Второй шанс для многохвостой лисицы

Глава 8. Подлый фонарь

Конечно же, это был Яори-сан. Конечно же, он тут же предложил мне потанцевать, но я, ведомая чувством непонимания и обиды на Мирана и на Великую Прядильщицу Судьбы, отказалась. Не хватало ещё того, чтобы дракон делал это из сочувствия. И как-то само собой сложилось, что мы с Правым Крылом отдалились от общей площадки с танцующими, пошли по узкой дорожке вдоль огромного пруда с карпами.

Водная гладь в свете звезд и луны казалась чёрным зеркалом. Фонари здесь висели на деревьях и натянутых верёвках — их было меньше, но они были куда более громоздкими и сделанными не из тонкой бумаги, а из бамбуковых досок.

Какое-то время мы шли молча, гравий хрустел под ногами. Я так расстроилась из-за Мирана, что не было сил поддерживать светский разговор. Яори-сан явно относился к категории чутких мужчин, а потому первую половину круга тоже молчал. На второй осторожно произнёс:

— Элирия, я заметил, что на празднике ваш взгляд слишком часто искал мужчину в форме огненного клинка с медными волосами. Вас что-то с ним связывает?

Я чуть было не споткнулась, не зная, как правильно отреагировать на этот вопрос. Первым порывом хотелось крикнуть «он мой будущий муж! Я пережила его смерть и всё отдала, лишь бы он жил», но всё же я удержалась от необдуманных слов. Кто поверит в то, что ко мне явилась сама богиня Аврора и отмотала время вспять, но лишь только для меня одной? Правильно, никто. А вот о том, что я нанюхалась пыльцы цветущего мха с Гномьих болот и сошла с ума, подумает каждый второй. И тогда прощай моё место во дворце.

— Нет, нас ничего не связывает, — постаралась ответить как можно ровнее.

— Ничего-ничего? — Яори-сан прищурился. Длинные тёмные ресницы в свете ближайшего фонаря отбрасывали тени на высокие скулы. — Может, ваши родители договаривались о свадьбе, когда вы были детьми? Или вы ходили в одну школу? Когда-то жили в соседних деревнях до переезда на главный остров Огненного Архипелага?

— Нет, господин крылатый. — Я отрицательно покачала головой. — Я познакомилась с Мираном-саном лишь неделю назад и просто… — Я судорожно пыталась подобрать подходящее объяснение, чтобы меня не сочли ненормальной. — Вы верите в Судьбу?

— В Судьбу? — Мужчина сверкнул темно-карими глазами. — Великая Прядильщица сплетает нити судеб, это знают даже дети… но я не склонен верить в предрешённость. Каждый рождён с дарами — боги кладут зерно в ладонь новорождённого, и оно, разумеется, влияет на росток его будущей жизни. Разве можно отрицать очевидное? Кто ловко владеет иглой, станет мастером кимоно или обуви, а не кормчим на море. Кто сильнее дружит с огнём, пойдёт в кузнецы, а не в книжники. А тот, в ком море звучит под кожей, неизбежно потянется к паруснику, а не к ткацкому станку. Но в конце пути — всегда выбор человека. Сваливать всё на неведомые высшие силы… значит уподобляться ребёнку, который винит ветер в том, что оступился на лестнице.

Я кивнула, полностью согласная со словами Яори-сана. Действительно, перекладывать ответственность на богов — глупо. Но сейчас речь о моём женихе. Немного поразмыслив, я сказала:

— У меня есть смутное ощущение, что с Мираном-саном должно произойти что-то плохое. Это хм-м-м… моя склонность. Чувствовать его. Однако если я буду рядом, то этого не произойдёт.

— О как. Тогда понятно, — задумчиво кивнул собеседник, а в уголках его губ промелькнула тень какой-то печальной улыбки.

Теперь уже я настороженно прищурилась:

— Что вам ясно, Яори-сан?

Он остановился и внимательно на меня посмотрел. Показалось, что мужчина задержал взгляд на моём лице чуть дольше, чем позволял этикет, но я отмахнулась от этой мысли.

— Всё предельно ясно, Элирия. Ваши глаза сами выдают тайну, — тихо произнёс собеседник. И после короткой паузы добавил чуть глуше: — Вы влюблены в Мирана-сана.

Первым порывом было всё отрицать, но вторым… А собственно, почему я это должна делать? Да, Миран обращает на меня в этой жизни внимания не больше, чем на служанку, но ведь это не меняет моих чувств к нему.

Я не стала возражать, а вместо этого решила перевести разговор.

— Яори-сан, а вы вот когда угадывали, ради кого я в северный сад пришла, почему только принцев Аккрийских называли?

— Ну, это же логично. Все хотят быть им представлены, — пожал плечами собеседник.

— А почему не назвали принца Эвана?

— Что? — Мужчина так резко остановился и обернулся, что полы алого плаща взмыли в воздух. Я мысленно порадовалась, что шла рядом, а не позади. Чего доброго, некультурно врезалась бы в спину столь высокому господину!

Тень от фонаря упала на мужское лицо, высветив резкий изгиб губ, и в этот миг он показался почти чужим — слишком красивым, слишком недосягаемым… Впрочем, драконы всегда славились своей необычной красотой.

— Ну, вы перечислили принцев Катэля, Олсандера, Рёллана и Широ. — Я старательно принялась загибать пальцы. — Рэйдена называть не стали, но ходят слухи, что он живёт в своём замке на Большой Земле в уединении из-за увечий, а Явар — самый младший — учится в далёких Смешанных Землях. Остался седьмой — Эван. Почему вы его не упомянули?

— Так… может, его тоже нет на Огненном Архипелаге? — произнёс он негромко, чуть насмешливо, но в голосе слышалось скорее волнение, чем лёгкая шутка.

— А где же он тогда? — продолжила атаковать вопросами. — И самое главное, почему вы как его Правое Крыло здесь, когда он где-то в другом месте?

— Действительно… Вы правы, Элирия. — Голос Яори-сана стал тише, и от него повеяло скрытой усталостью. — Бывает так, что существо ищет своё место в мире, и даже если он рождён принцем, сердце может не принадлежать дворцу. Принц Эван… — Мужчина взмахнул рукой. — Много путешествует. Он тоже учился раньше в Смешанных Землях. Я сейчас занимаюсь гхм-м-м… некоторыми его делами.

В мягком сиянии фонаря, под которым мы остановились, черты Яори-сана выглядели так, будто были высечены из тёмного нефрита — строгие, величественные, но глаза выдавали скрытое волнение.

— Вы тоже, получается, долго жили в Смешанных Землях и вернулись где-то с полгода или год назад, — задумчиво сказала я, разглядывая густые волосы дракона, часть из которых была убрана наверх, по моде Огненного Архипелага, а часть едва касалась плеч.

— Почему вы так решили? Откуда такие временные рамки⁈ — изумился собеседник и… напрягся.

— Ну как же, — уже в свою очередь удивилась я. — В Смешанных Землях мужчины носят длину не больше фаланги пальца. У нас — и оборотни, и маги, и тем более драконы предпочитают отпускать волосы ниже лопаток. Судя по причёске, вы долго гостили в Смешанных Землях, потому что, путешествуй на короткий срок, обрезать бы волосы не стали. Но исходя из того, что они уже отросли по плечи, я делаю вывод о пребывании здесь около семи-восьми месяцев. Я угадала?

— Хм… — пробормотал Яори-сан. — Ваши наблюдательность и логика достойны похвалы, Элирия.

Он чуть склонил голову.

— Значит, я права?

Я улыбнулась, но внутри кольнуло странное чувство. Как будто бы, обсуждая его причёску, я делала что-то непозволительное или даже запретное. Ерунда какая-то. Это приличная тема для разговора!

— Правы, — нехотя кивнул собеседник и поджал губы.

— А у принца Эвана какая?

— Что «какая»? — дёрнулся Яори-сан. Я подумала, что впервые вижу дракона каким-то нервным.

— Ну… причёска.

— Примерно такая же.

— М-м-м, — промычала я, понятия не имея, что спросить ещё. Какая-то мысль металась на краю сознания, как мотылёк вокруг огня, но я никак не могла её поймать.

Почему-то вдруг показалось, что есть странное сходство между Яори-саном и рисунками в книге, которые я видела в прошлой жизни… Вспомнить бы, что за книга это была. Кого-то мужчина мне точно напоминал, вот только кого?

В этот момент налетел порыв ветра. Тяжёлый фонарь над головой Яори-сана резко качнулся. Я не успела подумать — лишь испугалась. Тело действовало рефлекторно: я схватила несопротивляющегося дракона за руку, шагнула назад, освобождая место, и рывком притянула его к себе.

И только спустя секунду после поняла, что произошло. Между нашими лицами осталось не больше фаланги пальца. Мои пальцы обхватили его запястье, ладонь чувствовала тепло его кожи. Мы стояли слишком близко. Я — с бешено бьющимся сердцем, он — удивлённый.

— Вас могло убить! — выдохнула я ему в лицо.

— Меня?.. — Изящные чёрные брови поползли на высокий лоб. — Как?

Громоздкий бамбуковый фонарь, между тем, действительно сорвался… но не упал. В последний миг его подхватила невидимая сила. Он застыл над тем местом, где стоял Яори-сан, будто пойманный в невидимые воздушные сети. Я почувствовала себя полнейшей дурой… Магия! Ну конечно же, никто не даст раскроить голову гостям северного сада упавшим фонарём!

«Браво, Элирия, ты официально победила в номинации «Как облажаться за три секунды». Аплодисменты, — заключил внутренний голос. — Ты уверена, что дракон не справился бы с фонарём? Только выставила себя паникёршей, а его не пойми какой неженкой. Так и надо поступать с воинами, ага…»

Чувствуя, как от стыда краска заливает лицо и уши в тон волосам, я вновь попыталась шагнуть назад, вот только там уже были высажены кусты рододендрона, и тактическое отступление оказалось невозможным. Яори-сан же даже не стремился подвинуться в сторону, кажется, сполна наслаждаясь сложившейся ситуацией.

— Я подумала, что фонарь сейчас сорвётся и раскроит вам голову… Простите, Яори-сан, — пробормотала, не зная, куда деть глаза от стыда.

— Это гасят дополнительные фонари, которые зажигали для эльфийских танцев, — тихо рассмеялся мужчина. — Магический поток удерживает их, чтобы не было падений. Всё предусмотрено. Они не срываются, а медленно левитируют на землю. Маги воздуха обо всём позаботились заранее. Посмотрите сами.

Я бросила взгляд за плечо мужчины и убедилась, что он прав. Огромный светильник в деревянном каркасе действительно опускался. Медленно. До оскорбления медленно. Настолько, что я ещё раз почувствовала себя выдающейся идиоткой: ну как можно было за всю прошлую жизнь ни разу не заметить этот лентяйский механизм в северном саду? Видимо, я просто никогда не гуляла здесь настолько поздно. Или светильник специально ждал именно моего появления, чтобы унизить меня.

— Простите меня, — повторила я ещё раз, чувствуя, как внутри всё сворачивается в один гигантский клубок из неловкости, паники и желания провалиться в удобный вулкан с пеплом.

Браво, Элирия.

Достойный ход. Схватить руками мужчину, который не просто «красивый прохожий», не огненный клинок, не дворцовый оборотень, а — внезапно! — высокопоставленный дракон, Правое Крыло самого принца. Могла бы сразу вывеску на себя повесить: «Не умею жить, обучаюсь на ходу». Хорошо хоть не сам принц Аккрийский. Трогать принца без разрешения — это примерно, как перепутать молитву с ругательством прямо в храме: эффект яркий, впечатления незабываемые, последствия — лучше не узнавать.

Яори-сан предложил эльфийский танец, где даже прикосновения необязательны, а ты тремя делениями клепсидры[9] позднее вцепилась в его запястье так, словно вы любовники!

Чудесно. Просто восхитительно. Что он о тебе подумает⁈

А разница в рангах? Ха! Целая пропасть. Ты — невесть кто, случайная гостья в саду, стража даже пропускать не хотела. Он — доверенное лицо принца, тот самый, перед кем кланяются даже те, у кого позвоночник дубовый. И тут ты такая вся… лапаешь его, как будто проверяешь, есть ли пульс у полубога.

От нахлынувшего стыда хотелось провалиться в Нижний Мир.

Запястья издревле считались на Огненном Архипелаге очень интимной частью тела, ведь не зря во всех одеждах, от дырявых рубах моряков до торжественных кимоно, такие длинные и широкие рукава.

— Простите, — в третий раз сказала я.

«Чудесная речь, да. Словарный запас философа, не иначе», — припечатала совесть.

— За что? — Мужчина напротив так и не сдвинулся с места, лишь рассматривал мои красные уши и лицо.

— За то, что потрогала вас без разрешения, Яори-сан… за запястье.

— Хм-м-м…. Элирия, ну раз стоим в такой позе, и ты меня схватила, как будто мы давно пьём чай из одной чашки, то предлагаю перейти на «ты». Разрешишь? — негромко произнёс Яори-сан, и я, кажется, окончательно окрасилась в цвет спелого граната.

В его голосе не было ни укора, ни возмущения. Скорее, лёгкая насмешка, тёплая, как янтарь, который хранит в себе лето.

«Давно пьём чай из одной чашки».

Этот мужчина не стал употреблять ничего откровенного и грубого, как я в своих мыслях. Даже в такой ситуации он умудрился выразить мысль тонко и изящно, как лёгкий росчерк кисти на свитке. Правое Крыло принца, что уж тут. Выше по иерархии только сам принц.

— Да, разрешаю, — выдохнула я и поразилась, насколько охрипло прозвучали мои слова. — Яори.

— Тогда предлагаю вернуться на торжество, раз освещение здесь вот-вот погаснет. А то мало ли ты решишь воспользоваться этим моментом и потрогать меня где-то ещё. — Дракон неожиданно подмигнул, а я… прикусила губу.

Как же неловко-то получилось! Приличная леди никогда бы не попала в такой просак. Это всё подлый фонарь!