Арина
В приемной сталкиваемся с медсестрой.
— Евгения Петровна, отведите Арину… Простите, как ваше отчество? — Давид бросает на меня быстрый взгляд, уточняя.
— Арина Игоревна. Филатова, — отвечаю, шмыгая носом.
— Отведите Арину Игоревну в мой административный кабинет. Вот ключ-карта. И дайте ей что-нибудь успокоительное.
Медсестра растерянно берет у доктора ключ.
— Но.… — начинает она, неуверенно переводя взгляд с меня на Давида.
— Под мою ответственность, — спокойно добавляет Руднев, и та облегченно вздыхает.
— Хорошо.
— Мирошниченко? — Давид называет фамилию и быстро оглядывает пациенток. Одна из женщин встает и молча идет за ним в кабинет.
Я растерянно задерживаюсь у двери, которую только что закрыл за собой Дава.
Мой взгляд цепляется за строгую акриловую табличку:
Руднев Давид Артурович.
Заведующий гинекологическим отделением.
Врач акушер-гинеколог.
Кандидат медицинских наук.
В самом низу аккуратные строки — расписание приема и дни недели.
Боже, как я могла перепутать отделения?
Еще и претензии предъявила не тому врачу.
Кошмар….
— Могли бы вы снять верхнюю одежду и надеть бахилы? — медсестра негромко окликает меня, вырывая из потока мыслей.
— О, простите. В спешке совсем забыла, — бормочу я, торопливо снимая пальто и надевая бахилы, ловко поддевая их на носок.
Мы выходим в коридор.
— А, вот вы где! — появившийся из ниоткуда охранник стреляет в меня суровым взглядом. — Девушка, пройдемте, пожалуйста, к выходу.
— Все в порядке, Борис, — мгновенно реагирует медсестра. — Руднев велел отвести клиентку в его кабинет наверх.
Охранник медлит, потом кивает и, сообщив по рации напарнику: «Отбой!», сразу же уходит.
Вскоре лифт поднимает нас на самый верх.
Мы выходим в коридор, который совсем не напоминает больничный: это скорее стильный офис, выдержан в элегантных серо-коричневых тонах, с качественным европейским ремонтом и продуманными дизайнерскими элементами.
На стенах висят абстрактные картины, вдоль прохода стоят большие кадки с деревьями, а половину этажа занимает просторная зона со стеклянной панорамной стеной, открывающей вид на город.
Безусловно, одна из ведущих клиник города, только, к сожалению, мне не повезло убедиться в этом на собственном опыте. Остается только надеяться, что Давид сможет разобраться с этой ужасной ошибкой, которая разрушила мой брак и повергла меня в полнейший шок.
— Дождитесь Давида Артуровича здесь, — говорит медработница, прикладывая ключ-карту к замку.
Я снова читаю табличку, и на этот раз мои глаза невольно округляются от удивления.
Руднев Давид Артурович — директор клиники «Фемина»?
Такой молодой…. Сколько ему? Лет тридцать с лишним? А уже кандидат медицинских наук.
Впрочем, Марат в сорок два стал министром...
— Пожалуйста, не предпринимайте никаких необдуманных действий, — продолжает инструктировать медсестра. — Здесь все под камерами, охрана реагирует мгновенно. Вам принести успокоительное?
— Нет, спасибо. Лучше воды, — тихо произношу.
Мы входим в кабинет. В нос сразу бьет приятный запах кожи и кардамона, воздух свежий, будто только что проветривали. Я останавливаюсь посреди кабинета, не решаясь выбрать место.
— Садитесь на диван, я сейчас принесу вам воду. Предпочитаете с газом или без?
— Мне без разницы.
Не проходит и минуты, как женщина почти бесшумно открывает скрытый холодильник, достает бутылку минеральной воды, находит в шкафчике стакан и коробку шоколада. Все это аккуратно ставит на журнальный столик передо мной, рядом кладет пульт от огромной плазмы на стене.
— Угощайтесь. Можете включить телевизор, чтобы скоротать время. Давид Артурович скоро будет. Может, еще что-нибудь?
— Нет, не нужно, — говорю я, откладывая пальто и сумку рядом на кожаный диван.
— Тогда я оставлю вас. Всего доброго, Арина Игоревна.
Дверь мягко закрывается, и в кабинете становится особенно тихо. Настолько тихо, что начинает звенеть в ушах.
Снимаю крышку с бутылки, лью в стакан прохладную воду, делаю несколько глотков и облегченно вздыхаю.
Здесь и правда спокойно. Словно в другой реальности.
Вот только мою ситуацию это не изменит…