Если мы когда-нибудь встретимся вновь

Глава 24

Блейк чувствовал себя паршиво.

Он проснулся с пересохшим ртом и таким похмельем, что в голове словно набатом били. «Гейторейд» и углеводный завтрак немного притупили физическую боль, но на душе по-прежнему было хреново, и дело было вовсе не в том, что вчера он перебрал.

Накативший приступ тошноты заставил его плотно сжать челюсти, пока желание вернуть миру утренний цзяньбин не отступило, но в желудке всё равно было неспокойно.

— И чья это была блестящая идея — прийти сюда после вчерашнего? — Люк поморщился, когда уличные музыканты с силой ударили по стальным барабанам.

Этот звук вошел в голову Блейка, как сверло в гипсокартон.

— Люк, сегодня же Новый год! Выше нос! — Кортни радостно размахивала рукой Лео, сияя, как школьница.

— Новый год был несколько недель назад.

— Это Лунный Новый год. Не будь таким типичным американцем.

Люк насупился еще сильнее.

— Я и есть американец. Американец с похмелья.

— Можешь в любой момент вернуться в общагу.

Люк замолчал.

Группа медленно пробиралась сквозь толпу по дорожкам сада Ююань. Казалось, на ежегодный Фестиваль фонарей вышли все жители города вместе с родителями, дедушками, бабушками и всеми родственниками до седьмого колена.

Фонари всех размеров, цветов и форм висели повсюду: на крышах, карнизах, в дверных проемах и на балконах. Огромные инсталляции в виде свиней — дань уважения наступившему году Свиньи — поражали воображение своим размахом и детализацией. Развлечения нашлись для каждого: танцы львов и драконов для любителей зрелищ, загадки на фонарях для интеллектуалов и традиционные сладости для тех, кто пришел поесть.

Блейк крепче сжал руку Фарры. Она была его якорем — единственным, что не давало ему окончательно провалиться в пучину раскаяния.

Боже, какой же я подонок.

— Ты как? — Фарра аккуратно обошла малыша, который с открытым ртом замер перед светящейся фигурой свиньи. Она мимолетно улыбнулась ребенку, но, взглянув на Блейка, тут же обеспокоенно нахмурилась. — Мы можем вернуться в академию, если тебе совсем плохо.

— Нет, всё нормально, сегодня праздник. К тому же ты хотела посмотреть фейерверк.

— Я и раньше видела фейерверки.

— Правда, я в порядке. Мне уже лучше, — Блейк снова сжал её ладонь, на этот раз стараясь придать голосу уверенности.

— Ладно. Но если станет хуже — сразу говори.

— Слушаюсь, мам.

Она смешно сморщила нос.

— Не называй меня так. Это звучит жутко.

Он рассмеялся, и часть напряжения ушла. Но остальное осталось — тяжелый свинцовый ком из тревоги, отвращения к себе и вины, который не давал ему покоя уже несколько недель.

Мысли снова вернулись к новогодней вечеринке Лэндона. В последнее время они возвращались туда постоянно.

Блейку стоило сообразить, что не стоит столько пить, когда Клео рядом. Вообще-то он умел держать себя в руках. До прошлого месяца он отключался лишь однажды — на первом курсе, когда пытался не отставать от старшаков на своей первой вечеринке в студенческом братстве. Тогда он проснулся в ванне с кучей членов, нарисованных маркером на лице. Было неловко и трудно отмываться, но в целом безобидно.

Проснуться голым в номере отеля, совершенно не помня событий ночи, пока Клео спокойно выходит из душа... Это было куда серьезнее.

Тошнота снова подкатила к горлу. Блейк сделал глубокий, дрожащий вдох. Шум и суматоха вокруг мешали сосредоточиться.

Хотя, возможно, это было и к лучшему.

Они остановились посмотреть танец львов. Массивные костюмы были расшиты ярко-красным и золотым — самыми счастливыми цветами в китайской культуре. Красный сулил радость и удачу, золотой — процветание и успех. Внутри каждого льва было по два артиста — один управлял головой, другой хвостом. Их ловкость и координация заставили бы бывшего тренера Блейка захлебнуться от восторга.

Несмотря на тяжелые костюмы, танцоры крутились, прыгали с одного высокого шеста на другой и ни разу не оступились. Толпа восторженно ахнула и взорвалась аплодисментами, когда артисты сделали сальто с шестиметровой высоты и идеально приземлились.

Блейк смотрел, но не видел. В любое другое время он бы орал громче всех, подбадривая ребят, но он никак не мог выкинуть из головы тот Новый год — обычный, американский.

Блейк допил свой стакан и огляделся. Двухуровневый пентхаус Зинтерхоферов занимал два верхних этажа их флагманского отеля в центре Остина. Блейк бывал здесь сотни раз, но масштаб всё равно впечатлял: полированные деревянные полы, панорамные окна во всю стену и вид на сияющий город. Этот пентхаус был бесконечно далек от уютного, но скромного дома Райанов в пригороде.

Он пробежался взглядом по гостям. Здесь собралась странная смесь их школьных друзей и богатых партнеров отца Лэндона. Сам Лэндон стоял в углу и о чем-то болтал с дамой постарше в таком тесном платье, что её грудь едва не выпрыгивала наружу. Она игриво касалась его руки и слишком громко смеялась над каждой шуткой.

«Территория охоты для хищниц».

Блейк поставил пустой бокал на барную стойку и уже собирался пойти выручать друга, но знакомый голос заставил его замереть.

— Привет, Блейк.

В горле мгновенно пересохло. Он обернулся.

— Привет, Клео.

Друзья детства уставились друг на друга. Это был их первый разговор после расставания. Он избегал её весь вечер — проклиная Джой за то, что та её притащила, — но теперь, видя её перед собой, почувствовал, как защемило в груди. У них не вышло с любовью, но Клео была огромной частью его жизни. Они дружили с тех пор, как научились ходить.

Только сейчас он понял, как сильно скучал по ней как по другу.

— Рад тебя видеть, — Блейк нервно потер затылок. — Выглядишь потрясающе.

Зеленое платье идеально подходило к её глазам. Кожа сияла в свете ламп, а темные волосы блестящими локонами рассыпались по плечам. Он заметил, как несколько парней поблизости не сводят с неё глаз.

— Спасибо. Ты тоже.

Наступила неловкая пауза. Клео откашлялась.

— Как там Шанхай?

— Круто! — Блейк поморщился, голос прозвучал чересчур восторженно. — Совсем по-другому, но…

— Понимаю.

Снова тишина. Блейк больше не мог этого выносить. Если им придется еще хоть минуту делать вид, что между ними нет огромного слона, он просто взорвется. Пора было набраться смелости и посмотреть этому «слону» прямо в глаза.

— Слушай, прости за то, как я всё обставил перед отъездом, — сказал он. — И за то, что совсем пропал с радаров.

— Ты был занят, — Клео принялась теребить застежку сумочки. — Я слышала, у тебя там кто-то появился.

Блейк стиснул зубы. Я убью Джой.

— Да. — Разговор становился всё тяжелее. — Клео, ты мне дорога. Ты одна из моих самых старых друзей. Но мы никогда не работали как пара. Мы оба это знаем.

Клео побледнела. В её глазах мелькнула смесь грусти, смирения и… паники? Нет, показалось.

— Знаю, — её улыбка была вымученной. — Я тебя не виню. Ты хороший парень, Блейк. И нам было хорошо вместе, пока всё не закончилось.

Он почувствовал, как внутри начало разливаться облегчение. — Да, так и было.

— Почему бы нам не начать всё с чистого листа? Оставим прошлое позади и выпьем за нашу дружбу, — Клео поманила бармена. — Две текилы.

Блейк удивленно вскинул брови. Клео почти не пила и терпеть не могла текилу. Но облегчение было сильнее удивления. Он видел, что она еще не до конца переболела их разрывом, но, по крайней мере, она пыталась. У такой девушки отбоя не будет от парней. Рано или поздно она пойдет дальше, а значит, и его семье придется смириться.

Огромный камень наконец свалился с его плеч.

— За дружбу, — Клео подняла стопку.

— За дружбу, — Блейк чокнулся с ней и опрокинул шот. Он усмехнулся, увидев, как она поморщилась. — Могли бы выбрать что-нибудь поприятнее текилы.

— Нормально, — она вытерла губы тыльной стороной ладони. — Давай еще по одной. Вспомним старые добрые времена.

— Может, притормозим? — предложил он, скорее ради себя самого. Стоило поесть перед вечеринкой, но он заболтался с Фаррой по Скайпу и забыл про время. Теперь его мутило от одной мысли о еще одном шоте.

Клео насмешливо цокнула языком.

— Шанхай тебя разнежил.

Ну уж нет.

— Разнежил? — Блейк прищурился. Голова уже начинала идти кругом, но репутация была важнее. — Кто тут разнежился? — Он повернулся к бармену. — Еще по одной. Двойные.

Танец львов закончился под бурные аплодисменты.

— Было круто, — Люк зевнул. — Пошли поедим. Я проголодался.

— Мы ели полчаса назад! — огрызнулась Крис.

— Да не полноценный обед, просто перекусить чего-нибудь, — примирительно отозвался Люк.

Блейк ожидал, что все будут ходить вокруг Крис на цыпочках, но чтобы Люк? Это было неожиданно.

Они направились к лавкам, где продавали праздничные угощения: паровые кексы няньгао, клейкий рис в бамбуковых листьях и всякие сладости. Блейк послушно шел за Фаррой, слишком погруженный в свои мысли, чтобы выбирать дорогу.

Блейк приоткрыл глаза. Зря.

Солнечный свет ударил по сетчатке, как лазерный луч, и пульсация в висках усилилась. Он зажмурился. Из горла вырвался хриплый стон. Понадобилась минута, чтобы осознать — это он сам стонет.

Где он, черт возьми? Какой сегодня день?

Он попытался восстановить события ночи: вечеринка, выпивка, спор с Джой, снова выпивка, разговор с Клео, снова выпивка… и пустота. Он не помнил ни фейерверка, ни того, как наступила полночь.

Снова застонав, Блейк повернулся на бок, подальше от окон, и попробовал еще раз открыть глаза. Уже лучше. Вроде как.

— Я больше никогда в жизни не притронусь к алкоголю, — пробормотал он.

— Ты всегда так говоришь.

Блейк резко обернулся. Яркий свет ослепил его, но это было ничто по сравнению с ледяным ужасом, который сковал тело, когда глаза подтвердили догадку мозга.

— Доброе утро, соня. — Клео вышла из ванной в облаке пара. Влажные волосы локонами рассыпались по плечам. Она была завернута в полотенце, которое едва прикрывало самое необходимое.

— Что ты здесь делаешь? — Блейк начал различать обстановку. Это был один из номеров отеля Зинтерхоферов. Они всегда оставляли несколько люксов для гостей, которые были не в состоянии сесть за руль после вечеринки.

— Душ принимаю, глупенький. — Клео уронила полотенце. Блейк тут же отвернулся. Она рассмеялась. — Да брось, ты же всё это уже видел. — Послышался шорох одежды. — Всё, можешь смотреть.

— Что произошло ночью? — Голова заныла сильнее. Блейк потер виски. — Мы… мы ведь не… — Он не мог заставить себя произнести это вслух.

Наступила тишина.

— Ты не помнишь?

Если бы помнил, я бы не спрашивал.

Блейк прикусил язык — с похмелья он всегда был невыносим.

— Я ничего не помню после третьего…

— Или четвертого?

— …шота.

Клео моргнула. Её глаза ярко блеснули на солнце. На лице промелькнуло столько эмоций, что он не успел распознать ни одну.

— Мы ведь друзья, верно?

— Верно. — Блейк попытался улыбнуться, хотя в голове словно заработал отбойный молоток. — Помнишь, сколько тостов за дружбу мы вчера подняли?

Она издала странный звук — то ли смешок, то ли всхлип.

— Ну да. Значит, ты правда не помнишь, что случилось ночью?

В животе похолодело.

— Нет…

— Жаль. — Клео глубоко вздохнула и отвела взгляд. Секунды тянулись мучительно долго. Когда она снова посмотрела на него, выражение её лица было почти виноватым. — Блейк, мы переспали.

— Блейк, прием! — Фарра помахала рукой перед его лицом. — Земля вызывает Блейка! Есть кто дома?

Он вздрогнул и вернулся в реальность, но чувство вины и тошнота продолжали скручивать желудок.

— Прости, — почти выкрикнул он, стараясь перекрыть шум толпы. Скоро должны были запустить фейерверки, и люди вокруг замерли в предвкушении. — Я просто задумался.

— Всё нормально, — Фарра похлопала его по руке. — Я только за то, чтобы в новом году ты пробовал что-то новое.

Блейк искоса взглянул на неё.

— Тебе обязательно всё время умничать?

— Это лучше, чем всё время тупить.

Он не смог сдержать смех. Когда Фарра была рядом, было легко забыть обо всём на свете. Легко притворяться, что всё в порядке, хотя на самом деле хотелось упасть на колени и молить о прощении.

Он хотел рассказать ей о том, что случилось на Новый год в их первую ночь после возвращения, но она смотрела на него с такой любовью и доверием, что он понял: сейчас не сможет. Не сейчас.

А может, и никогда.

То, что произошло с Клео, было случайностью, разовой акцией. Какой смысл разрушать жизнь Фарры и свою собственную из-за глупой ошибки, которую он даже не помнит? Ведь так?

Свинцовая тяжесть в животе стала еще ощутимее.

— Сейчас начнётся фейерверк! — Кортни потерла ладони, её глаза так и сияли от восторга. — Надо найти хорошее место.

— Ну, удачи, — Лео придвинулся ближе к ней, пропуская молодую пару. — Тут настоящий зоопарк.

— Это пессимизм, а я его не потерплю. Мы найдем место.

Верная своему слову, Кортни буквально проложила им путь плечами сквозь толпу и втиснула всех в угол на зигзагообразном мосту в саду. В ответ они получили порцию гневных взглядов, зато вид на фейерверк обещало быть фантастическим.

— Ни фига себе, Корт, — Сэмми выглядел впечатленным. — Ты бы мне очень пригодилась во время рождественских закупок.

— Приезжай в Сиэтл, и я вся твоя, — Кортни прижалась к Лео, который обнял её за плечи. — Я так скучала по вам, ребята.

— А я так рада, что я здесь, а не дома, — Крис то и дело крутила кольцо на пальце. — Мой папаша и моя будущая «мачеха-монстр» могут катиться ко всем чертям.

Остальные переглянулись.

Фарра уже ввела Блейка в курс дела. Невеста отца Крис убедила его перекрыть дочери финансирование за безответственные траты. Похоже, их роскошная поездка в Макао на день рождения Кортни стала последней каплей. Отец огорошил Крис этой новостью в тот же день, когда она вернулась домой.

Крис с безлимитной картой Amex и так была не сахар. Крис без карты Amex? Зона ядерного поражения.

— Он сдастся. Он всегда сдается, — подбодрила её Кортни.

— Ты его единственная дочь, — добавила Оливия. — Очевидно, что ты для него важнее какой-то подружки.

— Ха! Скажите это ему. Она полностью промыла ему мозги. Строит из себя такую экономную и ответственную! А у самой сумок Birkin штук двадцать, — губа Крис задрожала. Она стиснула зубы и гордо откинула волосы за плечо. — Всё нормально. Когда я вернусь домой на лето, я покажу отцу, какая она жалкая охотница за деньгами. Свадьбы не будет. Не пока я жива.

— Скажи, если понадобится помощь, — подал голос Люк. — Мы можем, ну не знаю, нарыть на неё какой-нибудь компромат в сети.

Судя по лицам друзей, Блейк был не единственным, кто удивился. Крис и Люк обычно препирались чаще, чем старая супружеская пара.

Крис через силу рассмеялась.

— Спасибо, но я сама справлюсь.

— Мы что, попали в «Сумеречную зону»? — Сэмми театрально схватился за сердце. — Вы что, ведете себя как друзья?

— Ну да, конечно!

— Мечтай больше!

Крис и Люк выкрикнули это одновременно. Они смущенно переглянулись, а остальные так и покатились со смеху.

— Мы всегда были друзьями. Все мы. Неважно, сколько мы ворчим друг на друга, — Кортни сжала руки Крис и Люка. — На самом деле, мы даже больше чем друзья. Мы семья. И нет никого, с кем бы я хотела встретить Лунный Новый год больше, чем с вами.

Ребята посмотрели друг на друга. Девять студентов из разных уголков Штатов, сведенных вместе судьбой или обстоятельствами. Они были абсолютно разными. Встреться они где-нибудь, кроме Шанхая, — никогда бы и не заговорили. И всё же вот они здесь.

Семья.

В таком безумном и изменчивом месте, как Шанхай, они стали друг для друга единственной константой. Теми, кто всегда прикроет спину. Вместе они преодолевали культурный шок и отрывались на ночных тусовках — этот город сделал их единым целым, и эту связь понимали только они.

Несмотря на холодный воздух, Блейку стало тепло. Этого почти хватило, чтобы забыть о том кошмаре, в который превратилась его жизнь.

Пронзительный свист заставил толпу умолкнуть. Тысячи голов одновременно повернулись вверх. Спустя мгновение ночное небо взорвалось ослепительным каскадом огней.

Фейерверк расцвечивал темное полотно яркими брызгами: сияющее золото, нежная зелень, глубокий алый и все мыслимые оттенки между ними. Как только гас один залп, тут же расцветал другой, сплетаясь в бесконечный причудливый танец, от которого у зрителей внизу перехватывало дыхание.

Блейк оторвал взгляд от неба и посмотрел на Фарру. Отсветы огней пробегали по её лицу; глаза сияли от восторга, а на губах играла улыбка, полная благоговения.

Если бы он мог загадать одно желание на всю оставшуюся жизнь, он бы пожелал, чтобы Фарра всегда была так счастлива, как в этот момент. Всегда.

Блейк обнял её сзади за талию и прижался щекой к её щеке.

— С Лунным Новым годом, малышка.

Фарра уютно устроилась в его объятиях.

— С Лунным Новым годом, Блейк.

Больше никто не произнес ни слова. Они просто стояли рядом, наслаждаясь моментом, и смотрели, как огни расцвечивают небеса так ярко, что ночь превратилась в день.

Начало нового года.