Царская гавань, или Складские истории

Глава 11

В порт решила больше не возвращаться, отправила Нифра. Да и только за тем, чтобы передал Борину, что прибудут маги. Пусть покажет все места, где требуется магическая помощь.

Сама же я отправилась домой, не хотела бросать найденную девушку. Сегодня она точно очнется, наверняка испугается. Да и кто бы не испугался? Избитая, с болью во всем теле, наверняка и помнит-то не все. А тут неизвестное место, непонятные люди. Постараюсь ее успокоить и все объяснить, а еще нужно будет вызвать полицию, надо же сообщить о таком происшествии! Да и вообще с ней все совершенно непонятно, и я намерена сегодня прояснить хотя бы что-то.

Приехала я как раз вовремя, со второго этажа доносился обеспокоенный голос няни. Она что-то убедительно говорила, пытаясь сохранять спокойствие. Быстро пролетев лестничный пролет, в открытой двери спальни я застала интересную картину: девица, завернувшись в простыню, качаясь и шатаясь, грозилась моей няне большим фарфоровым кувшином, вода разлилась между ними большой лужей.

– Что здесь происходит?

– Я только помочь хотела. – Гаяна не выглядела напуганной, скорее растерянной и слегка возмущенной.

Женщина была крупнее этой воблы раза в четыре, да и угроза в виде керамического кувшина весьма сомнительна. Скорее, няня опасалась, что девушка рухнет на пол и отобьет себе еще что-нибудь на свою беду.

Найденка выглядела еще хуже, чем накануне: короткие волосы, не промытые, а только протертые влажным полотенцем, торчали в разные стороны иглами и лохмами, заплывшее лицо расцвело синяками всех оттенков – от фиолетового до зеленого, губы алели двумя блямбами. Смотрела девушка на нас одним еле открывшимся глазом, что-то едва слышно пытаясь сказать через сведенные губы.

– Так вы бы, девушка, оставили кувшин в покое. – Я вошла в комнату, подбоченившись. – Да ложились бы в кровать. В вашем состоянии вставать еще рано. Лекарь залечил отбитые органы, но у вас полно других травм, которые наверняка болят.

Девушка глядела на меня внимательно, не мигая, но пока еще не опуская кувшин.

– А ты, няня, собери воду и принеси нам что-нибудь поесть, умираю с голоду.

Я спокойно прошла и села на свободный стул, который оказался отодвинут от кровати. На нем мы провели часть ночи с няней по очереди, сторожа нашу находку.

– Ложитесь. – Я кивнула девушке, которая, покачиваясь, уже не так уверенно держала выставленный кувшин. – А то при падении будет еще больнее, чем сейчас. Поговорим?

Девица нерешительно переступила с ноги на ногу, вновь угрожающе накренившись вправо, видимо сильно кружилась голова.

– Гаяна, вы пили лекарства?

– Так не успели. – Женщина хлопнула руками по бокам. – Я только собралась влить микстуру, как эта вскочила, оттолкнула и кувшин выплеснула, – нажаловалась няня, недовольно глянув на девушку, которая все-таки осторожно села, пристроив кувшин на пол.

– Хорошо, тогда неси еду, а мы пока поговорим и выпьем все, что назначил мастер Ивадин.

Я молча смотрела на девушку, хотя в таком плачевном состоянии так называть ее было странно. На всем теле, которое не было прикрыто простыней, пестрели ушибы и синяки, лицо походило на большую одутловатую луну с пятнами лилово-фиолетового цвета.

– Вам надо выпить лекарства. Вас вчера осмотрел лекарь-маг, но он сказал, что остальное должно зажить само. Поэтому я вам сейчас помогу, ваши руки отбиты.

Пальцы девушки действительно сбиты в кровь, отекли и опухли. Кувшин она сжимала, но вот взять чайную ложку точно не смогла бы.

Я осторожно взяла пузырек с тумбочки и накапала нужное количество в ложку. Протянула ее девушке. Единственный глаз, чуть открытый, смотрел настороженно.

– Пейте, станет легче.

Я приготовила стакан воды.

– Это всего лишь обезболивающее. Нам нет никакого резона причинять вам вред.

Губы чуть разжались, видимо это все, на что пока была способна наша находка. Она осторожно наклонилась и втянула жидкость с ложки. Скривилась, отчего, видимо, прострелило болью в разбитом лице, и из глаз покатились слезы.

– Ну-ну, вот пейте.

Я прижала стакан к ее губам.

– Знаю, гадость, сама недавно такое пила, но это лекарства, а они редко бывают вкусными.

Девушка сделала несколько глотков, потом задышала часто-часто. Я осторожно краем ее простыни стерла несколько слезинок, выкатившихся из разбитого лица.

– Вот так, а теперь ложитесь. Я вам расскажу, что случилось, а вы расскажете, как оказались в такой страшной ситуации.

Рассказ много времени не занял, я коротко пересказала, где, как и когда ее нашла. За это время Гаяна убрала разлитую воду и принесла две тарелки с супом. У девушки был только золотистый бульон и теплый чай с медом, у меня полноценный суп-лапша с кусочками мяса и крепкий чай.

– Вот так вы оказались здесь. А теперь давайте перекусим, и вы ответите на несколько вопросов.

Девушка неловко села, осторожно взяла ложку, руки дрожали, и опухшими пальцами ей явно было неудобно держать, но она даже не заикнулась о том, чтобы я помогла. Мы спокойно поели. Найденка кидала любопытный взгляд, однако я нарочно игнорировала, пусть расслабится, доверится. Она явно молода, точно не больше семнадцати. И если Анна еще могла поверить в какую-нибудь ерунду, которую она собирается говорить, то я старше ее лет на пятнадцать и точно не поведусь.

– Итак.

Я отложила ложку, когда и девушка допила свой бульон и устало откинулась на подушку.

– Для начала как вас зовут и сколько вам лет?

Говорить девушке было трудно, губы еле шевелились, но она все же смогла тихо произнести:

– Таисия, мне двадцать, я уже совершеннолетняя…

Ага, конечно-конечно, очень в этом сомневаюсь.

– Что вы делали в порту?

На этот вопрос Таисия отвечать не стала, отмолчалась. Что ж спросим иначе.

– Кому я могу о вас сообщить? Родные? Близкие?

Она покачала головой. Бродяжка? Воровка?

– Судя по тому, что на вас надета мужская одежда, вы скрывались? – Я пока еще обращалась на «вы», намеренно дистанцируясь, чтобы девушка не чувствовала себя зажатой, пусть пока ощущает дистанцию.

– Девушек в порту не уважают.

– Ну, судя по вашему состоянию, и парней тоже не очень-то.

– Так получилось…

– Понятно. В полицию надо обращаться?

Девушка дернулась, а потом осторожно взяла меня за руку.

– Пожалуйста, не надо полиции. – Она умоляющее сжала мою руку. – Я отработаю все затраты на меня, только в полицию не заявляйте.

Ну точно воровка или беспризорница. Катаясь по городу, я видела подростков, неряшливо одетых, весьма разбойничьего вида, но немного. В порту же их вообще не встречала. Может, забрела на чужую территорию?

– Не надо отрабатывать.

Я осторожно сжала руки девушки в ответ на ее жест.

– Но у меня будут два условия: ты лечишься и больше не взбрыкиваешь. Тут нет никого, кто хотел бы тебе причинить зло. И второе: скажи мне, что ты еще не совершила ничего непоправимого, за что тебя могла бы разыскивать полиция.

Первое условие было пустяковым. Со вторым сложнее. Если девушка, пусть и такая молоденькая, уже убивала и грабила, тогда нам с ней не по пути. Если же за ней только мелкое хулиганство, то я могу ей помочь. Каждому в жизни может понадобиться помощь.

– Нет, – покачала кудлатой головой найденка. – За мной крови нет. – Она говорила тихо. – Я вообще крови боюсь…

– Ну, раз так, тогда отдыхай, набирайся сил, позже еще поговорим.

Я, едва касаясь, похлопала по ее сбитым рукам, осторожно перекладывая их на кровать.

– Гаяна моя няня, не обижай ее, она добрая женщина. Здесь еще живет юный парнишка Алким, это племянник Гаяны, он точно к тебе заглянет, любопытный.

Губы девушки едва обозначили улыбку, но она явно расслабилась. И я несколько успокоилась. Что-то такое я и предполагала. Плохая компания, беспризорная жизнь. Надеюсь, эта Таисия еще не волчица, которую сколько не корми – все в лес смотрит.

Оставшийся день прошел спокойно и, можно сказать, плодотворно. Я успела составить примерный план своих действий, разобрать финансы и прикинуть, куда и сколько придется потратить. Узнала у Гаяны, сколько должна и сколько нужно на хозяйство.

Рассчиталась. Пусть это не самое важное, и няня со мной явно не из-за денег, но мне так будет спокойнее, да и не великие там деньги. Я даже отдохнуть успела, полежала около часа, приводя мысли в порядок.

Странные все-таки у меня ощущения, вот вроде понимаю, что я не отсюда, что совсем недавно, буквально несколько дней назад, у меня была совершенно другая жизнь, другой мир, другая обстановка, но паники нет. Нет больше того первого страха – выйти из дома в незнакомый мир. Это так магия мастера Ивадина работает? Или я просто привыкла к новому миру, правда как-то слишком быстро. Умом это понимаю, а осознание нет-нет, да дает пищу для размышлений.

Вот, например, я так быстро свыклась с гардеробом, что даже странно. Откуда-то взялось изящество и плавность движений. Ведь раньше я не то что платья, а даже юбки надевала очень редко, буквально пару раз в год. Мои вечные друзья – джинсы и удобные кроссовки.

Или та же магия. Если в первый раз это было удивительно, все внутри дрожало от волнения, то сегодня я смотрела на эти магические разработки и не чувствовала никакого восторга. В общем, странно. Может, так действует на меня сам мир? Где-то читала, что, возможно, сама реальность реальна, разумна, если так можно сказать. В том плане, что этот мир сам на меня воздействует, сглаживает мои эмоции и ощущения, убирает старое, заменяет новым, чтобы я не была слишком активной точкой возмущения реальности. Миру нужен покой.

Мои мысли прервал приход мастера Ивадина. Хоть он и не предупреждал вчера, что зайдет, но я почти уверена, что такой обязательный человек, а по нему заметно, что он очень ответственный, непременно навестит своего пациента.

Таисия не спала, просто лежала, зажатая, словно мышка. Гаяна вручила ей одну из моих сорочек, так как в ее собственных она бы утонула, да и моя была велика. В щелочке заплывшего глаза то и дело взблескивал яркий зеленый глаз.

Девушка еще заметнее напряглась, когда я вошла не одна.

– Добрый вечер! Как вы себя чувствуете?

Мастер, как обычно, вначале разложил свой саквояж, а уж после повернулся к больной.

Девушка молчала, а потом перевела взгляд на меня, ожидая какой-то моей реакции.

– Таисия, это мастер Ивадин, я тебе говорила, что он уже осматривал тебя и помог залечить самые сильные повреждения. Не бойся, он пришел проведать и посмотреть, не нужна ли еще помощь.

– Мне не нужна помощь! – тихо, но твердо ответила девушка.

– Хорошо, – согласилась я, – но пусть лекарь тебя осмотрит, это для твоей же пользы.

– Нет! – Она прижала к груди одеяло, словно у нее его вырывают. – Мне уже гораздо лучше, я завтра уйду!

Мне не нравилась реакция девушки, но в какой-то степени я ее понимала. Она в чужом доме, среди чужих незнакомых людей. Если росла на улице, то такое проявление заботы для нее дикость. Там совсем другие правила. Поэтому вот такое недоверие – нормальная реакция.

– Все в порядке, госпожа баронесса.

Мастер остался стоять на расстоянии.

– Я просканирую девушку магией, но уже сразу вижу, что опасаться нечего. Через несколько дней ей действительно станет намного лучше. Ссадины и синяки заживут за неделю.

Он изящно вскинул руки, отчего рукава пиджака чуть съехали, открывая белоснежные накрахмаленные манжеты рубашки. Таисия смотрела завороженно на то, как от рук лекаря полилось сияние, окутывая ее тело. Девушка было дернулась, сжалась, но после расслабилась и глядела с интересом, как сияние обволокло ее, проникая под кожу, а после растворилось без следа.

– Как я и говорил. – Мастер стряхнул руки, словно сбрасывая капли воды. – Ничего страшного. Юный организм быстро восстанавливается.

– Я не юная, – возразила девица, – мне двадцать, уже совершеннолетняя.

– Не стоит лукавить, – пожурил молодой человек, отворачиваясь от девушки и собирая не пригодившийся чемоданчик. – Вам всего лишь семнадцать. Лекаря трудно обмануть.

– Нет. – Таисия надулась.

– В любом случае это не мое дело. Госпожа баронесса, а теперь я бы хотел осмотреть вас, все-таки вы сами недавно сильно болели.

– Хорошо, мастер, как скажете, – не стала сопротивляться я. – Давайте пройдем на кухню. Там Гаяна что-то чудесное приготовила к чаю. На этот раз вы же не откажетесь?

От такого напора парень снова покраснел, но поскольку здесь были еще одни уши, а при юном даровании он явно не хотел терять лицо, то и ответил столь же степенно, как и до этого:

– Благодарю.

Легкий кивок.

– С превеликим удовольствием.

А няня уже расстаралась вовсю: на столе стоял горячий чайник, чайные пары и сладкие булочки. Что характерно, накрыто было на троих, значит няня за эти дни все-таки снизила границу и решила перестать пытаться отделить меня от остальных, а то были иногда попытки накрыть ужин мне в спальне.

– Скажите, леди Анна, не беспокоят ли вас головные боли? Как общее самочувствие?

Мастер усадил меня на стул спиной к себе и, как и в прошлый раз, принялся водить руками, видимо сканируя внутреннее состояние организма.

– Нет, все в порядке.

– А воспоминания?

– Что-то вспомнилось, но все еще нет четкости.

– Со временем все вернется. Заклинание еще работает, но все равно ваша аура значительно изменилась. Интересный феномен, хоть и не единичный.

Опасный момент. Если сейчас мастер вдруг решит подробнее изучить этот феномен, то придется как-то отвертеться от этого. Все же мое поведение имеет отличия от современных реалий.

– Значит, такое уже случалось?

– Да, в медицинской магической практике уже описывались подобные случаи. Как правило, и характер человека, перенесшего схожие с вами изменения, значительно менялся, изредка менялась даже внешность. К сожалению, мы не знаем, с чем это связано. Впрочем, мы еще о многом не знаем.

Мужчина убрал руки и присел на свободный стул.

– Угощайтесь, пожалуйста. – Гаяна придвинула к нему свежие булочки, обсыпанные сахаром.

Я тоже взялась за чай. Няня заговорила о нашей найденке, а у меня в голове крутилась последняя фраза мастера Ивадина. Выходит, и раньше случались попаданки и попаданцы, если все так, как говорит маг. Просто люди, как и я, не раскрывали своего прошлого. Наверное, это правильно. Неизвестно, как бы отнесли к подобным переносам. Может, и не было бы ничего, а может, запирали бы и изучали или вовсе убивали. Хотя в этом веке уже вряд ли. Если судить по мастеру Ивадину, сейчас как раз самый рассвет науки и магии. То, как вдохновенно об этом говорит молодой человек, показывает, насколько он увлечен.

– А знаете, леди Анна, я ведь обдумал ваши слова о бесплатных услугах лекаря и даже переговорил со своими однокурсниками, которые, как и я, еще не нашли своего места. Возможно, мы составим прошение на имя царя и подадим в канцелярию – на выделение средств из казны и строительство бесплатной больницы.

– О, как интересно! – Я заинтересованно посмотрела на мага. – Обязательно держите меня в курсе! Если понадобятся деньги, то думаю, что позже у меня получится вам помочь финансово, как только мои склады начнут работу.

Я так часто говорю эту фразу, что надо бы уже начинать оправдывать ее. Надеюсь, что в ближайшие пару дней это действительно произойдет.

– Хорошо. Скорее всего, нам все равно понадобятся меценаты, потому что только за счет государственных денег не получится существовать. Но кто знает, может быть царицу подобное заинтересует. Она жертвует большие деньги на благотворительность.

Мы еще поговорили некоторое время. Мастер Ивадин значительно расслабился, поделился идеями для бесплатной больницы. Я подкинула еще несколько. Пусть действует вот так, через себя и своих друзей, мне меньше подозрений. Гаяна внимательно нас слушала, но в разговоре участвовала мало.

Когда чай был выпит, а все темы для обсуждения закончились, лекарь откланялся, сообщив, что завтра тоже заглянет ненадолго.

– Вот смотрю я на вас, барышня, и вижу, насколько после всего случившегося вы выросли, – проговорила Гаяна, убирая со стола.

Я решила помочь и принялась составлять чашки и тарелки в мойку.

– Няня, так ведь обстоятельства обязывают. Нет теперь батюшки, чтобы мне спрятаться за его спиной. А мачехе я не доверяю, нужно постараться отделаться от нее.

– Замуж вам надо.

– Э, нет, вот как раз этого-то она и хочет.

– А вы не за ее претендента, а за своего.

– Ох, Гаяна, как будто у меня здесь конкурс женихов.

– А вы по знакомцам отца пройдитесь, видные же люди, дворяне, дельцы.

– Может, и пройдусь, – сполоснув руки в раковине, решила я прервать этот разговор.

Может, замуж действительно и надо, и, наверное, даже быстро, но вот мне, попаданке из современности, было дико выходить за того, кого до этого видела всего пару раз в жизни.