Развод. Больше не люби меня

Глава 41

Саша

— Мам, а куда мы поедем на каникулах? — спрашивает Федя, чем, надо сказать, ставит меня в тупик.

Мы с Тимуром погрязли в делах.

Наши отношения уже некоторое время остаются в режиме ожидания.

У него появились сложности на работе — полагаю, это дело рук Константина, однако, как оказалось, он громко лает, но укусить, по крайней мере Ардашева, не может.

Костя создает ему лишнюю работу, но глобально навредить не получается.

Бизнес Ардашева защищен со всех сторон, и да, я уверена, там действительно все не так радужно и чисто, как кажется, просто он позаботился о том, чтобы обезопасить себя и свое дело.

Также у меня есть подозрение, что семья Тимура давит на него касательно меня и он воюет еще и на этом фронте.

Тем не менее он находит время для встреч.

Дальше свиданий и поцелуев у нас не заходило.

Возможно, я еще не готова к тому, чтобы перевести наши отношения в горизонтальную плоскость, возможно, он не хочет торопиться, или же всему виной банальное отсутствие места для встреч.

Гостиницы и отели — это будто бы нам не по статусу и немного унизительно.

По крайней мере, я бы не согласилась…

Я же в эти недели пыталась решить с Костей проблемы, которые касаются детей, но он просто непробиваем. Я не понимаю, что с ним произошло и почему он так себя ведет.

Он зол на меня, хорошо.

Опустим то, что заставило меня поступить с ним так, его измены и проблемы, которые он мне организовывал раз за разом.

Если ты чувствуешь ко мне ненависть — не вмешивай детей! Они не при чем!

Но все бесполезно. Костя категорически отказывается идти на мировую.

Помимо этого Тимур пригласил меня для решения кое-каких вопросов касаемо бизнеса, и в итоге я совершенно забыла о том, что впереди каникулы.

Дело в том, что у нас была традиция — на каникулах мы всегда уезжали в какое-то интересное место. Путешествовали по стране или отправлялись за границу. На пару дней или неделю, но всегда мы планировали поездки на это время.

Вопрос Феди вводит меня в ступор.

— Прости, Федь. Я совсем замоталась.

— Понятно, — сникает и отворачивается, чтобы уйти.

Я же перехватываю его за руку и задерживаю на кухне, подвожу к стулу. Сын садится, я остаюсь стоять:

— Федь, то, что я забыла, совершенно не значит, что мы никуда не поедем.

— Значит, отпуск в силе? — спрашивает с надеждой.

Мы все устали… дети тоже. Значит, надо их приободрить.

— Хочешь, слетаем в Азию? — предлагаю.

— Да мне все равно, ма, — говорит уже улыбаясь и явно довольный моим ответом.

— Тогда давай поступим так: я узнаю, куда мы можем полететь, вместе выберем место и купим билеты?

— Круто! — Федя поднимается и обнимает меня, чмокает в щеку.

А я весь день выясняю с туроператором, куда мы можем поехать, общаюсь с Тимуром и говорю ему о наших планах. Он уверяет меня, что я могу ехать отдыхать со спокойной душой. Работы тьма, но он все решит. Вечером мы с Федей принимаем решение — останавливаемся на Эмиратах.

Это, конечно, прекрасно, но есть одно большое но.

Для выезда за границу нужно разрешение отца детей…

Уже утром я паркуюсь у офиса Кости. Охрана спокойно пропускает меня — вообще складывается ощущение, что им абсолютно плевать на то, кто входит в офис.

Поднявшись на нужный этаж, я догадываюсь почему.

Большая часть кабинетов пустует. По всей видимости, Костя сократил персонал, лишь бы из последних сил удержаться на плаву.

Секретаря на месте нет, так что я беспрепятственно захожу в кабинет бывшего мужа.

Кабинет выглядит совсем не таким, как я его запомнила.

Повсюду коробки с документами, какая-то техника, стопки папок.

Сам Костя сидит за столом и не поднимает на меня взгляда:

— Марианна, принеси мне отчеты аналитиков за прошлую неделю, — говорит и наконец отрывается от бумаг: — Саша?

Он выглядит пораженным, ошарашенно округляет глаза и смотрит на меня неверяще.

— Что ты тут делаешь? Кто тебя пропустил? — спрашивает возмущенно.

— Не то чтобы меня кто-то пытался остановить, — пожимаю плечами. — Я пришла поговорить с тобой.

— Ну говори, — кривится.

— По-человечески, Костя, — давлю на него взглядом.

— А я с тобой как, по-звериному, что-ли? — вспыхивает. — Если тебе не нравится то, что я говорю, это не значит, что я с тобой не по-людски.

Фыркаю, но тут же гашу в себе порыв возмутиться.

Ради детей. Это все мне нужно ради детей. И если надо заткнуться — я согласна, лишь бы детям было хорошо.

Делаю пару шагов к столу Кости, но не сажусь на стул для посетителей, так и остаюсь стоять.

— Со следующей недели у Феди начинаются осенние каникулы.

— И что? — усмехается гаденько. — Ждешь, что я дам тебе бабок на отдых? Никак Ардашев не хочет платить за чужих детей?

Довольный собой, он расплывается в улыбке.

Идиот, он даже предположить не может, что у меня могут быть свои деньги. Тимур платит мне как приглашенному консультанту, и сумма, надо сказать, немалая. Такая, что у меня даже мысли не возникает пойти к кому-то и попросить денег на отдых.

Тупо потому, что мне достаточно этих средств.

— Нет, Костя. Я пришла сюда оттого, что мне нужно разрешение на выезд детей заграницу.

— Оп-па, — улыбается во весь рот, сволочь.

И я понимаю, что все бесполезно… Он удавится, но ни за что не подпишет разрешение.

— Конечно, Сашенька, — мерзко улыбается. — Конечно, я не подпишу это разрешение.

— У детей каникулы. Я хочу отвезти их на море. Это было нашей традицией, вспомни! — мой голос начинает дрожать.

За себя мне уже не больно. Но дети… как же мне больно за них, черт возьми!

— Ну ничего страшного, Сашенька. Посидите в городе, — говорит, до ужаса довольный собой. — И да, на всякий случай напомню тебе: если ты захочешь их куда-то отвезти, не забудь, что по субботам и воскресеньям я жду их у себя.

Шумно втягиваю носом воздух.

— Какая же ты… тварь, Костя, — вкладываю в эти слова всю свою ненависть. — Когда дети вырастут, я расскажу им, что ты вытворял. И вот тогда будь готов к тому, что подохнешь одинокой псиной, потому что именно этого ты достоин!

Разворачиваюсь и решительно выхожу, слушая в спину нападки и угрозы, обещания расправы и судебного иска за то, что я оскорбляла его.

Как добираюсь до машины, не помню. Срываю ее с места, проезжаю пару кварталов и набираю Ардашева.

— Что случилось? — резко спрашивает он, едва услышав мой голос.

— Он отказал. Представляешь, Тимур? — всхлипываю. — И напомнил мне, что я на выходных должна привезти ему детей, а это значит, что я не смогу на полную неделю увезти детей на отдых даже внутри страны.

— Мне жаль, Саша… — говорит после тихого вздоха. — У меня есть одна идея…