Второй шанс Виктории

Глава 14

На следующее утро, едва успев распахнуть ставни и вдохнуть прохладный утренний воздух, я услышала стук в дверь.

Молли поторопилась открыть двери и на пороге появился смущенный Джеймс.

— Миссис Адамс отправилась на базар, мисс — начал он издалека сминая что-то в грубых ладонях — И там постучали, а я открыл. Никто не спускался и мне пришлось открыть и я вот... Он мне дал и сказал передать вам. А я хотел подождать миссис Адамс, но мне показалось, что это срочно.

— Что срочно, Джеймс? — с раздраженним перебила его Молли — Ты не мог бы обьясняться нормально.

— Вот — совсем смутившись от тона горничной лакей протянул мне изрядно помятый конверт, что впрочем не мешало мне расмотреть в нем довольно дорогую вещь. Отправитель далеко не бедствовал.

— Спасибо, Джеймс — сказала я принимая письмо и отправляя беднягу. Что на самом деле смутило его было не понятно, но в этом письме должен был содержаться хоть какой-то ответ.

Развернув сложенные листки, даже с бумаги я ощутила на себе знакомый пробирающий и холодный взгляд. Даже через строки Генри Лэнгтон умел передать своё высокомерие и неприязнь.

"Мисс Эшвуд, Забавно, как прошлое упорно отказывается остаться в прошлом, и, признаюсь, мне трудно представить, что вас на самом деле побуждает вновь вмешиваться в мою жизнь. Надеюсь, вы понимаете, что не все тайны забываются, а ваши действия оставили куда более глубокий след, чем вы могли предполагать. Я искренне надеялся, что вам хватит совести оставить прошлое там, где оно было, и не прибегать к столь дерзким и бестыдным попыткам напомнить о себе. Ваши последние поступки, как и прежние, выдают в вас удивительное упрямство и бесцеремонность, хотя и едва ли демонстрируют что-либо достойное. Удивляюсь лишь тому, что вы и по сей день находите силы и бесстрашие демонстрировать себя передо мной, словно забыв, что ваш образ давно потускнел, и что за ним я смог расмотреть змеиную натуру Далилы в ваших невинных глазах. Ваши попытки скрыть истинные намерения, надеюсь, остались в прошлом. Если ваша цель — вновь привлечь к себе внимание, боюсь, что вас ждёт разочарование, так как это вряд ли заслуживает хоть малейшего из моих усилий. Позвольте считать это нашей последней встречей и вашим последним “визитом” в мою жизнь. — Генри Лэнгтон, Герцог Пемброк"

Я застыла, словно под тяжестью самих этих слов, вчитываясь в каждую букву. Его послание, холодное и тщательно выверенное, оставляло ясный след — что бы ни случилось, он считал меня виновной, почти презирал. Герцог Пемброк умел выражаться так, что за каждым его словом скрывалась целая бездна обвинений, и мне казалось, что он стоял рядом, будто мог видеть, как я читаю его строки, и наслаждался моей реакцией.

Змея? Далила? Странно... Почему он сравнивал меня с женщиной, что искушала мужчин, а после предала библейского Самсона. Что за смысл в этом сравнении.

Он верил, что я предала его. Но в чем? Этот вопрос как раскалённый уголь оставался у меня в груди, и было мучительно сознавать, что я могла забыть нечто настолько важное, что навсегда испортило всё. Образ встречи с ним, презрительный блеск в его глазах, явственно всплыл передо мной, оживляя ту ледяную злость, с которой он тогда говорил.

Молли, как всегда, почувствовала перемену в моем настроении и, не задавая лишних вопросов, подошла ближе, как бы между делом собирая мои шали, сложенные рядом на кресле.

— Всё в порядке, мисс Виктория? — спросила она, бросив на меня быстрый взгляд, полный тревоги.

Я молча свернула письмо и кивнула, почти механически. В порядке ли? Если это можно было назвать "в порядке", то, пожалуй, да, всё именно так. Ледяные обвинения Генри, его уверенность в моей низости, позорное изгнание из высшего света и враждебность родного брата наконец-то заставили меня задуматься над потребностью разобраться в прошлом.

— Да, Молли, — произнесла я наконец. — Вполне. Просто… не то, чего я ожидала.

Молли поджала губы, но промолчала.

Я сложила письмо обратно в конверт и взглянула в окно, где солнечные лучи касались старых клумб, пробуждая во мне странное спокойствие. Если мои догадки были верны, то поездка в Уайтчепел — давно забытая, скрытая в памяти тайна — могла быть ключом к разгадке. И если брат, Маргарет или сам Генри знали правду, я готова была сделать всё, чтобы её узнать.

Эти мысли внезапно придали мне решимости. Я не могла позволить себе упустить шанс узнать свою историю, как бы мучительно это ни было.

Теперь я четко понимала одно: Генри ненавидел меня не просто так.

Поэтому я твердо решила: как только Маргарет появится, я сразу же задам ей все свои вопросы, без обиняков, отставив в сторону всякое смущение и деликатность.

Однако мои планы потерпели сокрушительное фиаско.

В срок обещанный в письме, когда я с нетерпением ожидала её прибытия, вместо живого визита в мои руки попал ещё один конверт. Записка от Маргарет — полная оправданий и всё тех же обещаний скорого приезда — не давало ясных ответов. Лишь очередное заверение, что, как только она прибудет, объяснит мне всё как следует, и просьба не волноваться.

«Я всё подготовила для твоего лечения, моя дорогая Виктория, — писала Маргарет. — Ты будешь в надёжных руках, и совсем скоро к тебе заедет человек, которому я доверяю полностью. Он отвезёт тебя в купальни, где ты сможешь пройти курс лечения, о котором мы говорили. Прошу тебя следовать его указаниям и довериться ему, как доверилась бы мне. Всё остальное я объясню лично, как только смогу к тебе добраться».

Письмо было подписано уверенной рукой, но его сдержанность казалась чуть холодной. В нём я не нашла ни одного упоминания о Арчибальде, ни намёка на то, что меня волновало. Она будто бы писала под диктовку или в присутствии кого-то.

Мне совсем не понравилось такое развитие событий, но все бросить и уехать домой, не дождавшись невестки я не решилась. Засев за любимое дело я решила отпустить все на откуп судьбы и сосредоточится на собственном здоровье.

Иногда лучшее, что можно сделать — это ожидать.

К концу дня, когда сгустились сумерки, я услышала стук в дверь. Молли сообщила, что меня в холле ожидает весьма почтенный джентльмен.

Отложив перо и протерев уставшие глаза я не торопясь спустилась к посетителю.

Передо мной предстал приятный на вид пожилой мужчина. Он слегка поклонился, его седые волосы были аккуратно зачесаны, а манеры и одежда выдавали опытного и выдержанного человека.

— Мисс Эшвуд, — произнёс он с лёгкой улыбкой. — Моё имя — мистер Джордж Армстронг. Я помощник управляющего в Королевских купальнях Бата и прибыл, чтобы сопроводить вас. Леди Эшвуд лично поручила мне всё устроить к вашему прибытию.

Он продемонстрировал документы, удостоверяющие его статус, и я внимательно взглянула на них: всё было в полном порядке.

документы мистера Армстронга выглядели вполне официально, и его манеры вызывали доверие. Всё это соответствовало тому, что обещала Маргарет.

— Буду рад оказать вам любую помощь, мисс, — добавил он, деликатно складывая документы обратно в кожаную папку. — Если вы позволите, я проведу вас к карете. Мы направимся прямиком в купальни, где уже всё подготовлено.

Я кивнула, принимая его предложение, и надела перчатки, ловко расправляя складки на манжетах.

— Благодарю, мистер Армстронг, — сказала я, ответив на его доброжелательную улыбку. — Радует, что вы прибыли так вовремя. Надеюсь, купальни окажут своё благотворное воздействие.

— Уверен, мисс Эшвуд, что ваша госпожа выбрала лучшее место. Купальни не раз творили чудеса, — и с этим он чуть отступил в сторону, позволяя мне пройти к выходу.

На улице нас встретил лёгкий утренний прохладный ветерок, приятно освеживший лицо. Карета стояла чуть в стороне, запряжённая двумя спокойными гнедыми лошадьми. Я поднялась на подножку, а мистер Армстронг аккуратно помог мне устроиться. Он сам уселся напротив нас с Молли, и, едва мы тронулись с места, мне стало ясно, что поездка обещает быть недолгой и довольно приятной.

— Мы прибудем к купальням через полчаса, мисс Эшвуд — учтиво предупредил меня мистер Армстронгза что я ему благодарно кивнула.

Карета мягко покачивалась на ухабах мощёной дороги, а город начинал оживать вокруг. Ярко освещенные и слегка шумные улицы, утихли стоило нам подьехать к купальням.

Спустя несколько минут я уже могла различить каменные очертания этих величественых зданий простроеных на манер древних римлян. Их могучие колонны, освещённые отблесками вечерних фанарей, казались загадочными и немного жутковатыми.

«Королевские купальни Бата», как и следовало ожидать, были местом, весьма впечетляющим и завораживающим.

Я медленно вышла из кареты, опираясь на руку мистера Армстронга, и позволила себе задержать взгляд на строгих линиях архитектуры. Вокруг чувствовалась тихая атмосфера благоговения, словно каждый, переступивший порог этих зданий, оказывался в чертогах самого Асклепия.

— Я подготовлю для вас всё необходимое, мисс Эшвуд, — негромко произнёс мистер Армстронг, чуть склонившись в учтивом поклоне. — Вас проводят в комнату, где вы сможете переодеться и отдохнуть перед началом процедур.

Я кивнула, нисколько не удивлённая его продуманностью и вниманием к деталям. Все же здесь работали настоящие професиналы, знающие как угодить капризным и требовательным представителям высшего общества.

Молли шагнула за мной, и мы вместе последовали за мистером Армстронгом через просторный вестибюль и узкий коридор, ведущий к маленькой комнате с видом на внутренний двор. За окном виднелись аккуратные кусты и цветочные клумбы, окружавшие один из бассейнов, по которому медленно плыли облака пара.

Продемонстрировав нам все удобства мистер Армстронг извенился и вышел, оставив нас наедине.

С помощью Молли, я переоделась в лёгкий халат, оставив плотное платье, как и дневные тревоги, позади. Вскоре вернулся мистер Армстронг, мягким жестом приглашая следовать за ним.

— Позвольте вас проводить, мисс, — его голос был чуть приглушён, как если бы все атмосфера будущего таинства исцеления внушала ему особое уважение.

Мы прошли через холл, украшенный массивными колоннами и сводчатыми потолками, прямиком к просторному залу с бассейном, окружённым каменными бортиками. Я на мгновение остановилась, осматриваясь, и заметила приготовленное для меня место — небольшой уголок с мягкими сиденьями и лёгкой занавесью для уединения.

Мистер Армстронг, видимо, предугадав мой интерес, подошёл ближе и, с учтивой улыбкой, сказал:

— Купальни давно славятся своей силой восстановления, мисс Эшвуд. Ее светлость выбрала курс процедур, нацеленный на укрепление и улучшение самочувствия. Позвольте мне позаботиться, чтобы вы прошли его в лучшем виде. Карен!

Кивнув мистеру Армстронгу в знак благодарности, я перевела взгляд на женщину, которая поспешила к нам на его зов. Это была молодая, но уже уверенная в своих силах женщина, чьи движения выдавали опыт. Она изящно сделала реверанс, прежде чем приблизиться, и, едва заметно улыбнувшись, вежливо обратилась ко мне:

— Мисс Эшвуд, рада видеть вас в наших купальнях. Я Карен, я работаю здесь и помогу вам с процедурой. Всё уже готово.

— Приятно познакомится — вежливо улыбнулась я.

— Я пожалуй пойду. — крякнул мистер Армстронг понимая, что миссию свою здесь он уже выполнил — Как только закончите и будете готовы, мисс, я тут же отвезу вас обратно.

— О, не стоит — поспешила отказаться я, понимая что этот человек уже часа три как должен был быть с семьей, но все еще нянчится со мной — Лакея, кучера и служанки будет достаточно. Отправляйтесь домой и ни о чем не переживайте.

— О нет-нет — интенсивно и даже как то испугано закивал головой помощник управляющего- я лично обещал леди Эшвуд, что прослежу за всем и слово свое намерен сдержать.

— Правда? — я удивилась. И когда это Маргарет успела здесь побывать и договорится?

— Да — правильно понял мое недоуменные мистер Армстронг — Леди Эвшуд договорилась со мной еще в прошлое свое посещение.

Хмм, ну что же… Ладно.

— Приятного вечера, мисс. — пожелал мне мужчина приняв мое молчание за позволение уйти.

Я поблагодарила его и приготовилась к приятным, или не очень, минутам лечения.

Меня раздели и опустили в минни басейн. Вода была теплой и нежно ласкала кожу. Было так приятно, что захотелось замурлыкать, как домашняя кошка, которую погладили по спине.

В это время работница купален принесла полотенца и небольшой лоток с аккуратно разложенными травами, их аромат наполнял воздух свежими и успокаивающими нотками. Она ловко сложила полотенце, подавая его Молли, и принялась объяснять:

— Мы используем здесь смесь ромашки и лаванды для обтираний — это поможет успокоить нервы и освежить кожу. А для укрепления сил добавлены розмарин и шалфей, которые прекрасно тонизируют и оставляют ощущение тепла на теле.

Я наблюдала за её действиями, расслабляясь в мягкой воде бассейна, пока Карен продолжала:

— Обтирания делают так, чтобы ткани тела постепенно прогревались, это помогает усилить воздействие минеральной воды. Затем мы используем лёгкое растирание специальным бальзамом на основе сосновой смолы, который способствует заживлению и укреплению организма.

Молли следила за её действиями, внимательно прислушиваясь к каждому слову, чтобы как следует запомнить. Карен мягкими движениями показала, как нужно делать обтирания, давая Молли возможность попробовать самой. Ощущения были приятными, свежие ароматы трав проникали в лёгкие, придавая лёгкость и спокойствие.

Процедуры были неторопливыми, и я позволила себе отдохнуть, доверив себя заботам этих двух женщин.

— А теперь госпоже стоит полежать в покое несколько минут, — завершила свой инструктаж Карен, аккуратно убирая мои длинные волосы с плеч и устраивая их на подушке. — А мы пока сходим за свежими полотенцами и травяным чаем, чтобы завершить процедуру.

— Идите — отпустила я обеих поймав взгляд Молли, полный сомнений — Со мной ничего не случится здесь за несколько минут.

Служанка нехотя послушалась и они обе ушли, задернув за собой полупрозрачные занавести.

Благодать!

Я вздохнула, чувствуя, как полное расслабление мягко охватывает всё тело, окутывая меня теплом и покоем. Вода, напоенная свежими ароматами, приятно согревала кожу, создавая ощущение, будто все тревоги и мысли растворялись в её ласковом тепле. Молли и Карен ушли, оставив меня наедине с мягким плеском воды и легким ароматом лаванды, унося в состояние полудремы, где реальность смешивалась с лёгкими, туманными образами воспоминаний.

Закрыв глаза, я почти ощущала, как время теряет всякий смысл, оставляя меня в тишине и покое, редком для меня в последнее время.