Девочка на замену

30

Аля

На улице шёл дождь, которого не должно было быть по прогнозу — утром, когда Аля заглядывала туда, обещали весь день ясную погоду. Однако он шёл, ещё и проливной, вода лилась с неба сплошным потоком, и вместо тротуаров текли грязные реки, бурля и пузырясь, неся в своих водах жёлтые листья.

Аля замёрзла моментально — всё-таки осень, и дождь не был тёплым, ещё и ветер дул сильный, — и повела плечами, а потом охнула, когда Артём сразу после этого стянул с себя куртку и накинул ей на плечи.

— Держи! А то у тебя какая-то куцая курточка, она явно продувается, а моя хорошая, не замёрзнешь.

Аля была так изумлена, что даже не сразу нашлась с ответом. Куртка, кстати, и правда была замечательная — кожаная, с подкладкой и воротником из натурального меха, — она согрела девушку просто моментально.

Но у Артёма под ней был один только тонкий хлопковый свитер…

— С ума сошёл? — в конце концов воспротивилась Аля, попытавшись снять с себя неожиданный дар. — Ты же заболеешь!

— Ага, а лучше, чтобы заболела ты? У тебя, как мы вышли, нос посинел. Я не мерзлявый, выдержу.

— Тём, ну что ты, так нельзя…

— Можно, можно, — ответил Артём, глядя на Алю с такой ласковой и тёплой улыбкой, что ей немедленно захотелось замурчать, как сытой кошке. — Не переживай, ничего со мной не случится, вот увидишь. Но, если ты так волнуешься, давай вон в ту кофейню завернём, переждём дождь.

Аля была готова «завернуть» куда угодно, лишь бы Артём больше ни секунды не оставался под проливным дождём в одном свитере. Да и ей доставалось — куртка, конечно, была тёплая, но без капюшона, и макушку девушки схватывало пронзительным холодом.

А в кофейне было даже жарко — Аля сняла куртку, вернула её Артёму. Тот не возражал и только кивнул, подходя к витрине. Под стеклом лежала выпечка, сверху на экранах отображалось меню с напитками — разный чай, кофе, какао, — и Артём принялся задумчиво изучать представленное.

— Что ты хочешь? Кофе, я помню, не пьёшь, а чай? Или какао? О, кстати, у них и матча есть. Пробовала?

— Нет. А он вкусный?

— Ну, — Артём усмехнулся, — по мне, так гадость несусветная, но некоторым нравится. Вдруг ты в их числе? Давай попробуем. Сделайте нам, пожалуйста, матчу латте маленькую, капучино, а ещё малиновый чай.

— А малиновый чай кому? — не поняла Аля и фыркнула, когда Артём ответил:

— Тебе, если матча не понравится. Да, кстати! — И он вновь обратился к кассиру: — Ещё две слойки с кленовым сиропом. Ты же будешь, Оль? Ой, — он замотал головой, слегка порозовев, — то есть Аль.

Она не обратила внимания на эту оговорку. Подумаешь, что тут такого? Она сама иногда называла Раю мамой, а маму — Раей. Сокращение «Аля» редкое и непривычное, было бы логичнее называть её Тиной, но маме не нравилось. «Ты же не в болоте живёшь, чтобы Тиной называться», — смеялась женщина.

— Ты же заказал уже, значит, буду, — Аля пожала плечами. — Хоть попробую.

— Ого, а ты не пробовала?

— Нет.

— Значит, сегодня у тебя день дегустаций. И если насчёт слойки с кленовым сиропом я уверен, что понравится, то насчёт матчи… Ладно, скоро узнаем.

Дождь за окном между тем становился слабее и, когда ребята забрали заказ, стих совсем — но ни Артём, ни Аля не стали торопиться и выскакивать из кафе. Але вообще не особенно хотелось идти домой — она прекрасно понимала, что ждёт её там допрос с пристрастием…

Думая об этом допросе, Аля глотнула матчу… и кашлянула, посмотрев на напиток с ужасом.

— Боже, что это?..

— Матча, — засмеялся Артём. — Тоже не понимаю прикола этой зелёной травки. Но попробовать в любом случае стоило. Кстати, а твоя мама пьёт кофе?

— Сложный вопрос, — улыбнулась Аля, отставляя в сторону стаканчик со странным зелёным чаем. Жалко, конечно, оставлять, но пить такое выше её сил. — Она любит кофе, но пьёт только растворимый. Только раз в месяц покупает себе чашку настоящего зернового в кофе-точке рядом с нашим домом. Кофе и кукис. И наслаждается.

— Ясно, — кивнул Родин. Аля сразу почти забыла об этом вопросе и своём ответе, но потом оказалось: зря. Потому что Артём перед тем, как уйти из кафе, взял и купил на кассе пачку отличных зёрен арабики на полкилограмма. И сказал, протягивая Але с улыбкой:

— Держи. Это взятка твоей маме. Чтобы не прогнала меня сразу ссаными тряпками. Вдруг это смягчит её сердце?

— Вряд ли, — пробормотала Аля, тем не менее прослезившись от умиления. Для её мамы это и правда драгоценный подарок. — Спасибо, Тём.

— Не за что, — ответил Артём, шагнул ближе к Але и ласково поцеловал в губы.