Если мы когда-нибудь встретимся вновь

Глава 29

— …С днем рождения, дорогая Фарра, с днем рождения тебя!

Фарра зажмурилась и задула свечи, пока друзья хлопали и радостно кричали. Вспышка на фотоаппарате Кортни полыхнула так ярко, что Фарра увидела свет даже сквозь сомкнутые веки.

Двадцать лет. Официально больше не подросток.

Фарра годами боялась этой даты, но на деле в двадцать всё осталось по-прежнему. Те же мечты и тревоги, те же вкусы в еде, музыке и одежде. Мир не рухнул. Напротив, она была в восторге. Впереди целое десятилетие открытий, и начиналось оно идеально: в окружении любимых людей в одном из величайших городов мира.

Двадцать лет — это не так уж плохо.

— Что загадала? — спросил Люк.

— Хорошая попытка. — Фарра разрезала огромный шоколадный торт с кремом из сливочного сыра, который приготовил Сэмми. От одного вида слюнки текли. Зная таланты Сэмми, это должно быть божественно. — Если скажу, не сбудется.

— Это всё мифы, — фыркнул Люк. — Я постоянно всем рассказываю свои желания. Например, сейчас я желаю, чтобы ты резала торт быстрее.

— Не будь грубияном. — Оливия разложила кусочки на бумажные тарелки и начала раздавать гостям. Люка она оставила напоследок, за что удостоилась обиженного взгляда.

— Может, то, что ты загадала, лежит в одном из этих пакетов, — Кортни кивнула на гору подарков. Она примостилась на подлокотнике дивана в студенческой гостиной с камерой наперевес. — Есть только один способ проверить!

— Как тонко, — рассмеялся Нардо. — Фарра, Кортни сейчас самовоспламенится, если ты не начнешь открывать подарки.

Лео с ухмылкой прислонился к стене в другом конце комнаты. Слава богу, он снова начал общаться с Кортни. Они не сошлись — их отношения закончились окончательно, — но, по крайней мере, в компании всё вернулось в норму. Фарра бы не выдержала и секунды, если бы ей пришлось и дальше ходить на цыпочках вокруг этой парочки, стараясь лишний раз не называть их имена друг при друге.

— Обожаю подарки, даже если они не мне. — Кортни сунула Фарре прямоугольную коробку среднего размера. — Мой открывай первым. Ну пожа-а-алуйста.

— Ладно, ладно. — Улыбаясь, Фарра сорвала бумагу. Внутри оказались две картины в рамках: архитектурный набросок Шанхая и фотография их компании на набережной Вайтань в прошлом семестре. Они тогда были на кураже после экзаменов и всю ночь гуляли по городу, ели и смеялись. Было часа четыре или пять утра, когда они вернулись на набережную. Огни уже погасли, город затих. Фарра не помнила, что именно они там делали, но помнила то чувство — будто она никогда не была так сильно влюблена в этот город и в людей рядом.

Будто возможно всё на свете. Будто этот момент будет длиться вечно. В каком-то смысле, так и случилось.

Фарра провела пальцами по рамке. Вот она и её друзья — их улыбки застыли здесь навсегда.

— Тебе нравится?

— Я в восторге. — Фарра обняла Кортни, вдыхая знакомый аромат её духов Tommy Girl. — Спасибо.

— Обращайся, детка, — Кортни крепко сжала её в объятиях.

Фарра взяла себя в руки и дораспаковала остальное: красивый скетчбук с монограммой от Оливии, изящные золотые серьги с аквамарином от Крис, забавную сумку-тоут от Сэмми и шелковый шарф от Лео. Подарок Блейка она приберегла на десерт.

Фарра потрясла большую коробку. Внутри что-то загремело.

— О-оу. Что это? Для украшений звук слишком громкий. Книга? Нет, там явно много предметов.

— Сейчас увидишь. — У Блейка на щеках мелькнули ямочки. От этого вида у Фарры сразу отлегло от сердца. Последние пару недель он вел себя странно — даже сильнее, чем в начале семестра, — но сегодня он явно был в духе.

Хватит накручивать. Он просто стрессует из-за открытия бара. Вот и всё.

Сегодня её двадцатилетие, и Фарра не собиралась портить себе праздник сомнениями.

— Открывай, — подбодрил Блейк. Его глаза блестели от предвкушения. Да, она точно всё себе придумала. Всё в порядке.

Фарра разорвала упаковку, решив окончательно заглушить назойливый голос в голове. Увидев содержимое, она ахнула. — Боже мой! Где ты их достал?!

— Пришлось постараться, — признался Блейк. — Сэмми помог мне выследить их в маленьком магазинчике в арт-квартале. Кажется, это единственное место в городе, где они были.

— Это что… — Крис прищурилась, разглядывая коробку. — Маркеры?

— Это не просто маркеры. Это лимитированная серия двухсторонних маркеров Pantone, сто пятьдесят цветов, созданная вместе с Келли Берк — лучшим дизайнером интерьеров всех времен. Они в продаже всего месяц! — Фарра прижала коробку к груди. — Они прекрасны!

Она не верила своим глазам. Она мечтала о них с тех пор, как Келли Берк объявила о коллаборации, и вот теперь они у неё в руках. Сколько всего она сможет ими нарисовать! Мысли в голове Фарры так и зароились идеями. Ей захотелось бросить вечеринку прямо сейчас и пойти пробовать их в деле.

Крис сморщила нос:

— Каждому своё, конечно.

— Эти маркеры стоят целое состояние, — заметил Лео, глядя на Блейка. — Как минимум несколько сотен баксов.

— Да ладно? — Крис пересмотрела на набор с куда большим уважением. — Хм.

В порыве восторга Фарра совсем забыла, почему не купила их себе сама: они были дорогими. Слишком дорогими, чтобы оправдать такую трату, как бы сильно ей их ни хотелось.

— Оно того стоило, — сказал Блейк прежде, чем она успела открыть рот. — Главное, что тебе нравится.

— Я их обожаю. — Фарра поставила маркеры на стол и долго, нежно поцеловала его. — Спасибо, любимый.

— Всегда пожалуйста. — Он провел тыльной стороной ладони по её щеке. — С днем рождения.

Фарра зажмурилась, наслаждаясь его прикосновением. Двадцать лет — это чертовски круто.

Она отстранилась от Блейка, чтобы обнять Сэмми.

— Спасибо за помощь. И за торт.

Не нужно быть гением, чтобы понять, как Блейк узнал о маркерах. Фарра говорила об этом только Оливии, та наверняка шепнула Сэмми, а Сэмми — Блейку. И всё же её до глубины души тронуло то, сколько сил они приложили, чтобы найти этот подарок. Отыскать такой нишевый продукт в Шанхае было почти невозможно.

— Пустяки. Блейк сделал всю основную работу, я был просто переводчиком. — Сэмми поцеловал её в щеку. — С днем рождения.

— М-м-м, всё равно спасибо. — Фарра подмигнула Оливии. — У тебя отличный парень.

— Взаимно.

Девушки обменялись многозначительными взглядами.

— Пойду отнесу это всё… — Фарра указала на гору подарков. — К себе в комнату. Вы идите вперед, встретимся в 808-м номере.

— Я помогу. — Блейк начал собирать разбросанную упаковочную бумагу.

— Ну еще бы, — ухмыльнулся Люк.

Фарра вспыхнула. Игнорируя двусмысленные смешки друзей, она сгребла подарки со стола.

— Пойдем, Блейк. К нашему возвращению они, может, повзрослеют.

— Зрелость переоценена! — из айфона Кортни зазвучали первые биты песни «Birthday Sex». — Повеселитесь-ка там! — пропела она, растягивая каждое слово.

Блейк усмехнулся, а Фарра покраснела еще гуще.

— Я вас ненавижу.

— Мы тебя тоже любим. — Оливия послала ей воздушный поцелуй. — С днем рождения, милая.

Фарра смягчилась:

— Спасибо. За подарки, за торт и… за всё остальное. Вы лучшие, хоть и ведете себя как тринадцатилетние. — Она попыталась рассмеяться, но голос снова сорвался от избытка чувств.

— О нет, только не плачь в свой день рождения. Иди убери подарки и займись сексом, — Кортни шутливо выставила её за дверь. — Ты это заслужила.

— Будем честны, до 808-го они не дойдут, — услышала Фарра голос Крис уже в коридоре.

Шаги Фарры и Блейка гулким эхом отдавались в лестничном пролете. Остальные ребята из FEA уже собирались в 808-м, но Фарра хотела сначала оставить подарки в комнате. Так было проще, чем таскаться с ними потом.

К её удивлению, комната оказалась пуста. Фарра звала Дженис на пре-пати, но та отказалась, сославшись на работу. Она ожидала увидеть соседку за ноутбуком, но той нигде не было. Фарра не знала, радоваться или обижаться. Может, Дженис наврала про работу, чтобы просто не приходить — это было бы обидно. Но с другой стороны…

— Похоже, комната в нашем распоряжении. Подарок от Вселенной на день рождения? — Блейк сложил подарки на её стол и подмигнул. Даже в простой белой рубашке и джинсах он заставлял её сердце трепетать.

— Раз так… — Фарра бросила свою добычу в общую кучу и подошла к нему. Она зацепила пальцами шлевки его джинсов. — Кто я такая, чтобы отказываться.

Их губы встретились в долгом, глубоком поцелуе, который вытеснил все лишние мысли. Когда его язык коснулся её, внутри вспыхнул пожар. Блейк подхватил её на руки. Фарра думала, он понесет её на кровать, но вместо этого он прижал её к стене. Она охнула от неожиданности и предвкушения. Удерживая её за талию одной рукой, другой он начал расстегивать её платье и лифчик. Его движения были резкими, почти отчаянными.

От прохладного воздуха соски мгновенно затвердели. Блейк провел по ним ладонью, и Фарра вздрогнула от знакомой тягучей боли внизу живота. Он ласкал её грудь так умело, будто читал её мысли. Раньше Фарра думала, что такая близость бывает только в кино и романах, а в жизни парни обычно неуклюжие и торопливые.

Но только не Блейк. Он точно знал, что и когда нужно делать. Когда он припал губами к её груди, Фарра почувствовала, что окончательно теряет связь с реальностью. Каждое нервное окончание было наэлектризовано до предела. Блейк скользнул пальцами ниже, и это стало последней каплей. Фарра взорвалась от наслаждения такой силы, что перед глазами поплыли звезды. И как только она начала приходить в себя, Блейк уложил её на кровать. Послышался шорох разрываемой упаковки презерватива, и секунду спустя он вошел в неё, заполняя собой всё пространство.

Фарра вцепилась в его плечи. Жар нарастал, пока пламя снова не поглотило её. Она выгибалась навстречу каждому его движению. Его пальцы дразнили её, пока он входил всё глубже, унося её туда, где невозможно дышать и думать. Ощущения были настолько острыми, что на глазах выступили слезы.

Фарра жаждала финала и одновременно не хотела, чтобы это кончалось. Ей оставалось только отдаться этой волне, пока тело не сдетонировало, и её вскрик не смешался с его стоном.

Спустя двадцать лет она нашла парня, который мог отправить её прямиком в рай и обратно.

Фарра лежала, пытаясь выровнять дыхание. — Лучший. Подарок. В жизни, — прохрипела она.

Блейк тихо рассмеялся. Он перевернулся на бок и убрал волосы с её лица. — Даже лучше маркеров?

— Почти. Те маркеры мне очень дороги. — Фарра провела рукой по его плечу. Крис была права: в 808-й они сегодня не попадут. У неё не было ни малейшего желания одеваться и потеть в душном клубе. Куда лучше остаться здесь, в их маленьком закрытом мире. — Но ты мне нравишься больше.

Она ждала какой-нибудь язвительной шуточки в ответ, но он промолчал. Фарра подняла взгляд и увидела, что он смотрит на неё с такой любовью, что стало почти больно. Но не от самой любви, а от того, что пряталось за ней — глубокая печаль, от которой вновь проснулось то самое недоброе предчувствие.

— Что не так?

— Всё хорошо. — Блейк перебирал кончики её волос. — Каково это — когда тебе двадцать?

— Нормально. И не меняй тему. Что-то случилось, я же чувствую. — Фарра приподнялась на локте, чтобы смотреть ему прямо в глаза. — Это из-за отца?

— Нет. Просто нервничаю из-за бара, вот и всё. Еще столько дел.

Он говорил это и в прошлый раз. Тогда она поверила. Сейчас — уже не очень.

— Давай о чем-нибудь другом. Не хочу портить тебе праздник кислым лицом.

— Ты можешь говорить со мной о чем угодно. Ты же знаешь.

И снова эта меланхолия, которой здесь не место.

— Я говорил тебе, как сильно я тебя люблю?

Фарра улыбнулась, хотя сердце сжалось от тревоги.

— Кажется, разок-другой упоминал, но я не против послушать еще.

— Так вот, люблю. Очень-очень сильно. — Блейк коснулся её щеки. Она почувствовала, как слегка дрожит его рука. — Никогда не забывай об этом.

— Не забуду. — Она потянулась за поцелуем.

— Фарра. — Резкость в его голосе заставила её вздрогнуть. — Я серьезно. Что бы ни случилось, никогда не забывай, как сильно я тебя люблю. — Его глаза потемнели от нахлынувших чувств. — Я абсолютно, полностью, на все сто процентов влюблен в тебя. И всегда буду.

В горле у Фарры встал комок.

— Я знаю, — тихо ответила она.

— И я тебя тоже люблю. Абсолютно и на все сто.

Она всматривалась в его лицо, пытаясь найти ответ на вопрос, который даже не могла сформулировать.

— Ты уверен, что всё в порядке? Кроме стресса с баром.

Блейк переплел свои пальцы с её и сжал так крепко, словно держался за последнюю надежду.

— У нас осталось не так много времени.

Это было неправдой. У них было еще восемь недель. Восемь недель, пятьдесят четыре дня и тысяча девяносто шесть часов до того, как им придется вернуться в реальность.

Но сейчас об этом можно было не думать.

— У нас его полно, — Фарра сжала его руку в ответ. — У нас есть вся эта ночь.

Блейк и Фарра снова поцеловались — долго, жадно и отчаянно. В этом поцелуе было всё, о чем только могла мечтать её романтичная натура. Фарра растворилась в нём, прогоняя прочь тревоги и тот тихий внутренний голос, который шептал: этот поцелуй, при всей его нежности, — именно такой, каким награждают человека перед самым долгим прощанием.