Аля
А дома Аля обнаружила не только маму, у которой в этот день был выходной, но и великолепную — нет, просто восхитительную! — плетёную корзину с цветами. Алые герберы, белые розы, какие-то зелёные веточки, розовые мелкие цветочки, названия которых Аля не знала — всё выглядело настолько замечательно, что девушка на мгновение потеряла дар речи.
— Ну, чего ты удивляешься? — хмыкнула мама, пожав плечами. — Артём мне ещё с утра позвонил, спросил, смогу ли я принять букет. Извинился передо мной за неудобства. Сказал, что не обидит тебя, но отказываться не собирается, будет стараться, чтобы простила.
Аля поджала губы, чтобы не разреветься, и спросила, отводя взгляд от корзинки с цветами:
— Поможешь мне с новой причёской?
Её мудрая мама не удивилась, только улыбнулась понимающе.
— Хочешь изменить внешность? Рассчитываешь, что Артём тебя после этого разлюбит? Ну… отличный план.
— Да? — изумилась Аля: она-то думала, что мама будет её отговаривать.
— Угу, — кивнула Наталья Николаевна с лёгкой иронией. — Отличный и надёжный, как швейцарские часы. Предлагаю сходить вместе в салон, пока Рая не вернулась. Ты какой вариант хочешь? Просто стрижку короткую или что-то радикальное?
— Радикальное, — решительно заявила Аля. — Я вообще думаю насчёт зелёных волос…
Мама на мгновение опешила, а затем, улыбнувшись, сказала:
— Ну, зелёные так зелёные.
От своего надёжного плана Аля в итоге отступила, поддавшись на уговоры мастера, которая утверждала, что на мальчиков надо класть большой болт, а не уродовать себя из-за них.
— Не подойдёт вам зелёный, — горячилась женщина, отчего-то переживая за Алю сильнее, чем Наталья Николаевна — та изначально заявила, что примет любой вариант. — Он вас испортит! Розовый и тот будет лучше.
— Я не люблю розовый.
— Тогда голубой. Но примите добрый совет: достаточно обычной короткой стрижки, чтобы измениться. Не обязательно ещё и волосы красить, у вас такой хороший оттенок…
— Нет, я хочу покрасить. Если не в зелёный, тогда… давайте в каштановый?
На том и порешили.
И через некоторое время Аля удивлённо разглядывала собственное отражение, не узнавая себя. Нет, получилось мило, конечно — короткая стрижка чуть ниже ушей, без чёлки, и мягкий шоколадный цвет волос Алю не портили. Просто в этом образе она казалась самой себе похожей на мальчика.
— Ну-с, довольна? — поинтересовалась мама со скепсисом в голосе и тут же добавила, не дав Але ответить: — Кстати, а что ты будешь делать, если Артёму твоё преображение окажется до лампочки? Пойдёшь на пластическую операцию? Нос укоротишь, губы уменьшишь… можно ещё уши отрезать, кстати. Человек без ушей очень от остальных людей отличается, зуб даю.
— Мам! Ну хватит издеваться! — вспылила Аля, чувствуя жуткую растерянность. — Ты же меня должна поддерживать, а не Артёма, я ведь твоя дочь…
— А я тебя поддерживаю: видишь, в салон с тобой пошла, слова не сказала. Хорошо хоть мастер отличная попалась, другая бы тебя обкорнала и в зелёный покрасила молча — главное плати.
— Ну и ладно…
— Прохладно, Аль! Правильно она сказала: нечего себя уродовать из-за парней. Да и зачем тебе надо, чтобы все окружающие видели, как тебя задевает услышанное в той аудиозаписи? Ладно ещё обычная стрижка и обычный цвет волос, но зелёное: это как табличку себе к макушке прикрепить с надписью: «Смотрите, я переживаю».
Мама была целиком и полностью права, и от этого Але становилось горько.
Наверное, именно поэтому она и призналась, тяжело вздохнув:
— Я боюсь его прощать. Наиграется и бросит, а я…
— Ну не прощай пока. Посмотри на дальнейшее поведение. В любом случае… — Наталья Николаевна коварно улыбнулась. — Артёму будет полезно за тобой побегать. А то ты ему слишком легко досталась.