Враг на миллиард доллaров

Эпилог

Коул

Чуть больше года спустя

Скай улыбается и убирает волосы назад, принимая огромный букет.

— Спасибо, — говорит она, хотя я слишком далеко, чтобы расслышать слова. Я достаточно хорошо знаком с ее губами, чтобы читать по ним без труда.

На ней то цветочное платье, которое я купил. Я увидел его, проходя мимо одного элитного бутика, и взял без лишних раздумий — просто потому, что захотел увидеть на ней. Я знал, что шелковистая ткань будет смотреться потрясающе, и оказался прав. Она сияет в приглушенном освещении книжного магазина.

Скай протестовала против покупки, разумеется, как делает это частенько. Ты не можешь тратить на меня такие деньги, Коул.

Стоило больших усилий отвечать на эти доводы логикой и пониманием. Теперь, спустя почти два года отношений, она гораздо лучше это принимает. У меня больше денег, чем когда-либо понадобится, проживи я хоть сотню жизней. Ужин в хорошем ресторане делает нас обоих счастливыми; красивый подарок — это то, что мне самому нравится преподносить. В конце концов, смысл упорного труда всегда заключался в том, чтобы однажды насладиться его плодами. И нет никого, с кем бы мне хотелось делать это больше, чем с ней.

Карли прерывает мои раздумья, останавливаясь рядом.

— Она это заслужила, — говорит она; мы оба наблюдаем за тем, как кто-то просит Скай подписать книгу. Гордость в ее голосе вторит моей.

— Определенно, — отвечаю я.

— Реконструкция «Между страниц» получилась прекрасной, — произносит она. — Я никогда не сомневалась ни в тебе, ни в Скай. И все же... это лучше моих самых смелых мечтаний, — она обводит рукой расширившееся пространство. Добавилось больше укромных уголков и ниш. Почти каждый отдел был увеличен. И все же, первоначальная структура и старомодное очарование остались нетронутыми. Старая винтовая лестница на месте, а в углу стоит обшарпанное кресло. Были установлены антикварные балки, и книги окружают нас, словно деревья в лесу.

— Я рад, что ты одобряешь, — говорю я. — И, как уже говорил, можешь в любой момент вернуться к оперативному управлению, если захочешь.

Карли издает короткий смешок.

— Спасибо. Я ценю это, но сомневаюсь. Мне слишком нравится новая работа.

— Хорошо, — говорю я. — Потому что скоро ты будешь очень занята.

— Да?

— В компании регулярно проходят встречи и мероприятия, где нужна выпечка. Я передал название вашей новой пекарни руководителю по планированию. Ждите звонка на этой неделе.

Глаза Карли расширяются.

— Коул, я не могла просить тебя об этом. Это слишком.

— Ты и не просишь, я сам предлагаю. Кроме того, — говорю я с подмигиванием, — Скай приносила капкейки. Я оказываю услугу собственным сотрудникам.

Карли сглатывает.

— Спасибо.

— Не стоит благодарности.

— Нет, стоит. И спасибо тебе за это, — говорит она, понизив голос. — За книжный, за Скай... за то, что делаешь ее счастливой. За все это.

— Я не скажу «пожалуйста», — твердо произношу я. — Не тогда, когда это явно пошло на пользу и мне тоже.

— Верно, — отмечает Карли. — Отель.

Но я имел в виду совсем не это.

— Нет, хотя и это тоже. Я имел в виду Скай.

— Вы подходите друг другу, — говорит она. — Извинишь меня на минуту? Я хочу проверить кейтеринг. Кажется, только что видела, как подают поднос с бенье без сахарной пудры...

Я не могу сдержать улыбку.

— Конечно, иди.

— Спасибо... — она уже уходит, пробираясь сквозь толпы покупателей. Над нами «Скай Отель» возносится на десять этажей ввысь. «Между страниц» задал тон всему декору: темные тона и старинная европейская мебель. Это комфорт и культура, слитые воедино.

Скай поначалу протестовала. Ты не можешь назвать отель в мою честь! Но это было звездное название, и мне нравилось видеть его во всех своих документах. А после того, как предложил его команде... что ж, оно зажило своей жизнью. Вскоре я не смог бы изменить его, даже если бы захотел — а я точно не хотел.

Я снова поворачиваюсь, чтобы посмотреть, как она разговаривает с покупателем, счастье отчетливо читается в чертах. Этот день Скай заслужила. Статус совладелицы заново открытого «Между страниц» пошел ей на пользу. Как и выход дебютного романа.

Может, она чувствует мой взгляд, а может, глаза блуждают сами по себе... но она видит меня, стоящего в стороне. Улыбка озаряет ее лицо. Это частная улыбка, предназначенная только мне, и она наполнена близостью. Я смотрю, как Скай извиняется, и через несколько секунд уже оказывается в моих объятиях.

— Ты здесь.

— Конечно, здесь.

Она оглядывается на очередь, на толпу.

— Ты можешь в это поверить?

— Да, — говорю я. — Книга фантастическая, Скай. Они это видят. Вот ради чего они здесь.

— Не говоря уже о том, что «Брукс энд Кинг» из кожи вон лезли ради вечеринки в честь запуска, — говорит она ехидно, но огоньки в глазах так и пляшут. — Не могу поверить, что у меня собственные книжные чтения.

— Нервничаешь?

— Да. Надо быть мертвой, чтобы не нервничать.

Я целую ее, ободряюще, тепло.

— Ты сразишь их наповал, крошка.

Ее руки сжимаются на моих плечах. В тусклом свете поблескивает помолвочное кольцо.

— Спасибо.

— И как только закончишь, будешь пить шампанское в статусе знаменитого автора, нежась в поздравлениях.

Она закатывает глаза.

— Прямо то, ради чего и писала книгу.

— Говорят, сарказм — низшая форма остроумия, — я наклоняюсь ниже, к ее уху. — Но мне чертовски нравится, когда ты его используешь.

Я чувствую улыбку Скай на своей коже.

— Ненавижу тебя, — говорит она.

— Да, именно так.

Она прижимается к моему боку, и я обхватываю ее рукой за талию, притягивая к себе.

— Я горжусь тобой. А теперь иди туда и покажи им всем.

И она показывает. Я стою в глубине зала, наблюдая, как Скай занимает место на импровизированной сцене. Эдвин Тейлор откашливается в микрофон, и толпа затихает.

— Мы собрались сегодня, чтобы послушать Скай Холланд, нового автора, которая прочтет отрывок из своего дебютного романа. Но сначала — что вдохновило вас на написание этой книги?

Ответ Скай долгий и личный, и я вижу, как несколько человек вытирают глаза. Мечта Элеоноры стала ее мечтой, а вместе с ней — и книжный магазин. Взгляд смещаешься к Карли в первом ряду.

Она читает отрывок из книги в завороженной тишине. Этот отрывок я слышал много раз — она репетировала чтение со мной в качестве слушателя — и все равно... я готов лопнуть от гордости. Скай осуществила свою мечту, и я знаю, что это только начало.

Я присоединяюсь к бурным аплодисментам, когда она заканчивает. Ее улыбка, застенчивая и гордая одновременно, заставляет сердце щемить. Трудно поверить, что она вся моя, иногда.

— Коул! — Тимми проталкивается сквозь толпу. — Вот ты где!

Я притягиваю его для полуобъятия.

— Парень, ты становишься выше каждый раз, когда я тебя вижу.

Он немного выпрямляется.

— Я знаю. И быстрее тоже. Вчера на тренировке мне удалось сделать два хоум-рана.

— Правда?

— Ага. Я должен был тебе рассказать.

— Это впечатляет, — я кладу руку ему на плечо, и тот улыбается, глядя на меня. Два года со Скай также означали два года с ее семьей, и хотя мы с Айлой по-прежнему не ладим, Тимми для меня — родной до мозга костей.

— Мы ведь все еще идем на игру в субботу? Ты и я?

— Ни за что на свете не пропущу, — говорю я. Мы с Тимми теперь ходим на большинство игр вдвоем. Скай иногда присоединяется, но она так же рада отправить нас на то, что называет «мужским временем». Я совсем не против. На самом деле, я сейчас веду переговоры с командой, чтобы организовать встречу с игроками на день рождения Тимми.

Айла подходит к сыну и бросает мне вежливую улыбку. У нее такие же каштановые волосы и ореховые глаза, как у Скай, но черты сидят на ней так иначе, что они едва кажутся родственницами.

— Прекрасно, что ты сделал это для Скай, — говорит она.

— Спасибо, — отвечаю я, — но книгу она написала сама. И опубликовала ее тоже сама.

Айла улыбается, но в глазах виден блеск, говорящий, что она не убеждена. Я подавляю гнев и снова ищу Скай в толпе. Она улыбается. С течением месяцев научилась не обращать внимания на негативную энергию старшей сестры. Что касается меня, я только все больше и больше завожусь от этого.

— О, уверена, — говорит Айла. — Она очень много работала. Но опять же, наличие тебя в качестве парня определенно не может повредить.

Она говорит это с подмигиванием, но намеке нет ничего смешного. По мере того как успех Скай расцветал, колкости Айлы становились все более желчными.

— Жениха, — поправляю я. — И если я что-то и дал, то только моральную поддержку.

Айла добродушно хмыкает, но меня это не обманет. Она не верит. Я оставляю ее позади в поисках невесты, находя на середине первого бокала шампанского и с прекрасным румянцем волнения на щеках. Я приобнимаю ее за талию.

— Чтение прошло как никогда хорошо.

— Да, тоже так думаешь? — на своих каблуках и в изящном платье она каким-то образом выглядит профессионально и неотразимо одновременно. Это напоминает о том, как Скай выглядела в «Наследии», когда увидел ее в первый раз. Таинственная и манящая. — Я еще и столько книг подписала. Хочешь экземпляр? — спрашивает она, глаза поблескивают. — Как подписать?

— «Дорогому жеребчику», — говорю я.

— О, конечно. Не верится, что вообще нужно было спрашивать.

— Я прощаю тебя, — говорю я. — Вариант «будущему мужу» я тоже приму.

— Мне нравится, как это звучит, — она встает на цыпочки, запечатлевая мягкий поцелуй на моих губах. — Может, отправимся на ужин? Не хочу заставлять Блэр и твою маму ждать.

— Можем идти сейчас, — говорю я. — Ты закончила?

— Да. Не уверена, сколько еще внимания выдержу, — ее голос игрив, но чувство искреннее. Быть в центре внимания — когда все мероприятие крутится исключительно вокруг тебя — утомительно до чертиков. Уж я-то знаю.

Я беру ее за руку.

— Тогда идем, крошка. Давай выбираться отсюда.

Мы выходим из «Между страниц» и «Скай Отеля», направляясь туда, где нас ждет Чарльз с машиной. Я открываю дверь, и Скай садится на заднее сиденье. Чарльз тепло приветствует ее, бросая мне взволнованную улыбку. Он в курсе сюрприза.

— Сегодня я прониклась к тебе новым уважением, — говорит Скай.

— Вот как?

— Да. За то, как справляешься со всеми этими пресс-конференциями и интервью, даже не вспотев.

— Ну, у меня было достаточно практики, — потянувшись, я кладу руку ей на колено. — И надеюсь, ты не вымоталась окончательно. Перед ужином мы сделаем одну незапланированную остановку. Мне нужно тебе кое-что показать.

— Да? — в ее глазах мгновенно вспыхивает озорство, на губах улыбка. Я целую ее в висок. Два года прошло, а эти глаза все еще меня заводят.

— Просто кое-что, чтобы отпраздновать успех моей жены-писательницы.

— Невесты-писательницы, — поправляет она. — Мы еще не женаты.

— Потому что кое-кто не может определиться с местом проведения свадьбы.

Она дергает меня за руку, в голосе притворный гнев.

— Попробуй-ка найти место, которое вместит две сотни человек и при этом будет казаться уютным.

— Я бы с радостью сбежал и обвенчался втайне, — говорю я. — Я твержу об этом с самого начала.

Скай закатывает глаза, пододвигаясь ближе, пока ее рука не ложится мне на бедро.

— Ты каждый раз так говоришь, но потом спрашиваю о гостях, выдаешь список длиной в километр. Я знаю, что ты делаешь.

— И что же я делаю?

— Используешь нашу свадьбу как шанс для нетворкинга. Словно раздаешь одолжения людям, потому что знаешь — они оценят приглашение и неизбежно будут более лояльны к застройкам.

Я открываю рот, чтобы возразить, но то, что она говорит, слишком уж попадает в точку. Скай торжествующе ухмыляется.

— Видишь? И я не возражаю, но в ответ приглашаю сотню авторов и половину издателей Сиэтла.

Я обнимаю ее.

— Я говорил в последнее время, что люблю тебя?

— Нет, — лжет она. — Скажи еще раз.

Я шепчу ей это на ухо.

— Я люблю тебя.

— Я тебя тоже люблю. Теперь, пожалуйста, скажешь, куда мы едем?

— Хорошая попытка, но нет.

— Пытать кого-то неизвестностью — не самый любящий поступок.

Я смеюсь, сжимая ее талию.

— Ни капельки ты не мучаешься.

— Возможно, просто умею держать все в себе.

Под моими губами ее волосы пахнут цветами.

— Ты просто умничка. Я горжусь тобой. Книжный. Книга. Чтения. Ты рождена для этого, крошка.

Она молчит несколько мгновений, прежде чем прошептать «спасибо» мне в шею. Голос приглушен от эмоций, и это, именно это — то, что я люблю в Скай больше всего. Между нами все всегда по-настоящему. Каждое слово, каждое прикосновение. Ни разу не пришлось гадать, дорог ли я ей, и я делал все возможное, чтобы она никогда не сомневалась во мне.

Доверие. Общение. Любовь.

Все то, чего никогда не было в предыдущих отношениях. Ощущая это со Скай, я ясно вижу, насколько фальшивыми были прошлые чувства. И подумать только, что я когда-то скучал по Елене!

— Знаешь, — говорю я, — если бы я встретил Бена, я бы пожал ему руку в знак благодарности.

Она поворачивается, чтобы взглянуть на меня.

— Правда?

— Без колебаний, — отвечаю я. — Он помог проложить путь к тебе.

Рот Скай слегка приоткрывается, взгляд прикован к моему. Она лишилась дара речи. Я бы улыбнулся при виде этого, если бы сам не был сражен эмоциями в ее глазах.

— О, Коул, — шепчет она. — Я так сильно тебя люблю.

Я прочищаю горло и смотрю мимо нее на подъездную дорожку, на которую мы сворачиваем. Большие ворота распахиваются при нашем приближении. Это разряжает момент, и я рад, потому что разговор ушел в те дебри, которые предпочел бы не исследовать в присутствии Чарльза.

— Мы на месте, — говорю я.

Чарльз паркуется перед большим крыльцом. Дом в три этажа, фасад из белого кирпича и плюща. Скай выбирается из машины прежде, чем я успеваю открыть дверь, ее глаза широко распахнуты. Искусно расставленные светильники подсвечивают красивую кирпичную кладку.

— Что это?

— Дом, — отвечаю я.

— Я вижу, глупый. Кто здесь живет?

— Пока никто. Что скажешь?

— Он прекрасен. В нем столько обаяния, — она проводит рукой по маленькому журчащему фонтану в центре подъездной дорожки. — Внутри горит свет. Ты уверен, что здесь никто не живет?

— Уверен, — я беру ее за руку и тяну за собой вверх по ступеням. — Хочешь заглянуть внутрь?

— А можно? Коул, что это за место на самом деле?

— Это предложение, — я широко открываю перед ней входную дверь. Чарльз подготовил все заранее: повсюду фонари, наполненные горящими свечами. Огни тянутся вдоль двойной лестницы. Освещают огромную гостиную. Даже без мебели легко представить это место наполненным жизнью и любовью.

Скай идет впереди меня. Шелковое платье мерцает в свете свечей, а волосы водопадом спадают на спину.

— О боже. Это великолепно.

Я засовываю руки в карманы и следую за ней, пока та исследует первый этаж.

— Здесь просторно, — замечаю я. — И вид отличный.

Она замирает посреди гостиной.

— О, посмотри на этот камин. Он массивный.

— На самом деле их два. В главной спальне тоже есть.

— О, и посмотри на встроенные книжные полки!

— Позволь показать самое лучшее, — снова взяв Скай за руку, я вывожу ее на террасу. Она выходит на широкую лужайку, за которой открывается вид на миллиард долларов — на залив Пьюджет-Саунд.

— О боже, Коул.

— Красиво, правда?

— Да.

Я обнимаю ее за талию, пристраивая голову на макушку. Несколько мгновений мы оба стоим в тишине, наслаждаясь видом.

— Я купил его, — говорю я наконец. — Что думаешь?

— Думаю, ты сумасшедший.

— В хорошем смысле или в плохом?

— Немного и в том, и в другом.

Я провожу рукой по ее бедру.

— Все нормально, если он тебе не нравится. Мы можем найти другое место. Я могу сдать его в аренду или продать.

— Только попробуй продать его, — говорит она. — О, Коул, это слишком.

Я крепко прижимаю ее к себе.

— Вовсе нет. Мы женимся, Скай. Нам нужен общий дом. Наполненный безделушками, книгами и всеми теми магнитами на холодильник, которые ты любишь.

— Никакого минимализма?

— Никакого. Я оставил это в прошлом.

— И никаких искусственных фруктов?

Я хмыкаю.

— Вообще никаких.

— Хорошо, — она расслабляется в объятиях, рука лежит поверх моей. — И, может быть, когда-нибудь несколько детей?

Неуверенная надежда в ее голосе заставляет меня улыбнуться. До нее дети казались чем-то далеким. Как и покупка дома. Но здесь, со Скай, в этом месте, с кольцом на ее пальце... я не могу дождаться.

— Да, — говорю я. — Столько, сколько захочешь.

— Хорошо. Понадобятся рисунки, ну, для всех этих магнитов на холодильнике.

— Верно, конечно. Для чего еще нужны дети?

Ее вздох предстает олицетворением чистого счастья.

— И жили они долго и счастливо до конца своих дней...

Я смеюсь, разворачивая ее в своих руках, чтобы заглянуть в глаза. Они сияют радостью.

— Ты что, озвучиваешь нашу жизнь?

— Возможно. Ты ведь женишься на писательнице.

— О, я в курсе, — я запрокидываю ее голову, чтобы сократить расстояние между нами. — И я очень рад, что ты пришла в «Наследие» в ту ночь, чтобы собрать материал.

Ее слова ощущаются как мягкий шепот у моих губ.

— Не так сильно, как я.

— О? Хочешь пари?

— Конечно, но ты же знаешь, что бывает, когда заключаешь со мной сделки.

Моя улыбка широка.

— Ты выигрываешь, я знаю. Но почему-то мне это нравится даже больше, чем собственный выигрыш. Забавно.

— Любовь, — говорит она тихо. — Это называется любовь. И в этом пари мы оба выиграли.

Конец...

Дополнительные (бонусные) главы

вы сможете прочитать в телеграм-канале

переводчика в самое ближайшее время:

https://t.me/wombook