Академия последних рубежей

Глава 11

До пустой аудитории, где начинался спуск в библиотеку, она добралась без приключений. Это даже немного удивляло. Имоджин ожидала, что вот-вот из-за угла выскочит кто-то из преподавателей или самих Собирателей пепла, что на лестничной площадке вдруг появится инниари — даже такое казалось вероятным. Но ни на лестнице, темной, пустой и непривычно огромной, когда по ступенькам не неслась толпа студентов, ни в коридорах не встретилось ни души.

Имоджин шла без фонаря, в старом брючном костюме и мягких туфлях без каблука. Это дарило иллюзию незаметности — но только иллюзию. Стоило кому-то выглянуть из аудитории в коридор...

Однако выглядывать было некому.

Нужную аудиторию накрепко заперли. Пришлось повозиться, отпирая замок магией. Имоджин не сразу догадалась использовать ржавый ключ, который служил пропуском в ход Собирателей пепла. Но стоило коснуться им двери и провести по воздуху, а затем активировать чары кольцом, как замок еле слышно щелкнул, открываясь. Наверное, Собиратели пепла заранее настроили его на эти ржавые ключи.

Имоджин потянула за ручку. и замерла.

Ей почудился шорох за спиной, в глубине коридора.

Она рывком оглянулась, тут же отругала себя за это, но никого не увидела.

Проклятие! Нужно было хотя бы в сторону отскочить, что ли! Или сразу нырять в аудиторию, раз на то пошло. Что толку оглядываться, как будто тебе поможет, если ты увидишь, кто именно за тобой крадется?

Имоджин шмыгнула в аудиторию, прикрыла за собой дверь и выглянула в замочную скважину.

В коридоре никого не было.

Она просидела у замочной скважины еще минут пять, чтобы уж точно не пропустить преследователя. Но никто не появился. Значит, шумел сквозняк или крысы.

Жаль, что чары невидимости так просто не сплетешь. Можно лишь заставить определенного человека не замечать тебя, но в каждом случае нужны новые компоненты и иной подход. Еще можно отвести глаза, как умеют инниари, но. это умеют только инниари. И это все равно не поможет, если за тобой целенаправленно следят.

Вздохнув, Имоджин отыскала рычаг в пустом шкафу и открыла проход в потайную лабораторию. Там подошла к стене, где в прошлый раз зиял черный лаз в неизвестность, и снова провела ключом по воздуху, а потом коснулась стены.

И лаз послушно возник, точно такой же, как тогда.

Было не по себе заходить внутрь. Одной, ночью, без хоть какого-нибудь спутника... Как бы Имоджин ни подозревала Альграта в служении Госпоже, с ним было не в пример спокойнее.

Она понимала, что в проходе нет никаких чудовищ, и никто не набросится из темноты, а Собиратели пепла мирно спят в кроватях, и даже если застанут ее здесь, то вряд ли смогут серьезно навредить. Но сердце все равно колотилось где-то в горле, а под ложечкой противно сосало.

Кто сказал, что Собиратели пепла не навредят? Может, они просто отдадут ее своим карманным инниари, с которыми связался Эртен. И плевать, что в Академии теперь дежурят сотрудники Корпуса по делам инниари.

Поискать кого-то из них и попросить составить компанию, что ли? Посты должны быть у входов. Имоджин мотнула головой, отбрасывая эту идею. Ни к чему тратить время.

Лучше предупредить Альграта. Нужно будет — он сам их сюда пришлет.

Она зажгла свечу спичкой, не прибегая к магии, склонилась над пыльным столом и нацарапала в блокноте: «Иду в библиотеку. Пришлите кого-то присмотреть за ходом, ну или подключитесь к моему сознанию, как собирались».

Она хотела уже закрыть блокнот, не ожидая быстрого ответа, но на странице чуть ниже мгновенно появились размашистые строчки:

«Я пришлю. Подключиться к сознанию можно, только если вы сядете неподвижно и закроете глаза. Удачи».

— Спасибо за объяснение, — вслух пробормотала Имоджин, но умолкла, когда собственный голос показался криком. А потом шагнула в проход.

Поначалу было страшно. Она то и дело ожидала, что из глубины выскочит кто-то. или что-то. Огонек свечи дрожал, рождая причудливые мечущиеся тени. Имоджин нервно оглядывалась на каждую, видела, что это всего лишь тень, и успокаивалась — пока в поле зрения не мелькала следующая.

Но к середине лестницы страх начал таять. Возможно, потому, что никто так и не напал.

Собиратели пепла спали этой ночью. Имоджин уже не сомневалась. Последние ступеньки она преодолела, перепрыгивая через одну — и буквально ворвалась в помещение библиотеки.

Разумеется, пустое.

Имоджин торжествующе хмыкнула, поднимая свечу повыше. И тут же под потолком зажглись лампы.

Она вскинула голову, разглядывая их с легким подозрением. Но кругом по-прежнему было тихо и безлюдно. Просто лампы оказались зачарованными. Реагировали то ли на свет свечи, то ли на появление человека.

Имоджин задула свечу и медленно прошлась по залу.

Никого. Библиотека принадлежала ей. Не верилось, что сюда в любую минуту нагрянут Собиратели пепла. Сейчас все их сокровища оказались во власти Имоджин. И не только сокровища... Удобные старинные кресла у столов, такой же невероятно древний чайный сервиз с чайником. Запасы конфет — для разнообразия не древних, а свежих и ароматных. Чем бы ни занимались Собиратели на своих собраниях, они не забывали о комфорте.

Разорять припасы Имоджин не стала. Она подвернула рукава блузки и принялась перебирать книги.

Что именно она искала? Сама не знала. Хоть что-то, что могло бы намекнуть на тайные знания Собирателей пепла. Она не пролистывала механически книгу за книгой, а сначала проинспектировала содержимое полок. Многие были заняты исключительно справочниками и учебниками, превратившимися в букинистическую редкость еще лет двести назад. На некоторых обнаружились старинные приключенческие романы, читать которые Имоджин не смогла бы, даже будь у нее время. Тогда, два-три века назад, в моде были пространные описания городов и пейзажей, длинные философствования, в которых тонули действия, архаичная мораль, построенная на почитании императора. Сиятельные в романах тоже появлялись. Имоджин выхватила реплику одного из героев, который рассуждал, стоит ли безрассудно отвергать прошлое в их лице. Ведь сила Сиятельных не враждебна, как и любая сила, все зависит от того, как ее применить, «и напрасно мой досточтимый предок стал одним из тех, кто навеки изгнал ее из нашего мира».

Имоджин не слышала об этом романе. Запрещенная литература? Не исключено, ведь автор почти в открытую сожалел об изгнании Сиятельных. Наверное, потому эта книга и попала сюда.

Однако Имоджин искала не запрещенные романы.

На полках шкафа, стоявшего в конце зала, ближе к столам и креслам, ей наконец попались рукописи.

Нижнюю полку занимали большие каталоги книг. Видно было, как они росли, как год за годом новые члены общества вписывали туда названия новых книг и несколько строк об их ценности. Имоджин села на пол и внимательно прочла несколько страниц. Чтобы найти здесь что-то полезное, понадобится вечность. Она потянулась ко второй снизу полке.

То, что там обнаружилось, напоминало личные дневники. Написанные на желтой, ломкой от времени бумаге чуть расплывшимися чернилами, они читались трудно. Но зачем-то же их держали здесь даже спустя полвека. Странно, почти новые! Имоджин фыркнула — она уже привыкла видеть здесь книги и вещи, которым было по двести-триста лет. А в этом дневнике кто-то проставил даты. Наверняка его автор был до сих пор жив.

В дневниках оказались записи о каких-то наблюдениях.

«12 мита 76/27, — так обозначался семьдесят шестой год двадцать седьмого кольца, последняя четверть прошлого века. — Неподвижен, на голоса не реагирует, на прикосновения палки не реагирует.

19 мита 76/27. Без изменений.

26 мита 76/27. Без изменений».

Сердце забилось быстрее. Имоджин расширившимися глазами смотрела в дневник. Перевернула лист, чтобы найти хоть какие-то указания на то, за кем или за чем наблюдали предки нынешних Собирателей, но ничего не обнаружила. На форзаце неразборчиво значилось имя... и все.

Вероятно, Собиратели и сами прекрасно знали, кого или что описывают. И было ни к чему повторять. Вероятно, это знание передавалось новичкам и дошло до современности. Вероятно, Эртен уже был посвящен в эту тайну.

Имоджин листала страницу за страницей. Почерк сменился другим, затем третьим. Даты постепенно подбирались к двадцать восьмому кольцу.

В девяносто шестом году двадцать седьмого кольца появился новый почерк — и новые записи.

«Беспокоился при виде магического света. От прикосновений палки шипел».

На следующий день — «Без изменений».

А потом — «Эксперимент Лийена Хантарде. Прикосновение ключа. Объект дергается, тянется к ключу, предположительно пытается вырвать».

Имоджин отложила тетрадь и сжала гудящие виски руками.

Она догадывалась, что, к Темным демонам, все это может означать.

Лийен Хантарде. Отец Алессара. Он состоял в обществе. Значит, состоял и Алессар.

Нет, разумеется, его могли не принять, ведь не существовало никаких доказательств, что принимали всех отпрысков участников. Но Имоджин не верила в это. Алессар ни словом не обмолвился. что как раз неудивительно, она еще даже не стала его женой, и не факт, что другие члены вообще посвящали в тайну даже жен. Алессар прекрасно знал, что ищет общество и что уже успело найти.

Его отец участвовал в наблюдениях и ставил эксперименты над существом, которое описывалось в дневниках.

Где оно находилось? Оно еще живо? Было ли оно живо изначально или они экспериментировали над некой квазиживой магической сущностью?

Имоджин подозревала, какими будут ответы.

И знала точно, что если она задаст свои вопросы Алессару, проявит чудеса красноречия или даже попытается выведать нужное в постели — он не скажет ни слова.

Руки слегка подрагивали. Она раскрыла блокнот и принялась криво царапать, не заботясь о связности фраз:

«Они ставили эксперименты над какой-то тварью. Здесь целый дневник. Тыкали ее палкой и записывали прогресс. Я видела записи за 50 лет, сейчас поищу остальное».

Об Алессаре она пока не стала сообщать. И усилием воли заставила себя не думать. Знала, что если задумается, то обязательно расклеится. Кроме утерянной силы Сиятельных, было что-то еще... что-то важное, что мерцало на краю сознания. Алессар был среди Собирателей пепла. Дядюшка был среди Собирателей пепла.

Но Имоджин не могла себе позволить сидеть посреди библиотеки, полной ценной информации, и думать о том, что не требовало ее внимания прямо сейчас.

Она положила блокнот на пол и принялась лихорадочно рыться в стопках рукописей, вытаскивать их, поспешно листать. Усилия очень скоро увенчались успехом. Дневник наблюдений за неизвестным созданием продолжался.

.или это было не создание? Могли ли Собиратели пепла открыть дорогу к воронке, которой заканчивались Черные пещеры? Могли ли наблюдать за ней? Имоджин потрясла головой. Да нет, зачем им воронка? Проклятие, о ком они пишут? Неужели.

Последняя запись была сделана два дня назад. Она гласила: «Вихри продолжают появляться. Реагируют на ключи. Объект тревожен, тянется к ключам. Не похоже, чтобы узнавал нас».

Реагируют на ключи.

Имоджин снова схватила блокнот. Альграт что-то ответил, она даже не взглянула — сразу принялась писать:

«Они касались этой твари какими-то ключами. В последней записи — что-то о вихрях, которые появляются рядом и тоже реагируют на ключи. И тварь тянется к ключам.

Я не сказала, но когда-то я выкупила у человека со второго плана старинную медаль с профилем императора Десара I. После этого он снился мне и требовал найти 12 ржавых ключей.

Почему я так часто слышу о ключах, когда речь идет о Темн. дем.?»

Имоджин из какого-то суеверного страха так и не написала «Темные демоны» полностью. Здесь, где дыхание эпохи Сиятельных ощущалось как никогда ясно, она просто опасалась называть их.

Первый из ответов Альграта гласил: «Поищите самые первые записи, там должно быть что-то о том, где они нашли то существо, где его держат и как туда попасть. Не идите туда, если это за пределами Академии!»

Второй ответ уже проступал на бумаге.

«Я тоже слышал о ключах. Обсудим позже. Найдите начало записей!»

Имоджин искала. Бумага шуршала, воздух наполнился мельчайшими частичками пыли и запахом древних книг, текст делался все менее разборчивым и все более размытым, а записи нижней тетради из стопки датировались двадцать пятым кольцом.

«Из нашей библиотеки найден еще один пещерный ход».

Пещерный? Ах да... видимо, тот давно умерший студент, который писал это, тоже бывал в Черных пещерах и заметил, что проход к библиотеке Собирателей пепла подозрительно на них похож.

«Мы миновали три подвальных этажа. По постоянно обрывающемуся ходу мы проблуждали до утра и обнаружили древнюю темницу».

Древнюю? То есть еще более древнюю, чем эти записи, сделанные почти триста лет назад?

«В темнице, в оковах, лежит мертвое, но не разложившееся тело. Ион Алайен считает, что оно живо, но пребывает в летаргии благодаря магии пепла. Решено отныне наблюдать за ним и в меру наших возможностей прилагать усилия, дабы разбудить».

Магия пепла? Собиратели пепла. Вероятно, так они называли магию Сиятельных. Пепел. То, что давно истлело и погибло. Но они сумели пробудить мертвое.

Имоджин переписала текст в блокнот. Альграт, помолчав, ответил:

«А нет более точных данных, как они попадают в эту темницу?»

Имоджин вновь потянулась к тетради. Кажется, на первом форзаце было что-то вроде схемы.

И тут раздался грохот.

Она дернулась всем телом, подскакивая на месте. Сердце дернулось в такт и пустилось в бешеный бег, колотясь в груди, почти выскакивая, мешая дышать. Руки затряслись. Имоджин машинально схватила блокнот и карандаш, сунула в карман, сгребла в охапку тетради и сунула их обратно на полку, уже оглядываясь в поисках укрытия и безнадежно понимая, что ее мгновенно обнаружат. а может, вскарабкаться на один из книжных стеллажей, вдруг тот, кто явился сюда, не станет задирать голову. но он увидит открытый ход и зажженные лампы..

Или это просто пришел кто-то из Корпуса по делам инниари? Она ведь просила Альграта прислать.

Имоджин справилась с паникой, но все еще посматривала наверх, готовая лезть на шкаф. Прийти сюда мог кто угодно.

Грохот повторился. Вместе с ним донеслось кое-что, чего она в первый раз не различила, оглушенная страхом: жалобный вскрик.

Так этот визитер — не член общества! Иначе защита бы его пропустила.

Темные демоны! Не хотелось даже представлять, что именно защита могла сделать с незваным гостем. Крик, кажется, был женским. Окончательно успокоившись, Имоджин решительно подбежала к двери и распахнула ее.

Взгляду предстал ворох темных тряпок и спутанные пряди волос. Девушка или женщина бессильно лежала на полу, как тряпичная кукла. Вот она шевельнулась.

Имоджин опустилась на корточки и схватила ее за плечи, поворачивая лицом к себе.

— Илидия?!

В ответ соседка лишь застонала. Тогда Имоджин встала, перехватила ее поудобнее и потащила внутрь библиотеки.

На сей раз защита не среагировала. Наверняка она была настроена на такие случаи и позволяла приводить гостей. Главное — чтобы хоть у одного из тех, кто пытался войти, лежал в кармане ржавый ключ.

Илидия была худышкой, но тащить бесчувственное тело оказалось неожиданно тяжело. Имоджин все же справилась без магии, закрыла за собой дверь и уложила соседку у стены, подсунув ей под голову толстую книгу. Не очень-то заботливо, но ничего подходящего в библиотеке не нашлось. Облить Илидию водой, что ли? Знать бы, сильно ли она пострадала...

Тут раздался новый стон, и Илидия открыла глаза.

— Что ты здесь делаешь? — прошипела Имоджин, не тратя времени на вопросы вроде «как ты себя чувствуешь?».

— Какая разница? Все равно ведь убьешь меня, — слабым голосом пробормотала Илидия и, с трудом подтянувшись на руках, села и привалилась к стене. — Ох.

— Что? — ошарашенно спросила Имоджин. — Да почему ты решила, что я тебя убью?

— Ну, отдашь инниари, чтоб они из меня овощ сделали. Раз уж ты меня поймала.

— А, отлично. Теперь ты считаешь, что я одна из Собирателей пепла.

— А это штаб Собирателей пепла? — оживилась Илидия, оглядываясь по сторонам. Цепкий взгляд изучал все, до чего мог дотянуться — стеллажи, книги, виднеющиеся в конце зала столы, тусклые лампы.

Имоджин вздохнула. Что теперь делать, она не представляла. Она отправилась на первую вылазку и в первый же раз попалась. И даже не заметила, что Илидия крадется следом. Хотя. что-то заметила — тогда, у двери в аудиторию, услышав странный шорох. Стоило остановиться в этот момент. Нет, стоило проверить, спит ли Илидия, прежде чем выходить из спальни! А, что теперь толку об этом думать?..

— Это штаб Собирателей пепла, — сказала Имоджин. — Ко мне попал ключ от хода, который ведет сюда. Вот. смотрю, что здесь у них.

Отпираться не было смысла. Нужно взять с Илидии слово, что она будет молчать об этом месте. Главное — молчать о том, что оно теперь известно не одним Собирателям пепла! Лучше всего было бы стереть ей память, но вряд ли даже Альграт на это способен. Проклятие, Альграт. Наверняка он будет в ярости. Имоджин попыталась представить, как он ее отчитывает, но в голове всплывал почему-то лишь Алессар из недавнего воспоминания на летней террасе кафе.

— Может, уйдем отсюда? — вздохнула она. — Тебе не стоит знать об этом месте. Это может быть опасно в первую очередь для тебя.

— Издеваешься? — проникновенно спросила Илидия. — Я же не идиотка, я понимаю, что нужно молчать. Я даже Даэррану ничего не скажу. Но отсюда не уйду, пока не осмотрю тут все.

Имоджин уныло покачала головой. Она не знала, что сказать.

А может, поискать сотрудников Корпуса по делам инниари и сдать Илидию им? Пусть сами разбираются или заставят ее тоже подписать договор о неразглашении...

Но Имоджин никуда не пошла. Она так и осталась сидеть на полу, хотя Илидия давно поднялась с него и отправилась исследовать библиотеку.

— Видишь, я даже ничего у тебя не спрашиваю! — соседка снова подала голос. Он звучал чуть обиженно. — Я понимаю, что это секрет! Ключ тебе Альграт дал, да? Ладно, ладно, не спрашиваю!

Она фыркнула от пыли, попавшей в нос, и схватила с полки книгу.

— Стой! — успела воскликнуть Имоджин. — На них защита! Попробуешь открыть — тебя отшвырнет.

— Ладно, ладно. — нервно повторила Илидия и поставила книгу обратно с такой осторожностью, словно та могла в любую минуту укусить. — Ладно.

Она прошлась по залу, внимательно читая надписи на корешках. Потом стала заглядывать в углы, за стеллажи, будто надеялась отыскать там еще что-то скрытое, но не защищенное чарами.

— И потом, — сказала она после паузы, точно уговаривала то ли Имоджин, то ли саму себя, — в одиночку опасно лезть в такие места и совать нос в дела Собирателей пепла.

Вот так попадешься им, исчезнешь, и никто даже не будет знать, что с тобой случилось. Упаси Вечный свет от такого, конечно!

Она поспешно крутанулась на месте, стряхивая с себя что-то невидимое. Так делали суеверные горцы, верившие в Вечный свет, когда хотели показать высшим силам, что ни в коем случае не нужно воплощать в жизнь страхи и опасения. Имоджин слабо улыбнулась. Хорошая религия. Светлая. В столице ни во что не верили с тех самых пор, как изгнали Темных демонов. Или Темных богов.

— А если мы попадемся вдвоем и исчезнем?

— Вдвоем больше шансов отбиться! — безапелляционно заявила Илидия.

Имоджин наконец встала и вернулась к стеллажу, куда недавно в спешке запихивала дневники наблюдений. В чем-то Илидия была права. И если их застанут здесь.

Но шансов против инниари все равно не было.

— Ой, ты же говорила, что на книгах защита! — Илидия скоро заметила, что Имоджин устроилась в конце библиотеки и листает взятые с полки рукописи. — А, получается, это не книги? Покажи!

— Защиту удалось обойти, — неохотно ответила Имоджин. — Только я не смогу наложить на тебя такие же чары.

— Конечно, конечно, — понимающе закивала соседка, но взгляд и вся ее физиономия сделались ужасающе ехидными. — Говоришь, Альграт накладывал? Нет?

— Я ничего не говорю, — проскрежетала Имоджин.

Илидия отвлекала ее от дневников, которые и без того становились все менее разборчивыми по мере погружения в глубину веков. И схема на форзаце, казавшаяся вначале простой, вообще не проливала свет на то, где содержалось существо. Имоджин не могла разобрать, что она значит.

Илидия пододвинулась ближе и стала заглядывать через плечо. Защита ее не отбросила. «Дырявая со всех сторон защита, — пронеслось в голове. — Да от чего она вообще защищает?»

— Объект? Что-то живое? — воскликнула Илидия, вчитавшись. — И за ним наблюдали Собиратели пепла?! Слушай... ты думаешь о том же, о чем и я?

Имоджин покосилась через плечо на ее взбудораженную физиономию. В очередной раз вздохнула. и решила махнуть рукой на попытки что-то скрыть.

В конце концов, договор о секретности касался поисков артефакта, а никак не Собирателей пепла.

— О том, что в подвалах Академии якобы живет пленный Сиятельный?

Глаза Илидии загорелись еще ярче.

— Ну а кто еще это может быть? Здесь должен быть ход! — она вскочила и принялась быстро-быстро простукивать стены. — Они точно нашли его!

Имоджин встала следом, не расставаясь с тетрадью, где темнели тонкие линии схемы.

Был ли здесь обычный ход? Или магический, который открывался ржавым ключом и напоминал Черные пещеры? Она выудила из кармана ключ и метнула на Илидию предостерегающий взгляд, чтобы та не начала расспрашивать, откуда он взялся.

Илидия поняла без слов и закивала с чрезвычайно смиренным видом. А Имоджин принялась по ее следам осторожно простукивать стены кончиком ключа.

Шаг. Второй. Третий. Один стеллаж, второй. Она медленно продвигалась вдоль противоположной от входа стены, уже размышляя, как искать лаз, если ключ не поможет.

И чуть не провалилась в разверстый черный зев, который мгновенно и совершенно беззвучно открылся после очередного прикосновения.

— Кайасы сожри! — выдохнула Илидия, подбегая.

Ход был точно таким же, как Черные пещеры. Как и тот, который привел сюда. Но вместо ступенек в темноте терялся ровный пол коридора.

Имоджин молча сунула ключ в карман и достала свечу. Чиркнула спичка.

Пламя колыхалось от сквозняка, то разгораясь, то почти умирая, оставаясь жить лишь в синеватом огоньке фитиля. Имоджин ступила в коридор.

Она даже не вспомнила о сотрудниках Корпуса по делам инниари и о том, что можно позвать их для подстраховки. Да и зачем кого-то звать? Собиратели пепла веками ходят сюда сами, и ничего с ними не случается. Не вспомнила она и о блокноте Альграта. Зачем забрасывать его бессмысленными сообщениями? Лучше своими глазами посмотреть на находки, а потом уже рассказать... или не рассказывать, если подозрения в его адрес вновь обострятся.

Имоджин шла, внимательно глядя под ноги, чтобы не упасть, если вдруг начнется спуск. Илидия шагала следом.

Спуск начался метров через пятьдесят. Крутые ступени нырнули под землю, свернули направо, вывели в новый коридор, снова свернули. Сейчас Имоджин, должно быть, очутилась уже под садом, а не под Академией.

Азарт слегка утих. Теперь она жалела, что сунулась в магический ход. Она не понаслышке знала, что такие ходы могут сбивать с толку, подбрасывать сюрпризы, могут вообще оказаться не тем, что видит глаз. Может, библиотека Собирателей находилась вообще не в подвалах Академии, как думал Альграт. Может, ход уже забросил незадачливых шпионов на другой край света или в сами Черные пещеры. или Альграт лгал о подвалах, отлично зная, куда попадет Имоджин, когда пойдет на поводу у любопытства.

Она резко остановилась, и Илидия, не ожидавшая этого, толкнула в спину.

— Эй! Что такое?

—Все это может быть ловушкой, — медленно проговорила Имоджин. — И мы попались в нее. Точнее, я попалась, им нужна я. Проклятие. Мы должны вернуться.

— Сейчас? — Илидия странно посмотрела на нее. — Слушай, я не знаю, зачем и кому ты там нужна, но. мы ведь почти пришли.

Она кивком указала вперед. Имоджин посмотрела туда. Следя за дорогой и внимательно глядя под ноги, она не заметила, что из тьмы тускло поблескивали стальные полосы, которыми была обита прочная дверь.

И коридор уже не выглядел как Черные пещеры. Чернота стен сменилась грубой каменной кладкой и свисающими с потолка фестонами пыли и паутины. Ближе к двери они почти исчезали, будто их регулярно задевали те, кто наведывался сюда каждую неделю.

Имоджин смотрела на дверь, не зная, как поступить.

— Если им нужна ты, то внутрь войду я, — решительно сказала Илидия. — Мне-то ничего не грозит.

— Да мы даже не знаем, что там может быть! С чего ты взяла, что не грозит? А если оно, как та защита, настроено на любых чужаков? Если сжирает их, как только войдут?

Имоджин преувеличивала. Ведь когда Собиратели пепла впервые нашли это место, с ними ничего не случилось.

Но миновали сотни лет. С тех пор сами Собиратели могли наколдовать смертоносные защиты. Или дело вообще не в защитах, а в том, что за дверью Имоджин ждали инниари?

Или не было никакой ловушки? Зачем им ждать, если они могли схватить ее, едва она очутилась в библиотеке Собирателей?

А если и библиотека, и таинственная дверь, за которой предположительно прятали некое чудовище, находились в подвалах Академии, то бояться вообще было нечего. Рейсте Корайен ведь говорила, что защита Академии надежна...

— И все-таки я лучше позову кого-то из Корпуса, — уже увереннее сказала Имоджин, разворачиваясь, чтобы уходить. — Если там правда Сиятельный, придется показать его им.

— Если там Сиятельный, то он пленный, — возразила Илидия. — И он лишен сил. Иначе давно бы вырвался. Так что стой здесь, а я посмотрю. Дай свечу. нет, погоди, я сейчас попробую скопировать.

Она выхватила из-за воротника блестящий медальон на цепочке и поймала в него отражение свечи. Сначала ничего не происходило. Илидия отчаянно зажмурилась. и вторая свеча, которую она не успела поймать, упала на пол.

— Вот так. А теперь подожди. Или возвращайся, а я загляну и догоню тебя.

Имоджин отступила на несколько шагов. Она готова была развернуться и уйти. И желательно поскорее, пока то, что сидит за дверью, не вырвалось и не бросилось на них обеих.

Но. осталась на месте.

А Илидия дернула за дверную ручку.

«Будет смешно, если там заперто!» — успела подумать Имоджин. Соседка ругнулась, отодвинула задвижку, которая закрывала дверь снаружи — и нырнула в помещение.

Сердце пропустило удар.

— Ну ничего себе! — донеслось до Имоджин. — Он совсем как человек!

Он? Сиятельный?

Из открытого проема доносились шаги и заинтригованное хмыканье. Не выдержав, Имоджин в три прыжка преодолела расстояние до двери и тоже заглянула.

Илидия как раз рассматривала лицо человека, лежащего на полу.

О пленном заботились. Он был прикрыт одеялом, а под ним угадывалось что-то вроде толстого матраса. Но из-под одеяла виднелись цепи, крепящиеся к вделанным в стену кольцам. Лицо существа было обращено к двери, глаза закрыты...

Они распахнулись, едва Имоджин всмотрелась в размытые, будто восковые, черты.

И тут же повеяло сквозняком, а потом поднялся настоящий ветер. Чистый воздух начал сгущаться и мутнеть. В нем возникли небольшие вихри, похожие на смерчи. Вихри! Так вот о чем писали на днях Собиратели пепла!

Вихри тянулись к Имоджин. Она отпрыгнула и выбежала в коридор.

— Выходи! — крикнула она Илидии. — Убираемся отсюда!

Дверь скрипнула, отворяясь шире. Но вместо Илидии оттуда вырвался крупный упругий вихрь и налетел на Имоджин.

Свеча погасла, и наступила темнота.