Запретный Наследник

ГЛАВА 6

ДЭННИ

О боже.

Я с трудом пытаюсь идти по прямой. Вцепившись в руку Райкера, я стараюсь удержать равновесие, но от него сейчас мало толку.

— Я сейчас просто впечатаюсь лицом в дорожку, — хохочу я.

— Такое чувство, будто я выдул целую бутылку вина в одиночку, — ворчит он.

У меня вырывается громкий смех: — Это потому, что ты практически так и сделал!

Мы добираемся до гостевого дома, который забронировал Райкер. И очень вовремя. Не думаю, что в нашем состоянии мы смогли бы дойти до машины, не говоря уже о возвращении в отель.

Я наблюдаю за тем, как Райкер сражается с замком, пытаясь вставить ключ, и начинаю над ним подтрунивать.

— Ты пьян.

— Немного, — усмехается он. — Ладно, сильно.

Смеясь, мы вваливаемся внутрь, и я скидываю туфли. — Я совсем не хочу спать.

Райкер подходит к телевизору и включает его. Он начинает пролистывать музыкальные каналы, и когда натыкается на что-то ритмичное, я выхватываю у него пульт и, прижав его к груди как заложника, пританцовывая, ускользаю подальше.

Через секунду я уже использую пульт вместо микрофона, ужасающе фальшивя под фонограмму. Но какая разница? Мне весело.

Песня заканчивается, и когда начинают звучать первые аккорды «Kiss Me» Эда Ширана, я начинаю медленно покачиваться, на этот раз действительно подпевая.

Райкер замирает на месте, просто глядя на меня с этой своей порочной ухмылкой… опять.

Я роняю пульт и, склонив голову набок, произношу:

— Однажды я либо сотру эту ухмылку с твоего лица пощечиной, либо поцелую тебя.

Он вскидывает бровь и говорит:

— Я голосую за поцелуй.

С моих губ срывается смех, и я подхожу ближе.

— Перестань ухмыляться.

Его губы изгибаются еще сильнее, он качает головой, и его взгляд темнеет.

— Ну всё. — Обхватив его ладонями за челюсть, я пытаюсь привстать на цыпочки, не теряя равновесия, и в итоге оказываюсь плотно прижатой к его груди. — Черт, ты слишком высокий, — жалуюсь я.

Взгляд Райкера приковывает меня к месту, его рука ложится мне на спину, удерживая в объятиях. Улыбка исчезает с его лица, а глаза темнеют еще больше.

— Ты хоть представляешь, насколько ты горячий? — спрашиваю я, чувствуя в голове приятный хмель от вина.

Он подносит вторую руку к моему лицу и начинает медленно наклоняться, пока я не чувствую его дыхание на своих губах.

Кажется, он колеблется пару секунд, а затем его рот накрывает мой, и я готова поклясться, что слышу, как где-то вдалеке взрываются фейерверки.

Раздается еще какой-то звук, похожий на сирену — словно предупреждение, — но это слишком смутно, чтобы меня волновало, когда наши языки встречаются.

Рука Райкера скользит мне за шею, он углубляет поцелуй, и по моему телу пробегают такие искры, что кажется, будто всё внутри вибрирует от желания.

Поцелуй становится жадным, мы оба тяжело дышим; наши языки сплетаются, губы неистово ласкают друг друга.

Ох… я так долго этого хотела.

Я хватаюсь за футболку Райкера и тяну её вверх. Издав разочарованный стон, бормочу: — Сними её.

Райкер перехватывает футболку у ворота и одним движением срывает её с себя.

— Да-а-а-амм… это было круто, — шепчу я. Мой взгляд падает на его пресс и опускается ниже. У меня вырывается стон. — Боже, эти мышцы… они так заводят.

Райкер обхватывает меня рукой, и его рот снова заявляет права на мой. Его тело прижимается к моему, и ощущение того, как он тверд, заставляет мои ноги подгибаться.

Мать твою, я хочу этого. Больше всего на свете.

Руки Райкера опускаются на мою задницу, и когда он приподнимает меня, прижимая к своему каменному телу, я обхватываю его талию ногами. Ему как-то удается донести нас до кровати. Его губы обжигают мою шею, пока руки уверенно ложатся на бедра. Он крепко сжимает их, прежде чем его правая ладонь начинает подниматься выше. Пока его губы и язык ласкают мой бьющийся пульс, Райкер накрывает ладонью мою грудь.

Боже, его руки на мне… это в сто раз интенсивнее, чем я себе представляла.

Нуждаясь в ответном прикосновении, я провожу ладонями по его мускулистой спине. Чувствую, как его тело напрягается, когда он начинает стягивать с меня футболку. Внизу живота всё сжимается. Райкер снимает мою одежду и снова впивается в мои губы. Этот поцелуй — дикий, сокрушительный, наполненный годами желания и любви.

Я просовываю руку между нами, ведя пальцами по его груди и прессу, пока не добираюсь до заклепки на джинсах. Мне удается её расстегнуть.

Райкер запускает левую руку мне под затылок, а правой проводит вдоль всего моего тела, пока его ладонь не оказывается между моих ног. Неистовая дрожь прошивает меня, когда он начинает ласкать меня через ткань джинсов. Желая почувствовать его кожу на своей, я пытаюсь стащить с него джинсы, шепча:

— Ты мне нужен.

Райкер отстраняется, и я приподнимаю бедра, пока он расстегивает мои джинсы и стаскивает их вместе с бельем. Пока я расстегиваю лифчик, Райкер быстро избавляется от своих джинсов и боксеров.

Прежде чем я успеваю насладиться видом его тела, он нависает надо мной, покрывая поцелуями внутреннюю сторону моих бедер.

У меня вырывается горловой стон.

— Так хорошо. Черт… так… хорошо.

Кажется, будто он поклоняется мне, пока его язык ласкает мою чувствительную кожу. Я чувствую его дыхание. Его язык проходится по мне, и я вцепляюсь в покрывало, когда очередной стон срывается с моих губ.

Он чередует ласки языком и легкие укусы, доводя меня до безумия, и вот моё тело напрягается. Когда он прижимается губами к моей плоти, одновременно проникая в меня пальцем, я начинаю издавать звуки, больше похожие на молитву — мощный оргазм лишает меня возможности дышать.

Райкер снова поднимается выше, осыпая поцелуями мою разгоряченную кожу. Его губы находят мою грудь, и он слегка прикусывает сосок, посылая новый электрический заряд прямо в мой трепещущий центр. Желание снова начинает медленно нарастать.

Наши движения становятся нежнее, руки исследуют друг друга. Я наслаждаюсь ощущением его мышц под загорелой кожей, пока мои ладони скользят по его спине и ягодицам.

Я раздвигаю ноги шире, Райкер устраивается между ними, и ощущение его плоти, прижатой ко мне, заставляет дыхание перехватить. Мечта становится реальностью.

Взгляд Райкера встречается с моим, когда он замирает у самого входа. В груди поднимается волна эмоций, когда он входит в меня одним длинным, уверенным толчком. Моё тело выгибается от того, насколько это потрясающе. Моя грудь прижата к его груди, и умопомрачительные ощущения вырывают у меня стон, пока мои пальцы впиваются в его спину.

— Наконец-то, — шепчу я, жадно глядя на него. Я вскидываю руки и крепко обхватываю его шею. Приподнимаю голову, и наши губы сливаются в жадном поцелуе, когда он начинает двигаться, толкаясь глубоко внутрь.

— Ты такой… — шепчу я, задыхаясь, ему в губы. — Боже, сильнее.

Всё его тело движется в такт моему, наша кожа запоминает каждое касание друг друга.

— Черт, Дэнни, — стонет он. — Ты так течешь для меня.

— Чувствовать тебя внутри… — я судорожно вдыхаю, — это рай.

Райкер хватает меня за бедро и начинает двигаться — упоительно жестко и быстро.

— Райкер, — стону я, чувствуя, что оргазм совсем… совсем… совсем близко, пока звуки наших тел заполняют комнату.

Его рука скользит между нами, лаская меня, и мне кажется, что моё тело распадается на части, взрываясь удовольствием. Я издаю звуки, которых, уверена, никогда раньше не издавала.

Его тело содрогается. — Я люблю тебя, Дэнни. Так чертовски сильно.

Я смотрю на лицо Райкера, наблюдая, как его черты заостряются, когда он изливается внутри меня. Он никогда не выглядел более горячим, чем в этот момент. Сжатая челюсть, потемневшие от наслаждения глаза, закушенная нижняя губа.

Мать твою, он выглядит как бог секса.

Затем его выражение лица смягчается, в нем появляется что-то похожее на благоговение. Я подношу руку к его щеке и шепчу: — Я тоже тебя люблю.

Райкер замирает, оставаясь глубоко внутри меня, наклоняет голову и целует меня до тех пор, пока на меня не накатывает сонная нега.

В какой-то момент он отстраняется, наваливается на меня вполоборота, и мы оба проваливаемся в сон.

РАЙКЕР

Когда я просыпаюсь, в комнату бьет чертовски яркий свет. Я щурюсь и, не узнавая мебель вокруг, прижимаю ладонь к гудящей голове.

Постепенно чувства возвращаются, и ощутив рядом с собой обнаженное женское тело, я резко открываю глаза. Мои губы приоткрываются, когда я вижу Дэнни, лежащую наполовину на мне. Голую.

Мать твою.

Она начинает шевелиться, и каждая мышца в моем теле каменеет. Я не могу не чувствовать её грудь на своей коже и её лоно, прижатое к моему бедру. Это сенсорная перегрузка, от которой я становлюсь твердым как сталь за доли секунды.

Приподняв голову, Дэнни моргает пару раз, и её взгляд встречается с моим. Я наблюдаю, как по её лицу пробегает волна шока, а затем она резко вскакивает на колени, открывая мне умопомрачительный вид на своё идеальное тело.

Боже, её грудь.

В памяти вспыхивает воспоминание о том, как я ласкал её соски губами. Вкус её самой. То, как я толкался в неё, глубоко и жадно. То, какой мокрой она была для меня. Её оргазмы… оба.

Жар разливается по мне лесным пожаром, но прежде чем я успеваю сфокусироваться на чем-то еще, она закрывает рот ладонью и шепчет:

— Не-е-ет… я всё испортила.

Её взгляд опускается на мою грудь, затем на пресс, после чего она снова резко смотрит мне в лицо. И слава богу. Не думаю, что она сейчас готова к виду моего вставшего члена.

Прочистив горло, я произношу:

— Не паникуй.

В истинном стиле Дэнни, она начинает паниковать, спрыгивает с кровати и несется в ванную. Я успеваю заметить её идеальную задницу, прежде чем дверь с грохотом захлопывается.

— О боже. О боже. О боже.

Наступает тишина, а потом она начинает заново:

— О боже. О боже.

Я поднимаюсь с постели, голова немного кружится. Подхожу к двери: — Перестань паниковать.

— Как я могу не паниковать?! — визжит она.

— Мы слишком много выпили и занялись сексом. Давай это обсудим, — бормочу я. Глядя в закрытую дверь, я начинаю вспоминать всё больше подробностей ночи.

Каждый прекрасный дюйм её тела.

То, как я входил в неё.

Я закрываю глаза, вспоминая, как это было хорошо.

«Я тоже тебя люблю».

Глаза распахиваются, сердце начинает ускоряться.

Она не видит во мне просто лучшего друга своего младшего брата. Черт, она чувствует то же самое. Прошлая ночь — прямое тому доказательство.

Надежда взрывается внутри меня.

Я наконец-то могу быть с женщиной, которую люблю.

Вернувшись к кровати, я нахожу свои боксеры и натягиваю их. Собирая одежду Дэнни, я невольно улыбаюсь, видя черные трусики-шортики и белый лифчик. Это так на неё похоже.

Я возвращаюсь к ванной и стучу.

— Твоя одежда у меня.

Она приоткрывает дверь — ровно настолько, чтобы просунуть руку, и это вызывает у меня смешок.

— Перестань смеяться. Это вообще не смешно! — огрызается она.

Когда она снова закрывает дверь, я надеваю остальное. Найдя свою футболку в гостиной, я натягиваю её и иду в кухню. Ставлю воду для кофе и жду, пока закипит.

Приготовив кофе, я несу кружки в спальню и сажусь на кровать.

— Кофе готов.

Дверь открывается, и выходит Дэнни. Выглядит она так же паршиво, как чувствую себя я.

Она берет кружку и садится рядом.

— Спасибо.

Неловкое молчание заполняет комнату, пока мы прихлебываем горячий напиток.

Когда Дэнни допивает, она прочищает горло:

— Ты что-нибудь помнишь?

Каждое. Чертово. Мгновение. Её вопрос заставляет меня нахмуриться.

— Да… а ты?

Она сидит неподвижно пару минут, а затем произносит:

— Почти ничего.

— В смысле — почти ничего?

Она жмет плечами.

— На самом деле — очень мало.

Я смотрю на неё в упор.

Ну, это просто отстой. Я переспал с женщиной своей мечты, а она ни черта не помнит.

— Нам стоит забыть о том, что это произошло, — бормочет она.

— Ты и так уже забыла, — сухо напоминаю я.

— Я имею в виду, что между нами было… ну, ты понимаешь. — Она встает, отказываясь смотреть на меня.

— Дэнни. — Она идет к двери, и я тоже вскакиваю.

— Даниэлла!

Она останавливается, но не оборачивается.

— И это всё? Мы переспали, и ты собираешься это просто проигнорировать?

Наконец она поворачивается. — Всё так, как есть. Мы были пьяны. Прости. Я старше, я не должна была… делать то, что сделала.

— Что, черт возьми, ты несешь? — срываюсь я. Мне требуется секунда, чтобы переварить её слова. — «Всё так, как есть»?

Я не из тех, кто быстро выходит из себя, но это заявление мгновенно вгоняет меня в ярость.

Она выглядит по-настоящему несчастной.

— Мне жаль, что это случилось. Я бы хотела повернуть время вспять и исправить это месиво. Прости меня, Райкер.

Боже, дай мне сил.

Я наклоняю голову, пытаясь сохранить самообладание.

— Тебе жаль? Мы занялись сексом, и тебе жаль? Спасибо, черт возьми, за «огромный» вклад в мою уверенность в себе.

Её глаза расширяются, она делает два шага ко мне, но замирает.

— Я не это имела в виду. Ты был великолепен.

— Я думал, ты ничего не помнишь, — выплевываю я.

Прежде чем она успевает что-то добавить, я прохожу мимо неё и выхожу из комнаты.

— Нам пора ехать. Мне нужно работать над контрактом.