Артём
Он начал учиться здесь неделю назад, когда первый семестр третьего курса перевалил за половину. На дворе стоял ноябрь — не самое подходящее время для перевода в другой институт, но Артём тем не менее провернул эту авантюру. И пока не жалел. Хотя после столичного размаха провинциальные габариты вообще не впечатляли. В местном институте был один корпус, где помещались студенты всех факультетов и курсов, и перед зданием располагался не большой сквер и просторная стоянка для автомобилей, а крошечный двор с парочкой куцых кустов сирени. Сразу за кустами находились забор и дорога с автобусной остановкой. Общественным транспортом здесь пользовались практически все — потому что машину поставить было негде, — и Артём не стал исключением. Трясся каждое утро до учебного корпуса пару остановок, подпрыгивая на кочках и ухабах и с удивлением разглядывая местные автобусы. Это были ещё советские пазики, слегка вонючие и дребезжащие, внутри которых Артём чувствовал себя так, будто перенёсся назад в СССР. Даже расплатиться за проезд здесь можно было лишь наличными, терминалы у водителей работали из рук вон плохо.
В общем, романтика. Но Артёму понравилось — хорошо отвлекало от уныло-тоскливых мыслей.
Рассказал бы ему кто год назад, что он переведётся в провинциальный институт из-за несчастной любви, — и Родин знатно посмеялся бы, полагая, что подобное невозможно. Особенно если бы ему назвали имя девушки: Оля Зимина. Но теперь было не до смеха.
Оля выбрала не его — и когда она объяснялась с Артёмом, ему казалось, что она выдирает сердце из его груди раскалёнными щипцами. Было горячо и больно, а ещё безумно обидно. Обидно, что он так старался завоевать Олю, но не получилось. Её любовь к нелепому однокурснику с дурацкой фамилией Клочков была сильнее.
— Ты с ума сошёл? — спросил Артёма отец, когда он озвучил родителям решение перевестись в другой город и заканчивать учёбу уже там. — Я всё понимаю: любовь-морковь. Но зачем так радикально? Жертвовать образованием из-за того, что девушка выбрала не тебя, — это как-то по-детски, Артём. А если ты в новом институте точно так же вляпаешься в другую девчонку? Опять будешь переходить?
Артём безумно удивился: в кого он может вляпаться после Оли? Он даже не представлял, какой должна быть девушка, чтобы его впечатлить. Да это просто нереально!
— Не волнуйся, пап, не вляпаюсь. И жертвовать я ничем не собираюсь — журфак того института тоже на хорошем счету.
— Ну ты сравнил, — хмыкнул отец, но в итоге махнул рукой. — Ладно, делай как знаешь. Квартиру я тебе оплачу, как найдёшь, чтобы в общаге не жил. Но на большие суммы в месяц не рассчитывай.
— Не страшно. Мне полезно поэкономить.
Отец посмотрел на Артёма с ироничным удивлением и произнёс то, из-за чего настроение у парня ещё больше испортилось:
— Жаль, что та девочка тебя отшила. Она на тебя хорошо влияла, положительно. Ты наконец взялся за ум. Будет обидно, если опять поглупеешь.
— Не поглупею, — хмуро огрызнулся Артём, но отец ему, кажется, не слишком поверил.
И вот теперь Родин шёл вдоль по коридору к аудитории, в которой должна была состояться лекция по экономике, и чувствовал себя поглупевшим.
Потому что сейчас его волновала не учёба, а девушка, похожая на Олю. Ему даже казалось, что всё остальное вокруг стало расфокусированным — как бывает в фильмах, когда камера сосредоточивается на главном герое, а вокруг — не более чем фон.
И Артём сосредоточился на девушке по имени Аля, не видя ничего и никого больше.