Буренка для дракона

Глава 12

К градоначальнику торжественно подвели коня. Несмотря на объемистое пузо, Путята умудрился довольно ловко взгромоздиться в седло и потянуть туда же Белику. Женщина сопротивлялась, маскируя отчаянные трепыхания нарочитой боязнью лошадей, но тщетно, а откровенно бить градоправителя было недальновидно. Белика судорожно вцепилась в Любаву как утопающая за единственное бревно. Но градоначальник не собирался так просто отпускать будущую родственницу, раз уж она угодила-таки в его объятья, и с кряхтением втянул в седло двух женщин разом. Фыркнув от неожиданности, гнедой присел на задние ноги.

«О, Столикая, за что мне это?» – подняла к небу голубые очи Белика.

«Вот же пронырливая зараза! Куда хочешь без мыла влезет», – зло фыркнула про себя Любава.

– Меч! – грозно скомандовал Путята. – Принесите мне меч!

Веселина опрометью метнулась в дом, внутри что-то интригующе загромыхало, надсадно мякнул кот, на которого наступили впопыхах, и наконец девушка выволокла во двор огромный двуручный меч. Лишенное ножен лезвие волоклось по земле, поднимая пыль. Оружие принадлежало деду Путяты, и злые языки утверждали, будто он держал его один-единственный раз, когда подобрал где-то в лесу. Конь с ужасом покосился на клинок и пошатнулся.

«Главное, чтобы он не самоубился до того, как покинет треклятый городишко», – скептически фыркнул про себя Ровнер.

Путята натужно крякнул, принимая оружие из трясущихся рук дочери, круговым движением рассек воздух над головами боязливо сжавшихся женщин и запустил семейную реликвию куда-то в кусты крыжовника. Жители Хила проводили меч потрясенным взглядом и мысленно поблагодарили Триединого, что прилетело не им.

– Вперед! Изловим лиходейку, нагло портящую наших дев! – обличительно ткнул пальцем в сторону леса градоначальник. – Покажем ей, где раки зимуют!

Горожане знали, что больше дев, чем перепортил сын Путяты, Алдияр, не испортила ни одна ведьма, но дружно промолчали. Спорить с начальством, когда оно вошло в раж, себе дороже. Смотреть, где раки зимуют, вместо ведьмы не хотелось никому.

– А как же лиходеи? – подала голос с задних рядов въедливая Мальфрида. – Утекут ведь.

– Да куда они денутся? Они ж в клетках, – возразил ей кто-то из толпы.

Путята приосанился, обвел собравшихся торжественным взглядом военачальника, вдохновляющего солдат на ратные подвиги. Горожане невольно подобрались, некоторые втянули животы и затаили дыхание.

– Дед Ануфрий! Найди меч и стереги супостатов, – выдал Путята и тронул пятками своего коня.

Гнедой недовольно всхрапнул и тронулся с места. Горожане тронулись следом. Жрец щедро благословил паству, и процессия бодро попылила в сторону ворот. Вытянувшись во фрунт, тяжело опираясь на клюку, обличенный доверием дедок проводил хилчан взглядом. Пусть его лучшие дни позади, но сегодня ему доверили важную миссию и настоящий меч, который предстояло еще найти. Чем он и занялся.

– Мжель, – тихо позвал Ровнер, когда дед проковылял в сторону кустов. – Пора.

Парня не надо было просить дважды. Он быстро освободился от веревки, пережег деревянные прутья решетки и выпустил пленников на свободу. Как назло, дед притащился, когда маги разминались, чтобы разогнать застоявшуюся кровь.

– Стоять, изверги! А то я вас… Ух! – возопил убеленный сединами, тщетно пытаясь замахнуться мечем.

Сил не хватало, и у магоборца были все шансы запутаться в собственной бороде, споткнуться и самоубиться, напоровшись на относительно острую сталь. Луу Альфин выбрал удачный момент, мягко скользнул за спину Ануфрия, нажал на точку на шее старца, дождался, пока тот потеряет сознание, и осторожно опустил на землю обмякшее тело.

– Ловко вы его, – восхитился наставником Гарш. – Где вы этому научились?

– Я все-таки боевой маг, – напомнил Ровнер. – Давайте уберемся отсюда, пока местные не вернулись. Очень не хочется возвращаться обратно в клетку.

Парни брезгливо поморщились. Их тоже не прельщала перспектива сидеть в тесном, вонючем узилище, рассчитанном на свиней. Они сильно сомневались, что животным было там комфортно.

– Да. Нам срочно нужны лошади, – кивнул Мжель.

– Конечно, – преисполнился сарказма Ровнер. – А так же амулет перемещения, ванна, мыло, ужин, кровать, ароматические свечи, чистое белье и оркестр.

– Зачем нам оркестр? – пораженно округлил глаза эльф.

– А пусть сыграют какой-нибудь марш, – щедро предложил луу Альфин. – Не хочу вас расстраивать, но в этом забытом богами городке наверняка только одна лошадь и на ней уехал градоначальник вместе со своим гаремом воевать местную ведьму.

– Не может быть. А как же они… ну-у-у-у… например, пашут? – недоверчиво нахмурился Гарш.

Как коренной житель Сувда он был далек от сельского хозяйства, но где-то читал, что вспашка поля не обходится без плуга и лошадей.

– Волы. Они пашут на волах. И в телегу запрягают их же, – терпеливо пояснил Ровнер. – Но животные они медлительные, так что раньше уедем, дальше будем, когда народ вернется. Будем надеяться, что они не затеют погоню.

Волов нашли в ближайшем сарае. Крупные черно-белые животные мирно пережевывали траву, пока парни прилаживали ярмо к массивным шеям. На дно двухколесной телеги постелили солому, покидали все, что могло пригодиться в пути. Зачерпнули воды из колодца, напились и тронулись в путь. Собаки провожали воз надсадным лаем. Ровнер как можно более комфортно устроился на соломе, завернулся в старое одеяло и устало прикрыл глаза. Рана саднила и чесалась, грязная кожа зудела, иссиня-черные волосы слиплись от пота, а магия даже не думала возвращаться.

«Надеюсь, хуже уже не будет», – устало подумал он, прежде чем сон, наконец, сморил его.

Волы оказались животными упрямыми. Как с ними управлялись местные – непонятно. Запряженные в воз животные не шли, а величаво шествовали, причем только в ту сторону, в которую желали сами. Ни рывки веревки, ни сооруженный из ветки хлыст не могли сбить волов с избранного курса. Все бы ничего, но упрямые скотины двигались в сторону леса, где магам точно появляться не стоило.

– Приструни их, – попросил окончательно выбившийся из сил Мжель Петеша.

Дракон истово мечтал пустить волов на мясо, тем более что в животе уже бурчало от голода, но кто в таком случае потащит телегу с наставником? Да и добираться пешком до Академии не хотелось. Пусть лучше так: медленно, но верно. Еще бы двигаться в нужную сторону… Но пока идеал был недостижим.

– Почему я? – слегка выгнул породистую бровь эл Царс, обозначая крайнюю степень удивления.

– Эльфы хорошо ладят с животными. Это общеизвестный факт, – охотно пояснил позицию друга Гарш, в очередной раз щелкнув хлыстом по мосластому крупу одного из быков.

– Способность драконов к полетам тоже факт, – возразил эльф. – Однако мы тащимся на волах, а не парим в облаках на их спинах.

Мжель тяжело вздохнул. На душе парня стало муторно, как всегда, когда упоминались утраченные драконами возможности. Кто из луу откажется от пары крыльев или возможности дышать огнем? Правильно. Никто. Но что толку в пустых сожалениях, если все равно ничего изменить не можешь.

– Кому-то придется спуститься и тянуть их за веревку, – блеснул здравой мыслью луу Нагуб.

Гарш поморщился от нехорошего предчувствия, подозревая, что этим «кем-то» окажется именно он. И как в воду глядел. При жеребьевке короткую соломинку вытянул именно он. Пришлось слезать с воза под «сочувствующие» взгляды друзей и топать по ухабистой дороге, вдохновляя упрямых животных. Волы встали на верный путь и были послушны, но ровно до тех пор, пока на мир не опустилась темнота. Стоило только солнцу скрыться за линией горизонта, упрямцы встали на месте как вкопанные, отказываясь двигаться дальше. Волов тянули втроем, упарились, но с места не сдвинули. Упрямые животные чтили нормированный рабочий день и ночью тащить воз отказывались напрочь.

– Значит, тут и заночуем, – жизнерадостно сообщил проснувшийся Ровнер, широко зевнул, потянулся, зашипел от боли в забытой ране, но энтузиазма не растерял. – Хорошее место. Вон и речка виднеется.

И действительно, невдалеке сквозь ветви кустарника поблескивала в лунном свете вода. Стоило только осознать близость прохладной влаги, как у парней зачесалось все тело разом. Им нестерпимо захотелось окунуться прямо с одеждой, долго оттирать постыдные воспоминания о сидении в клетках, но как бросить раненого учителя? Ровнер осторожно, чтобы не потревожить в очередной раз рану, спустился с телеги.

– Разведем костер, сварим что бог послал, – оптимистично продолжил дракон, чуть отойдя от дороги.

Как ни странно, волы послушно последовали за ним. Впрочем, вполне возможно, что животные просто почуяли сочную траву рядом с рекой, и с наставником им было просто по пути.

– А как же погоня? – осторожно поинтересовался Гарш.

– Да кому мы нужны? – махнул рукой луу Альфин и тут же поморщился от боли. Угораздило же получить ранение. – Градоначальник с двумя ба… – запнулся, подбирая нужное слово. Называть провинциалок «бабами» было как-то грубо. – Хм-м-м… Женщинами разобраться не может, а за третьей отправился. Не до нас ему. Лошадь в городе явно одна. Вряд ли он ее кому-то доверит. А для пешей погони желающие вряд ли сыщутся.

Как ни манила вода, сначала решили заняться готовкой. Искупаться можно пока еда стынет. Запалили костер. Гаршу выдали ведро и отправили к реке за водой. Тот поворчал для порядка, мол, вечно достается самое тяжелое, но пошел. Остальные откопали на дне телеги старый, ржавый, невероятно тупой нож и сели чистить овощи. Дело продвигалось плохо. Во-первых, инструмент был откровенно дрянной и один на всех. Во-вторых, готовкой обычно занимались слуги.

Гарш осторожно спустился к воде. Не хватало еще упасть и сломать что-нибудь. Тут он вспомнил, что маг, с чувством шлепнул себя по лбу, прибив особенно наглого комара, и накастовал магический огонек. Невдалеке раздался негромкий всплеск, словно рыба, играя, выпрыгнула из воды и упала обратно. Парень невольно вздрогнул, едва не выронив ведро себе на ногу.

– Да чтоб тебя! – выругался он отчего-то шепотом.

– Прости, если напугала. – Нежный женский голос прозвучал так неожиданно, что Гарш все-таки выпустил ведро из рук.

Оно тяжело упало в воду, щедро обдав парня брызгами. Гарш выругался еще раз.

– Ой-ой-ой, – рассмеялось дивное создание, вынырнув из воды. – Разве можно так ругаться при невинной девушке? Нашей сестре не полагается знать таких слов.

Она была хороша. Изумрудные глаза призывно сверкали, влажные полные губы наводили на мысли о сладких поцелуях, рыжие волосы спускались на соблазнительно белые обнаженные плечи. Гарш вдруг понял, что там, под водой, незнакомка совершенно голая и, если высунется из воды еще чуть-чуть, покажутся соски.

– Какой стеснительный, – с придыханием продолжила она. – Не целованный, да? Так я это исправлю. Плыви ко мне. Я тебе спинку потру. Мыло у меня ароматное, сама варила. Иди же ко мне… Ближе… Ближе… Еще ближе…

– Гарш!!! Мы там воду ждем, а ты с местными девицами купаешься?! – Разгневанный вопль Мжеля заставил парня вздрогнуть и удивленно моргнуть.

Он пораженно уставился прямо в невероятную зелень глаз незнакомки. Гарш совершенно не помнил, как умудрился зайти в воду, и теперь та доходила почти до ключиц. Прохладная рука коснулась его щеки.

– Ну, что же ты застеснялся? – Влажный язык рыжей облизал волнительно пухлые губы. – Я же обещала тебе поцелуй…

Обнаженное девичье тело прильнуло к Гаршу. Его сердце замерло, пропустив пару ударов. Он мучительно покраснел, пытаясь справиться с дрожью в коленях или хотя бы перестать пялиться на губы рыжеволосой.

– Раз не собираешься работать, на ужин можешь не рассчитывать, – мрачно сообщил Мжель, зачерпывая воду ведром.

Но Гарш совершенно не впечатлился обещанием голодовки и не ответил. Бледные руки незнакомки обвили шею парня. Девичьи губы мягко коснулись губ.

– Мой, – шепнула она и резко опрокинула Гарша в воду.

Он только и успел, что сдавленно вскрикнуть.

Мжель услышал вскрик, громкий всплеск и с удивлением уставился на круги, расходящиеся по воде.

– Гарш, – позвал он, но не дождался ответа. – Если это такая шутка, прибью, – добавил он, бросил ведро и нырнул в воду.

Тут же чьи-то сильные руки уцепились за одежду и утянули парня на дно. Он только и успел дыханье задержать.

– Куда?! – крикнул появившийся из-за кустов Петеш, тут же прыгнул следом и скрылся под водой…

– Вы же маги, идиоты! Так почему не магичите?! – воскликнул Ровнер, попытался скастовать заклинание, вспомнил, что остался без магии, выругался и заметался по берегу, как утка, потерявшая выводок.

Надо было что-то делать. Вопрос – что?

– Ну? И что вы здесь орете? Некоторые, между прочим, пытаются заснуть, – раздался за спиной раздраженный голос, заставивший дракона подпрыгнуть от неожиданности. – О! Это вы? Развлекаетесь?

Ергест

Степные лошади выносливы и способны нести всадника весь день напролет. Если есть заводные лошади, степняк может преодолевать большое расстояние, пересаживаясь с коня на коня прямо на скаку. Но Ергест никуда не спешила, да и заводных лошадей не было, поэтому решила поберечь Азарга. Она ехала мягкой рысью по дороге, все больше удаляясь от Хила, пока не увидела перегородившую дорогу завалившуюся на один бок телегу, запряженную волами. Вышедший из строя воз пытался починить взмыленный бородатый мужик в льняной косоворотке. Но то ли в починке он был не силен, то ли поломка была серьезной – дело явно не клеилось. На обочине на овечьей шкуре улыбалась всему миру миловидная, очень беременная брюнетка.

«Блаженная», – хмыкнула про себя Ергест.

В ее понимании, нормальные женщины, ожидающие рождения дитя со дня на день, дома сидят, а не таскаются по дорогам в тряской телеге. Блаженная и есть. Впрочем, у беременных свои причуды. А вот ее мужчину Ергест понять не могла. Но в любом случае решила не вмешиваться в чужие дела и просто объехать, забрав чуть вправо. Лошадь – не телега, для нее дорога не главное, достаточно заданного направления.

– Доброго тебе дня! – звонко поздоровалась «блаженная», стоило Ергест поравняться с ней, улыбка на лице женщины стала еще шире.

Хотя, казалось бы, куда уж больше. Мужчина бросил возиться с телегой и вонзил в степнячку пристальный взгляд серых глаз. Если он рассчитывал впечатлить Ергест, то просчитался: на нее смотрели и похуже, причем крайне опасные личности. С другой стороны, эти личности прекрасно знали не только кто она, но и то, что связываться с шаманкой не просто дурная примета, а смачный плевок на собственную жизнь (на следующую, кстати, тоже). Но муж беременной явно об этом не знал. Как не знал и о том, что женщине в положении иногда следует говорить твердое, суровое «нет» на особо бредовые идеи. Впрочем, Ергест было плевать на подкаблучника с его проблемами, но с ней заговорила «блаженная». А им покровительствуют боги. В Великой Степи это каждый знает.

– И тебе доброго дня, красавица, – вежливо откликнулась Ергест.

Она придержала коня и слегка склонила голову, скорее обозначив поклон, чем реально поклонившись.

– Наверное, далеко лежит твой путь, – осторожно предположила незнакомка. – Прошу, отобедай с нами тем, чем Триединый послал. Не побрезгуй.

Бородачу было плевать на благодушное настроение жены, он сурово сдвинул брови и встал перед беременной. Мол, езжай путник мимо, не задерживайся.

«Лучше бы ты так «блаженную» останавливал, когда она в телегу лезла», – хмыкнула про себя Ергест.