В активном поиске

Глава 48 — Стоящий вариант

Нежа

— Вик, что-то срочное? — запыхавшись, отвечаю я все-таки на звонок лучшей подруги, таща на себе чемодан, рюкзак и еще четыре пакета из магазинов, в которых только что затарилась. Чурчхелу, пахлаву, чачу и специи ведь никто не отменял, а мы с Крынской еще к ее предкам в деревню собирались заехать. Негоже как-то с пустыми руками с курортов Краснодарского края приезжать.

— Да не то, чтобы очень, Неж.

— Тогда, может, давай потом поболтаем, а?

— Потом ты меня придушишь, что сразу не сказала.

— Да?

— Сто пудов!

— Ну, погоди, хоть присяду, а то я тут с тридцатью авоськами тащусь, аки груженый верблюд.

— Жду.

Найдя себе место в шумном аэропорту, я на короткий миг перевела дух и отрапортовала.

— Все, я готова к труду и обороне, Виктория Викторовна. Пли!

— Слушай...

— Ась?

— Ты не против, если мы на празднование моего дня рождения пойдем не в клуб, а в хороший ресторан?

— Не против, — качнула я головой, хотя была, вообще-то, против.

Мне бы нажраться с горя, а потом подыхать полдня от похмелья. Хоть какое-то разнообразие на фоне моей сердечной боли и разбитого в дребезги сердца. Но, ежели именинница изъявила желание идти в ресторан, то, как я могу ей это запретить? Посидим чинно, благородно, устриц поедим и дефлопе. Лучший в Москве!

— Ну, вообще-то, там будет место, где подвигаться под живую музыку. А еще планируется выступление известных стендап-комиков.

— У меня уже был один — неизвестный. Сжалься, Крынская, — промямлила я и глянула на часы, прикидывая мысленно, сколько времени у меня осталось до конца регистрации. Ничего, вроде не должна опоздать.

— Ты не сравнивай божий дар с яичницей, Романова.

— Я согласна на все, кроме голодовки, Вика. Это все?

— Нет.

— Так, выкладывай, я внемлю, — потянула я тоскливо, оглядывая бесконечный поток пассажиров, спешащих по своим делам, и гадала, встретиться ли мне здесь сегодня хотя бы мельком Градов. Вот бы да — а вдруг опять по делам прилетел. Увидеть бы его и передохнуть от тоски.

Дура! Боже мой, какая же я жалкая, безвольная, влюбленная до безобразия дура!

— Ты же не против, если нам компанию сегодня вечером составит Вельцин?

— Не против, конечно, — скороговоркой выдала я, не особо вникая в то, что говорит подруга, но тут же подскочила со своего места и форменно заорала в трубку, — ЧТО???

И плевать мне было, что на меня все смотрят, как на городскую сумасшедшую.

— Мы помирились, Неж.

— Когда?

— Ну, еще в понедельник.

— И ты рассказываешь мне об этом только сейчас? Да ты...! Да я тебя...!

— Ты сама не брала трубку и писала, что занята на неделе.

— Я страдала! — нашлась я с самым удобоваримым аргументом, хотя понимала, что он так себе.

— Да или нет, Неж?

— Блин, конечно, я не против, но тебя при встрече покусаю, так и знай, — по истерзанным и щедро посыпанным солью душевным ранам полилось блаженное тепло, действуя, как временный, но сильнодействующий анестетик. Я радовалась за подругу, как за саму себя и желала ей бесконечного счастья с ее лысым гоблином.

— Кусай, сколько хочешь, — рассмеялась Вика легко и заразительно, — но у меня к тебе есть еще один вопрос.

— Что, ты уже беременная от Санька двойней, вы женитесь в следующем месяце, и тебе нужна свидетельница на свадьбе? Я согласна, так и знай! — с энтузиазмом и скороговоркой произнесла я, а Крынская снова захихикала.

— Нет, но об этом мы поговорим чуть позже.

— Капец, я уже люблю твоего гоблина, так ему и передай. Не мужик, а мечта!

— Сама не могу нарадоваться.

— Дай погонять.

— Романова!

— Да шутю я, шутю! — улыбнулась я и прикрыла глаза, от всего сердца преисполненная довольством за подругу.

— Ладно, горемычная. Но я вот о чем хотела спросить: ты не возражаешь, если Саша будет не один, а со своим лучшим другом?

— Возражаю! — решительно выпалила я, понимая, куда именно клонит Крынская.

— Да, погоди ты!

— Вика, замолчи!

— Там вариант стоящий, подруга! Красивый, богатый, без вредных привычек. Мухи не обидит! И, что самое главное, Саша сказал, что волосы на голове у него растут и во рту все зубы свои, унитазов нет. Видишь, все как ты любишь, Нежа!

— Плевать! Не надо меня ни с кем сватать, Вика!

— Да чего ты так завелась-то? Так и будешь по своему порнодоктору сохнуть до китайской пасхи, да?

— А вот и буду!

— Нежа...

— Я не готова, Вика. Я люблю его до сих пор, понимаешь? А другому мужчине я просто потреплю нервы, потрачу его время и все. У меня внутри все сломано. Ничего не получится, я это точно знаю...

— Но...

— Ты бы сама смогла еще в воскресенье пойти на свидание с другим? — зашла я с козырей.

— Нет, — обреченно выдохнула Вика после непродолжительного молчания.

— Вот и я — нет.

— Ладно. Я просто хотела помочь.

— Спасибо тебе, подруга! И я правда тебе благодарна за внимание, но больше не стоит, — сменила я гнев на милость и выдохнула. — Но если ты сама хочешь познакомиться с лучшим другом своего любимого мужчины, то кто я такая, чтобы быть против? Пусть приходит. Пообщаемся, потравим байки из склепа. Почему нет? Но только без сватовства, я тебя умоляю.

— Не будет, — заверила меня Крынская. — Вот те крест!

— От души! И да, встречать меня не надо. Я с самолета сразу домой, немного подремлю, если позволят нервишки, а потом приведу себя в порядок и к тебе рвану. Идет?

— Может, мы с Сашей подхватим тебя по пути?

— Ой, лучше не надо, — скривилась я, — вы всю дорогу будете сюсюкаться, переплетать ручки и смотреть друг на друга влюбленным взглядом, а я на заднем сидении буду вам по-черному завидовать. Не дай бог сглаз еще какой прицепиться. Кто его знает, что там у нас в семье за родословная. Одни трусы дебильные чего стоят!

— Романова, тормози, — хихикала в трубку подруга, но меня уже было не остановить.

— Шли явки и пароли, обещаю быть без опоздания.

— Договорились.

— До встречи, Викусь!

— До встречи, Нежка.

Друга она мне сватать собралась, пф-ф-ф...

Нет уж, хватит с меня мужиков. Все, решено, завожу кошек, да побольше. Они, если и насерут, то хотя бы не в душу...

По прилету в Москву на меня накатила какая-то щемящая ностальгия. Будто бы я все время вдалеке от дома дышала не воздухом, а углекислым газом. И отравилась. А теперь накачала легкие под завязку и улыбалась только оттого, что видела вечно недовольные всем подряд физиономии москвичей, бесконечные пробки и перекопанные тротуары, где в очередной раз меняли бордюры.

И где-то здесь, в этой бескрайней толчее был ОН — мужчина, которому я была не нужна. Живет себе припеваючи, наверное, и даже не догадывается, что где-то по нему сохнет глупая Снежана Денисовна, мечтая хотя бы мельком увидеть его высокую фигуру в толпе. Вполне возможно, что у Градова уже давно появилась новая пассия. Или две. Или сразу три. А чего нет? С сексуальными аппетитами порно-доктора немудрено. С него станется и целый гарем завести.

От этой отравляющей мысли настроение мгновенно опустилось ниже плинтуса, а все во мне в моменте скисло и истлело. Вот только мусолить в своей голове я все это дерьмо не перестала, представляя, какую именно женщину Влад мог найти себе в постоянные и покладистые любовницы. Ну, ясень-хрясень, потрясающую. Красивую, стройную, знойную и готовую на любые подвиги. А еще тупую! Да, да, при всей своей шокирующей красоте, пусть его будущая зазноба будет хотя бы непроходима глупа. И чтобы капала на его мозг, словно соляной кислотой, каждый день всякими идиотскими речами.

Так мне хотя бы не будет настолько тошно осознавать, что я осталась в пролете.

Хотя и сама дура, чего уж там скрывать. Ну какая муха укусила меня в мой зад, что я не могла даже шанса Владу оставить? Ведь можно же было просто выслушать его. Попробовать хотя бы что-то. Москва, в конце концов, тоже не сразу строилась.

Но нет, я надула губу, как чванливая гусыня! Подавай мне в кратчайшие сроки звезду с неба и кольцо с брильянтом, как гарантию того, что никто меня не поматросит и не бросит.

А сама чего?

Разве я хоть слово ртом ему нормально сказала, о том, что меня что-то не устраивает или я что-то хочу изменить между нами? Нет, я орала как резаное порося, а потом снова пускала этого похотливого мужика в свои трусы. Разве можно теперь обвинять Градова в том, что он не захотел ничего менять?

Зачем, когда баба в принципе на все согласна?

Даже я со своим женским мозгом и притянутой за уши правдой, сейчас понимала, что феерично косячила на каждом шагу. Не то, чтобы Влад был святым мучеником. Пф-ф-ф, ну разумеется, это не так. Но и винить его во всех грехах — это уже явный перебор.

А может, позвонить ему? Сказать честно, мол, так и так, Градов, я тут открыла для себя Америку и то, что непроходимая идиотка и истеричка. Бросай свою тупую вертихвостку и возвращайся ко мне. Я тебе все прощу!

Скорее всего, он пошлет меня понятным маршрутом на звучные три буквы, но за спрос же не бьют. Да и как там говорят? Лучше сделать и пожалеть, чем не сделать и всю жизнь корить себя за трусость. Что ж, я даже зависла над номером Влада в телефоне, который давным-давно вытащила из бана и какое-то время помедитировала над ним под бешеный стук собственного сердца, которое срывалось с цепи и орало мне: «давай, черт тебя дери!».

Вот только сделать последний шаг я так и не смогла. Решила, что я подумаю об этом завтра. Возможно, хряпну стопочку для храбрости и запишу речь на листке, а затем и отрепетирую ее перед зеркалом, чтобы в ответственный момент не сталось так, что я буду блеять нечто нечленораздельное и глупо хихикать.

Да уж, если и решаться на подвиги, то прилично подготовленной.

А пока, стоит бы задуматься о грядущем вечере и о том, что хорошо бы было оставить телефон дома. А тоже, не приведи господь, я еще нажрусь в дугу и примусь строчить Градову пьяные и слезливые сообщения, за которые мне потом будет мучительно стыдно.

Моя квартира встретила меня гнетущей тишиной и толстым слоем пыли на полках. Но я предпочла не замечать ее. Лишь заправила чистое постельное белье на кровати и завалилась спать, мучимая какими-то мутными образами, где Градов в ответ на мои горестные признания в любви, только громко смеялся, тыча в меня пальцем на пару со своей новой, тупой подружкой.

Перестав себя мучить, поднялась и решила действовать.

Любовь любовью, а день рождения лучшей подруги никто не отменял. А посему пора бы взять руки в ноги и бежать по салонам красоты, наводя просто эпический марафет. Если уж и дойдет до нетрезвых сообщений в адрес Градова, то пусть хотя бы я буду на отосланных ему селфи бесподобной богиней, а не осунувшейся от неразделенных чувств размазней.

Как итог спустя четыре часа я получила желаемое: прическа волосок к волоску, идеальный вечерний макияж со стрелками и алой помадой самой настоящей хищницы, головокружительные шпильки и, конечно же, потрясающее платье, которое я купила специально для этого случая еще месяц назад в бесплодных попытках привести себя в чувство за отвязным шопингом.

Не вышло, разумеется, но время я потратила определенно не напрасно. Мой гардероб пополнило белоснежное мини-платье футляр из матового атласа, без бретелей, которое украшало лишь длинные перчатки в тон, которые заканчивались фонариками выше локтя.

И теперь я смотрела на себя в зеркало, не в силах поверить, что я — это я. Конечно, я изрядно похудела и немного осунулась, но до Бабы Яги мне, определенно, было далеко. К тому же я старалась. И понятное дело, почему: ведь каждая девушка на моем месте мечтала бы о том, что именно сегодня и именно в этом конкретном заведении она встретит своего прекрасного принца.

В моем случае, порно-доктора по имени Влад Гладов.

Эх, глупо, конечно, знаю. Но Надя — живучая барышня и всегда умирает последней.

И вот, в положенное время, я зашла в указанный ресторан, неся в руках букет белоснежных лилий и перевязанную бантом коробку, набитую чурчхелой. Вика вместе со своим бородатым гоблином уже сидели за столиком, который буквально ломился от различных закусок и был накрыт на четверых.

Увидев друг друга, мы чуть не заверезжали от радости, сдержав свои порывы лишь чудом, а в следующее мгновение бросились обниматься и целоваться.

— Романова!

— Крынская!

— Люблю тебя!

— И я тебя!

— Скучала просто капец как!

— Я больше!

А дальше я от всей души поздравила подругу с днем рождения и пожелала ей всего, что только можно: традиционно счастья и здоровья, а еще любви, денег побольше, карьерного роста и, конечно же, исполнения всех мечт. После последнего пожелания Вика перевела томный взгляд на своего спутника и с улыбкой на сияющем лице сообщила, что у нее теперь есть личный Дедушка Мороз, который спешит притворить каждый ее каприз в реальность.

— Видимо, трусы сработали не в ту сторону и свели тебя с Вельциным, а не меня с моим принцем на белом коне, — грустно вздохнула я и пожала плечами, — что поделать, дырявые же, стреляют с осечкой.

— Неж, а ну-ка голову выше!

— Я буду стараться весь вечер делать это, обещаю, — утвердительно кивнула я и наконец-то шагнула ближе к столику, из-за которого поднялся бородатый гоблин. А я дыхание пропустила.

Блин, я и забыла какой он здоровенный. Раскачанный, высокий, шрам еще этот над бровью тоже — ни дать ни взять бандюган из девяностых. Но свое мнение я решила оставить при себе. Вика рядом с этим мужчиной до балды счастливая. Так кто я такая, чтобы портить эти волшебные моменты?

Про пустующий четвертый стул за столиком я тоже намеренно умолчала. Какая мне вообще разница придет или нет какой-то там друг Вельцина. Мне на это совершенно фиолетово.

— Снежана, очень рад нашей новой встрече, — тепло и по-братски затискал меня Саша так, что я обалдело округлила на Вику глаза, но та лишь с улыбкой покачала головой. А потом случилось кое-что странное. Вельцин оглядел меня от макушки до пят, хмыкнул и выдал нечто из необузданного. — Ему пиздец!

— Кому?

— Ась? — добродушно рассмеялся Саша, но тут же резко сменил тему, — А давайте накатим за встречу, девочки?

— С удовольствием, — в унисон пропели мы с Крынской и наконец-то все расселись по своим местам.

Под звон хрустальных бокалов началось и стендап-выступление, которое на поверку оказалось очень даже достойным. Саша и Вика хохотали до упаду, а я чуть хмыкала, признавая, что шутки действительно добротные. И уж было полностью расслабилась за первым бокалом игристого, как неожиданно все мои рецепторы заорали тревожной сиреной.

По позвоночнику пробежала электрическая волна.

Волоски на теле встали дыбом.

Грудная клетка заходила ходуном, не в силах справиться с мощнейшим выбросом адреналина в кровь. И все это только потому, что нос потянул до боли знакомый аромат настоящего и до невозможности любимого мужчины. А через мгновение меня настигла маленькая смерть, потому что я услышал и его голос. С едва заметной хрипотцой. Насмешливый. И родной.

— Прошу простить за опоздание. Я думал, что вечерние московские пробки никогда меня к вам не отпустят.

Боже, за что?

Только подобного стечения обстоятельств и не хватало мне для полного счастья. Градов и есть лучший друг Вельцина? А кто бы мог допустить подобное? Ведь они совершенные противоположности, будто бы с разных полюсов. И тут вдруг притянулись? Да это же просто какой-то сюр!

А теперь Влад здесь? Надеюсь, что Вика не додумалась все же сосватать меня этому мужчине, потому что, если так, то лучше сразу пристрелите меня.

«Истеричная идиотка с волшебными труселями мечтает найти подопытного кролика для своих матримониальных опытов», — лучшей характеристики мне дать просто невозможно.

Я было дернулась и хотела подскочить на месте, чтобы, сверкая пятками, драпануть отсюда как можно дальше, но Крынская стиснула под столом мою руку с невероятной силой, при этом улыбаясь во все тридцать два зуба, будто бы ничего особенного сейчас не произошло.

Она знала...

Резко перевела глаза на Вельцина, и сердце ухнуло в пятки. Он тоже в курсе. Смотрит въедливо и чуть прищурившись, а в глазах вызов: «ну давай, Мисс Драма, снова поведи себя, как истеричная дура и убеги, разочаруй нас окончательно».

От такого вызова все внутри задрожало, но я все-таки подняла голову выше и принялась ждать неизбежного. А там уж будь что будет.

Вот Саша представляет свою женщину Владу. Вот он мило целует ее пальцы, вручая той огромный букет нежно-розовых роз. Вот крепко обнимает Вельцина. Вот переводит на меня глаза...

Вот я умираю.

Господи, я так по нему скучала! А он совсем не изменился. Разве что щетина на лице стала чуть длиннее — еще немного и будет настоящая борода. Ну и тени под глазами залегли. Очевидно, много работает и много трахается со своей тупой как пробка подружкой, совсем забивая на сон.

— А это Снежана — моя лучшая подруга, — щебечет где-то на периферии моего пошатнувшегося сознания Вика, — Нежа, а это Влад.

А я в ступоре. Мозг вышел из чата, и теперь я осталась один на один со своими эмоциями, которые трепали меня нещадно.

— Мы со Снежаной знакомы, — безэмоционально выговаривает Влад.

— Вот как?

— Что ж, коль так, то давайте тогда выпьем за встречу, ребятишки! — снова по заученной схеме разряжает обстановку Вельцин, пока я не могу отвести взгляд от Градова.

А он от меня.

Почему он так смотрит?

Почему садится так близко?

Неужели хочет, чтобы у меня случился апоплексический удар?

А ведь так и будет! Сейчас только нажрусь его энергетикой, запахом, близостью и все, поминай как звали!

— Привет, Снеж, — я чувствую, как он пялится на меня в упор. Пристально. Будто бы вознамерился дырку в моей черепной коробке высверлить.

А мне кажется, что меня дар речи покинул. Открываю рот, но выдать хотя бы звука не в силах. Киваю только и отворачиваюсь, чувствуя, что еще немного и у меня позорно затрясется нижняя губа на пару с подбородком.

Блин, мне так стыдно!

А между тем вечер идет своим чередом. Шампанское льется рекой. Саша с Викой балагурят за нас двоих. Да и выступление комиков изрядно разряжает обстановку. Но я, словно робот, сижу и боюсь пошевелиться. Боюсь опозориться еще больше. Боюсь смотреть на Градова, но в то же время мечтаю о том, чтобы сделать это.

— О, сейчас начнется живая музыка, Нежа! Можно будет потанцевать, — хлопает в ладоши Крынская, а я гляжу на нее как на сумасшедшую. Какие мне сейчас танцы? Разве что только на костях.

Но вот уже раздаются первые аккорды музыки. Посетители ресторана ликуют. Девчонки рекой тянутся на импровизированный танцпол, свет приглушается, по ногам медленно ползет дым, зажигается светомузыка.

Так круто, а мне бы куда-то сбежать и нарыдаться вдоволь. Но я упорно сижу, даже умудряюсь дергать плечом в такт музыке, прислушиваясь к разговорам за столом.

Ну классно же, Нежа! Классно! А то, что Влад, кажется, забыл о моем существовании, так это мне и без дополнительного пояснения было понятно. Чего уж расстраиваться? Веселиться надо.

— Снежана, можно пригласить вас на танец? — слышу я голос Градова и вздрагиваю, понимая, что сет веселых танцевальных мелодий закончился и подошло время влюбленных парочек топтаться под слезливые аккорды.

— Я..., — решилась поднять на него глаза и пропала.

А он мне руку тянет. Ждет. Не торопит.

Зачем?

Я же себе сейчас нафантазирую того, чего и отродясь не было. А потом что? Копать себе могилу?

Но ладонь сама и против моей воли тянется и укладывается в руку Влада. Меня в тот же момент бьет молнией. Легкие стопорятся от шока, не справляясь с нагрузкой. Сердце в экстазе валяется где-то за ребрами, счастливо пуская пузыри.

Ведь ОН рядом! Что еще мне для счастья надо?

Кажется, ничего...

Встала с места, пошла вслед за ним, заплетаясь в ватных ногах. А что поделать? У меня и выбора-то не было. А затем я прикрыла глаза, когда танец между нами начался. А я решила, что буду до победного верить в то, что все это не просто так.

Что я все еще нужна этому мужчине.

О боже, пожалуйста!

— Снежана?

— М-м? — вскользь мазнула по нему взглядом, словила сердечный приступ и снова отвернулась. Ну почему на любимого человека смотреть так больно?

— Как ты? Что нового?

«Плохо. Все по-прежнему: люблю тебя, увы, что не взаимно».

Но в ответ выдаю совсем другое.

— Все хорошо, спасибо.

Минуту мы топтались молча, но затем Влад снова принялся рвать мне нервы наживую.

— А у меня не хочешь спросить, как я?

Нет! Страшно! До чертиков!!!

— И как же ты, Влад?

— Плохо, — вдруг чуть сильнее прижал меня к себе Градов, а я потянула носом, стараясь навсегда запечатлеть на подкорке мозга его запах.

— Почему?

— Потому что влюбился впервые в жизни, Снежана.

— М-м..., — зажмурилась и метафизически прописала себе оплеуху.

Так больно! Почти невыносимо. Вот и все, осталось только пригласить меня на его будущую свадьбу, а там уж мое бренное тело можно будет закапывать.

— А еще я невыносимо скучаю.

— Да?

Дыши, Нежа! Дыши!

— Очень!

— Но я сам все испортил. Натворил дел, наговорил лишнего. Но невероятно хотел бы исправиться. Вот только не знаю, даст ли она мне возможность начать все с чистого листа.

— Ну так чего ты мне все это рассказываешь? Иди и ползай в ногах у своей расчудесной избранницы, раз она так тебе нужна. Я-то тут при чём? — вконец психанула я и попыталась вырваться из его хватки, да только Градов держал меня крепко и не позволял сбежать, продолжая трепать меня, как Тузик грелку.

— Как при чем, Снежана? — зачем-то улыбается порно-доктор, а затем одним махом выносит мне мозги. — Я боялся, что не нужен той, кому отдал свое сердце. Что слишком много сделал не так или через задницу, чтобы заслужить прощение и второй шанс. А потом вдруг узнал, что моя любимая будет сегодня здесь и я решил попытать удачу, подарив ей все права на мое сдуревшее от пламенных чувств сердце.

У меня галлюцинации? Я сошла с ума и давно лечусь в дурке, а теперь вот — очередной приступ накрыл. Только так, другого объяснение происходящему у меня просто нет!

— Ч-что? — я даже на месте остановилась, растерянно глядя на Влада и не понимая, шутит ли он или просто надо мной издевается.

Сейчас, наверное, зажжется свет, и кто-то выпрыгнет из темноты, вопя пресловутое: «ха-ха, вас эпично разыграли!»

Господи, как вынести все это и не потерять сознание от боли и раздирающей грудную клетку надежды?

— Я не понимаю, — прошептала я, страшась снова обмануться. Но Влад переплел наши ладони и расстрелял меня в упор!

— Я тебя люблю, Нежа.

Любит? Меня? Вот такую дурёху, которая бегала от него и трепала нервы? Боже…

— Влад...

— Пожалуйста, дай мне возможность показать тебе, что я лучше, чем ты обо мне думаешь.

— Но...

— Обещаю, что ты не пожалеешь об этом. Только не беги от меня больше, прошу тебя.

Мой подбородок все-таки затрясся, а нижняя губа задрожала. А потом и слезы одним сплошным потоком хлынули из глаз. И я бы окончательно утонула в бушующем море шкалящих эмоций, если бы мой порно-доктор не спас меня в очередной раз от всех бед.

— А к черту, — резко прижал он меня к себе, — сочтем это за согласие.

А затем впился в мой рот в таком головокружительном поцелуе, что весь мир отошел на второй план. Остались только мы и наши языки, которые в голодном, жарком и страстном порыве ласкали друг друга.

— Да? — прорычал Влад, лишь на мгновение оторвавшись от меня.

— Да, — простонала я и вновь в нем захлебнулась.