Развод. Больше не люби меня

Глава 19

Саша

— Сразу хочу обозначить свою позицию: топить этот бизнес я не хочу. Я вложила в него слишком много сил и труда, чтобы просто разрушить все. Тем более это наследство моих детей.

Или, учитывая отношение семьи мужа к Феде, хотя бы его.

Ардашев прищуривается:

— Чего же ты хочешь, Александра?

Откидываюсь на кресле и снова перекрещиваю ноги. Внутренний голос стебет: «Шерон Стоун недоделанная»!

Я расслабленно выдыхаю и мягко улыбаюсь.

Ардашев реагирует. Обводит меня взглядом. Что у него в этот момент в голове, непонятно, потому что его лицо словно маска, но интерес заметен.

— Я хочу прижать мужа.

— Разборки из девяностых? — хмыкает. — Мне этого хватило с лихвой.

— Вы не похожи на мужчину, который вел бизнес в девяностые, — выгибаю бровь.

Ардашев откидывается в кресле и выдвигает ящик стола.

— С твоего позволения, — отточенными монотонными движениями закуривает сигару.

Я терпеливо жду, никак не выдавая своего волнения.

— Мой отец вел бизнес в девяностые, — поясняет Тимур Заурович. — Так что я не понаслышке знаю о том, как было весело в те времена.

— Криминал меня не интересует, — обозначаю сразу.

— Тогда я тебя очень внимательно слушаю.

— С вашей помощью мы немного «уроним» бизнес Завьялова, — двигаю пальцами. — Я знаю слабые места и чувствительные точки, куда можно уверенно ударить. Официально подведем к банкротству. Далее бизнес перейдет в руки Росимущества. Ну а после честные торги, в результате которых этот бизнес и будет мною по дешевке приобретен.

Молчит. Смотрит на меня оценивающе: спасую или нет?

— Ты хоть понимаешь, куда лезешь, Саша? — прищуривается.

— Ваш брат работает в Росимуществе, — криво улыбаюсь. — Так что я точно знаю, что пришла по адресу.

Снова отвечает не сразу, переваривает:

— Какая моя выгода?

— Бизнес мы приобретем в равных долях.

— Дальше, — я чувствую момент, когда мужчина входит в раж.

— А дальше на ваше усмотрение. Можем переименовать магазины и присоединить к вашей сети или оставить текущий бренд. Я в дела лезть не буду, но акции и доход с моей доли пойдут мне.

Тимур Заурович набирает в рот дым и медленно выдыхает его со странной улыбкой на лице, будто прямо сейчас оргазмирует. Я чувствую, как краснею под этим неоднозначным взглядом.

— Ты страшная женщина, Александра, — выдает наконец.

Напряжение немного отпускает меня.

— Еще с утра я была вполне себе ничего, — криво улыбаюсь.

— Как женщина ты великолепна, Саша, — снова тянет дым. — Даже, я бы сказал, идеальна. А вот твой план… неужели ты не знала, что он трахается на стороне уже несколько лет?

Цепенею.

Это манипуляция!

Игра в подавление и доминирование.

Видя смену моего настроения, Ардашев сразу же переключается на деловой тон, на его лице ходят желваки, будто он недоволен тем, что сказал.

— Мы все задокументируем. Мои юристы подготовят соглашение, ну а ты на момент всех этих манипуляций должна быть разведена и не иметь никакого отношения к бизнесу.

Я до сих пор не могу отойти от услышанного. Он мне соврал или нет? Не понимаю.

Неужели Костя… вправду изменял мне и раньше?

— Я не против соглашения, но у меня тоже будет пара условий. Думаю, на встрече с вашими юристами мы все обсудим и придем к результату, который устроит нас обоих.

— Это не все, Александра.

Что, будет новый шок-контент?

— Я слушаю.

— У меня к тебе встречное предложение. — Ардашев беспощадно тушит сигару и подается вперед: — Я желал бы, чтобы твой муж бился в истерике не только от потери бизнеса. Я хочу забрать и его дело, и тебя.

— Я же сказала, что не буду с вами спать, — качаю головой.

— Этого не потребуется. Пока, — улыбается нагло.

Вот зараза, а!

— Устроим ему прилюдную порку. Его семья терпеть не может, когда сплетники треплют их имя.

О да! Мне ли не знать, как эта семья не выносит полоскания в желтой прессе.

— Чего вы хотите?

— Через месяц у Шмидта юбилей. — Шмидт — человек из мэрии. С ним лучше дружить. — Твой муж приглашен. Ты пойдешь со мной.

Сглатываю.

— Но до того подай все соответствующие документы для развода и раздела имущества. За пару дней вопрос не решится, зато все будут знать, что ты первая сделала этот шаг.

Я боюсь представить, что устроит Костя, если узнает.

— Ты пойдешь на прием в качестве моей спутницы. Никаких фривольностей с моей стороны не будет. Все чинно-благородно. Зато когда все закончится, твою бывшую семейку от этого разорвет.

— Вы тоже жестокий человек, Тимур Заурович. Я согласна.

Поднимаюсь на ноги.

Выбора у меня нет. Если я ввязываюсь в игру, значит, надо довести ее до конца.

— До встречи на юбилее. И попросите своих юристов связаться со мной.

Иду к двери.

— Саша. — Оборачиваюсь. Ардашев дерзко улыбается. — Прекращай мне выкать. Тебе это будет неудобно делать… в дальнейшем.