Развод. Больше не люби меня

Глава 21

Саша

Костя замирает. Всматривается в меня, будто ищет насмешку с моей стороны или ложь.

Я же делаю еще один глоток вина.

— Вкусное, — верчу бокал в руке. — Ты всегда знал, как мне угодить.

— Что ты только что сказала? — спрашивает Костя сдавленно.

— Что вино вкусное, — включаю дурочку.

— До этого! — повышает голос, и я дергаюсь, делая вид, что пугаюсь.

На самом деле у меня поджилки трясутся.

— Я долго думала, Костя. И пришла к неутешительным выводам, — как тургеневская дама, опускаю взгляд и тереблю уголок хлопковой салфетки. — Очень бы мне не хотелось это признавать, но я не могу без тебя. И дело даже не в финансах.

— Ты любишь меня, — пытается не показывать победную улыбку, но она все равно проскальзывает по его лицу.

Внутри все горит.

От ненависти к себе и злости на мужа.

Ведь все можно было решить нормально, по-человечески.

Отдать то, что принадлежит мне, и не вынуждать меня делать то, что я делаю сейчас, не мешать налаживать жизнь. И если Федор захочет остаться с отцом, я приму это решение достойно. В конце концов, сын взрослый, разумный и может четко обозначить свои предпочтения.

Дурак ты, Костик…

Ну изменил, предал, да… Так и прими свой промах достойно, как велит светское общество!

Не я первая ударила в спину, не я лишила тебя средств к существованию. Черт! Ты даже брюлики мои забрал! Украл! Сначала подарил, а потом выкрал их, как крыса!

Ты сам сплел эту паутину, в которой я и запуталась. Вот только есть один нюанс. Я не буду умирать в ней одна, милый. Потяну и тебя за собой.

Я бы никогда не пошла на этот цирк, если бы муж не поступил так со мной.

Киваю.

— Да, Костя. Я люблю тебя, — сообщаю ему без улыбки.

— Я знаю, детка, — теперь уже он широко улыбается. — И я тоже люблю тебя.

Ага. Так сильно, что полез на другую. И не факт, что это был единичный случай, судя по тому, что вчера сказал Ардашев.

— Что ж, Саша, я жду тебя с детьми дома. Там все осталось, как прежде.

Печально улыбаюсь и снова опускаю глазки в пол.

— Ты же знаешь меня, Костя, — говорю мягко. — Я твердолобая, непробиваемая. Тяжело мне пережить твое предательство, и вернуться прямо сейчас я не смогу.

Улыбка замирает на лице мужа:

— Тогда я ни черта не понимаю.

— Я предлагаю тебе начать все сначала, — смотрю ему прямо в глаза. — Я люблю тебя, но мне больно. И мне нужно время переболеть, прийти в себя. Я устала воевать, Костя. У меня не осталось сил — на борьбу со своими чувствами тоже. И да, я скучаю по тебе.

— Понятнее не стало, Саша, — Костя говорит мягко, все-таки я смогла пробить его броню.

— Дай мне развод. И свободу. На время, — уточняю тут же. — Мы начнем все с самого начала. Вернемся назад, во времена, когда ты звал меня на свидания. Возил на пикники, засыпал цветами. А я каждую нашу встречу ждала так, будто это самое важное событие в моей жизни. Что скажешь?

Костя молчит, смотрит на меня, сверлит взглядом, пытается залезть мне в голову и понять, с чего вдруг все это.

Я кладу руку поверх его и смущенно улыбаюсь:

— Знаешь, я ходила недавно на свидание, — его рука напрягается, и я веду по ней пальцем, успокаивая. — Это было ужасно! Разница с тобой не измерится ничем. Так-то я и поняла, что обречена всю жизнь любить одного мужчину, то есть тебя.

Усмехаюсь и печально поджимаю губы.

Я пытаюсь убрать руку, но Завьялов сжимает пальцы, удерживая ее.

— Если ты мне врешь…

Приближаюсь к его лицу:

— Я устала от вранья. Теперь все по-честному.

Костя кивает, и я убираю руки, кладу их на колени и сжимаю в кулаки.

— Тогда, с твоего позволения, я подам документы на развод. Имущество и бизнес — все останется за тобой. Костя, я бы хотела получить назад свои драгоценности. Они важны мне как твои подарки.

— Я погорячился тогда, отправлю их тебе сегодня же. Где вы остановились?

— В отеле «Мирида».

— Это где вообще? — хмурится.

— Поверь, ты не захочешь знать. Район не очень, да и отель так себе… но на что хватило денег.

Тяжелый вздох.

— Костя, — зову мужа, и он подается ко мне, — дети очень скучают по тебе. Давай договоримся завтра погулять где-нибудь все вместе?

Я не манипулирую детьми. Встречи с ними — прямая обязанность отца.

Тем более они давно не виделись.

— Я приеду завтра, заберу вас, — кивает тут же.

— Спасибо, — улыбаюсь и встаю. — Тогда я пойду, Костя, а то дети одни.

Делаю шаг в сторону выхода и останавливаюсь:

— Прости, я не могу заплатить за себя, у меня… у меня практически не осталось денег.

Голос срывается, я разворачиваюсь и выхожу.

Пулей пролетаю ресторан, а на выходе Костя меня перехватывает и тянет в сторону, прижимает к стене, сразу же берет мое лицо в руки и страстно целует.

Я отвечаю, постанываю и льну к Косте, делаю все как полагается.

Обмануть тело не получается: на знакомые ласки некогда любимого мужа оно реагирует, и оттого мне становится еще более тошно.

Разум не щадит меня, напоминая, что все-таки когда-то мы были счастливы. Всякое бывало, но никогда я не ощущала себя нелюбимой.

— Я верну тебе деньги, — шепчет горячо, отрываясь от моих губ. — Верну бриллианты. Ты не должна скитаться по вшивым отелям, тем более с детьми.

Неужели ты понял это, придурок?!

Льну к мужу, оплетаю его руками за талию, придвигаюсь совсем близко.

— Господи, как же я мучилась без тебя.

— Поехали домой, Саш? — прижимается ко мне, и я ощущаю его возбуждение. — Поехали!

Явно не чай пить…

— Там дети одни, я не могу. Обещала им через час вернуться.

Уезжая на такси, я не отвожу взгляда от мужа, а когда его фигура, а когда такси поворачивает, до боли сжимаю зубы.

Тебя ждет большой сюрприз, милый…

Но до того я должна с тобой развестись и получить назад свои деньги.