченька, да выходи ты за кого хочешь! — окончательно раскаявшись, прошептал Лукиан. По щекам его текли настоящие слёзы. — Я был неправ и не имел никакого права определять твою судьбу…

Бри была уже готова простить отца и заодно уведомить его о том, что всё-таки собирается замуж, если, разумеется, предложение Тарлайна ещё актуально, но вместо её слов раздался жуткий рев.

Девушка даже схватилась за горло, заподозрив сначала, что это с её голосом что-то не то, но нет. Страшный звук доносился из-за спины и имел вполне чёткий источник.

— Потому что её определяю я! — ревело нечто, имеющее определённые очертания и все признаки видовой принадлежности к оркам.

На них, не разбирая дороги и разбрасывая всё по пути в разные стороны, с неописуемо высокой скоростью мчался Реддек.

— Это моя невеста! — кричал он. — Убери от неё свои руки!

Бри испуганно взглянула на Тарлайна. Сейчас он был не в состоянии сражаться не то что с орком — с мошкой. Бледный, уставший, почти без сил, едва державшийся на ногах… Она оглянулась в поисках поддержки, но маркиз ди Руаз и Нерисса куда-то подевались, а вместе с ними — Тильда и вампиры. Вероятнее всего, их увели куда-то для выяснения обстоятельств и суда, может быть, для тюремного заключения.

Но жуткий полувампир-полуоборотень испугал Бриану куда меньше, чем привычный орк. Она знала, что разъярёнными они способны на дикие поступки, а сейчас Реддек был в ужасом состоянии и, кажется, готовился растерзать её на мелкие кусочки.

Её — это ладно, но Тарлайна!

Он отшвырнул с дороги посмевшего было открыть рот Лукиана, проигнорировал пугливый женский вскрик, принадлежавший, очевидно, Леоне — Бри не видела мать, но чувствовала её присутствие, — оттолкнул прочь и саму Бриану, да так, что она едва не свалилась с ног, и схватил Тара за воротник, отрывая его от земли.

Все, кто был хоть немного знаком с орками, знали, что сейчас будет. Обычно они обрушивали противника на пол или швыряли в противоположную стену, а потом наваливались всем своим весом и буквально выдавливали из несчастных жизнь. Это не считалось смелым сражением, ведь орки не любили убивать без крови, просто ломая кости, и к такому способу убийства прибегали только в моменты предельного гнева, когда противник был настолько противен, что воин не желал пачкать руки.

Сильные маги, к которым, несомненно, относился и Тарлайн, могли успеть остановить орка, когда он находился в таком состоянии. Но ведь Тар был истощён до предела, и Бри с ужасом осознала: он обречён.

Она попыталась подняться, чтобы броситься на защиту мужчины, повисшего в воздухе, словно безвольная кукла, но не успела.

— Прости, — одними губами выдохнул он.

Бри с ужасом зажала рот ладонью, пытаясь хотя бы не закричать. Как он мог сдаться сейчас? Откуда вообще взялся этот проклятый орк?

Девушка попыталась выдавить из себя хотя бы каплю волшебства, но ничего не получалось. Сфера раскололась легко, выпуская остатки сил в воздух, но Бри не могла собрать энергию воедино, чтобы направить её в ненавистного Реддека. Она просто истратила всё, что имела, впустую.

Глаза Тарлайна, обычно такие спокойные, вдруг засветились. Реддек застыл на какую-то долю секунды, наверное, от удивления, не понимая толком, что происходит…

А после Тар растворился в воздухе.

Его тело превратилось в быстро тающие туманные очертания, руки Реддека непроизвольно сжались вокруг чего-то меньшего…

Мягкого, лёгкого и пушистого.

Но в карих манульих глазах не было ни капли от человека. Проклятье брало верх, и Бри видела, как стремительно утопал Тарлайн в обыкновенном звере, в которого превратился.

От неожиданности орк, которому приходилось всё же прилагать усилия, чтобы удержать человека на весу, подбросил животное в воздух. Манул подлетел вверх, но страха не проявил, только выпустил когти и приземлился прямо на голову Реддеку.

…Бри, конечно, подозревала, что кошачьи когти — страшное оружие, но понятия не имела, что орки умеют так визжать. Реддек осел на пол, замахал руками, пытаясь смахнуть с себя зверя, но попытки его были тщетны. Тар крепко уцепился когтями в шею орка и не планировал его отпускать.

Острые зубы укусили куда-то за ухо. Реддек наконец-то ухватил его за шкирку, пытаясь оторвать от себя животное, но манул, вывернувшись, схватился за запястье и принялся царапать с такой силой, что закровоточила даже непробиваемая орочья кожа.

Реддек бросился прочь. Увы, но пути отступления были частично перекрыты — ведь всё орочье-человечье семейство стояло столбами посреди коридора, у лестницы, не давая никому возможности выйти. Спасаться можно было только впереди, и Реддек метнулся в каменную пыль, усыпавшую кабинет Тильды. Его не волновали ни трещавшие над головой потолки, ни то, что манул вряд ли мог серьёзно навредить орку, ведь их тело в моменты опасности больше напоминало живые доспехи.

Манул не отставал. Приземлился он вполне успешно и, преследуя врага, бросился за убегающим сквозь каменную пыль. Длинная шерсть, несомненно, собрала по пути всю грязь, которую только могла, хвост, как та метёлка, метался из стороны в сторону, оставляя заметную такую дорожку, но кот не собирался отступать. В отличие от орка, он преград не боялся и за свою женщину планировал сражаться до последнего.

Звонкий истеричный смех, принадлежавший Паулине, смешался со злым покашливанием Варелла и тихим всхлипыванием Леоны. Лукиан молча встал, отряхивая со своего костюма пыль, и с некоторым злорадством наблюдал за тем, как Реддек зарывался в каменную пыль и горстками насыпал её на себя, пытаясь скрыться от кусающегося и царапающегося кота.

К этой какофонии звуков и действий примешался ещё один смех, мягкий, вкрадчивый и коварный…

Цендрес мягким жестом отстранил Варелла и Леону, коснулся кончиками пальцев волос Пау, словно проверял, пригодна ли она для его целей, в достаточной ли мере безумна, и ступил навстречу Бриане.

— Я всегда знал, — произнёс он, — что Тарлайн — умный мальчик и сумеет сориентироваться в неприятной ситуации. Мы тоже когда-то умели делать вот так. А потом все застыли деревьями и позволили себя срубить…

— И вместо того, чтобы помочь, вы позволили ему превратиться в кота и, возможно, застрять в этом подобии? — сухо спросила Бри. — Потом заберёте свою цену. Как видите, никто о вас не забыл.

Цендрес только пожал плечами и отошёл в сторону, так и не приблизившись к Бриане на расстояние вытянутой руки. Но её сейчас мало волновал могучий маг из сада академии, как и дерево, которое всего лишь вчера помогло сбежать отсюда. Не думала Бри и о том, действительно ли Паулина вылечится, или Цендрес просто заберёт её с собой. Тяжесть принятых решений могла бы угнетать в любое другое время, сейчас девушка не успевала даже схватиться мыслью за эту нить в своём сознании.

Она повернулась к Тарлайну. Тот — всё ещё манул, кажется, даже не осознающий себя ничем, кроме кота, — восседал на Реддеке. Местом своей дислокации он избрал ту самую гордую часть спины, которая единственная торчала из горы пыли.

Потрескивал потолок. Кот поднимал голову, опасливо смотрел на конструкцию, державшуюся на остатках чужого волшебства, взмахивал своим красивым пушистым хвостом, но с места так и не сдвинулся. Два или три раза он чихнул, лапой потёр нос, но, когда орк попытался подняться, выпустил когти и с такой силой ударил ими по подвернувшейся под лапу ягодичной мышце, что Реддек зарылся ещё глубже и тихонько заскулил.

— Забери-и-ите его с меня! — всхлипнул он. — Пожа-а-алуйста!

— А замуж меня звать ещё будешь? — с угрозой спросила Бри, осторожно приближаясь к коту. Манул на вид был, конечно, милым и пушистым, но после того, как его когти едва не разодрали Реддека, Бриана сомневалась в безопасности этого предприятия.

— Конечно, буду! — поднял голову из пыли Реддек. — Потому что ты принадлежишь мне!

Тар с этим был не согласен. Орк взвыл: когти впились в его спину ещё сильнее, оставляя довольно глубокие раны.

— Ой, не буду! — завопил он. — Не буду звать тебя замуж, не подойду к тебе даже! Не быть мне искупанным в человечьей крови!

Бри остановилась рядом с ним и, заставив себя забыть о страхе перед потолком, грозившимся вот-вот свалиться прямо ей на голову, сердито скрестила руки на груди.

— Неправильно клянёшься, — раздражённо произнесла она. — Ты и так не купался в человечьей крови.

— Не быть мне искупанным в крови моего врага!

Девушка не сдвинулась с места. Знала она эти уловки! Сначала они клялись, что не будут купаться во вражьей крови, а потом мирились за секунду до убийства со своим противником, а потом перерезали ему горло. Даже если это была просто свинья!

— Реддек, — с угрозой протянула Бри, — если ты будешь так плохо себя вести, в крови будет купаться он. В твоей, — она указала на согласно зашипевшего манула.

— Мамой клянусь! — взвизгнул орк. — Только забери это с меня поскорее!

Бриана, если честно, не была уверена в успехе предприятия. По крайней мере, гарантировать послушание со стороны кота, в котором не факт что осталось так много от Тарлайна, она не могла. Но всё же протянула к нему руки, рассчитывая, что сознание, спрятавшееся за холодом кошачьих глаз, сейчас проснётся, и Тар — её настоящий, понимающий, что он не только зверь, но и человек, — вытеснит у оборотническую часть…

Он сначала недоверчиво взглянул на Бри, словно задавался вопросом, кто она такая и какое имеет право прикасаться к его шерсти, даже чуть больше выпустил когти, а потом присел и прыгнул на Бриану. Ей, по правде, сначала захотелось вскрикнуть от ужаса, отпрянуть и куда-нибудь убежать. Но, тем не менее, девушка сдержалась и даже не убрала руки, а манул, вместо того, чтобы поцарапать её, устроился поудобнее в её объятиях, прижался к груди и потёрся пыльной головой о подбородок.

— Ну наконец-то! — облегчённо выдохнул Реддек, выбираясь из кучи каменной пыли. — Теперь ничто не мешает мне взять в жёны… — он поймал на себе взгляд Бри, а самое главное — злого-презлого манула, запнулся и поспешил дополнить: — какую-нибудь порядочную девушку из орков.

Бриана облегчённо вздохнула. Она была счастлива избавиться от Реддека — хотя бы от кого-то не будет претензий.

Но, если Бри думала, что сейчас спокойно уйдёт отсюда, то очень сильно ошибалась. Не успела она сделать и шагу, как Варелл и мать, осмелевшие с той поры, как манул оказался на руках у Брианы, бросились к ней и преградили путь.

— Не расстраивайся! — прогрохотал орк.

— Да, доченька, — закивала Леона. — Ведь у нас в орочьей деревне есть масса хороших мальчиков! И не каждый из них испугается какого-то жалкого кота!

— Солнышко! — бросился к Бри отец. — Мы найдём не орка, а человека, живого, нормального человека. Самого хорошего родовитого юношу города! Всё, что ты пожелаешь!

— Зачем ей человек? — взвилась мать. — Ей нужен смелый орк!

— Смелый орк? — раскраснелся Лукиан. — Ты видел, какое оно смелое! Задрало… место, из которого растёт у животных хвост, к потолку, и скулило, пока Бриана не забрала своего преподавателя!

Они принялись переругиваться, и Бри непроизвольно втянула голову в плечи.

— Хватит! — рявкнула она, не удержавшись. — Замолчите все, немедленно!