Прошла еще одна неделя.
До бала оставалось две недели, и подготовка вошла в финальную стадию. Каждый день был расписан по минутам: утром — уроки этикета с тетей Агатой, днем — примерки у эльфов, вечером — танцы с Лоренсом.
И если этикет я еще как-то терпела, а примерки — переживала, то танцы... танцы были отдельным испытанием.
— Леди Вера! Вы опять наступили мне на ногу! — простонал Лоренс на пятый день тренировок.
— Простите! — пискнула я, отпрыгивая. — Я не специально!
— Я знаю. Но у меня скоро не останется ног, на которые можно наступать.
— Не преувеличивайте, — фыркнула я. — У вас их две. Я наступила всего раз пять.
— Семь, — поправил Лоренс. — Я считал.
— Семь за весь вечер? Это прогресс! Вчера было двенадцать!
— Утешили, — усмехнулся он.
Мы стояли в центре тренировочного зала. Лоренс в простой рубашке и штанах, я в легком платье (Мира сказала, что в бальном тренироваться нельзя — жалко). За нами наблюдала тетя Агата, которая парила под потолком и комментировала каждое движение.
— Левой, правой, поворот, приседание! — командовала она. — Вера, вы не приседаете, вы падаете!
— Я не падаю, я грациозно опускаюсь! — огрызнулась я.
— Это не грациозно, это как будто вам стул подставили и убрали!
— Тетя Агата, может, вы сами попробуете?
— Я призрак! Я сквозь пол провалюсь!
— Вот и отлично! Хоть кто-то оценит, каково это — танцевать с вашими комментариями!
Лоренс засмеялся.
— Вера, не злитесь. У вас получается все лучше.
— Правда? — недоверчиво спросила я.
— Правда. Сегодня вы наступили мне только семь раз. А вчера было двенадцать.
— Прогресс, — уныло согласилась я.
— Определенно. Еще пару недель, и мои ноги будут в безопасности.
— Или я научусь танцевать на ваших мозолях.
— Тоже вариант, — кивнул он.
— А ну не болтать! — прикрикнула тетя Агата. — Танцевать!
Мы продолжили.
---
Через час я рухнула на пол и отказалась вставать.
— Всё, — заявила я. — Я не могу больше. У меня ноги отваливаются.
— Не отвалятся, — улыбнулся Лоренс, садясь рядом. — Я не дам.
— Это вы сейчас так говорите, а завтра снова наступать буду. И тогда уже точно отвалятся.
— Тогда буду ловить и приставлять обратно. Я же Темный властелин, у меня магия есть.
— А на ногах специализируетесь?
— Могу и на ногах. У меня широкий профиль.
Я рассмеялась.
— Лоренс, вы невозможны.
— Я стараюсь.
Мы сидели на полу и улыбались друг другу.
— Ой, — раздалось сверху. — Кажется, я тут лишняя.
Тетя Агата растворилась в воздухе.
— Она умеет быть деликатной, — заметил Лоренс.
— Иногда, — согласилась я. — Очень редко. Но умеет.
— Пойдемте на кухню? — предложил он. — Мартин, наверное, уже испек что-то вкусное.
— С удовольствием.
---
На кухне кипела жизнь.
Мартин колдовал над новой партией печенья, Мира накрывала на стол, а орки... орки танцевали.
В прямом смысле.
Хряк и Бульк стояли посреди кухни, держась друг за друга, и пытались кружиться. Получалось у них... своеобразно. Бульк постоянно наступал Хряку на ноги, Хряк ругался, но не останавливался.
— Раз-два-три, раз-два-три, — считал Кексик, сидя на табуретке с блокнотом. — Хряк, вы не туда!
— Я знаю! — рычал Хряк. — Но ноги не слушаются!
— А вы представьте, что под ногами враги! — посоветовал Бульк. — Тогда будет легче!
— Я представляю! Но они не враги, а ты!
— Я не враг, я партнер!
— Это одно и то же, когда ты наступаешь!
Мы с Лоренсом переглянулись и засмеялись.
— Ребята, — позвала я. — У вас отлично получается.
— Правда? — обрадовался Хряк и тут же наступил Бульку на ногу.
— Ай!
— Прости!
— Я думал, мы врагов топчем, а ты под ноги лезешь!
— Так это ты под ноги лезешь!
— Я танцую!
Я подошла к ним.
— Давайте я покажу. Смотрите. Шаг левой, шаг правой, поворот. Не спешите. Главное — чувствовать партнера.
— А как его чувствовать? — растерялся Бульк. — Он же твердый!
— Я твердый, потому что орк! — обиделся Хряк.
— Чувствовать не физически, а ритмически, — пояснила я. — Слушайте музыку. Она у вас в голове. И двигайтесь в такт.
— У меня в голове только печенье, — признался Хряк.
— И у меня, — поддержал Бульк.
— И печенье, и музыка. Представьте, что печенье танцует.
— Печенье не танцует, — засомневался Бульк. — Оно лежит на тарелке.
— А если представить, что оно ожило?
Орки задумались.
— Ожившее печенье, — мечтательно сказал Хряк. — Это было бы прекрасно.
— Тогда танцуйте, как будто вы — ожившее печенье.
Орки послушно начали двигаться. Получалось все еще коряво, но уже не так страшно. И даже с каким-то странным изяществом.
— Прогресс, — шепнул Лоренс.
— Определенно, — согласилась я. — Если они будут представлять печенье, то, может, и научатся.
— Главное, чтобы они не съели друг друга в процессе.
— Это вряд ли. Они друзья.
— Друзья, которые наступают на ноги.
— Это и есть настоящая дружба, — философски заметила я.
---
Через час мы сидели за столом и пили чай с печеньем.
Мартин испек новую партию — с корицей и имбирем. Пахло так, что у меня слюнки текли.
— Леди Вера, — сказал Кексик, жуя печенье. — Я тут подумал... А может, нам не ехать на этот бал?
— Почему? — удивилась я.
— Ну... принцесса же злая. Вдруг она что-то задумала?
— Обязательно задумала, — кивнула я. — Поэтому мы и едем.
— Чтобы разоблачить?
— Чтобы не дать себя в обиду.
— А если не получится?
— Получится, — уверенно сказал Лоренс. — Потому что с нами Вера.
— Я ассистент, — привычно поправила я.
— Вы — наше секретное оружие, — улыбнулся он. — Принцесса даже не подозревает, что ей придется иметь дело с вами.
— Она думает, что я просто прислуга, — усмехнулась я. — Это наше преимущество.
— Именно. Недооценивать вас — ее главная ошибка.
Все заулыбались.
— Ладно, — сказала я. — Завтра новый день. Новые тренировки. А сейчас — спать.
— Спокойной ночи, леди Вера, — хором ответили все.
Я пошла в свою комнату.
За окном светила луна. Где-то Арчи читал стихи.
---
На следующее утро меня ждал сюрприз.
— Леди Вера! — Мира влетела в комнату с огромным свертком. — Платье готово!
Я села на кровати.
— Готово? Но эльфы говорили, что через две недели!
— Они работали ночами! Сказали, что не могут ждать — хотят увидеть ваш восторг!
Я встала и подошла к свертку.
Мира развернула ткань.
И я ахнула.
Платье было... невероятным. Темно-синий бархат, расшитый серебряными звездами, длинный шлейф, открытые плечи, тонкое кружево на рукавах. Оно переливалось в свете свечей, будто живое.
— Это... это чудо, — выдохнула я.
— Примерьте! — взмолилась Мира.
Я надела платье.
Оно сидело идеально. Будто его шили специально для меня. Хотя... его и шили специально для меня.
— Леди Вера, — прошептала Мира. — Вы... вы как королева.
— Я ассистент, — машинально сказала я, но в этот раз слова прозвучали как-то неубедительно.
В дверь постучали.
— Войдите.
Вошел Лоренс.
И замер.
— Вера... — выдохнул он.
— Что? — испугалась я. — Плохо?
— Нет. — Он покачал головой. — Не плохо. Совсем не плохо. Вы... вы прекрасны.
Я покраснела.
— Спасибо.
— Это не комплимент. Это факт.
Мы смотрели друг на друга.
— Ой, — пискнула Мира. — Я, кажется, пойду.
И выскользнула за дверь.
Мы остались одни.
— Вера, — сказал Лоренс тихо. — Я хочу, чтобы вы знали...
— Что?
— Что на балу вы будете самой красивой. Даже принцесса рядом с вами померкнет.
— Лоренс...
— Я серьезно. Я видел много красивых женщин. Но вы... вы другая. Вы настоящая.
У меня сердце забилось быстрее.
— Спасибо, — прошептала я.
— Не за что.
Он подошел ближе.
— Можно?
— Что?
— Пригласить вас на танец. Прямо сейчас.
— Но мы же тренировались...
— Тренировки — это одно. А сейчас — другое.
Он протянул руку.
Я взяла ее.
Мы закружились по комнате. Без музыки, без счета, просто двигаясь в такт дыханию друг друга.
И это было волшебно.
— Вера, — шепнул он.
— Ммм?
— Спасибо, что вы есть.
Я улыбнулась.
— Спасибо, что вы есть у меня.
Мы танцевали.
За окном светила луна.
Где-то Арчи читал стихи.
А в комнате, под звездным небом, кружились двое.
И это было только начало.