Давид
Арина садится в тачку. Пристегиваю ремнем безопасности, а затем громко хлопаю дверцей, потому что каждый шаг с таким «достоянием» в штанах превращается в настоящую пытку.
Обойдя машину, поправляю налитый похотью член, а затем умываюсь снегом.
Лицо пылает от жара. В паху адская тяжесть. Стояк пульсирует, яйца ощущаются каменными, будто я сто лет не трахал баб. Вдобавок кажется, что этот день растянулся до бесконечности. Ар-р-р-р-р!!!!
Вдыхаю глубже морозный воздух, как только в башке проясняется — выдыхаю. Повторяю несколько раз, пока не прихожу в норму. Еще бы снять напряжение в паху, и было бы все зашибись.
Сажусь в машину, молча завожу мотор и срываюсь с места.
Голодный во всех смыслах, насквозь мокрый от снега, с расшатанной психикой, я набираю родственника.
— Дядь Валер, приветствую! Это Давид. Можешь баню растопить для меня и гостьи моей?
Машинально фиксирую состояние Арины.
Утонув в мыслях, кусая губы, она смотрит в окно.
— Здравствуй, племяш! Конечно, могу, — отзывается дядька. — Баня уже горячая. Олежа должен был приехать, но что-то не срослось, так что ждать никого не придется.
— Супер! Баранину для шашлыка достать сможешь?
— Да заходи и бери. Вчера был свежий забой. Матери твоей ягненка обещал, передашь ей. Ты сегодня в столицу обратно едешь?
— Нет, — твердо отвечаю, сжимая руль. — Заночуем на даче. Не хочу вырываться в ночь. Завтра поедем обратно.
— Вот и отлично. Пойду-ка я подкину дровишек. Когда ждать?
— Уже почти приехали, — отвечаю, сворачивая к поселку. Пять минут пути — и мы на месте. — Готовь баню, крестный, и мясо для шашлыка.
— Да не вопрос! Давай, сынок, до скорого.
Сбрасываю звонок и, опираясь на жизненный опыт в общении с девушками, считаю до двух.
Раз… два….
— Баня??? — пораженно спрашивает Арина, округляя безумно красивые глаза.
«Бинго!» — ухмыляюсь я, испытывая долгожданное расслабление в зоне паха.
— Есть противопоказания? — уточняя, подъезжаю к открытым настежь воротам и сразу же ныряю во двор. Паркуюсь у расчищенного от снега крыльца. Глушу мотор и следом удостаиваю прямым взглядом гостью. Она слегка тушуется.
— Нет, но… ты о бане ничего не говорил. Слишком много сюрпризов, Давид. И баня.… — это уже слишком! — последнее выдает с возмущением.
В целом, именно этого я и ждал. Ну ничего, как говорится, где наша не пропадала! Справлюсь. Главное — правильная стратегия. Раз уж взялся за дело, буду спасать ситуацию.
— Баня, Ариша, это здоровье. Тебя что-то смущает?
— Париться с тобой я не буду, — категорично заявляет.
Оцениваю ее промокшее от снега пальто, джинсы, влажные пряди на затылке и хмыкаю.
Состоявшаяся женщина, а капризничает, как девчонка.
— Было бы идеально попариться голышом, — говорю невозмутимо, слегка поддразнивая ее, — но раз ты такая стеснительная, останешься в нижнем белье. Я тебя не съем.
— Можешь уже забыть об этой безумной идее, — шипит Ариша, безуспешно пытаясь найти пальцами дверную ручку позади себя. — Попаришься в одиночку! Больше на твои уловки я не поведусь. Даже не мечтай!
— Я ведь могу заставить, — ухмыляюсь, не снимая блока с двери.
— Ты не посмеешь, — поняв в чем дело, гостья нервно сдувает упавшую на лицо прядь.
— Посмотрим. Я умею быть очень убедительным, — продолжаю сидеть расслабленно и любоваться ее харизмой.
— Даже не сомневаюсь, только тогда не обижайся, если я врежу тебе промеж ног.
— Заметано, — наигранно вздыхаю.
— Ты сейчас серьезно? — теряется Рина.
— Ты не рискнешь. Бить мужчину по яйцам — последнее дело.
— Пошляк!
— Ежонок, — не могу сдержать искреннего смеха.
— Боже, Давид, открой эту чертову дверь!
Заливаясь краской до самых ушей, отворачивается ко мне спиной.
Щелкаю замком и первым покидаю автомобиль.