Арина
— Все не так просто Скарлет! Вы выгнали меня из супружеской спальни, чтобы предаваться мечтам об Эшли! Сегодня вам это не удастся! — уверенно заявляет Батлер и, подхватив занозу Скарлет на руки, несет по лестнице в спальню.
— И все же хороший секс — один из залогов успешной и крепкой семьи. Как вишенка на торте — делает женщину счастливой и психически здоровой, — замечает Лидия Петровна, глядя, как Скарлет пробуждается и лениво потягивается в постели после жаркой ночи с Редом.
И правда, секс творит чудеса…
Думаю об этом и чувствую, как заливаюсь краской.
Казалось бы, фильм вовсе без эротики, но, обсуждая сцены, мать Давида будто относит их ко мне.
Боже, поскорее бы отсюда уехать и не сгорать от стыда.
Возможно, я накручиваю себя, но она ведь не наивная. Прекрасно понимает, чем мы с ее сыном здесь занимались.
Господи, как это пережить?..
— Кхм…. Кхм… — за спиной раздается знакомой мужской тембр, и я едва не подскакиваю на месте, оборачиваясь и встречая взгляд Руднева.
Выспался?
Оцениваю его будто бы бодрое, но в то же время сохраняющее сонную припухлость лицо, только что оторванное от подушки.
Если да, то это прекрасно! Наконец мы покинем этот дом, и я уеду домой.
— Ужинать будете? — тут же интересуется мать Давида, нажимая кнопку паузы на пульте.
— Нет. Мы с Ариной заедем в ресторан, — отвечает Дава, целуя родительницу в висок. — Отдыхай, мама.
— Хорошо. Приятного вечера, — улыбнувшись, Лидия Петровна возвращается к просмотру фильма, а я отношу пустую чашку на кухню. Мою ее и ставлю на место в шкафчик.
— Ты матери звонила? — интересуется Руднев, протягивая кухонное полотенце.
— Нет. Не стала брать твой телефон, — отвечаю, вытирая руки и вешая полотенце на крючок.
— Держи, — Давид достает телефон из заднего кармана джинсов и протягивает его мне. — Позвони ей, я принесу твое пальто. Ничего не забыла в спальне?
— Кажется, нет, — качаю головой, прикладывая мобильный к уху, поскольку на вызов Руднев уже нажал.
— Давид? — с той стороны трубки раздается взволнованный мамин голос.
— Здравствуй, мама, это я.
— Арина? Господи, ты знаешь, какой сегодня день и который час? Вчера пропала и ни слуху ни духу! Как так можно? Взрослая женщина, на грани развода, бросила на нас сына и ведешь себя как... как.… — мама запинается. От возмущения у нее перехватывает дыхание. На расстоянии чувствую ее злость.
— Как кто, мама? — вздыхаю, закатывая глаза. У самой на языке вертится «шлендра»… — Продолжай, не стесняйся.
— Сама знаешь, как кто, — бурчит она.
— Хорошего же ты обо мне мнения, — нервно усмехаюсь.
— А что мне думать, Арин? — снова вспыляется мать. — Уехала с незнакомым мужиком черт знает куда, пропала на полтора суток! Ты в своем уме? Не успела с мужем развестись, как уже прыгнула в постель к первому встречному! Отца бы постыдилась! Он, кстати, места себе не находит. Жди с ним серьезный разговор!
Господи, час от часу не легче.
Лучше бы Юльку воспитывали. Дочь беременная, а они ни сном ни духом…
— Я давно взрослая, мама. Я не обязана отчитываться ни перед кем. И перед тобой с отцом тоже.
— Конечно… — с ехидством тянет мама. — А вчера, когда Марат сдурел и выгнал тебя с сыном на улицу в ночь, ты к кому примчалась? Не к родителям?
— Ты права, — говорю я, устремив задумчивый взгляд в окно. — Лучше бы я поехала с Никитой в отель.
— Ты в своем уме?! — негодует мать, а я морщусь от ее крика.
Хочется бросить все, собрать сумку и сбежать с Никитой хоть на край света, подальше от всех.
Они ж мне теперь спокойно жить не дадут. Начнут контролировать каждый мой шаг. Да конечно! Вернусь домой и сразу займусь поисками новой квартиры. Надо будет заехать в нашу с Маратом. Проверить, работают ли там замки и можно ли туда переехать с Никиткой. Возможно, какое-то время поживу в ней. В конце концов, я имею на нее такое же право, как и мой муж.
— Прости, мама, — с трудом сдерживаюсь, чтобы не сорваться, — сейчас не могу долго говорить. Мы уже выезжаем. Скоро буду дома. Поцелуй Никиту от меня. Как он?
— С дедом во дворе гуляет, — вздыхает мама.
— Как бровь? Повязку сменили?
— Конечно. Или ты думала будем тебя дожидаться?
— До встречи, мам.
Сбрасываю звонок и прислоняюсь лбом к кухонному шкафчику.
Вот и повеселилась, Арина.
Вовремя уехала с Давидом на дачу.
Да что ж такое? Неужели я не могу строить свою жизнь так, как хочу????
— Все в порядке? — в кухне раздается голос Руднева.
— Нет.… — верчу головой, слушая, как в ушах отдается гулкий ритм встревоженного сердца. — Я не знаю.
Оторвав себя от кухонного пенала, возвращаю владельцу телефон, надеваю пальто, автоматически засовываю руки в карманы и нащупываю связку ключей. Проверяю, есть ли там ключ от городской квартиры. И как только нахожу его среди других, с облегчением выдыхаю.
— Давид? Могу я попросить тебя об одолжении? — мне неловко отнимать у него столько времени, но я рискую, заставляя себя заглянуть ему в глаза.
— Конечно, — он тепло улыбается, пряча мобильный и портмоне в дубленку. — Что нужно?
— Подбрось меня по одному адресу.
— Как скажешь. Можем выдвигаться?
— Да. Пожалуй, нам пора.