А он был женат

Ярослав

Семь месяцев после расставания — Ярослав

Сегодня должен был вернуться с отдыха Кривун. Не знаю, отчего мне так сильно везло, но когда я под вечер месяц назад прибыл в их дом, мамаша встретила меня лично, сообщив, что отомстила за то признание перед Анджелкой с тем, что её мамаша на меня пару раз присела «для укрепления дочернего брака», как она тогда оправдалась. Вот она меня и встретила, ехидно пропев одну единственную фразу: «Ой, а я не сказала, что он улетел? Какая я забывчивая!», после чего тяжело упорхнула к чёртовой матери и не лезла в мою жизнь ещё месяц, в то время как я медленно делал вид усиленной работы, сам собирая кое-какую информацию из доступной, плюс перетаскивал свои пассивы на счета, с которых никто не смог бы ничего у меня забрать. Автопарк из любимых был прорежен, что-то ценное спрятано или продано, а нервное напряжение уже грызло пробку винной бутылки изнутри. Меня ждал минимум вылет, максимум взрыв. Что выберет Кривун в этот раз? Уточню, что я не угадал ни в одном из вариантов.

— Ну заходи, — усмехнулся начальник, — сынок.

Мысль, что нужно было бежать с деньгами побыстрее, мелькнула в голове, но осела от того, что у дверей в кабинет тестя стояли сразу два безразличных ко мне амбала. Была вероятность, что именно они меня и будут убивать, пока Кривун начнёт узнавать как много я украл. Однако не это успело удивить и вывести из себя — напротив стола в гостевом кресле нашёлся никто иной, как Артём — мой ненавистный бывший друг, обернувшийся с ухмылкой и удовольствием при виде моего наигранного безразличия. Как же сжималась задница от одного вида спины Кривуна, повёрнутой ко мне и выходу! Выбраться из этого дома я и не смог бы — бежать было глупо, осталось только узнать, останусь я жив или нет. Да и знать, что из этого хуже, не хотелось. Переломанный позвоночник и опция ходить под себя всю жизнь приятнее смерти? Как по мне — не особо.

— Как долетел? — спросил и сел на кожаный диван у входа, не имея другой возможности.

В этом кабинете не было мебели для больших скоплений людей, а вот расположение говорило о статусе кого бы то ни было относительно главы этого места. Я находился в опале, особенно учитывая гадость в виде жестокого оскала Артёма в мою сторону. Очевидно, ломать мне кости будет именно он, не зря же он здесь находится в таком расположении духа.

— А ты как думаешь? — дёрнул щекой Кривун, разворачиваясь в мою сторону с ухмылкой.

По сказкам и мультикам детства нам был известен забавный факт — у злодеев всегда были шрамы, уродства, гнилые зубы, толстое брюхо или ещё что-то, что делало их неказистыми. Отчего-то в жизни это работало совсем не так. Деньги делали из нас людей красивых, хорошо одетых и приятных — Кривун за эти полгода похудел, убрав своё вечное пузо минимум вдвое. Так он выглядел ещё опаснее, всё же полнота делала из него добряка, пусть и с грязными словами изо рта.

— Никак не думаю, — я пожал плечами, — поэтому и спрашиваю.

Мужчина язвительно хмыкнул, плюхнулся в своё главное кресло и спросил, не отводя взгляда от моего безразличия. Венка на виске билась — я чувствовал её физически.

— А ты достаточно отдохнул? Или полгода мало для пьянства и разбоя, что ты там устроил? — он сверкнул глазами, — нагулялся, спрашиваю?

Артём тихо усмехнулся, склонив голову набок. Неужели его подготовили на замену мне? То, что он лучше выполняет работу, не спорю, но его жестокость иногда вылезала прошлому его боссу проблемами. Не думаю, что моя задача сдерживать идиотов станет для этого придурка простой — он бы и сам всех подряд замучил, дай ему волю.

— А я мог нагуляться? — забросил ногу на ногу и потянулся к пачке в кармане.

Последняя сигаретка, чует моя жопа. Не зря Кривун подался корпусом в мою сторону:

— Мог или не мог, но должен был, — расплылся в усмешке он, — знаком с Артёмкой же? Хороший парень, деятельный, мне его Фролов рекомендовал — я его на твоё место поставлю. Будет гонять этих охламонов без твоей вечной лени и упрямства. Посмотрите на него, не отдохнул он! Полгода, Ярослав! Чем не время, а? Сиди себе, да… девчонки на тебя жаловались, — он качнул головой, — чего ты их в последние дни гонял, спрашиваю?

Сигаретный дым потянулся к потолку. Спокойно так, безразлично до его вопросов.

— Значит так надо было, — мне уже нечего было терять.

Плевать, как я буду говорить. Я труп. Буквально сейчас им становился. Кривун заржал, продолжая качать головой.

— Надо, говоришь, — протянул он, — надо, так надо. Нагулянность свою прекращай, дела для тебя новые есть, — он уставился на меня, — я тебя повышаю, как и обещал. Да, криво у тебя было во Владивостоке, но ты там что-то делал, даже какие-то результаты были, — смешок, — нас теперь их воротилы опасаются, это хорошо, как бы ты там автоматом не размахивал. Отошёл, значит, от этой беготни. Пора за ум взяться и начать серьёзными делами заниматься. Никакого больше баловства! — рявкнул, отчего я едва не дёрнулся, — с этого дня ты мой приемник. Официальный, — издал смешок, сузив глаза, — вон какое тебе кресло мать купила. Иди, оцени.

И с места не сдвинулся. Пристрелит меня нахрен на этом кресле. Я же не совсем больной, чтобы поверить в то, что мне башку не прострелят здесь и сейчас.

— Не любитель ты, помню, — сам развалился на кресле Кривун, — не ценишь мои старания, паразит. Чего сейчас молчишь? Я тебе все условия, вон, работника сразу нашёл, чтобы ты не искал сам, — он кивнул на сереющего лицом Артёма, — будешь ты доволен когда-нибудь, м? Точно паразит.

Не похоже было на игру. Да и сам Кривун, резко вспомнилось мне, что прямой был, а не тот, кто плясать будет и надежду в мертвеца вселять.

— Доволен, — я выдохнул дым, — это всё?

Сложно было расправить лицо, скованное чуть ли не судорогой до этого.

— Нет, я тебе составил список задач, разбери на досуге, — он поднял и шлёпнул по столу папкой, — не все же мне делать! За ум берись, Ярослав. Ты наследник, ты опорой должен отцу быть, а не проклятьем, — он, тяжело кряхтя, поднялся, — надеюсь на тебя. В этот раз чтобы не шаманил какую-то хрень, да без игр. Делами занимайся. Что сейчас посеешь, чему научишься, то и пожнёшь, когда к тебе все перейдёт и к дочери, — он приблизился и склонился едва ли не к моему лицу, — ты же не дурак, Яр. Я тебя знаю. И ты многое умеешь и понимаешь, поэтому сейчас не станешь меня подводить. В этот раз точно последний будет, я же не посмотрю, что Анджелка пищать станет. Перепищится.

Ответа он не стал ждать. Оттого, что я продолжал безразлично на него глядеть и курить?

— Давайте знакомьтесь с делами, — выпрямился Кривун, — и Ярослав, его работа на твоей совести. Я его настропалил с обязанностями, пока тебя ждали, но ты за него головой отвечаешь. Будет дурить, сам знаешь, что делать.

Как маленькому объяснял, честное слово. Пускай я себя таким и ощущал — когда ты уверенно идёшь на смерть, а тебя повышают, эмоций мало нормальных может остаться. Как бы отлично всё не закончилось.

— Понял, — самое время разглядеть тлеющий бычок в пальцах, — это всё?

Кривун остановился у двери.

— Рожей своей нигде не свети, и не распространяйся, что ты это место занял, — посоветовал он, — ты им и до этого глаза мозолил, а теперь второй мишенью станешь. Контролируй слова и выходки. Сиди в местах с охраной или носи с собой оружие, — он фыркнул, — мне первое, что при встрече дочь сказала, это чтобы я тебе мозги не жрал, у неё на тебя планы, — смешок, — с планами её тоже поспешите, — и удивительное для него, — я внуков хочу.

После чего он вышел, оставив меня и притихшего и ожидающего разноса Артёма одних. Меня больше интересовал потухший фильтр с кривой прожжённой бумагой. Интересно, а это везение когда-нибудь закончится? Вроде как сложно быть человеком, который пошёл на тринадцатый год откровенной халявы за чужой счёт. Мне всегда казалось, что в такой обстановке я умру молодым — сперва лет в двадцать, потом в двадцать пять, после — в тридцать. Все круглые даты, что глупо, но они никак не заканчиваются, что тоже как-то невероятно.

И флешка не пригодилась. И сам компромат, что в голове мельтешил. Более двухсот убийств за всё время. Изнасилования, грабежи, махинации, отжатие бизнесов, вооружённые нападения. И чёртов Ярик, который всё это понимал, но просто хотел свободы и денег. Не зря меня Кривун нахваливал — одно случайное убийство за двенадцать лет никак не сравниться с тем, перед чем он поставил меня сейчас.

— Ну и? — Артём не выдержал давления молчанием.

А мне так плевать было на него, что и отвечать лень. Надсмехаться не охота, что вообще само по себе странно для нашей ситуации.

— Маме своей ну-кни, — потёр лоб, поднялся и отправил бычок в пепельницу, стоящую на моём столе.

Надо же. Я занял то место, от которого убегал несколько лет. Правильная была позиция «Делай минимум, чтобы не уволили», жалко, что не сработала в этот раз. Навалили мне ответственности, сиди теперь с бумажками воюй.

— Иди отсюда, я потом тебя позову, — вмиг ощутил прилив власти и какой-то горделивости от этого, — самому бы разобраться сначала.

Надавить на него я успею, сейчас бы не показаться потерянным, каким я и был. Ничего мне никто не объяснил. Нужна как минимум секретарша, план действий и…

— Любимый, я так рада! — Анджелка распахнула дверь, — ты у меня такой умница! Я всегда знала, что ты…

Она умела напрыгивать так извилисто, что человек не успевал осознать в каком он теперь капкане. Вот и сейчас — оказалась на моих коленях, впилась в губы и со всей силы сжала от радости.

— Не будешь стучаться, я буду тебя выгонять, — скинул её с себя, — всё, тоже пошла вон. К чёрту мне твои поздравления. Сгинь!

Кто-то из них что-то понял? Ага, пять раз. Один сидит глазами хлопает, вторая стоит. И оба бесят!

— Вы глухие?! — прорычал, — или я непонятно сказал?

Жена поджала надутые губы, кивнула и направилась на выход:

— Я заказала нам столик, надеюсь в этот раз ты со мной поедешь. Нам же нужно отпраздновать то, насколько ты у меня лучший! — она цокнула каблуками и, не дожидаясь ответа, исчезла в коридоре.

А вот с Артёмом было сложнее.

— У меня есть пара идей, которые ты оценишь, — он и не планировал вставать, — более чем…

— Угу, сходи с ними к черту, — указал ему бумажками на дверь, — завтра приходи и что хочешь рассказывай.

Артем кивнул, встал, а после усмехнулся и решил устроить мне приманку:

— Помнишь Еву? Её отец умер неделю назад, и мы могли бы…

Я поднял глаза на него и спросил устало:

— Может тебя пристрелить и не мучиться? — встретился с его взглядом, — иди разбирайся со своими девками сам. Не лезь ко мне.

Вот тут он понял. Скривился, сжал челюсти, но вышел. М-да. Быть хорошим боссом мне не грозит. Это точно.