Официантка для Босса (СИ)

Глава 42 Свадебный переполох

Солнечный свет, словно жидкое золото, заливал портал знаменитого ресторана «Бьянка», но то, что творилось внутри, затмевало само солнце.

Если бы торжественная красота имела запах, здесь пахло бы жасмином, шоколадом и дорогим шампанским.

Зал был превращён в подобие сказочного сада: гирлянды из жемчуга и хрустальные люстры, отражающиеся в полированном паркете, создавали ощущение, что ты попал не на свадьбу, а в залитый светом рай для влюблённых.

Но главным сюрпризом, от которого у почтенных гостей слегка подрагивали бокалы, стал персонал.

Вместо привычных официантов по залу скользили высокие, статные мужчины в безупречных белых фраках.

Их лица скрывали изящные белые маски, делавшие их похожими на таинственных ангелов или на того самого белого Мистера Икс, сошедшего со страниц романа или сцены оперетты.

Они двигались бесшумно, предлагая гостям фужеры с игристым, и в их молчаливой грации была такая вышколенность, галантность и уважительность, что любая особа почувствовала бы себя немного принцессой. Ну или принцем.

И вот зазвучали первые аккорды музыки. К резному порталу, словно сошедший с киноэкрана, подкатил ослепительный лимузин «Кадиллак» 1920 года выпуска, белоснежный и блестящий, как крыло белой голубки.

Дверца открылась, и... о боже!

Из неё появилась сначала изящная туфелька, одетая на ножку, которую сама Коко Шанель признала бы эталоном, а затем и вся невеста.

Алина, на которую было невозможно смотреть без слёз умиления, в платье из пены кружева и шёлка, с фатой, словно сотканной из лунного света.

А рядом с ней — Никита, её олигарх, её судьба, её жених. В его глазах, обычно таких строгих и сосредоточенных, плавился лёд, и сияла такая нежность, когда он смотрел на Алину, что все дамы в возрасте единогласно прошептали: «Вот это настоящая любовь, я по глазам вижу!».

Гости, затаив дыхание, разразились овациями. Казалось, сама эпоха двадцатых прошлого века возродилась в этот миг, чтобы отпраздновать любовь, которая начиналась с объявления о спасении собак из приюта.

Молодожёнов встречают овациями, пропускают в зал, а потом и сами рассаживаются по местам.

Я сижу рядом с Никитой, сжимаю его тёплую сильную руку и чувствую, как от счастья вот-вот взлечу.

Вот оно, моё свадебное платье, этот зал, превращённый в сказку, и взгляд моего мужа, от которого по-прежнему кружится голова.

Всё готово к торжественному танцу моих подружек и сестры Иришки, я уже ловлю глазами Натку, даю ей знак…

Но…

в этот момент из колонок вместо величественного вальса раздаются резвые, до боли знакомые нотки «Собачьего вальса».

Я замираю. Что такое? Никита удивлённо поднимает бровь, а из-за угла, виляя задами и старательно перебирая лапками, на паркет выходят... наши хулиганы!

Две чихуахуа в огромных бантах, похожие на забавные игрушки — Зефир и Малышка и величественный Эмир в крошечном белом галстуке-бабочке.

Они вышагивают так важно, словно осознают всю ответственность момента.

У меня перехватывает дыхание. Зал замирает.

И вот они, мои трое, встают на задние лапки и, обнявшись передними, начинают кружиться! Немного косолапо, но в такт!

Это самое умилительное зрелище, которое я видела в жизни. Я смотрю на Никиту, тот вдаль за занавес. Я перевожу взгляд и вижу Димку.

Этот хитро улыбаясь, как кот, съевший сметану, кланяется и машет рукой, будто снимает шляпу.

Нам с Никитой приносят записку, в которой написано.

«Свадебный подарок от Дмитрия Хвастунова, дождитесь конца танца», вот уж фамилия под стать.

Наша команда братьев меньших продолжает танцевать.

У меня тут же подступают слёзы. Когда музыка смолкает, под бурю аплодисментов каждая собачка бежит к нам.

Малышка торжественно кладёт к моим ногам свою самую любимую, немного обгрызанную щёточку для расчёсывания.

Зефирчик, фыркая, притаскивает огромную сахарную косточку.

А величественный Эмир, подойдя к Никите, осторожно кладёт ему на колени свою замусоленную игрушку — теннисный мяч с крылышками, который он обычно никому не даёт.

Вокруг все утирают слёзы умиления, а я понимаю, что это самые дурацкие и самые прекрасные подарки в моей жизни.

После собачьего вальса я думала, что моё сердце больше не может вместить счастья.

Но нет! Вот уже кружатся в изящном танце мои подружки в платьях цвета шампанского. Ирина во главе танцевальной группы.

У них получается очень круто переходить с одного ритма на другой. Мелькают девичьи улыбки.

Я улыбаюсь в ответ, глядя на их сияющие лица.

И тут к ним присоединяются друзья Никиты — эти брутальные мачо в идеально сидящих смокингах, которые двигаются в ритме румбы с такой же серьёзностью, как при подписании многомиллионного контракта.

Это так мило и неожиданно, что я снова хохочу. Никита обнимает меня за талию и шепчет: «Ну вот и всё, теперь можно и поесть».

Я киваю, полностью с ним согласна, и поворачиваюсь к столу... Но жизнь, кажется, решила, что сюрпризов для нас сегодня мало.

Музыка резко меняется. Звучит зажигательный, узнаваемый с первых аккордов чарльстон! И я вижу нечто совершенно потрясающее.

Из толпы гостей, скинув на ходу палантины и отбросив трости, на паркет выпорхнуло... старшее поколение!

Во главе с мамой Никиты, грозной и величественной Мариной Сергеевной!

Дамы в пайетках и кавалеры с седыми висками откатывают такое шоу, с такими «коленцами» и синхронностью, что я открываю рот от изумления.

А потом к этому безумному и прекрасному карнавалу присоединяются те самые таинственные официанты в белых масках, и начинают отбивать чечётку такой сложности, что, кажется, их ноги не подчиняются законам физики.

Мы с моим женихом в настоящем шоке, это безумно красиво!

Я сижу, буквально потрясённая. Это не просто танец. Это подарок. Подарок, в который вложили душу самые близкие люди.

Никита смеётся и обнимает свою запыхавшуюся и сияющую маму. «

— Мама, я не знал, что ты умеешь так!» — говорит он.

Марина Сергеевна, вся красная от счастья и усилий, подмигивает мне:

— Главное, чтобы наша девочка была счастлива, сегодня и всегда.

И я понимаю, что счастлива. Безумно, до слёз, до боли в щеках от улыбки. Я еле сдерживаю слёзы умиления и обнимаю её.

— Спасибо, мама.

Она улыбается, я понимаю, что у меня нова большая семья.

— Иди сюда к нам, дочка.

Она машет рукой Ирине, стоящей недалеко в нерешительности.

Та подходит. Марина Сергеевна обнимает нас обеих и говорит:

— Я всегда мечтала, чтобы у меня кроме Никиты было ещё две дочери. Вот дождалась и целует нас по очереди в щёчку.

Ирка, кажется, плачет.

— Э, не смей, помни, что у нас ещё конкурс! — требую я от сестры.

Праздник в самом разгаре, гостям действительно хорошо, нет ни высокомерия, ни чванства. Все отрываются и веселятся на полную катушку.

Я только вернулась из комнаты для переодевания в своём втором платье — коротком, лёгком, усыпанном блёстками.

Рядом со мной Иришка, переоделась в точную копию моего платья! Мы стоим, две невесты-близняшки, и зал замирает в предвкушении. Никита нас ещё не видел.

Он стоит к нам спиной и ему плотно завязывают глаза шёлковым платком.

Потом мы предстаём перед ним. Повязку снимают.

Мы с Иркой похожи, как две капли воды. Улыбаемся, мне хочется расхохотаться от растерянного взгляда Волкова.

Конферансье объявляет условия конкурса.

— Никита, у вас есть пять секунд, чтобы запомнить существенные детали внешности, Алина, отзовитесь.

Я делаю шаг вперёд, потом отступаю назад.

— Время пошло.

Когда ведущий досчитывает до пяти, Волкову снова завязывают глаза.

Мы с Ирой бежим переодеваться. Возвращаемся в новых нарядах.

Потом меня и Иру смешивают. Я стараюсь дышать ровно, но сердце колотится где-то в горле.

Волкову снова развязывают глаза.

— Уважаемый жених, к девушкам прикасаться нельзя. Посмотрим, насколько хорошо вы знаете свою невесту.

Но кого будет слушать Никита? Он делает всё по-своему.

Нежно берёт меня за запястье и произносит:

— Моя вот! Я узнаю её из тысячи. Из миллионов людей узнаю…

В его глазах — ни капли сомнения. Он смотрит прямо на меня.

Он медленно проводит пальцами по моим рукам, и от его прикосновений по коже бегут мурашки.

Потом он вдруг наклоняется ко мне, к моей шее, и делает вид, что вдыхает аромат. Его губы почти касаются моей кожи.

Его тёплые, сильные руки осторожно касаются сначала моей талии, потом плеч.

— Уважаемая Алина, Никита угадал?

Я счастливо киваю головой.

Зал взрывается аплодисментами, а я чувствую, как краснею до кончиков ушей. Он узнал меня не по платью, не по причёске.

Он узнал меня по тому, как забилось моё сердце, когда он приблизился.

Сейчас вокруг нас настоящий хаос счастья. Грохочут тарелки, смех несётся до потолка, музыка бьёт в самые потаённые струны души.

Димка у микрофона с кем-то запел похабный студенческий шансон, все дружно ему подхватывают, и это не кажется пошлым.

Люди на свадьбе делают то, что и должны делать — отдыхают и отрываются.

Но самое невероятное происходит со мной. Прямо сейчас, в самой гуще этого веселья, я вдруг ловлю странный, волшебный момент полной тишины.

Не в зале, нет. Внутри себя.

Я сижу, откинувшись на спинку стула, и просто смотрю. Смотрю на своего мужа, который смотрит на меня влюблённым глазами.

Смотрю на наших собак, которые, утомлённые славой, спят в углу, свёрнувшись калачиком.

Смотрю на это безумное, пёстрое, собранное из разных миров общество — его друзья-миллиардеры, мои подружки-вчерашние студентки, наши родственники — и все мы сейчас одна большая семья.

И в этой внутренней тишине меня накрывает простая и ясная мысль: я абсолютно, полностью и безоговорочно счастлива.

Это не просто радость от красивого платья или веселья. Это глубокая, спокойная уверенность. Я на своём месте.

Рядом с моим человеком. И всё в этой жизни, каждое её испытание, каждая слеза и каждая улыбка — всё было правильно. Всё вело меня сюда. К нему.

Близится полночь, завтра ещё и день рождения Никиты, который мы будем встречать в дороге. Народ и не думает расходиться. Свадьба в разгаре.

Мы с Никитой решаем свалить.

Всё готово к нашему побегу. Мы прокрадываемся в сторону чёрного хода, через кухню.

Никита уже открывает дверь, чтобы пропустить меня внутрь.

Ещё секунда — и мы умчимся в нашу первую, самую главную совместную ночь.

И вдруг — словно по команде — всё замирает. Весёлый гул стихает, сменяясь насторожённым шёпотком.

Я оборачиваюсь и замечаю, как к нам пробирается, извиваясь между гостями, сухопарый мужчина в безупречном костюме и с дипломатом.

Это Юрий Станиславович, главный юрист семьи Волковых. У него такое серьёзное лицо, что у меня внутри всё обрывается.

— Никита Владимирович, извините за вторжение, но вопрос не терпит отлагательств, — говорит он, и его голос режет праздничную атмосферу, как нож.

Я сжимаю руку Никиты. Вот оно. Наверно, Кирилл никак не успокоится.

Наверное, подал очередной иск, чтобы испортить нам даже этот день.

Я готова сквозь землю провалиться от обиды. Гости смотрят на нас, и в их глазах — тревога и ожидание подвоха.

Но Никита не выглядит встревоженным. Он лишь слегка поднимает бровь.

Юрист открывает свой дипломат, и я зажмуриваюсь, ожидая увидеть толстую пачку официальных бумаг с печатями.

Но вместо этого он достаёт... один-единственный конверт из плотной, дорогой бумаги.

— Я получил финальное подтверждение из всех инстанций, — его губы растягиваются в искренней улыбке.

— Все условия отцовского завещания выполнены. Вы продержали бизнес в плюсе год, и что более важно… вы вступили в законный брак.

Мой муж перестает хмурится.

С завтрашнего дня все активы холдинга, все 100 процентов, переходят в вашу единоличную собственность. Поздравляю!

Наступает секунда оглушительной тишины. А потом зал взрывается.

Но это уже не просто веселье, это — ликование! Оказывается, все наши гости тайно болели за нас!

Я смотрю на Никиту. Он смотрит на меня. И в его глазах я читаю не проценты и не активы.

— Ты же знаешь, что я не хотел. Мне важна только ты…

— Знаю, милый! Только я и забыла спросить, за сколько миллиардов я вышла замуж.

Он смеётся, подхватывает меня на руки и заносит в салон лимузина.

— Этого даже я не знаю. Замуж ты вышла за меня. А всё остальное — просто наше приданое!

Вижу, как Димка с довольной рожой цепляет к бамперу эти дурацкие грохочущие банки.

Он с гиканьем дёргает за верёвку с банками, а наши друзья машут нам вслед, мы с мужем едем навстречу нашей новой жизни.

Дорогие читательницы и читатели. Большое вам спасибо за то, что были с главными героями романа, за добрые комментарии и пожелания. Всех вас безмерно люблю и уважаю.

Приглашаю вас прочитать новый роман "Переводчица для Босса

Так получилось, что роман про Переводчицу начат чуть раньше Официантки. Алина встречается и там в роли второстепенной героини. В новом романе обязательно будет юмор, интересные сюжетные повороты и счастливый конец.

Аннотация к книге "Переводчица для Босса"

Наглый, бессовестный мужик, — кажется так, я подумала о нём после того как встретила его впервые. Бессердечное хамло, — в тот же день подумалось мне, когда я увидела его перед собой в одних трусах и с диким воплем атаковала его шваброй. Кто бы мог подумать, что через пару недель этот гад в мужском обличьи займёт все мои мысли, потому что он может оказаться моим новым боссом и не только.

Приятного чтения

Только для читателей старше 18 лет