Если мы когда-нибудь встретимся вновь

Глава 20

Ты справишься. Ты же Блейк Райан. Девчонки тебя не пугают.

Блейк мерил комнату шагами, пульс колотился от предвкушения. В животе все ныло, и он не мог понять: то ли он в восторге, то ли его сейчас стошнит.

Скорее всего, и то, и другое.

Блейк совершил немало пугающих поступков в жизни. Он выходил к сотне телекамер и объявлял всему миру, что бросает футбол. Он пролетел полмира, чтобы провести год в стране, языка и культуры которой не знал. Он готовился открыть собственный спорт-бар, не имея ни малейшего опыта в бизнесе (спасибо Google). Черт, да он на днях закончил свой первый настоящий бизнес-план. Анализ рынка, маркетинг, операционка, финансы… всё готово.

Но он ни разу не говорил девушке, что любит её — и не врал при этом. Он говорил это Клео, скорее из чувства долга, и тогда эти слова на вкус были как картон. Пустые и бессмысленные. Теперь же они жгли его изнутри, умоляя выпустить их на волю.

Блейк почти признался Фарре в ту ночь, когда она сказала, что готова к близости. Но потом случилось… то, что случилось. Блейк не злился — хотя соврал бы, сказав, что его самолюбие не пострадало, — но момент был упущен. И с тех пор он никак не мог набраться смелости, чтобы сказать ей это в лицо.

В мыслях? Да, миллион раз. Каждый раз, когда он смотрел на неё, видел её улыбку, слышал голос или чувствовал жар её кожи, он удивлялся, как вообще жил без неё раньше. Двадцать один год он не знал о её существовании, чтобы потом она перевернула его мир за три месяца. И за эти три месяца он прожил больше и любил сильнее, чем за все годы до этого.

— Не будь тряпкой, — Блейк продолжал вышагивать по комнате, подбадривая себя вслух, как сумасшедший. Слава богу, у него не было соседа, иначе его бы уже упекли в психушку. — До конца семестра всего три недели. После этого ты не увидишь Фарру до конца января.

Он уставился на фигурку слона, которую Фарра привезла ему из Таиланда. Блейк-младший смотрел на него в ответ, буквально источая осуждение. Признайся ей уже, идиот, — словно кричал слон.

Отлично. Теперь он слышит голоса неодушевленных предметов. Пора сваливать, пока он окончательно не двинулся.

— Ты справишься, — пробормотал он, вылетая в коридор и чуть не сбивая Нардо.

— Где пожар? — крикнул тот вслед.

Блейк проигнорировал его. Он замер перед дверью Фарры. Дыхание перехватило.

Хорошая ли это идея? Наверное, нет. Но какая разница. Как говорит Дрейк: Живем один раз.

После секундного колебания Блейк постучал.

Тук. Тук. Тук.

Фарра открыла. На ней была очаровательная пижама с овечками и одна из тех густых белых масок, в которых девушки похожи на массовку из фильма ужасов.

— Привет. — В её глазах вспыхнуло удивление. — Всё в порядке?

В голове Блейка стало пусто. Речь, которую он репетировал, испарилась. Способность говорить — тоже. Он просто пялился на Фарру, мечтая, чтобы пол под ним разверзся.

Удивление сменилось тревогой.

— Тебе нужно…

— Я люблю тебя.

Слова сорвались с губ, сладкие и тягучие, как мед. Всё вышло совсем не так, как он планировал. Он заготовил цветистую речь (спасибо ромкомам, которые Фарра заставляла его смотреть), прежде чем сбросить эту «любовную бомбу». Но слово не воробей. Назад пути нет.

Остаток признания посыпался из него градом, будто слова боялись, что их больше никогда не выпустят на свет.

— Я не ожидал этого и даже не хотел, но это случилось. Если честно, уже давно, просто я только сейчас набрался смелости сказать. Ты как-то сказала, что каждая секунда на счету, и я не хочу, чтобы прошла еще хоть одна, пока ты не узнаешь: я абсолютно, полностью, на все сто процентов влюблен в тебя.

Фарра замерла.

Следующая минута растянулась в вечность.

Молчание не означало отказ, но Блейка начало подташнивать от напряжения.

Кто-то откашлялся. За плечом Фарры показалась девушка с зелеными прядями. Блейку потребовалась секунда, чтобы узнать Дженис, соседку Фарры, и осознать — она слышала каждое чертово слово.

Черт.

— Э-э, я в библиотеку, — Дженис явно едва сдерживала смех. — Вернусь не скоро, так что… ага.

Она определенно умирала со смеху.

— Удачи, — одними губами прошептала она, проскальзывая мимо Фарры в коридор.

Щеки Блейка пылали. К счастью (или нет), долго мучиться от стыда ему не дали.

— Эм…

Не совсем то слово, которое хочешь услышать после признания.

— Прости, мне нужно… — Фарра отступила назад. — Заходи.

Он зашел, хотя всё нутро призывало бежать. Было предчувствие, что ответ Фарры ему не понравится.

Идиот. Тупой ты идиот. Лучше бы помалкивал. Тогда у него оставалась бы хотя бы надежда. Меньше знаешь — крепче спишь.

— Мне нужно это снять. — Фарра содрала маску и швырнула её в мусорку. Её кожа засияла под лампами. — Я не знаю, что сказать.

В груди похолодело.

— Тебе не обязательно что-то говорить. — Блейк выдавил улыбку, пытаясь убедить себя, что он не умирает внутри.

— Нет, я хочу. — Фарра начала теребить цепочку на шее. — Когда я встретила тебя, я пообещала себе, что не влюблюсь.

Боже. Эти слова полоснули по сердцу, как скальпель.

— Я понимаю. — Ему нужно было срочно уйти. — Я обещал встретиться с Люком за ужином, так что я…

— Но я влюбилась.

Он не мог больше здесь оставать… стоп, что?

Блейк резко вскинул голову.

— Что ты сказала?

— Я влюбилась в тебя. — Глаза Фарры светились нежностью. Она сжала цепочку так, что костяшки побелели. — Всё, что ты сейчас чувствуешь? Я чувствую то же самое. Меня это пугает до смерти, и это иронично, ведь я всегда считала себя романтиком. Знаешь, я обожаю книги про любовь, а в средней школе зачитывалась журналами для невест и мечтала, как однажды влюблюсь и выйду замуж. Не то чтобы я ждала, что мы поженимся, — сейчас явно слишком рано, да и вообще не факт, что это случится, — просто я впервые по-настоящему влюблена, и это так неожиданно…

— Фарра.

Блейк сократил дистанцию, пока не смог разглядеть каждую ресничку в её прекрасных глазах.

— Я не уверена, нормально ли это, и прости, что я так болтаю, я просто не знаю…

— Фарра, замолчи, чтобы я мог тебя поцеловать.

Она замолчала.

Блейк осторожно убрал её руку от цепочки, переплел свои пальцы с её и накрыл её губы своими. То, что началось как невинный поцелуй, как исследование нового этапа их отношений, мгновенно переросло в пожар. Блейк весь вспыхнул. Он потерялся в её тепле и вкусе настолько, что даже не заметил, как Фарра повалила его на кровать и села сверху.

Джинсы стали болезненно тесными. Её волосы щекотали его грудь; щеки горели, губы припухли — она выглядела как ожившая мечта. Его мечта.

— Я люблю тебя, — выдохнула она, пробуя каждое слово на вкус.

Блейк провел большим пальцем по её щеке. Её кожа была мягкой и горячей. Он ласкал взглядом её лицо: изгиб челюсти, линию носа, крошечную родинку над правой бровью.

— И я тебя люблю.

Он перевернул её, оказываясь сверху.

— Давай проведем эксперимент.

Фарра нахмурилась:

— Какой еще эксперимент?

— Вот такой.

Блейк коснулся её губ и потянулся рукой вниз. Он наслаждался её резким вдохом, когда его пальцы нашли её самые интимные складки.

Они не раз пытались довести Фарру до финиша, но тщетно. В прошлый раз она была близка, но… мимо. Для самолюбия Блейка это был удар. Если девушка соглашалась пойти с ним до конца, он всегда обеспечивал ей оргазм. Всегда. Это был «знак качества» Блейка Райана. И то, что он не мог дать этого Фарре, бесило его неимоверно. Но сейчас гордость ушла на второй план.

Он не сводил глаз с её лица, ловя малейшую реакцию — трепет веков, приоткрытый рот, когда он ласкал её клитор, то, как она выгибалась, когда он вводил палец глубже. Когда его рука стала совсем мокрой, он направил её собственную ладонь вниз, заменяя свои пальцы её. И отстранился.

Фарра распахнула глаза:

— Что…

— Поласкай себя для меня.

Её щеки стали пунцовыми, как спелые томаты.

— Я не могу.

— Можешь. Ты сама говорила, что у тебя получается, когда ты одна. — Блейк провел рукой по её внутреннему бедру. — Покажи мне.

В футболе Блейк всегда следовал простой схеме обучения: 1) Смотри, как делают профи; 2) Сделай сам; 3) Повторяй, пока не получится идеально; 4) Добавь своего стиля. Эта тактика принесла ему два кубка Хейсмана и три чемпионства. Тело девушки сложнее, чем футбольная тактика, но принцип-то один. Почему он не додумался до этого раньше?

Фарра покачала головой:

— Мне нужно быть одной.

— Почему?

— Потому что… — она запнулась. — Наверное, наедине с собой я больше расслаблена.

— Ты мне доверяешь?

Фарра сглотнула, глаза её блестели.

— Да, — едва слышно прошептала она.

Блейк выдохнул:

— Закрой глаза.

Она послушалась.

Сначала её прикосновения были робкими, будто она делала это впервые. Но постепенно тело начало выгибаться, а дыхание превратилось в сексуальные прерывистые вздохи. Блейк чувствовал, как по жилам течет расплавленная похоть. Он сжал кулаки, заставляя себя сохранять самоконтроль.

Фарра вдруг застонала и отдернула руку.

— Не могу! — в её голосе слышалось отчаяние. — Не могу, когда ты смотришь. Это неловко.

— Неловко? — Блейк был поражен. — Это было самое горячее зрелище в моей жизни, а я, на минуточку, каждый день смотрю на себя в зеркало.

Фарра прыснула.

— Ну и комплимент.

— Это не комплимент, а правда. Я мог бы смотреть на тебя вечно.

Потому что хочу быть с тобой вечно. — Последнюю фразу он чуть не произнес вслух, но вовремя прикусил язык.

— Тебе никогда не должно быть стыдно при мне. Даже если ты слушаешь… не знаю, Nickelback.

— Мне нравится Nickelback.

Блейк не смог скрыть ужаса на лице. Фарра хихикнула:

— Шучу. Видел бы ты свою физиономию.

— Слава богу. Видишь? Если я не осудил тебя за такое, то не осужу ни за что на свете.

— Знаю. — Она выдохнула. — Не понимаю, почему всё так сложно. Сама с собой я справляюсь без проблем.

— Хочешь, я начну первым?

Её глаза стали размером с блюдца.

— Что?

— Тебе неловко ласкать себя при мне. А что, если сначала это сделаю я?

Блейк потянулся вниз и обхватил себя. Он не сводил с неё глаз, медленно двигая рукой по своей плоти, твердой как камень.

Губы Фарры приоткрылись. Её взгляд метался: на его лицо, вниз, снова вверх. И в итоге замер внизу.

Блейк же изучал её. Её лицо, покрытое легкой испариной, растрепанные волосы, припухшие губы. Он вспомнил их вкус, тепло её дыхания. Пульс участился. Он ускорился, голова откинулась назад, и он кончил с хриплым рыком. В ту же секунду Фарра подалась вперед, принимая его в тепло своего рта, и он содрогнулся в еще более мощной волне, сжимая её волосы, пока она выпивала его до последней капли.

Когда всё закончилось, он откинулся на стену, в ушах звенело. Фарра облизнула губы, её глаза горели.

— Это было невероятно.

— И совсем не неловко?

Она покачала головой.

— Вот и я чувствую то же самое, когда смотрю на тебя. Только в сто раз сильнее, потому что парни — озабоченные сволочи.

Подтверждая свои слова, Блейк почувствовал, что снова готов. Рядом с Фаррой он был ненасытен.

— Ладно. — Фарра вернулась в прежнюю позу. — Давай попробуем еще раз.