Арина
— У нас произошла неприятность, — отвечаю я, с осторожностью присматриваясь к мужчине. — Машина заглохла, не заводится. Все отключилось.
— Давайте я посмотрю, — предлагает незнакомец, подходя к седану. — Давно вы здесь мерзнете?
— Не знаю. Телефон сел. Минут двадцать на трассе стоим. Никто, кроме вас, не остановился.
— Был бы я вашим мужем, за эту неразумную выходку я бы вам…
— Вы мне не муж! — остро реагирую я, перебивая его и устанавливая между нами границы.
Мужчина сдержанно игнорирует мой резкий тон.
Ощутив неловкость за бестактность, я поспешно извиняюсь.
— Ребенку холодно, — заключает он спустя короткое время, оценивая поведение перевозбужденного Никиты. — Идите в мою машину. Согрейтесь.
— Моя не заведется? — спрашиваю, наблюдая, как незнакомец открывает капот, возится внутри, потом садится за руль, что-то проверяет на панели приборов.
— Думаю, ваша машина находится в режиме защиты от угона. Это ваш автомобиль? — его пристальный взгляд скользит по мне сквозь снежную пелену.
— М-м-моя… — мямлю я, растерянно. — Муж подарил год назад.
— Ясно, — заключает он, переводя взгляд на свою машину.
— Ничего вам не ясно! — меня снова на эмоциях взрывает.
Все, что связано с Маратом, словно током бьет по оголенным нервам.
— Мы с мужем поссорились. Видимо, он решил, что я не достойна его подарка. Я не крала автомобиль! — повышаю тон. — Я похожа на воровку?
— Успокойтесь, я вас ни в чем не обвиняю. Всего лишь поинтересовался, — мужчина захлопывает дверцу моего седана и закрывает капот. — Давайте так: я подброшу вас до города, а с мужем вы сами разберетесь. Чужие семейные разборки мне, правда, не интересны. Договорились?
— А…. как же… — перевожу растерянный взгляд на свое транспортное средство.
— Автомобиль можете оставить здесь, его никто не угонит. Куда вас отвезти?
— К родителям, — судорожно выдыхаю я, испытывая смешанные чувства страха и радости. — Басманный переулок, дом 28. В машине нужно забрать багаж.
Незнакомец молча кивает, открывает заднюю дверь, опускает спинку сидений и достает чемодан.
— Пойдемте, — коротко бросает он, направляясь к своему внедорожнику.
Я поспешно иду следом, обнимая ребенка — пальцы онемели от холода, лицо от слез горит.
— Мама, я к папе хочу…. — ноет Никита, оглядываясь через плечо в сторону поселка.
Мужчина останавливается, открывает нам заднюю дверь и, наклонившись к сыну, спрашивает:
— Как тебя зовут?
— Никита, — бурчит малый, пряча лицо в воротник.
— Никит, могу я тебя подержать, пока мама займет свое место и пристегнет ремень безопасности? Это необходимая мера, — поясняет он мягким заботливым и доверительным тембром.
К моему удивлению, сын неожиданно кивает и перебирается к нему на руки.
— А маму как зовут? — продолжает мужчина, помогая мне устроиться в теплом салоне.
— Ариша, — копируя тон собеседника, отвечает сын.
— А папу?
— Марат.
Меня снова прошибает током, но в этот раз я молчу.
Боюсь нарушить воцарившийся порядок.
— А лет тебе сколько?
— Три! — гордо заявляет сын, чуть приободрившись.
— Вот это да, какой ты взрослый! Я — Дава. Рад знакомству, — улыбается незнакомец, осторожно придерживая Никиту. — Ну что, Никитос, поедем к бабушке в гости?
Сын кивает, прижимаясь к чужому мужчине, будто к родному.
Обычно Никитка сторонится чужих, но тут, словно что-то подталкивает его это сделать.
Застегнув ремень безопасности, я забираю сына на руки и, наконец, спокойно выдыхаю, когда за нами захлопывается дверь, отсекая холод и тревогу.
В голове неожиданно звучит: «Дава» — имя, от которого становится еще теплее.
Нужно будет поблагодарить его за внимательность и доброту…