Головная боль майора Стрельцова

Глава 25. Катя

Я, очевидно, где-то ударилась головой, или меня приложил кто-то, пока я спала, не знаю! Просто я искренне не понимаю, как объяснить свое поведение.

Суббота, утро. Вместо того, чтобы сладенько спать в кровати и видеть десятый сон, я примеряю все купальники и кручусь у зеркала, пытаясь выбрать самый… Какой? Красивый? Сексуальный? Какой, блин?! И почему я вообще не возьму самый закрытый и все…

Ничего не знаю. И я точно, совершенно точно где-то все-таки ударилась, потому что выбираю… черный. Почти крошечный бикини на завязках на шее, спине и бедрах. Дерни за ниточку и я без трусов.

И почему я вообще думаю об этом? Господи…

Закидываю купальник в сумку, надеясь, что там будет где переодеться, беру солнцезащитный крем, кепку, полотенце, кружевную белую накидку на купальник, еще какие-то мелочи и как только получаю сообщение: “Буду через две минуты”, выбегаю из дома, надеясь не думать о том, что я веду себя как полная идиотка.

Вчера мы еще немного болтали с Ирой, а потом я очень-очень много думала, пока шла домой. Еще очень вовремя мне позвонили люди, которые с подачи Миши помогают мне с разводом. Они сказали, что уже отправили ему иск или что-то в этом духе. Я, честно признаться, в этой части очень слаба, но мне хватило информации, что процесс запущен, и когда Алекс не явится на судебное заседание, нас разведут автоматически и без лишней бумажной волокиты.

Не передать словами, как сильно я благодарна Мише за эту помощь! Неоценимо! Это очень ценно для меня, правда. Он так возится со всеми моими проблемами… Мне уже просто неловко. Еще и вот приезжает за мной, чтобы мы вместе поехали на озеро! Потому что он автобусы не любит. А я… ну, за компанию, видимо, потому что с автобусами у меня проблем особо нет.

Он приезжает ровно через две минуты, с пунктуальностью у Миши явно нет никаких проблем, выходит из машины, открывает мне дверь… Я очень странно чувствую себя сегодня рядом с ним, если честно. Это все Ира! Науськала меня, что он чуть ли не по уши влюблен, вот я и схожу с ума.

Нет, я, конечно, все еще помню каждую запись его дневника… Но, во-первых, там было больше о физическом влечении, чем о чем-то еще. А во-вторых словами он мне ничего не говорил, так что…

Или я много хочу? Я просто привыкла получать информацию через рот, а не ходить гадать, так оно, или иначе.

Миша… он помогает мне пристегнуться! Словно я не могу сама. Но когда он наклоняется, я слышу, как приятно пахнет от него и, кажется, медленно слетаю с катушек.

А еще он в футболке и спортивных штанах. В футболке! А вы же помните, насколько сильно ему идут футболки, да?! Невозможно! Я не выдержу этот день, может, пока не поздно, вернуться домой? Потому что мне просто уже стыдно за саму себя и за свои реакции на Михаила.

— Погода сегодня точно для купания, — улыбается он мне, когда заводит машину. Идеальный мужчина, говорит, блин, о погоде, чтобы нам не пришлось неловко молчать… Но погода и правда хорошая, солнце яркое, жарко! Хорошо, что я взяла с собой солнцезащитный крем, иначе сгорела бы в первые три секунды. Наученная горьким опытом.

— Главное, чтобы вода была теплой, — поддерживаю я разговор. Он вообще ни о чем, но не все же время говорить о чем-то серьезном, правда?

— Да нас толпа, нагреем.

— Часто вы так собираетесь? — спрашиваю. На самом деле интересно, я почему-то даже не думала, что они могут устраивать вот такие масштабные пикники.

— Иногда бывает, да. Поэтому и собираемся быстро, уже все все знают. У нас и место свое на озере есть, пляж песочный, пару беседок там, шашлык есть где пожарить.

— А раздевалки есть?

— А?

— Ну кабинки… хоть какие-то. А то у меня вот, — показываю ему сумку, — купальник тут.

— А раздевалок нет, Кать, — сообщает он мне. — Все поэтому купальники сразу под низ надевают, я тебе забыл сообщить…

Ну, что ж. Значит, не буду купаться, делов-то.

— В другой раз буду знать, — улыбаюсь ему. Я-то плавать не умею толком, что мне то купание? Жаль, что не позагораю, конечно, это да.

— Переоденешься в моей машине, не проблема. Сзади тонировка, никто не увидит тебя.

Я оборачиваюсь назад, чтобы как раз посмотреть на тонировку, за которой я смогу скрыться, и замечаю спящий клубочек на заднем сиденьи. Ее даже не слышно! И не видно… Машина такая огромная, что она выглядит совсем крошечной. Спит крепко, не просыпается, но я так соскучилась по этой малышке…

— Бетти, — шепчу, а потом все-таки добавляю голосу громкости. — Бетти, зайка.

Она просыпается от моего голоса и в первые пять секунд мне даже немного стыдно, что я разбудила собаку, но потом она так сладко виляет крошечным хвостиком, когда видит меня, что я тут же расплываюсь в улыбке и забираю крошку на руки. Она облизывает меня тут же!

— Удивительно, — вдруг говорит Миша, пока я хохочу от слишком любвеобильной Бетти.

— Что именно?

— Она не любит никого, кроме меня. Ну в смысле… Ее любовь очень сложно заслужить, но в тебя она втрескалась по уши с первой секунды.

— Это странно?..

— Да нет, Кать. В тебя влюбиться вообще труда не составляет, если честно, — вдруг говорит он и я застываю. Кажется, даже сердце мое перестает биться от этих неожиданных слов.

Я сразу вспоминаю все. Все, что говорила Ира, все слова и поступки Миши, все, что он делал для меня, и…

Боже, он серьезно все это? Он не шутит? Почему дышать становится катастрофически тяжело?

Я буквально несколько минут назад думала о том, что предпочитаю слышать все своими ушами, и тут он выдает мне такую информацию. И это звучит именно так, как я думаю, но никак иначе!

И я краснею, почему-то, точно школьница, и даже не нахожусь, что ответить. Мне… приятно. Однозначно. Почему-то удивительно. Просто Миша… ну, он такой мужчина, особенный! Военные в целом очень своеобразный (в хорошем смысле) народ, а Миша тем более. Честно, я не думала, что ему может нравиться кто-то, вроде меня. И я даже сама не знаю, что именно имею в виду под этой фразой.

И вот тут уже наступает напряженное молчание, от которого мы с Мишей так легко избавились в самом начале поездки. Мы с Мишей… мамочки, да что со мной?! Почему все мысли теперь только им забиты? Я же не впервые нравлюсь мужчине, но почему-то только с ним все ощущения такие… другие! Наверное как раз потому, что Михаил — другой. Его нельзя сравнить ни с одним другим мужчиной в мире. Даже в части таких больше нет, хотя настоящих мужчин и джентльменов там достаточно.

Но Миша… он как эксклюзив, вот!

И я, кажется, крупно вляпалась, раз уже думаю о нем так долго и так хорошо…

Что я там говорила неделю назад? Мы коллеги. Он мой пациент. Я не хочу отношений. Да. Буду это как мантру повторять своему сошедшему с ума сердцу.

Неловкую тишину теперь заполняет музыка, и я снова благодарна Мише, что он нашел выход, чтобы мы не сошли с ума. Миша включает радио и тут вполне неплохие песни, поэтому я негромко подпеваю с Бетти на руках весь час пути до озера, а потом мы приезжаем, и… там никого.

— А почему мы одни?

— Мы обогнали автобус по трассе, минут через десять подтянутся, — говорит Миша, подавая мне руку, когда я выхожу из машины. — Как раз пока никого, можешь переодеться. Я смотреть не буду.

“А жаль”, — почему-то думаю я, и вдруг начинаю флиртовать.

— Обещаете, Михаил Викторович?

— Никак нет, Екатерина Витальевна, — подхватывает он и на удивление от его ответа мне становится легче.

Я точно уверена, что он мои границы не нарушит и не станет подсматривать, но его шуточки… ой, да все! Просто я дура.

Быстро ныряю на заднее сиденье и переодеваюсь в купальник. На самом деле очень хорошо, что мы приехали быстрее всех, потому что это и правда самый удобный вариант для меня. Так себе было бы переодевать трусы, когда вокруг была бы толпа коллег, несмотря даже на темную тонировку машины Михаила. Я не решилась бы, правда, и просто не плавала бы и не загорала. Мне и сейчас-то не особо ловко знать, что сам Миша где-то рядом. Но я просто странно доверяю ему, поэтому быстро переодеваюсь.

И не жалею, кстати, что взяла с собой и накидку! Она из довольно плотного кружева, поэтому я не чувствую себя голой. Все-таки тут будут коллеги, а не мои друзья.

Выхожу из машины, и….

Мать. Моя. Женщина.

Я не переживу этот день, к черту, отвезите меня домой. Так нельзя делать, просто незаконно делать это со мной!

Я чувствую себя какой-то озабоченной идиоткой, я не шучу, но я искренне не понимаю, как я могу не реагировать, когда Миша стоит в трех метрах от меня в одних только шортах. Шортах! Без майки! Меня жизнь к такому не готовила. Нет, я его, конечно, без майки однажды уже видела, но давайте все дружно вспомним, что закончилось это постыдным лапаньем его шрамов на спине. Голый торс этого мужчины гипнотизирует меня каждый раз, я просто боюсь натворить глупостей, честное слово.

Он стоит спиной ко мне, смотрит, как Бетти бегает по траве и я наконец-то закрываю дверь машины, чтобы он услышал, что я уже тут. Ну, чтобы не думал, что я добрых две минуты просто пялилась на него. Несмотря на то, что я это и делала.

Он слышит звук и оборачивается, и господибоже, за это выражение лица я хочу ходить на работу в этом купальнике и накидке.

И я снова не понимаю, что происходит с моими мыслями. Мне внезапно стало плевать на врачебную этику и я запала на своего пациента, или что?

— Кать, — говорит Миша почему-то охрипшим голосом, а потом прокашливается, и повторяет: — Кать. Ты это… держись поближе ко мне, ладно? А то украдут такую красоту, а вдруг я среагировать не успею.

Его слова рисуют улыбку на моем лице, я как дурочка сияю и даже смущаюсь от таких неожиданных комплиментов.

— Успеете, — хихикаю в ответ.

— Успею, конечно, — он улыбается и подтверждает мои слова, — но ты все равно будь поближе, ладно?

И… а гори все огнем!

— Я, если честно, так и собиралась, — отвечаю ему и вижу, как хитро он улыбается мне в ответ.

И мне кажется, что этот диалог мог бы продолжиться чем-то интересным, но тут мы слышим, как на дорожку к озеру подъезжает автобус и отходим в сторону, чтобы никому не мешать. Даже Бетти бежит к нам и запрыгивает ко мне на руки.

И тут толпа! Не все из части, конечно, потому что хоть кто-то должен был остаться в самой части, но очень много людей! Я, честно, не ожидала, но это выглядит милым, что они все такие дружные. Интересно, я списываюсь в общий коллектив? Просто я на такой должности, что меня далеко не все знают. Лично ко мне мало кто обращается, взаимодействуем мы тоже не прямо часто. Это Ирочку за неделю работы все уже знают, потому что со здоровьем у каждого что-то постоянно случается, а я… Ну, мне почему-то кажется, что я словно пока еще совсем новичок. Никому не известный новичок.

Толпа вываливается из автобуса с сумками, рюкзаками, кто-то даже тоже с собакой! Мы здороваемся со всеми и вдруг откуда-то из толпы я слышу голос:

— А вы как тут раньше всех-то оказались, Стрельцов?

— Мы выбрали комфорт и примчались на машине, — улыбается он.

И тут…

— Вместе?!

Голос женский. Я пытаюсь понять, кто это сказал, потому что пока тут вакханалия и я не всех успела увидеть. Но когда прослеживаю за взглядом Миши, смотрю туда же, и понимаю, чьих уст дело.

Карина.

Нетрудно догадаться, что она приехала сюда с Харитоновым. Трудно понять, почему она так ревностно сказала это “вместе”, когда у нее есть жених.

— Ну да, — Миша пожимает плечами и сразу же вовлекается в другой диалог, словно она спросила что-то до жути странное, и…

У него в глазах была полная пустота, когда он смотрел на нее. То есть, я имела в виду, у него не было злости, обиды, ревности — ничего. У него даже не напряглись плечи! Он… отпустил? Забыл, разлюбил, справился — назвать можно как угодно! Но вывод один — Михаил больше не испытывает к этой дамочке ни капли чувств. Никаких.

И меня это радует! И, что самое прикольное — меня радует это и как психолога. И как женщину.