Семья для черного дракона

Глава 20

Где-то на границе драконьих островов.

Море сегодня было особенно неспокойным. Словно в самом ветре, что поднимал мощные черные волны и с силой швырял о скалы, в этом проявлении стихии притаилась беда.

И это в месте, где издавна царствовала смерть. В обители «Последний рассвет».

Про это место не говорят при свете дня, не обсуждают за чашечкой чая, им не пугают непослушных детей… Любой осужденный охотнее сам на себя веревку накинет и в яму спрыгнет, чем добровольно приблизится к острову с одним единственным полуразрушенным храмом.

Но именно сюда, со всех концов королевства свозили тела погибших от смертельных проклятий людей и драконов. Или почти погибших. Тех, у кого не было родственников, способных зажечь последнюю, поминальную свечу и очистить душу перед погребением. Или сожжением, что предпочтительнее, но дороже.

Монахи не делали разницы, часто просто молча сваливая прибывших в одну кучу, дабы на рассвете придать их священному огню.

Наверно, когда-то давно их пробовали лечить. Об этом говорил целый коридор, заполненный крохотными молельными комнатами с убогими койками и наспех сколоченными алтарями Светлейшего. А потом - или просто признали неэффективность сего действия или сам бог был против… Из храма «Последний рассвет» живым никто и никогда не возвращался.

Ибо даже монахи здесь были особенные.

Преподобный Тунк, высланный в обитель за прелюбодейство со вдовыми прихожанками и священник Горм, предпочитающий напитки покрепче вот уже десять лет бессменно встречали караваны с большой земли.

День ото дня, на закате.

Ловко перепрыгивая через повсеместно пролезающие угловатые скальные отложения, священник Горм спешил к подъезжающей по каменному мосту телеге, попутно поправляя тяжелый заплечный мешок с камнями.

За горючие камни, что используются для розжига священного пламени, трактирщик передает посредственное пойло. Не чета тому, что пробовал Горм, служа в пригородном храме. Но забористое. Аж до костей. Особенно в такую мерзкую погоду.

Но надеждам Горма на относительно терпимый вечер и крепкий сон е суждено было сбыться.

Трактирщик снова зажал доставку, в третий раз за неделю.

И тогда служитель не выдержал…

- Жди, - недовольно буркнул он, пряча за спину руку с бумагами. – не подпишу пока не проверю.

- Так что там проверять-то? – растерялся возничий.

- Как это что? А родственники усопших? Авось кто место в семейном склепе не пожалеет! Жди говорю! – приказал он. – кристаллом истины проверять будем.

И, подхватив под уздцы пегую толстоногую кобылку, повел телегу к храму. Будут знать, как добропорядочных служителей обманывать. А то камни берут, а взамен пшик!

Преподобному Тунку идея не понравилась. Ибо проверять то он действительно должен, это и в правилах написано, и по сану положено, да только вот уже лет шесть он постепенно выколупывал маленькие драгоценные камешки из оклада, подменяя их кристалликами морской соли. А подслеповатый Горн делал вид, что ничего не замечает. У каждого ведь свои слабости. А за камешек целых пять отпечатанных магией листов с прекрасными дамами дают.

Кристалл эти двое не включали ни разу. Но уверенными движениями водили над телами погибших.

На последнем, долговязым, посеревшем, худым до самых костей, со свалявшейся копной черных волос простолюдине кристалл ожил.

- И что мы будем делать? – растерялся Тунк. – Ты его сюда притащил, решай теперь проблему!

- А я что? Ты на меня то это не перекладывай!

- Карту неси.

- Зачем? – удивился Горн.

- Неси, неси. Посмотрим, куда ниточка протянется.

К удивлению обоих, голубая, едва осязаемая нить, вела вглубь Независимых земель. А проклятый – жив. Едва-едва, но все-таки жив. Словно дикая, первобытная жажда жизни внезапно проснулась и яростно вцепилась в душу проклятого.

- Ты это, - начал Тунк. – грузи-ка его в телегу, и поедем прокатимся.

- Куда?

- В Независимые земли. Доставим родственника домой.

Замок Рэтчер

Светившее в окна моих покоев солнце точно не было утренним. Хм… где все? Ни шороха за дверью, ни щебета переговаривающихся служанок. Даже вездесущего рабочего шума у стен замка. И Лео! Где мой сын?

Я едва не выбежала в коридор, вовремя вспомнив о надетом ночном костюме. Остановила меня подоспевшая Дороти.

- Выспалась? – радостно сказала она, передавая мне поднос с кофе и маленькими пирожными. – У нас сегодня поздний завтрак!

- Скорее ранний обед, - отшутилась я. – где все?

- Все решили дать тебе возможность отдохнуть. Я перехватила Лео. Кстати твои сын был совсем не против.

- И где сейчас этот маленький заговорщик?

- Примерно на середине своей насыщенной программы. – подмигнула Дороти. – Он позавтракал, потом представил всем графа, затем повел всех желающих для знакомства с крокодилом.

- О! Как все прошло?

- Достаточно весело. Призрачный позер даже ухитрялся подмигивать девушкам. Его признали достаточно милым. И красивее какой-то Лоэллы. Кто такая Лоэлла?

- Не знаю.

- Затем я передала Лео сыну Тодда. Ты же видела вчера мальчика-подростка среди вновь прибывших? Я пока не придумала куда пристроить паренька. Они играли, разбирали головоломки… Сейчас наш мальчик в кабинете управляющего.

- А что с остальными? – спросила я, поправляя идеально сидящий нежно зелёного цвета костюм из мягкого шелка.

- Самюэль согласился взять управление деревней. Экономку я оставила себе, - смутилась подруга. – у нее большой опыт. На самом деле – она уже очень помогла мне. Я даже успела записать к тебе пару интересных призраков.

Из Шейлы и Мари, это бывшие горничные, получатся хорошие швеи. Они учились этому с детства. Их мать была портнихой. Макс заказал в Вестмуре новомодные швейные машины. Нужно будет потом взять с собой, в Локсфорт, девочек. Пусть сами выберут, что нужно для работы.

Арон, наш будущий управляющий всеми делами вне замка, еще не пришел в себя. Но лекарь передал тебе, чтобы ты не волновалась и все самое страшное позади.

Договаривали мы уже у дверей кабинета.

Сын с усердием рассматривал расчерченные таблицы, в которых я узнала свои наработки по покупке муки провизии для жителей замка и общественных мест деревни. Надо сказать, что справлялась с этим всем я весьма посредственно. За часть ночи и почти до самого обеда братья не только разобрали мои часто хаотичные записки, но и привели все в подобие системы.

- Леди Рэтчер, рады вас видеть. – Тодд поприветствовал меня кивком головы и указал на расчетные книги, - Мы уже приступили к своим обязанностям. Я разобрал содержание замка и, откровенно говоря, часто цены просто грабительские.

- Мама, дядя Майк сказал, что на тебя почти напали упыри, - оторвавшись от листка строго проговорил сын. – ты мне не говорила, что тебя кто-то обижает!

- Все нормально, милый, дядя Майк со всем разберется. – заверила я сына, узнав, наконец имя своего управляющего.

- Что скажете обо всем этом? – обратилась я сразу к обоим братьям.

- Работы действительно много, но мы справимся! – заверил Тодд. – Вот, - он указал на лежащий возле меня плотный лист бумаги. – тут расчеты по мельнице и лесопилке.

- И еще, леди Рэтчер, - продолжил за брата Майк. – Трудности с людьми.

- Увы. Пока неразрешимые. Я подала объявления во многие конторы по найму. Но почти все соискатели хотят работать в городе, на крайний случай в замке. Мы уже проходили этот вариант с учителями и целителями. Вы же видели мои способности… Я предлагала беженцам из разоренных окраин поселиться на своих землях, и некоторые действительно согласились. Этого недостаточно. В принципе у соседей та же проблема.

- Вот, - мужчина протянул одну из рабочих записных книжек, оставленных для заметок. – я здесь набросал список деревень. Верхние на землях нашего прошлого нанимателя. Насколько я знаю все они выставлены на торги. Я думаю большая часть охотно согласится на переезд в обмен на помощь с устройством и стабильность. Я видел в расчетных книгах, что вы давали скот и семена для посадки.

- Не только. Еще немного обеспечивала продуктами на первое время. Но этого я нигде не учитывала.

- Вам говорили, что вы потрясающая, леди Рэтчер? – смущенно проговорил Майк.

- Я говорил! – вмешался Лео.

- Следующие, вот здесь, - продолжил управляющий. – это деревни, в которых по разным причинам, прекращено производство. Люди там в долгах и привязаны к землям. Если предложить им погашение долга перед короной за, скажем…десять лет жизни и работы на вашей земле, они, возможно тоже согласятся. Вы ведь сможете доставить нас с братом во все эти места? По моим расчётам до заморозков у нас будет достаточно рабочих рук, чтобы подготовиться к полноценной посевной.

- Разумеется. Как скоро вы сможете все подготовить?

- Думаю, к выздоровлению Арона примерный план будет готов. Хотелось бы, чтобы выбором рабочих он занимался сам.

- Это разумно – согласилась я.

- Тодд, - обратилась я мужчине. – ваш сын, он ведь обучен грамоте и счету?

- Да, леди. Он прошел школьный курс в прошлом году. – с гордостью ответил он.

- Моему сыну требуется компаньон. И верный ему одному человек. Не мне, а именно Лео, - уточнила я. – это важно. В дальнейшем старший наставник и секретарь.

- Леди, это слишком хорошее предложение, - смутился управляющий. – как я могу отблагодарить вас?

- Что вы! Это я не знаю, как выразить вам всем свою благодарность…

Новые работники заметно разгрузили мой день для сына. Мы стали заметно больше времени проводить вместе и даже открыли для себя прогулку по холмам, где мой маленький дракончик мог вдоволь набегаться и выпустить в воздух немного огня.

Я смогла возобновить практику и продолжить помогать блуждающим призракам. И пара, стоящая сейчас передо мной, пришла как раз ко времени записи.

Систему, придуманную Дороти я оценила очень высоко. Раньше призрачные гости приходили в любое время. Будь то утро или глубокая ночь. Конечно, самые тактичные из них скромно дожидались моего пробуждения. Но были и те, которые всячески показывали собственное присутствие.

Например, джентльмен, застреленный обиженным противником на дуэли, перебудил добрую половину замка, и, буквально вытащив меня из теплой постели, упросил отправить письма всем его родственникам. С извинениями, что немного, но оправдало его в моих глазах.

Большим тактом отличались совсем молодые юноши и девушки, и, что потом долго не давало мне покоя – дети. Пожалуй, самое страшное, что могло случится в этой моей работе, это услышать тоненькое «Передайте маме…»

Скольких матерей я успела посетить и хоть немного утешить? Я старалась не считать. И, разумеется, не брать с них никакой платы.

Но были и те, кто был искренне доволен своей жизнью. Двое из них сейчас как раз стояли вблизи моего рабочего кресла.

- Дэя, - обратился ко мне некогда статный широкоплечий мужчина по имени, которым были подписаны газетные объявления. – мы с моей Вероной только обрели друг друга. Представляете: я обитал в сторожке у водонапорной башни, а моя любовь в садах. Всего в полудне пути! Нас свела сама судьба, чтобы мы вместе коротали нашу вечность.

- Искренне рада за вас. – сказала я. – но чем же я могу вам быть полезной?

- Понимаете… Верона она… не разведена. И эта трагическая случайность мешает нам быть вместе.

- Но, - попыталась возразить я. – ваше посмертие освобождает вас любых ранее данных клятв. Вы даже сможете вместе уйти на перерождение. Несколько лет назад у меня уже был подобный случай. Это не тайна, мой предыдущий законник обрел свое счастье уже после своей трагической гибели. У его супруги тоже были сложности семейного характера. Но они совсем не мешали им быть вместе.

- Мой муж, - вмешалась до этого момента молчавшая девушка в струящимся голубом платье. – все дело в нем. Мы с Берти, - начала она. – в этом браке не было любви, но мы безгранично уважали друг друга. Он трепетно заботился обо мне, ведь я всегда была хрупка здоровьем. Лихорадка, перенесенная в детстве, дала серьезные осложнения. Мы возвращались с приема, через дивный яблоневый сад, но по пути попали под дождь. Коляска была открытой, и я простудилась. Я ведь не оставила Берти после того, как простуда забрала меня. Но, мне кажется, сделала только хуже.

Редкий призрак действительно понимает, что это так. Пусть живые и не видят, в большинстве своем, окружающие их сущности. Но чувствуют. Иногда почти незаметно, как легкое воспоминание. Запах духов или крепкого табака, дуновение ветра, скрип, шорох… Но бывает и явное, когда шорохи и голоса сводят с ума, превращая жизнь в ад. Так было с бедной родственницей донны, из города-курорта на морском побережье. У слоящей напротив меня девушки были все шансы стать таким вот призраком. Будь в ней чуть побольше обиды. От этого помочь паре хотелось особенно остро.

Несколько недель назад у меня на приеме был живой человек, которого преследовал призрак. В неудачно купленном домишке, добротном, из светлого камня, на окраине Локсфорта, оказался неожиданный сосед. Который буквально перевернул спокойную жизнь домочадцев. И едва не пустил по ветру маленькую сыроварню. О бедах этой семьи я узнала случайно, от друга домовладельца, что жил в моей деревне. Призрака пришлось развеять. Что никогда не доставляло мне удовольствия. Ведь каждый такой дух когда-то просто не дождался помощи.

А девушка молодец. Вовремя поняла, что своим присутствием усугубляет чувство вины живого человека. И отпустила его, обосновавшись в яблоневом саду.

- Он сам меня не отпускает. – подтвердила мои опасения призрачная Верона. – Берти зовет меня. Каждую ночь. Зовет и плачет.

- Мы хотим убраться отсюда. – пояснил мужчина. – Путешествовать, мир посмотреть, на островах побывать, в империи… Да у нас идей на пять жизней вперед. А потом и на перерождение можно.

- Красивые планы, - поддержала я. – мне нужен адрес вашего супруга.

Карта без усилий показал на скромное, некогда цветущее поместье в пригороде Видена. И я немедленно приступила к работе.

Отсутствие слуг явно бросалось в глаза. А мужчина, пустыми глазами взиравший на меня вызывал только жалость. Из сумочки я достала плотно закрытый кувшин с успокаивающим отваром и две кружки. Мне тоже не помешает. Берти почти сгорел от терзавшей его боли. Не будь он слабым магом, спасать уже бы было некого.

- Я не лекарь для больных душ, - начала я. – но это поможет.

- Зачем вы здесь? – спросил мужчина, аккуратно отпив из кружки.

- Меня попросила Верона.

- Вероны больше нет… - прошептал Берти.

- Я знаю.

- Это я виноват.

- Может вы вызвали дождь, который промочил до нитки вашу супругу? Или детскую лихорадку? В чем вы вините себя, Бертран?

- Я не смог ее спасти. Я слабый лекарь. Никчемный!

- Вы не смогли бы ее спасти. Даже будь вы сильнее королевского целителя.

- Почему?

- Потому что пришло ее время. Так бывает.

- Вы можете ее увидеть? – с надеждой прошептал он.

- Да, у меня небольшое свое дело. Я помогаю таким как она отправиться на перерождение. Ко мне обратилась ваша усопшая супруга. – пояснила я, частично изменив ситуацию. Не стоит еще сильнее расстраивать мужчину.

- Скажите, она была счастлива со мной? – с надеждой спросил он.

- И при жизни с вами, и сейчас – она счастлива, - утвердительно кивнула, – только тревожится за вас. Вы практически довели себя, Бертран. Отпустите ее. – уже от себя добавила я.

- Мне нужно отпустить ее?

- Да. Вам ведь есть чем заняться? Вы говорили, что вы лекарь?

- Был лекарь. Наверное, начну заново, - неуверенно проговорил мужчина. – уеду.

- Послушайте, - предложила я, протянув мужчине свою карточку. – у меня графство в Независимых землях. Есть практика, правда в деревне, но есть хороший дом. Достойное содержание я обещаю, уже построена небольшая лекарня, на шесть палат. Кабинет, смотровые. Даже немного оборудована, и, будь там постоянный лекарь, приобрела бы все недостающее. Лучшего качества. И я понимаю, что вам, после города, может показаться недостойным лечить простолюдинов и шеспов, но, если вы подумаете?

- Я подумаю, - прошептал Берти. И взял карточку.

На размышления ему понадобилось долгих четыре недели. И, увидев в центре деревни большого размера обоз из трех телег и Бертрана в сопровождении трех женщин и мужчины я удостоверилась, что ждала не зря.

Но пока я принимала клятвы и помогала обустраиваться новым жителям графства, в маленькой почтовой коробке появилось послание.

От моего человека, что живет в рабочем квартале столицы.